Альтернатива

      Как Драко и предполагал, Уолден с радостью согласился взяться за дело, и во время рабочего перерыва Гарри аппарировал на съёмную квартиру, чтобы забрать с собой обличающие колдографии. Солнце проникало сквозь тусклые окна и расчерчивало блёклыми полосами пол, кухонную стойку и бок дорожной сумки, разобрать которую у него так и не дошли руки. На подоконнике обнаружилась целая пачка корреспонденции, и Гарри, взяв её в руки, начал бегло просматривать разномастные конверты.       Большинство посланий были от газет. «Ежедневный пророк», «Придира», «Ведьмин досуг» и даже «Еженедельник ловца» предлагали ему на самых выгодных условиях рассказать свою историю событий, приведших к разводу. Первым желанием было обратить подобные письма в пепел — собственно, так Гарри и поступал обычно, — но в этот раз помедлил и отложил предложения на холодильник. На тот случай, если давать интервью всё-таки придётся.       На открытке ручной работы красивым почерком было выведено: «Мистеру Гарри Джеймсу Поттеру» — традиционное приглашение на ужин от четы Малфоев. Гарри проверил дату. Тот был запланирован на вечер субботы, как раз накануне судебного заседания. Гарри опасался загадывать, как старшие Малфои отнесутся к их с Драко отношениям, но надеялся, что раз сексуальная ориентация сына не была для них секретом, то проблем не возникнет. В любом случае, прямо сейчас у него не было времени думать об этом.       В самом низу стопки обнаружилось письмо от близнецов Уизли — те предлагали встретиться в баре на неделе.       Он аккуратно положил приглашение в Мэнор и записку от Уизли во внутренний карман мантии и наклонился к дорожной сумке. В ней всё ещё оставалась одежда, с которой он покинул бывший дом, но сейчас его интересовало боковое отделение. Здесь лежала стопка колдографий в конверте и, на всякий случай заглянув внутрь, Поттер тоже захватил его с собой.       Его взгляд остановился на вещах, и, посомневавшись, Гарри всё-таки вытащил несколько свежих рубашек и тёплую мантию. Если уж он не решится оставить их у Малфоя, то всегда сможет повесить в шкафу в кабинете. Да, пожалуй, так будет даже лучше.       Обеденный перерыв заканчивался, и Гарри поспешил вернуться в Министерство. А в конце рабочего дня — на этот раз без опоздания — аппарировал к ресторану.       Рик Уолден появился чуть позже, когда они с Драко уже успели перекусить. Это был жизнерадостный, харизматичный мужчина, явно привыкший находиться в центре внимания. Обменявшись с Малфоем любезностями, он сделал заказ, а после этого повернулся к Поттеру и сразу же перешёл к делу.       — Итак, Гарри, вы хотите развестись.       — Да, — кивнул он, уверенно встречая внимательный взгляд.       — Я читаю газеты, поэтому в общих чертах представляю проблему, — Рик качнул головой. — Ваша жена выставляет всё в некрасивом свете, поэтому нужно как можно быстрее определиться, какую позицию вам лучше занять. Но сначала введите меня в курс дела, — Уолден откинулся на спинку стула и сделал глоток воды. — Считайте, что я не знаю ничего ни о вас, ни о Джинни. Расскажите мне о ваших привычках, своё отношение к браку, чем вы занимались в последние годы, как менялось ваше отношение к жене. Я буду делать пометки, но постарайтесь не обращать на это внимания, это исключительно для себя.       Гарри не любил говорить о своих проблемах, тем более настолько животрепещущих, но спокойная уверенность Рика помогла ему начать. Слова складывались в единое с трудом, отчасти из-за болезненности воспоминаний, отчасти просто потому, что Гарри претило жаловаться — а казалось, он делает именно это. Но Уолден задавал уточняющие вопросы, и это помогло расслабиться. И Рик, и Драко слушали внимательно и серьёзно, не перебивая, в их взглядах не было любопытства, и постепенно Поттер заговорил раскованнее, чувствуя, как непосильная ноша молчания, наконец, падает с плеч.       К тому времени, как он закончил свой рассказ, они успели расправиться с десертами и распить два чайничка вкусного чая.       — Спасибо за прямоту, это значительно упрощает работу, — кивнул Рик, когда Поттер замолчал. Закончив делать пометки в блокноте, он добавил: — Простите, но я должен задать вам ещё один личный вопрос. Вы видитесь сейчас с кем-нибудь?       — Нет.       — Да, — Драко заговорил одновременно с ним. — Да, видится. Со мной, — уверенно и спокойно закончил он.       Гарри никак не ожидал, что тот решится открыто рассказать о них, и взволнованно сжал в пальцах тканевую салфетку.       — Места? — Рик не переменился в лице, лишь перевёл внимательный взгляд на Драко.       — Я составлю список с адресами и примерным временем, — тот кивнул.       — Хорошо. Тогда ещё, — Уолден снова посмотрел на Гарри, — где вы живёте сейчас?       — На Сэдстроу-авеню.       — Сэдстроу-авеню? — переспросил Рик. Он выглядел озадаченным. — Вы …построили там дом? Если я ничего не путаю, тот район крайне неблагополучен.       — Нет, дом я оставил Джинни, — Гарри допил остывший чай. — На Сэдстроу-авеню сдавалась квартира, а мне срочно нужно было съехать, так что это промежуточный вариант.       Пока Рик делал очередные заметки, Гарри поймал взгляд Драко — пристальный, почти тяжёлый, но Малфой промолчал.       — И последнее, — Уолден убрал перо и обезоруживающе улыбнулся. — Расскажите, что представляет из себя работа в Отделе Тайн? Мне с детства было интересно.       Гарри мягко усмехнулся. К счастью, Драко всегда бронировал отделённые от общего зала места, поэтому можно было позволить себе небольшую импровизацию.       — Мы изучаем магию, в том числе беспалочковую, — сказал он и легко повёл рукой, в воздухе сама собой образовалась светящаяся белая линия, — экспериментируем с заклинаниями и комбинациями артефактов, подбираем контрзаклятья. А иногда просто развлекаемся, — он шепнул короткую формулу, и всё, что представляло собой линию, мгновенно собралось в плотный шарик, замерший в воздухе прямо над столом. — Я бы мог направить эту энергию, скажем, на боевое заклятье, но могу сделать и так, — шарик вспыхнул над их столиком маленьким фейерверком, а когда огоньки погасли, вся посуда на столе оказалась идеально чиста. Гарри улыбнулся, довольный произведённым эффектом. Драко улыбался, а Рик выглядел по-настоящему впечатлённым.       — Потрясающе, — искренне отозвался он. — И вы сами участвуете в испытаниях? Или сейчас больше заняты бумажной работой?       — Бумажной работы много, — признал Гарри. — Но по крайней мере половину рабочего дня всё равно приходится проводить в лаборатории. И всякий раз, когда подворачивается возможность, я сам выхожу в испытательную — не хочу терять навыки.       Остаток вечера они уже не говорили о делах. Вероятно, Уолден и задавал ряд вопросов, чтобы лучше сориентироваться в том, как вести с Гарри работу, однако у Поттера было ощущение, что им легко в обществе друг друга. И только когда они уже вышли из «Тэйм» и прощались, он вспомнил:       — Я забыл отдать колдографии, — он вытащил конверт и протянул Рику. — Получил их в числе прочей рабочей корреспонденции около двух лет назад.       Уолден по-деловому кивнул.       — Предлагаю завтра вечером встретиться у меня в офисе — порешаем некоторые официальные вопросы, подпишем бумаги. Времени немного, и чем быстрее мы определимся со стратегией, тем лучше.       Гарри был только за.       — Идёт.       — Значит, договорились. Рад был увидеться, Драко, — Рик сжал ладонь Малфоя в своей. — Жду информацию совой.       — Пришлю утром, — кивнул Малфой.       Позже, когда Поттер устроился на диване, наблюдая за Драко — тот перебирал книги на полках одного из стеллажей, — он мысленно вернулся к моменту, когда Малфой открыто заявил об их связи, и волнение, поднявшееся ещё в ресторане, тут же вернулось. После рассказа о тайных отношениях, которые продолжались без малого пять лет, Гарри никак не ожидал, что Драко так легко и уверенно расскажет о них хоть кому-то в ближайшее время. И это одновременно грело и пугало.       — Я получил приглашение на ужин в субботу, — сказал он, глядя Драко в спину.       — Мама всё ещё присылает тебе приглашения? — усмехнулся тот, не оборачиваясь. — Мне казалось, все уже привыкли, что ты часть семьи, — он отлевитировал целую стопку книг на письменный стол и, убрав палочку, принялся раскладывать их в каком-то одному ему известном порядке.       