Red Camellia 🥀

🍂♟️🥀

Лес. Мрачный, серый и унылый встретил фигуру в чёрном плаще тишиной и прохладой. Начало осени, если судить по едва темнеющей листве; далеко от города, если верить ощущениям: обонянию, осязанию и слуху. Нечеловеческим. Мощным. Таким, что сумели определить, даже несмотря на проблему, насколько долго брести до ближайших жилых домов. «Проблемой» стала простая, до скрежета зубов банальная жажда. Ах да, и ещё рана на боку — итог неудачного приземления на ветки сухого дерева. Хотелось выть, грести когтями землю — как раз рыхлую, мокрую от дождей, что в этих краях, судя по запахам и виду, проходили частенько. Нет, ох, нет, всё естество желало впиться кому-то в глотку, чтоб разорвать к чертям. Кровь — не то, что обязательно пить мне для существования. Энергия живых — вот что на самом деле нужно мертвецам. Это то, что было так необходимо... Мне. Мертвецу, которого случайно занесло в чужой мир.

🍂♟️🥀

Скука. Одно слово, но сколько ненависти оно вызвало в жилистом неживом теле!.. Разум выл от «ничего-неделания», чужие мысли раздавались издали, как и тихие разговоры семьи между собой о том о сём. Эдварду было физически плохо, сильнее, чем обычно: после знакомства с Беллой, его милой дорогой Беллой, которую изначально хотелось разорвать к чертям за запах, он стал будто заперт в клетке из собственных сомнений и тревог. Ночами следя за ней из окна её же комнаты, он чувствовал себя маньяком, но ничего не мог с собой поделать — нереальная тяга к девушке действительно ощущалась цепью, сковывающей по рукам и ногам. Идиот. Он, Эдвард, идиот. Потому что обещал себе никогда не пить человеческой крови. Но в последнее время становился всё ближе к тому, чтобы подчиниться низменным, отвратительным инстинктам. Инстинктам охотника. Хищника. Кровососущей твари. «Ни за что, лучше убью себя», — решение безапелляционное и твёрдое, о котором явно всячески начинала догадываться семья. Каллены — клан проницательный, с мозгами, им и телепатия не нужна, чтобы понять, что творится в голове их соратника, союзника. Их друга. Каллены — не просто клан, это настоящая семья. И в этом много как плюсов, так и минусов... Послышались тихие шаги. Незаметные слуху человеческому, но прекрасно ощутимые вампиром. Эсми. Их названная мать, женщина, всеми силами пытающаяся создать из них настоящую семью. Эдварду она казалась тёплой, хотя вампиры по природе своей хладнокровные существа. Не то что эти оборотни... Джейкоб. Вспомнив имя ненавистного почти врага, Эдвард сел, до этого развалившись на диване серой массой без цели и желаний. ..Ладно, желания были, однако исполнять их телепат даже не думал. — Эдвард, дорогой, всё нормально?.. — аккуратный стук в дверь, голос, полный беспокойства. Его мягкость напоминала человеческую мать, которая пришла проведать сына. Хах. Парень усмехнулся неслышно, с ноткой отчаяния и тоской в хладной груди. Его родную маму никто никогда не заменит. — Всё в порядке, Эсми, не стоит волноваться. Женщина явно не поверила. Но кем она являлась, чтобы пытаться вывернуть его душу наизнанку? Да, их клан сплочён и близок, но границы оставались нетронутыми. Слишком личное. Последнее, что осталось защищать. И понимающая Эсми... отступила. В очередной раз сдалась, бесшумно спускаясь в зал. Парень поморщился и тяжело вздохнул, отводя взгляд к окну. В душе — если та у него осталась — поселились отголоски горечи. Жена Карлайла не была плохой, жестокой или змееподобной сволочью. Как раз наоборот: добрая, отзывчивая и так отчаянно старающаяся создать в доме комфорт для всех них. Бедная женщина... Ей так хотелось семьи. Справедливости ради, а кто её не хочет? Взгляд скользнул по крупицам влаги, неспешно скатывающимся по стеклу. Проливной дождь только что закончился, можно идти гулять. Желая проветрить голову, вновь загудевшую от переполняющих её мыслей, парень в мгновение ока оказался снаружи, не желая сталкиваться с другими Калленами. Не сейчас. Слишком погано на душе. Стоит остыть, чтобы не поссориться с кем-ни.. Глубокий вздох, сделанный на автомате, заставил вмиг застыть каменным изваянием и прислушаться. Втянуть в себя воздух ещё раз. Вперемешку с запахами влажного леса и начавшей потихоньку гнить листве явственно мелькал весьма специфичный, но такой знакомый аромат. Запах крови. Свежей, пролившейся совсем недавно, человеческой. Или же... Нет, что-то с ним было не так... Флёр из крови заполнял лёгкие совсем немного, но постоянно менялся: сначала он напоминал человеческую, потом почудилось, будто оборотня, а после и вовсе — вампирская. Пребывающий в ступоре парень не сразу заметил, как из дома кто-то вышел. — Эдвард? Что-то не так? Появление Карлайла застало врасплох; ощутимо вздрогнув, что не осталось незамеченным, Каллен-младший отрывисто обернулся и кивнул, вновь обращаясь взглядом к лесной чаще. Он не видел, но ощущал, как мужчина повторяет за ним, через мгновение шумно выдыхая. Да, Эдвард оказался прав: постоянно мелькающий среди запахов природы аромат крови мерещился не только ему. Знать бы только, что за чёрт постоянно путает его нюх. — Нужно проверить, — выступивший вперёд врач исчез, перейдя на бег, недоступный человечеству. Эдвард не успел бы начать спорить, даже если бы захотел; без слов последовав за приёмным отцом, он успел только подумать о том, насколько же удивительным бывает мир. И что вампиры всё-таки не идеальны, раз их нюх имеет свойство сбоить.