Мир, сотканный из пепла

Предательство режет больнее ножа. Любовь убивает быстрее ненависти. Жизнь утекает быстрее мысли.

      Бывшие лучшие друзья смотрели друг на друга с нескрываемой злобой. Скулы Гарри были напряжены, губы сомкнуты в одну тонкую полосу. Рон успокаивающе покачивал сына у себя на руках, но глаза его бегали как у дичи, загнанной в угол.       Гермиона сомкнула руки на груди, переводя взгляд с одного на другого. Крестник смотрел на неё с удивлением и страхом. Она перегнула палку, но это того стоило. — Как вы это скрывали от меня? — медленно протянула Грейнджер.       Все молчали. Никто даже не осмеливался посмотреть на девушку. — Я же не тупая. Десять лет — это не три дня, я не могла не догадаться об этом, — произнесла Гермиона, делая шаг к Гарри. Бывшая гриффиндорка смотрела на друга в упор, казалось, что она собиралась снова полезть в драку, но это было ни к чему.       Гарри не нужна была кровавая бойня, чтобы расколоться перед подругой. Знаменитый «мальчик, который выжил» слишком уж гордился своей честностью, чтобы соврать девушке. — Мне повторить ещё раз?       Флёр Делакур и ещё одна девушка-брюнетка сорвались с места, когда Грейнджер достала палочку. Гарри сделал устойчивый шаг назад, облокачиваясь на стол. — Да, мы накладывали на тебя Обливиэйт, довольна? — прошипел Гарри, смотря на недавно зашедшего Люпина. — А как же могло быть иначе? Такая, как ты, не могла не узнать этого, но ты была опасна для нас, Грейнджер, — подал голос Римус. — Мы были вынуждены скрывать тебя и от тебя. Это было ради твоей же безопасности.       Гермиона вспыхнула. Поправив выбившуюся белую прядь, она вспомнила о Малфое. Широкоплечий мужчина с холодным взглядом засел у неё в голове и не намеревался исчезать.       Фыркнув, девушка сделала шаг вперёд к Римусу. Она заглянула в тёмно-зелёные глаза бывшего преподавателя. — Ох чёрт, — прошептал Римус, ощущая приставленную к подбородку палочку. — Ты даже смотришь, как он.       Мужчина нарочно злил её, но Грейнджер не намеревалась отступать. — Что Малфой хотел от меня? — тихим эхом пронеслось предложение из приоткрытых пухлых губ.       Люпин сглотнул, ощущая сильное давление в области подбородка. Магия палочки всё больше и больше давила на мозг волшебника. — Я не могу этого сказать, я не знаю, — ответил профессор. — Но он всё время разнюхивал тут, расспрашивал про тебя, говорил с Кингсли насчёт тебя. — Почему вы стирали мне память? — делая шаг назад, протянула Герми, проводя нежно по палочке большим пальцем. — Когда же ты поймёшь? Мы защищали тебя, ты бы полезла туда, куда тебе не нужно. Мафия, а особенно магическая — это не шутки, но у тебя просто талант лезть в самую задницу, подвергая всех нас опасности, — входящий Кингсли агрессивно шипел, все его слова лились как яд. — Ты бы связалась с Малфоем, а он бы уничтожил тебя. Мы его, в отличие от тебя, хорошо знаем. Драко Малфой — безжалостный убийца, он убивает с особой жестокостью тех, кто не подчиняются ему, а ты уж поверь, их много, — Кингсли озадаченно фыркнул. — Мы всё это время собирали на него компромат, мы выжидали, пока тот ослабнет, чтобы лишить его всего и обезопасить тебя.       А точно ли они говорят про одного Драко? Гермиона никогда не замечала этого в нём. Да, порой он был злой, да, вредный, но жестоким? Нет, они знают разных Драко Малфоев, в это она могла поверить больше, чем в этот бред. — Вы скрывали от меня потенциального убийцу, скрывали всю опасность, которая угрожала мне, — закатила глаза Гермиона, поправляя оправу очков. — Думали, что обезопасите меня с помощью игнорирования проблемы? Вы ещё большие дураки, чем я думала, — насмехалась Грейнджер, прежде чем встретилась с палочкой Кингсли у своей головы.       Воздух покинул грудь Гермионы. Её словно ударили под дых, но этого было слишком мало для того, чтобы сломать её. Невозможно сломать то, что уже давно сломано, так говорил её отец, когда маленькая девочка с кучерявыми волосами и тёмными шоколадными глазами умудрялась ломать свои игрушки по второму кругу.       Кингсли успел произнести только первую букву заклинания перед тем, как Гермиона одним ударом локтя выбила палочку из рук темнокожего.       Теперь дело было за малым — залезть в сумку и достать две небольшие баночки с зельем. Но ничего не бывает так легко.       На Грейнджер набросилась Флёр, нанося неуклюжее заклинание «Остолбеней». Блондинка позабыла о том, что Герми гораздо сильнее неё, и такой бред не сработает на ней.       Остальные члены Ордена подняли палочки, чтобы промолвить какое-то заклинание, но громкий крик их остановил. — Опустили все палочки, а то зашибу, — прошипел Рон Уизли, закрывая собой подругу.       Все послушно, но неохотно опустили свои палочки, и Гермиона успешно воспользовалась этим.       Девушка достала три пузырька сонного зелья и разбила их о каменные полы. Фиолетовый туман охватил комнату, завлекая в царство Морфея всех, кто хоть немного вдохнул его.       Придерживая Арчи, Гермиона медленно опустила его рядом с отцом.       Так как в зельях она разбиралась лучше всего, девушке не составило особого труда сделать мощное сонное зелье. Но у всех изделий есть своя привилегия, а точнее у их хозяев. Одна прядь волос изготовителя делает его неподвластным собственным чарам, что отлично работает с ядами и сонными настоями.       Грейнджер провела глазами по пустому Министерству, а затем, прихрамывая, убежала в сторону бумажного отделения.       Кингсли имел компромат на Драко, а значит, и на других людей. Может, и на саму Грейнджер. Её работой было лишить этого удовольствия Бруствера.       Глаза и руки девушки рыскали по ящикам, наполненными бумагами. Везде она искала фамилию М, но нигде так и не смогла найти. — Чёрт! — ругалась Гермиона, думая о своей глупости.       «Как бы поступил маразматик, который боится всего, а особенно Драко?» — спрашивала у себя Грейнджер, то и делая что стуча пальцами по папке с фамилией Уизли.       «Конечно!» — девушка рванула в сторону кабинета Кингсли и аккуратно распахнула двери с помощью заклинания. Тяжёлый замок не хотел поддаваться, но удар ногой по деревянной поверхности значительно облегчил работу.       