Последняя фраза подстегнула и без того поднявшуюся тревогу, и Гарри не смог усидеть на месте. Подойдя со спины, он скользнул ладонями по бёдрам Драко и аккуратно обнял его за талию.       — Мне стоит волноваться? — тихо спросил он, притягивая Малфоя к себе и легко касаясь губами мочки.       — В каком смысле? — Драко расслабленно откинулся ему на грудь и скользнул пальцами по запястью.       — Ты собираешься рассказать о нас?       — Собирался. Ты против?       — Нет, просто… — Гарри замялся, но нашёл в силы задать вопрос, который волновал его сильнее всего: — Они поймут?       — Поймут, — в голосе Драко теперь звучала улыбка. — Мама думает, я был влюблён в тебя в школе.       — Правда? — Поттер нашёл это очаровательным и тихо рассмеялся. — А ты был? — он игриво прошептал это Малфою в волосы и, следуя порыву, прижался бёдрами к его ягодицам. Только мгновением позже пришло осознание, что его член, уже заинтересованный в происходящем, лёг в ложбинку между ягодиц Драко, и это было… идеально.       Жаркое возбуждение и смущение опалили скулы. За все эти дни Гарри ни разу не пытался перехватить у Драко инициативу, да и, откровенно говоря, не испытывал в этом потребности. Но сейчас остро ощутил, что в ведущей позиции ему, скорее всего, понравится ничуть не меньше.       Драко не отстранился.       — Возможно, — отозвался он, по-прежнему улыбаясь. — По крайней мере, моя одержимость тобой действительно выглядела подозрительно.       Гарри знал, что в ответ можно придумать даже несколько остроумных реплик, но совершенно растерял слова и потому лишь коснулся губами изящной шеи. Драко не двигался, будто позволяя ему самому решить, хочет ли он зайти дальше или отстраниться.       Как сам Драко в их первую ночь, Гарри скользнул пальцами к пуговицам рубашки и неторопливо принялся расстёгивать их. Он вслушивался в самого себя, пытаясь углядеть сомнения и неловкость, но их не было, и, осмелев, Гарри потянул рубашку с плеч Драко. Ему хотелось спросить, есть ли у того подобный опыт, но он знал, что не соберёт слов, и потому лишь касался нежной кожи, лаская ладонями бока и плоский живот.       В какой-то момент Драко сплёл с ним пальцы, и Гарри услышал, как потяжелело его дыхание. Осмелев, он медленно расстегнул застёжку лёгких домашних брюк и провёл ладонью по явственно угадывающемуся члену, скрытому под нижним бельём.       — Ты… — голос Малфоя сорвался. — Ты уверен?..       Это прозвучало так, будто он спрашивал обо всё разом. Уверен ли Гарри, что хочет продолжить? Что понимает, к чему всё идёт? Что готов остаться с Драко, если не на всю жизнь, то хотя бы на относительно долгий срок? Уверен ли он, что сможет полюбить?..       — Уверен.       Целовать Драко, который отдавался ему, оказалось невероятно, и Гарри как-то само собой понял, что если прежде Малфой и уступал кому-то ведущую роль, то очень давно. И уже позже, когда они замерли, а Гарри продолжал поглаживать подрагивающие бёдра Драко, он подумал, что естественность, с которой они доверились друг другу, наверное, и правда выросла ещё из школы. Тогда, пересилив ненависть, им пришлось научиться делиться секретами и опасениями, просто потому что друг для друга они оказались единственными, кто мог в полной мере понять. И разве не то же самое они оба чувствовали сейчас?..       Аккуратно убрав прядь волос с лица Драко, который успел задремать, Гарри шепнул Nox и призвал одеяло. За окном всё ещё стояла плотная темень и, порадовавшись, что в этот раз они, наконец, проспят дольше четырёх часов, Поттер соскользнул в сон.       * * *       Сумасшедшая неделя, когда он только и успевал, что на работу, а потом в офис Рика, где зачастую уже был Драко, подходила к концу. В пятницу Гарри почувствовал, что может вздохнуть спокойно — и, наверное, именно поэтому вырубился на диване в гостиной Малфоя даже раньше, чем переоделся. Но уже в субботу напряжение вернулось: вечером им обоим предстояло отправиться на традиционный ужин в Малфой-мэноре, а в воскресенье утром Гарри надлежало быть в Визенгамоте.       