Гермиона первым делом залезла в ящики в столе, но там не оказалось ничего, кроме недоеденного леденца и пары скрепок. Грейнджер топнула ногой от досады, но, почувствовав покачивание, усмехнулась.       Половица легко отодвинулась под ещё одним ударом. Внутри находилось пять папок. З. П. Н. М. Г. Забини, Паркинсон, Нотт и, конечно же, Малфой с Грейнджер. Она ухмыльнулась проделанной работе.       Захватив папки, Гермиона собиралась уходить, как вдруг что-то заставило её остаться. Девушка смотрела на чистый кабинет бывшего босса и давние тёмные желания проявились. — Бомбардо, — медленно и довольно произнесла девушка, выходя из комнаты.       Громкий взрыв разнёсся по всему Министерству, но Грейнджер это уже не заботило.       Она выбежала из здания, встречая на пути давнюю знакомую Энибет. Глупая девушка шла на встречу растрепанной Гермионе, напевая какую-то песню. — Ох, Mon pauvre! Что с тобой произошло? — Французкий — не мой конёк, Роули, — произнесла Грейнджер, слегка наклоняя голову. — Mais ferme ta gueule déjà. — Гермиона! — вскрикнула девушка, делая оскорблённый вид.       Грейнджер закатила глаза, ощущая резкую боль в рёбрах. Доктор запретил ей долго стоять, чёрт. — Энибет, иди куда шла, Мерлина ради, — Гермиона медленно достала маленький бархатный розовый мешочек, а следом насыпала пыльцу себе на ладонь.       Кучерявая подула ею прямо в лицо зачарованной Роули. Она забудет последние двадцать минут жизни, как жаль.       Грейнджер взяла в руки свой телефон, набирая номер, который ей дал Драко. Медленные гудки просто убивали её, так как боль в ребре становилась всё более невыносимой.       Наконец трубку взял Малфой. Его хриплый уставший голос сейчас был так похож на её собственный, что Грейнджер забывала слушать его. — Гермиона? — протянул Малфой. — Всё нормально?       Девушка прокашлялась, ощущая резкую боль. В глазах потемнело, и она осела на пол, не боясь запачкать платье. — Ты можешь забрать меня? — она выдохлась, адреналин в крови пропал, на Гермиону напала усталость и изнеможение.       Сидящая на бордюре девушка мало кого привлекала, ведь они не могли распознать в ней Грейнджер. Изменилось всё, даже взгляд.       «Ты даже смотришь, как он», — слова Люпина пронеслись в голове словно молния посреди светлого дня. — Ты в порядке? — сталь в голосе Драко, заставила вспомнить Грейнджер с кем она разговаривает. С Доном. С убийцей. С законом этой страны. — А? Да, да, всё в порядке, — прерывисто ответила Гермиона, ощущая былую боль в области бедра. — Я хочу уехать отсюда, забери меня, пожалуйста, — медленно протянула девушка, слыша мужские голоса позади себя.       Её плеча коснулись два мужчины, один из которых пожирал её взглядом. Их глаза обводили оголённые ноги девушки, а похабные языки облизывали свои губы. — Прокатишься с нами? Мы отвезём, куда скажешь, — ухмыляется брюнет с давно не мытой головой.       Второй мужчина провёл рукой по позвоночнику Грейнджер, и та вздрогнула. — Секундочку, Драко, мне нужно решить одну проблему, — уверенно проговорила Гермиона, нажимая на сброс звонка.       Девушка поднялась и отряхнула пыль с задницы. Её взгляд изучающе прошёлся по двум мужчинам. Один толстый и маленького роста, с большой лысиной на макушке, а другой высокий и худой, похож на типичного наркомана. — Пройдёмте, мальчики, — ухмыльнулась Грейнджер, всё ещё прихрамывая. — Развлечёмся. Они зашли в слепой проулок, где их точно никто не смог бы увидеть.       Один из мужчин полез к ней под юбку, но Грейнджер прошипела и вытянула палочку. — Депульсо, отбрасывающие чары, — мужчина отлетел от неё на несколько метров. — Неужели так сложно было оставить одну незащищённую девушку?       Грейнджер медленно вздохнула, когда второй парень бросился с места.       «Левикорпус», — произнесла она про себя, зная отлично, что это сработает. Невербальная магия так же сильна, как и вербальная, если правильно её изучать.       Оба мужчины подвешиваются вниз головой и испуганно смотрят на девушку. — Т.ты? Ты что, ведьма? — произнёс худощавый магл, испуганно прикрывая глаза. — Конечно, тупой ты кретин! — ответил толстяк. — Я сразу сказал, что она странная! Ненормальная! Ведьма! Чудовище! — мужчина продолжал выкрикивать оскорбления, пока позади себя он не услышал томный мужской голос. — Ещё одно слово, и ты лишишься языка, ещё одно плохое слово — члена, — произнёс Драко, обходя висящих парней, направляясь к Гермионе.       Глаза Грейнджер начали сверкать от радости, как у щенка. Она не боялась его. Пока что. — Как я понял, ты в моей защите не особо нуждалась? — ухмыльнулся блондин, подходя ближе к Грейнджер.       Девушка перестала слышать слова мужчины, её сердце наполнилось радостью, как только она увидела его. Гермиона бросилась к нему и крепко обняла.       Он опешил. Малфой не двигался с места, пока девушка отчаянно прижималась к нему, ища то тепло, которое дарила ему. Вдруг он пошевелился. Одна крепкая рука легла на спину Гермионы, слегка поглаживая. — Ведьма, что случилось? Неужели ты снова натворила что-то, за что мне придётся вымаливать твою задницу у самого Мерлина? — отодвигаясь, он нежно придерживал её плечи, заглядывая в блестящие глаза. — Потом, всё потом, — Гермиона вновь прижалась к Драко, нуждаясь в его тепле, и он дал ей его.       Холодный воздух с ароматом зимы крутил взъерошенные волосы девушки, но Малфой закрывал её своей широкой спиной, не давая холоду укусить Грейнджер. Она зачарованно вдыхала тот аромат свежести, не осознавая, в ком сейчас так нуждается.       Гермиона подняла голову в ожидании заветного поцелуя, но Драко смотрел на неё непонимающим взглядом, а затем отстранился. Вновь холодный, пасмурный Малфой вернулся. Вновь он Мафиози и убийца. — Что ты собираешься делать с ними? — отрешённо спросил мужчина, смотря на людей, которые к тому времени уже потеряли сознание.       Грейнджер вновь обратилась к внутренней магии, и эти двое с грохотом упали на холодный асфальт. — Оставлю тут, что же ещё? — сложив руки на груди, задумчиво ответила Грейнджер. — А что бы ты сделал? — спросила Гермиона, слыша последующий смешок Малфоя. — Поверь, ведьма, это не для твоих глаз и ушей, — Драко обхватил одной рукой талию Грейнджер и подтолкнул её к выходу из проулка к своей машине, оставляя людей без должного внимания.

***

      Проезжая светофор за светофором, Гермиона смотрела на Драко. На того самого Драко, которого она повстречала на встрече выпускников. Руки девушки теребили папки, фамилии в которых были под запретом для неё.       Его волосы были растрёпаны сильным потоком воздуха, они торчали во все стороны, пока мужчина назойливо старался поправить чудные пряди. Его спортивный костюм изменился на практичные чёрные джинсы и такую же тёмную толстовку с небольшой белой надписью «Cattivo».       Девушка задумчиво посмотрела на лицо мужчины. Драко был сосредоточен на дороге, его рука спокойно придерживала руль, пока пальцы непрерывно стучали по кожаной поверхности руля. Второй рукой парень опёрся на дверь. — Что значит это слово? «Cattivo»? — не уверенная в своём произношении, спросила Грейнджер.       Драко медленно повернулся к девушке. Его глаза прошлись по ней, осматривая, словно добычу. Он делал это уже не в первый раз, но раньше это не так пугало Гермиону. — Это итальянское слово для описания зла. То, что ты видишь — это зло, — было непонятно, говорил ли он о себе или же дело было в другом, но Грейнджер зачарованно проморгала и упёрлась взглядом в виды из окна. — Ты думаешь, что ты — зло? — тихо, надеясь, что тот её не услышит, переспросила Грейнджер. — Я знаю это, Гермиона. Очень давно.       После этого, перекидываясь незамысловатыми фразами, пара ехала в спокойствии, наблюдая за хмурой погодой Лондона из окон автомобиля.