Он пытался скрыть от Драко неловкое, даже глупое волнение, но на самом деле едва мог найти себе место. Гарри сам понимал, что в последнее время на него свалилось слишком много ярких переживаний, и пугающие картины, которые сами собой возникали в мыслях, были в том числе следствием его усталости. Но дело было не только в этом. Правда была в том, что он тесно общался с Малфоями уже тринадцатый год, и Люциус с Нарциссой были дороги ему ничуть не меньше самого Драко. Конечно, Гарри никогда всерьёз не считал их своей семьёй, но после войны их связало нечто более крепкое, чем кровное родство. Нечто до боли похожее на то, что возникло между ним и семейством Уизли во время их самой первой встречи на перроне.       — Как ты? — прозвучал совсем рядом голос Драко, и Гарри поспешно развернулся, пряча сомнения.       — Всё в порядке, — он улыбнулся. — Уже пора идти?       — Нет, у нас ещё есть полчаса, — Драко внимательно вглядывался в его лицо. — Что тебя тревожит? — спросил он в конце концов и добавил: — Если хочешь, мы можем сегодня ничего им не говорить.       — Нет, — не сдержав волнения, Гарри отошёл, сунув руки в карманы брюк. — Нет, — повторил он, снова поворачиваясь. — Нам не семнадцать, и мы не станем… — он выразительно повёл плечом. — Всё в порядке.       — Не верю, — Драко смотрел серьёзно, и от этого Гарри было вдвойне не по себе. — Думаешь, они не примут тебя?       — Они могут не одобрить твой выбор, — Гарри старался говорить спокойно, но болезненные мысли прорывались раздражением. Шумно вздохнув, он признался: — Я просто не знаю, как вести себя, если это случится.       Драко нахмурился и снова шагнул ближе.       — Бывало, отец не одобрял, какую я подобрал мантию или, скажем, вечеринку, которую устроил. Когда мне было около двадцати, это случалось довольно часто. Но даже тогда ни он, ни мама не вмешивались в то, каких друзей я себе выбираю или с кем предпочитаю проводить время, — он поймал руку Гарри. Чужие пальцы показались Поттеру обжигающе горячими. — Кто угодно может высказаться против наших отношений, но не они. Я уверен.       — …но что, если ты ошибаешься? — тихо спросил Гарри, и сам услышал, как глухо звучал его голос. — Завтра я официально стану свободен, лишусь семьи — хорошей или плохой, неважно — но которая была со мной рядом с того дня, как я впервые приехал в Лондон, чтобы попасть на платформу 9 и ¾, — он помолчал. — Это не то, о чём я жалею, но, тем не менее, это больно. И если сегодня окажется, что твоя семья тоже…       Драко не дал ему договорить и притянул к себе, удерживая взгляд.       — …то ты всё равно не останешься один, потому что я буду с тобой, — настойчиво закончил он и очертил пальцами его подбородок. — Я уверен, что сегодня всё пройдёт хорошо, но даже если нет, это ничего не изменит, — повторил он, и уверенность, с которой это было сказано, успокаивала.       Гарри позволил себе выдохнуть и расслабиться в крепких руках.       — Ты прав, — спустя несколько долгих мгновений сказал он куда-то Драко в шею и почувствовал, как тот кивнул в ответ.       Однако когда они с Драко вместе поднимались по ступеням Малфой-мэнора, у Поттера едва хватало выдержки, чтобы удерживать на лице вежливую улыбку. Домовики приняли их мантии, и, как это бывало всякий раз, проводили в гостиную. Мэнор неизменно поражал Гарри — он не мог привыкнуть ни к высоким белоснежным потолкам, ни к изысканным портьерам и отделке — и сегодняшний вечер не стал исключением. Гарри, даже несмотря на волнение, восхищённо поглядывал по сторонам, пытаясь представить, каково это — жить в доме, подобном этому. Возможно, стоило спросить об этом у Драко, однако судя по тому, что свою квартиру он обставил совсем иначе, ему хотелось больше домашнего уюта, чем роскошества.       — Драко, Гарри, — Нарцисса поднялась им навстречу, сияя улыбкой, и Гарри ощутил, как его переполняют тепло и уважение. Однажды эта женщина спасла ему жизнь, и теперь тревога невольно отступила перед её открытым мягким взглядом.       Едва они обменялись приветствиями, Драко поймал Гарри под локоть.       — Нам нужно вам кое-что сказать, — обратился он к родителям, и Люциус с Нарциссой остановились, заинтересованно глядя на них. Поттер даже представить себе не мог слова, в которых можно было объясниться, но Малфой сказал просто и однозначно: — Мы теперь вместе.       — Значит ли это… — удивлённо начал Люциус, и Драко тут же кивнул.       — Да.       — Милый, это ведь прекрасно, — лицо Нарциссы теперь светилось радостью, и Гарри с облегчением выдохнул. Тревога схлынула так стремительно, что лёгкость, пришедшая ей на смену, почти пьянила. Смущённый силой своих чувств, он улыбнулся в ответ.       Драко словоохотливо отвечал на многочисленные вопросы матери, когда Гарри нашёл себя лицом к лицу с Люциусом. Тот выглядел необычайно довольным, и даже фамильная сдержанность не могла скрыть искренность его полуулыбки.       — Вы отличная партия друг для друга, — сказал он, и Гарри мог поклясться, что речь идёт о чём-то гораздо более серьёзном, чем их с Драко двухнедельные отношения.       — Спасибо, — отозвался он и, посомневавшись, всё-таки добавил: — Мы с Драко только сошлись, и ещё не…       — Конечно. Но, зная вас обоих, я бы не удивился, — Люциус усмехнулся, а затем взглянул на Гарри серьёзно. — Я также слышал, вы разводитесь. Позвольте выразить свои соболезнования. Для вас не секрет, что я всегда занимал в отношении семьи Уизли определённую позицию, но, тем не менее, мне искренне жаль.       Гарри кивнул, испытывая одновременно благодарность и неловкость.       — Спасибо, мистер Малфой. Я… — неуверенный, что его откровенность будет уместна, он умолк, но затем всё-таки решился: — Наши с Джинни отношения давно были фиктивными. Мне следовало развестись раньше.       Тёплая ладонь легла ему на плечо, и Гарри встретил неожиданно понимающий взгляд.       — Всё происходит вовремя, — только и сказал Люциус, и дышать почему-то стало легче.       Можно было с уверенностью сказать, что этот был один из самых тёплых и домашних вечеров, какие он проводил в Малфой-мэноре. Они с Драко сидели рядом и не упускали случая коснуться друг друга, хотя изначально Гарри был убеждён, что в присутствии Люциуса и Нарциссы не сможет ни взять Малфоя за руку, ни обнять. Однако их близость проявлялась сама собой, а когда в какой-то момент они остались наедине, Драко сам потянулся за поцелуем.       — Я весь вечер мечтал об этом, — улыбнулся он ему в губы, и, не удержавшись, Гарри поцеловал его в ответ.       — Я тоже.       Когда ужин был окончен, Люциус предложил пройти в гостиную, и ещё несколько часов они провели в комнате, мягко освещённой пламенем камина и наполненной приятным древесным ароматом. Драко сидел ближе к огню и рассказывал последние новости из французского посольства, а Гарри расслабленно касался ладонью его спины и слушал знакомый голос, любуясь тем, каким нежным и почти юным казалось лицо Малфоя в живом освещении.       В какой-то момент Гарри будто увидел себя со стороны и обнаружил, что действительно чувствует себя в компании Малфоев совершенно естественно. Не было ни неловкости, ни напряжения, только умиротворённое удовольствие и чувство безопасности. Как будто все тревоги остались за границами дома, и можно было отпустить их, не беспокоясь о будущем. Невольно пришли воспоминания о вечерах в доме Уизли — шумных, полных радостной суеты и взрывов хохота. Там Гарри тоже мог позволить себе расслабиться и просто быть, мог почувствовать себя как дома. Мысль отозвалась болезненным уколом, но прямо сейчас, под воздействием тёплого смеха Драко и тепла от камина, быстро сошла на нет.       Вернувшись мыслями в настоящее, Поттер невесомо погладил пальцами бедро Драко, чувствуя неизъяснимую благодарность случаю, который столкнул их вместе в дверях «Альтернативы». Кто знает, сколько бы времени им понадобилось, чтобы найти друг друга, если бы они вообще решили подумать о таком.       Когда пришло время прощаться, Нарцисса крепко обняла его.       — Удачи завтра на суде, — сказала она, отстраняясь. — Напиши нам, когда всё закончится. Такие новости приятнее узнавать не из газет.       — Конечно, — Гарри коснулся губами её пальцев, почтительно склонив голову. Он действительно собирался написать ей и уже даже знал слова, в которых поблагодарит за сегодняшний ужин.       Они вернулись в квартиру Драко уже за полночь. К судебному заседанию всё было готово и, в последний раз проглядев список положений, которых стоит придерживаться, Гарри сдался сну, который пришёл, стоило ему сжать Малфоя в своих руках. Но едва он закрыл глаза, тут же зазвонил будильник.