***

      Когда ворота Мэнора были позади, они вышли из машины. Грейнджер удивилась, когда к ним вышел мужчина лет тридцати. Но последней каплей стало то, что тот не обратил ни малейшего внимания на девушку, мужчина сразу подошёл к Драко и стал что-то нашёптывать.       Грейнджер окинула взглядом Малфоя и низкорослого парня, а затем закатила глаза. Снова эти тайны. Ей буквально с головой хватило доводов про мафию.       Девушка терпеливо ждала Драко, в это же время доставая сигарету из пачки и закуривая её. Острый вкус ментола оставался на губах Гермионы. Дым коснулся носа, и она ухмыльнулась.       Мужчины повернулись к ней, и Гермиона словила ошеломлённый взгляд незнакомца. Тот что-то твердил Драко, а затем ушёл, сверкая своей злостью во все стороны. — Что-то не так? — делая ещё одну затяжку, хрипло спросила Гермиона.       Драко нахмурился, но дипломатично промолчал. Его пальцы коснулись талии девушки, и он провёл её до входа в дом.       Большой особняк выглядел величественно. Чёрный кирпич, из которого была сделана большая часть здания, смотрелся по аристократически, что уж точно не странно для его обитателей. — Сегодня ночью мы едем на бой Блейза в нашем баре, он находится около Кембриджа, — отпустив девушку, проговорил Малфой. — Если ты хочешь, можешь ехать с нами. — «С нами»? — переспросила Грейнджер, убирая волосы за ухо. — Да, забыл сказать. Блейз пригласил весь квартет и Джинни с Викторией, ты тоже есть в этом списке, — ответил Малфой.       Под его острым взглядом девушка ощущала себя неловко и неудобно. Она была словно заключена в нём, будто у него была власть над ней. — Но это зрелище не для женских глаз. Блейз — кретин, он хочет испытать тебя и остальных девчонок, — Драко открыл двери, запуская Гермиону внутрь. — Много крови и сломанных конечностей, но эйфория от этого дикая.       Грейнджер сняла с себя плащ, аккуратно складывая его на диване в прихожей. Её глаза осмотрели пустую комнату, ища хоть какой-то намёк на людей. — А где все? И с кем останется Кастер? — поворачиваясь к Драко лицом, произнесла Герми. — Они уехали. Если ты думала что все живут со мной, то это не так. Всем нужно личное пространство, а мне больше всех, — Малфой подошёл ближе к Грейнджер, и та сделала нервный вдох. Грудь вздымалась редко, казалось, что девушка совсем перестала дышать. — Насчёт Кастера… Он парень взрослый и любит бои больше всех в этом доме. Пэнси, конечно, часто ругается из-за этого, мол, он ребёнок и не может видеть насилие так часто, но давай будем честны? Паркинсон сама наслаждается этим не меньше сына.       Малфой сделал ещё один шаг, прижимая Гермиону к дивану. Девушка находилась в ловушке, но, похоже, ей было не особо до этого. Герми облизнула губы, слегка прикусывая нижнюю. Драко ухмыльнулся и коснулся тонкой шеи Грейнджер.       Пальцы мужчины нащупали пульс, и Драко лишь бархатно засмеялся. Он провёл пальцем по открытой благодаря платью ключице и слегка потушил свой взгляд. — Ты думаешь, что следить за насилием — высшее наслаждение? — задыхаясь от касаний Малфоя, прерывисто спросила Гермиона.       Драко прижался ближе и слегка согнул голову. Их глаза встретились и отзеркалились, они смотрели друг на друга, но видели себя самих. Рука Малфоя младшего прошла ниже, крепко сжимая талию Гермионы.       Девушка издала громкий вздох, когда пальцы Малфоя дотронулись до её бедра. Сладостное наслаждение прошлось по чувствительной точке Гермионы, она почувствовала, как возбуждается, и, вероятно, Драко чувствовал это тоже. — Однажды ты поймёшь меня, и всё встанет на свои места, ведьма, — усмехаясь, прошептал тот и вновь отстранился.       Грейнджер покачала головой в попытке прийти в себя. Она посмотрела на удивлённого Малфоя, а затем на свои дрожащие руки. — Мы можем провести время вместе? — глядя в усталые глаза Драко, спросила Гермиона.       Малфой покачал головой в отрицании, но следом задумался. — Не думаю, что это слишком хорошая идея, — ответил тот, заглядывая Грейнджер прямо в душу. — Но у меня есть свободная пара часов. Чем бы ты хотела заняться?       Гермиона задумалась. Её рука легонько почесала макушку. — Я не знаю. Может быть, ты предложишь?       Малфой отстранился и задумался. Его глаза бегали по комнате в поиске ответа. — Хорошо. Это будет сюрприз. Надень что-то удобное.       Гермиона побежала наверх, чтобы переодеться, как и велел Малфой. Она надела простые чёрные легинсы и огромный розовый свитшот, а на ноги Грейнджер решила обуть обычные чёрные кроссовки.       Выходя из своей комнаты, она столкнулась с Драко. Он тоже переоделся. На нём были чёрные спортивные штаны и худи от известной фирмы. От мужчины приятно пахло пряностью, будто тот облился тонной одеколона с ароматом корицы.

***

      Драко Малфой повёл её за собой. Они спустились по длинной лестнице вниз, выходя на большую подземную парковку, наполненную машинами. Разные краски и иномарки встречали Гермиону.       Малфой коснулся её руки и повёл к центру. Он повернулся к ней лицом и заглянул в глаза. — Какая из них твоя? — наивно спросила девушка, осматривая огромное количество машин. — Все. Ты можешь выбрать ту, на которой мы поедем, — гордо ответил мужчина.       Грейнджер приоткрыла рот в удивлении и тут же закатила глаза, что не осталось незамеченным для Драко. — Конечно, все твои, ты же Драко Малфой, — пробормотала девушка, ощущая легкие толчки в спину.       Она прошла первый ряд и её внимание зацепила Lamborghini Miura жёлтого цвета. Гермиона провела рукой по капоту и повернулась к Драко. — Я выбираю эту.       И они поехали.

***

      В салоне играла лёгкая музыка, пахло новой кожей и ноткой сигар. Они ехали по серпантину, поднимаясь на высокую гору.       Из-за приближающейся зимы на улице начинало темнеть, открывая нотки оранжево-красного заката. Малфой заворожённо смотрел на дорогу, ни один мускул на лице мужчины не дрогнул за всю поездку.       Прошло меньше десяти минут, когда пара была на месте. Драко открыл дверь для Гермионы, подавая свою руку. Их пальцы переплелись, когда Малфой повёл её вдоль лесных троп.       Грейнджер тихо рассмеялась своим мыслям, а тот вопросительно посмотрел на девушку. Брови Малфоя слегка поднялись в немом вопросе. — Я тут подумала… Ты же можешь запросто кинуть меня где-то тут или убить, — усмехнулась Гермиона, крепче сжимая большую ладонь мужчины. — Необязательно было завозить тебя в лес ради того, чтобы убить, Грейнджер. Поверь, простого подвала вполне бы хватило, — ухмыльнулся Малфой, щёлкая игриво девушку по носу. — Спасибо, утешил, — закатила глаза кудрявая, потирая нос.       Они вышли на самый край горы, дальше был только обрыв. Грейнджер подошла ближе, заглянув вниз, сердце девушки сжалось от немого испуга.       Драко подошёл к ней и слегка сжал её запястье. Гермиона обернулась и только сейчас заметила красоту этого места.       Солнце садилось за величественные горы, оставляя за собой лишь яркие оранжевые лучи. Розовое небо склонило свои облака над ними. Вдалеке виднелись пустые промёрзшие поля, а за ними — вид на Лондон.       Столица казалась бескрайней. Миллионное количество огней светило только для них. Гермиона затаила дыхание от великолепия этого момента.       Смотря на Лондон, можно было подумать, что это город, состоящий только из оттенков серого. Безжизненные улицы, дождливая погода, но сейчас даже это не имело значения. Россыпь огней скрывала тёмный туман, покрывший город, скрывала всю серость, наполняя его красками.       Каждый светлый огонёк имел свою историю. Своего человека. Свою судьбу. Кому-то было суждено потухнуть навсегда, а кто-то настолько боялся темноты, что никогда его не выключал. — Это место особенное, — прошептал Драко, разжимая запястье Гермионы. — Бывает, приезжаю сюда, когда жить надоедает. Смотрю на всю эту городскую суету, все эти огни, и мир другими красками играть начинает.       Грейнджер медленно развернулась к Малфою. Она взяла его руку и нежно вложила в свою. Драко смотрел на неё удивлёнными глазами, пытаясь найти хоть какое-то объяснение происходящему, но Гермиона и сама его не знала. — Не отпускай меня, — тихо произнесла Гермиона, касаясь свободной рукой своих волос. — Ты серьёзно думаешь, что я бы смог? — грустно усмехнулся Малфой, крепче сжимая хрупкую ладонь. — Иногда мне кажется, что я схожу с ума. Из-за тебя, ведьма.       Гермиона тихо посмеялась, прикрывая рот ладошкой. — Смешно тебе? — улыбнулся блондин, отпуская девушку.       Грейнджер громко вскрикнула, когда тот закинул её к себе на плечо и поднёс к обрыву. Её волосы закрыли весь обзор на огромную яму, но предчувствие опасности заставило её забарабанить кулаками по спине Малфоя.       Драко лишь рассмеялся, слегка ударяя Гермиону по ягодицам. Он знал, что крепко держит её, и мог бы держать часами, днями и неделями, ей стоило только попросить об этом. — Малфой, отпусти меня! — верещала Грейнджер, продолжая избивать задницу Драко. — Ты уверена? — беловласый отпустил Гермиону, удерживая её всего одной рукой за поясницу. — Нет, нет! Драко, возьми меня обратно! — вскрикнула Герми, тут же затыкаясь, понимая, что сказала.       Малфой медленно отошёл от обрыва и поставил девушку на ноги. Грейнджер смотрела на него выжидающими огромными глазами. Вероятно, она ждала поцелуя, но этого не случилось.       Драко приблизился к ней лицом. Его глаза изучали её, касались самых запретных желаний. Малфой легонько взял её за шею, пододвигая ближе к себе. Его язык прошёлся по губам, что стало пыткой для Гермионы.       Он закусил свою губу и проследил за движениями Грейнджер, но потом Малфой сделал большой шаг назад, мотая головой в отрицании. — Не могу, — его руки начали трястись, и он спрятал их за спиной. — Нам пора. — Но почему ты не поцеловал меня? — тихо спросила Гермиона, нежно касаясь пальцем своих губ. — Со мной что-то не так?       Малфой фыркнул и ушёл, вынуждая Грейнджер идти за ним в сторону машины.

***

      Когда пара села в машину, Драко пристегнул Гермиону и расслабленно откинулся на сидении.       Грейнджер достала пачку сигарет и подожгла одну, наблюдая за тем, как дым выходит из окна дорогого автомобиля. Она успела сделать всего одну затяжку перед тем, как Малфой обратился к ней грубым тоном. — Убери эту дрянь с глаз моих, — он отвернулся и глубоко вздохнул. — Но почему? Раньше тебя не беспокоило, что я курю, — выкидывая недотлевшую сигарету из окна, спросила Гермиона. — Раньше мне не хотелось поцеловать тебя, — прорычал Драко, явно злясь на кого-то. — Так в чём проблема исполнить это? — приподняв бровь, повторилась Грейнджер. — Проблема? — засмеялся Малфой. Его смех стал истеричным, мужчина достал руки из-за спины, и Грейнджер вздрогнула.       Руки Драко трусятся с невероятной скоростью. Он не контролирует их, они захватили власть над Малфоем. — Вот что делает одна лишь мысль о поцелуе с тобой. Одна лишь мысль о владении твоими губами, Грейнджер, — вновь пряча свои руки, ответил Драко.       Гермиона остановила его на полпути. Она нежно взяла его руки и крепко сжала их у себя на коленях. Лицо Малфоя оказалось у её шеи, и та ощутила обжигающее дыхание. Грейнджер закусила губу, смотря на печального Драко. — Почему это происходит? Что с тобой? — тихо спросила кучерявая, продолжая удерживать ладони Малфоя у себя на коленях.       Он сделал тяжёлый вдох и выдох. Его глаза прошлись по девушке и остановились у себя на руках. — Сначала отпусти меня, ненавижу быть в ловушке.       Когда Герми исполнила его желание, Малфой отодвинулся и положил руки на руль. Успокоился. — Мой отец очень любил свои сигареты. Курил по пачке в день, не имел преград, — начал Драко, но Гермиона уже стала понимать, что к чему.       Сердце кучерявой сжалось, когда она почувствовала боль в голосе Малфоя. — Он потушил о мои губы первую сигарету, когда мне было пять.       Грейнджер вздрогнула всем телом, её рука сама собой прикрыла рот. — Сейчас эти шрамы не так видны, нужно присматриваться, — продолжил Драко, проводя пальцем по верхней губе. — Странно, наверное, слышать, но я так и не поцеловал никого в губы, — Малфой усмехнулся, заглядывая в глаза к Грейнджер. — Вначале это было сложно, будто какая-то преграда стоит перед тобой, но потом свыкаешься и перестаёшь так желать этого, — он запнулся, ощущая, как чувства начинают переполнять его. — Я никогда не желал поцеловать кого-то, как тебя, ведьма. Но я не ожидал, что спустя столько лет прикосновение к губам будет таким же болезненным. — Мерлинова борода… — прошептала Грейнджер, приоткрывая рот. — Ты был совсем ребёнком, а твой отец… Полнейший урод. Мне нужно время, чтобы переварить это, я совсем запуталась, — заправляя волосы за ухо, она тихо вздохнула. — Думаю, мы можем ехать. Совсем скоро нам к Блейзу на бой.

***

      Они ехали в тишине, которая убивала обоих.       Гермиону, потому что та впервые столкнулась с такой ситуацией, потому что вовсе запуталась в том, кто такой этот Малфой. Убийца, судья жизни и смерти или просто потерянный мальчишка? Она, конечно, знала, что злыми не рождаются, но эта история изменила её отношение ко всему.       Драко, который был замкнут в себе на протяжении десятка лет, нашёл своё успокоение в одной маглорождённой девушке. Он никому никогда не доверял, о сигаретах знали только по слухам, не более.       Испуганные глаза Грейнджер заставили его давно потухшее сердце биться. Он впервые показал кому-то своё место силы, куда часто заезжал при полном отсутствии мотивации жить. Драко показал ей часть своей души, открыл замок, ключ от которого, казалось, был давно утерян.       Она боялась лишний раз посмотреть на Малфоя. Боялась увидеть вновь озлобленного, недолюбленного подростка. Гермиона боялась, что после этой тишины Малфой никогда не посмотрит на неё, как сейчас, с полным доверием.

***

      Поместье Малфоев отпечаталось для Гермионы тёмным рисунком в голове подростка. Шрам на её руке, старательно скрытый под слоем чернил, всегда напоминал о той слабости, что девушка показала на холодном полу гостиной.       Слегка прихрамывая, Грейнджер шагала за Малфоем. Драко не смотрел на неё, даже не оборачивался.       Они вдвоём прошли на кухню, и Миона присела за барную стойку, наливая себе стакан чистой воды. Её глаза тщательно изучали Малфоя.       Драко стоял перед ней, облокотившись на большой стол. Его пальцы не нарочно настукивали на деревянной поверхности незамысловатый ритм. Тут его голова поднялась, и их глаза устроили поединок, едва скрываемый неаккуратными кудрявыми прядями, которые упали на лоб девушки. — Ведьма, у тебя есть полчаса на сборы. Я скажу Тинки, чтобы приготовила нам ужин с собой. Ехать в Кембридж час с лишним, так что найди, чем себя занять, — уходя, бросил Малфой.       Его гулкие шаги прошлись по пустому Мэнору, оставляя Гермиону одну. Она поднялась, чтобы пройти следом, но вдруг до её слуха донёсся громкий кошачий вой, а затем трёхэтажный мат от Малфоя.       Девушка тихо рассмеялась, а Драко, словно заметив это, крикнул: — Грейнджер, я отрежу ему хвост! Забери этого кота с моей кровати!

***

      Было решено ехать на двух машинах. Четыре девушки и три мужчины с одним мальчишкой расселись по дорогим автомобилям с водителями.       Джинни, Виктории и Гермионе достались задние места, а Пэнси попросилась на переднее. Водитель включил приятную музыку, и девушки стали обсуждать предстоящий бой. — Что там будет происходить? — первой подала голос Гермиона.       Смешки разнеслись по авто. — Это ведь твой первый бой? — усмехаясь, спросила Пэнси.       Получив подтверждающий кивок, Виктория и Паркинсон заметно стихли, словно не зная, с чего начать. — Первыми зайдут бойцы среднего класса. Такие воспринимаются как пушечное мясо для простого разогрева толпы, — ответила Виктория, заводя фиолетовую прядь за ухо. — Вторыми выйдут победитель прошлого боя и выигравший первый бой. — Но это же нечестно, один из них сто процентов будет слабее, — нахмурилась Гермиона. — Бои — это само по себе дело не из самых честных. Ты либо дерёшься, либо сидишь дома без денег. Никому нет дела, слабый ты или сильный, ведь ты должен, — фыркнула Пэнси. — До сих пор не могу поверить в то, что Блейз участвует в этом дерьме, — закатила глаза Уизли, прикрываясь рукой. — Я бы так не возмущалась. Квиддич — это то же самое, только без прямых боёв, — усмехнулась Пэнси. — Стоп, но если есть всего два раунда, то в каком из них появляется наш Забини? — Грейнджер обвела взглядом ухмыляющихся девушек и ей стало неловко от незнания правил. — Никто не говорил про два раунда. Блейз — вишенка на торте, которая появляется в третьем и дерётся с любым из сильнейших за всё время боёв, — ответила Виктория, то и делая, что поглядывая на Паркинсон. — Как это с «любым из сильнейших»? — Ну, — протянула Пэнси, явно пытаясь подобрать пример. — Те, кто выигрывает в бое насмерть. Блейз — самовлюблённый засранец, так что на меньшее не претендует никогда. — То есть он тоже будет драться насмерть? — совсем путаясь, спросила Грейнджер, поправляя свои очки. — Нет, глупышка, — положив руку на ляжку Гермионы, ответила Виктория. — Драко Малфой запретил Блейзу участвовать в подобного плана боях, но так как Забини не хватает этого всего, Драко дал своё согласие на обычные бои. Как по мне, решение глупое. Паркинсон приподняла бровь, а затем кашлянула. Её терпение, судя по всему, было уже на исходе. — Не смей оспаривать его решения и называть их глупыми в присутствии одного из членов Морте Росса, — холодным как сталь голосом ответила Пэнси.

***

      Сидя в баре на неудобном стуле прямо перед клеткой, Гермиона сжалась. Джинни сидела за одним столом с Пэнси и Кастером, а Виктория с Тео, так что выбора кому пожаловаться особо не было. Рядом с ней присел Драко.       В руках мужчины была рюмка водки и бутылка пива. Когда Малфой протянул Грейнджер рюмку, она обомлела. Её брови поднялись, а губы моментально сжались. — Зачем это мне? — подсаживаясь ближе к белокурому, спросила Гермиона.       Малфой наклонился к уху Грейнджер и тихо усмехнулся. — Позже узнаешь, ведьма.       Вокруг них стали собираться мужчины. Некоторые из них были похожи на настоящих роботов, ведь на них совершенно не отображались никакие эмоции. Грейнджер вновь взглянула на воркующих Тео и Викторию и улыбнулась, переходя взглядом на завороженного Кастера.       Мальчишка то и делал, что дёргал мать за рукав кофты. Он вёл себя точно так же, как и маленькая Гермиона, когда наступал канун Рождества, но сейчас это было более странно, учитывая то, куда они пришли.       Женщины в коротких юбках и топах разносили пиво мужчинам, получая за свои ягодицы деньги в чулки. На их головах были надеты странные ковбойские шляпы, что Грейнджер не особо оценила.       Несколько высоких мужчин стояли на входе, а ещё по одному стояли около столиков их компании, вероятно, это была охрана. — Выглядишь испуганной, — подметил Драко, касаясь руки Гермионы под столом.       Она ничего не ответила, лишь тихо фыркнула. — Не бойся, это всего лишь… Игра, — хмыкнул Драко, крепко сжимая ладонь Грейнджер. — К тому же, у тебя есть водка. Станет не по себе — выпей. — Спасибо, утешил, — саркастично кривляясь, отвтеила Миона.       Малфой что-то говорил, но его голос перекрывал дикий крик толпы. Мужчины стучали кулаками по столам и что-то выкрикивали в сторону клетки, которая, как оказалось, была рингом. — Мужчины — животные, не обращай внимания, — подошедшая Пэнси слегка тронула Гермиону за плечо. — Удачного просмотра. Станет плохо — туалет за баром, — напоследок бросила Паркинсон, присаживаясь около сына.       Два бойца вышли на ринг под громкие возгласы. На них уже были надеты перчатки и шорты красного и синих цветов. Судья, стоящий посередине, начал свою речь, которую Грейнджер пропустила мимо ушей.       Всё произошло очень быстро. Она не успела и моргнуть глазом, как замок на клетке защёлкнулся, и два парня набросились друг на друга, словно звери.       Спустя пять минут жёсткой для Гермионы драки она почувствовала первую каплю у себя на штанах. Это была кровь одного из бойцов. — Преимущество первых рядов, — загадочно промолвил Драко, усмехаясь.       Спустя десять минут Герми уже тошнило от запаха крови. Нос красного бойца был практически незаметен из-под огромного месива из вмятых костей и крови. Челюсть синего была сломана, а вместе с ней и пару выбитых зубов.       Красный поднялся на ватных ногах и буквально упал поверх синего, удерживая его своим весом. Кровь капала на пол бара, но никого это не заботило, ведь первый раунд был разыгран за пятнадцать минут.       Выигрыш красного затмил мужчин, которые меняли бутылку за бутылкой.       Малфой ткнул локтем заворожённой Гермионе в бок. — Ну что? Нормально? — тыча пальцем в полную рюмку, спросил Драко.       Его рука всё это время не отпускала её. Он поглаживал тыльную сторону нежной ладони пальцем, едва задевая кожу. — Это так противно. Зачем люди идут на это? — морщась, Грейнджер отпила недавно заказанной минеральной воды. — Деньги правят миром, ведьма. Люди буквально убивают друг друга за них.       Она отвела взгляд, наблюдая за пустым стулом Джинни. — Сейчас в твоей голове, вероятно, появился очередной план по спасению Уизли? Не переживай, она пошла подбадривать Блейза, — ухмыляясь, сказал Драко. — Когда я сказал «подбадривать», это значило чуть больше, чем просто похлопать по плечу.       Гермиона яростно посмотрела в глаза белокурому. Её взгляд ступился, когда она заметила, как тот смотрит на неё. Драко глазел на неё с обожанием, не с издёвкой. — Ты идиот, Малфой, — закатывая огромные глазёнки, пробормотала Герми.       Свет в комнате замигал. Следующая пара бойцов вышла на своеобразный ринг. Светловолосый высокий парень осмотрел зал, слегка поворачивая корпус. В его лице Гермиона узнала того самого красного. Лысый мужчина с синяком усмехнулся, смотря прямо в глаза напряжённому Драко.       Малфой распрямил плечи и с диким вызовом глянул в чёрные глаза бойца. Его злость была видна за километры. Гермиона медленно развернулась, чтобы посмотреть на зрителей. Все были навеселе, попивая пиво и другой алкоголь из своих стаканов.       Грейнджер сжала руку Драко сильнее, заставляя его отвести взгляд от лысого мужчины. Он всмотрелся в лицо Гермионы и его взгляд потеплел. Он ухмыльнулся и кивнул головой на судью, которого Грейнджер видела на прошлом бою.       Спустился курок пистолета, и оба мужчины бросились в бой. Вначале казалось, что оба придерживались каких-то прелюдий, но то, что было потом, заставило ошеломлённую Гермиону прикрыть глаза.       Безусловно, Грейнджер видела кровь в своей жизни, безусловно, она думала, что будет готова к ней и сейчас, но она лгала самой себе. Картина разбитых носов и сломанных выпирающих костей её осенила.       Мужчины падали на колени, но вновь вставали, едва удерживаясь на месте, не желая сдаваться. Светлые волосы одного из бойцов окрасились в красный, он выглядел изнеможённым, собственно говоря, как и другой боец.       Они кувыркались друг на друге по рингу, их спины были расцарапаны, а щёки уже опухли от ударов. Оба оставались непобедимыми для себя и сдаваться не собирались, но было видно, как же мужчины устали.       Блондин взял своего соперника и прижал к клетке, он поднял мужчину выше себя над головой, сжимая его шею в своих руках.       Когда тот начал задыхаться, лысый постучал по клетке, подтверждая победу длинноволосого. Все закричали, кто от радости, кто от проигрыша больших сумм на ставках, о которых ей рассказывал Блейз ранее.       Гермиона поддалась азарту и тоже вскрикнула вместе со всеми, получая уважительные возгласы от Тео и Драко. Девушка усмехнулась, взъерошивая свои волосы. Запах крови коснулся носа Грейнджер, и ту мгновенно стошнило. — Думаю, у нас есть время выйти на улицу и освежиться, пока будут готовить всё для финального боя. — А Джинни? — бросая взгляд на закрытую дверь раздевалки, тихо спросила Гермиона. — Они разберутся, ведьма.

***

Джинни и Блейз.

      Когда Уизли увидела то, с какой жестокостью дралась первая пара бойцов, её сердце бешено забилось. Она стала представлять Блейза на месте одного из них и поняла, что впервые так волнуется за него.       Решение пройти в раздевалку, где, вероятно, сидел Забини, было принято слишком быстро. Девушка просто-напросто сорвалась с места и вбежала в маленькую комнату, неприятно пахнущую потом.       Первый мужчина, перекрывший ей дорогу, лысый, с восьмью кубиками пресса, отлетел в стену. Его голова ударилась о плитку, которая сковала всё пространство. — Не смейте перекрывать ей дорогу, особенно если рыженькая идёт ко мне, — устрашающе прошипел Блейз, прижимая девушку к себе.       Ударившийся мужчина плюнул прямо на пол, касаясь затылка. — Так бы и сказал, что заказал себе шлюху. Освободишь, пошлёшь ко мне, я тоже не прочь воспользоваться этим диамантом, — облизываясь, ответил тот.       Тёмные глаза Блейза загорелись огнём ярости. Он мягко отодвинул Джи от себя и прижал лысого к стене, возвышая над собой. — Избирай слова, когда говоришь о моей женщине, — прошипел Забини, смотря прямо в глаза испуганного мужчины. — Я… я понял! Извини, Забини! — вскрикнул тот, слегка заикаясь. — Как я могу это понять, Скридл? — ухмыляясь, Блейз отпустил мужчину, прокручивая нож у себя в руке.       Джинни испуганно охнула. Она знала про то, кто такой Блейз и что он может сделать за неё. Она знала, что в порыве ярости Забини может убить и не моргнуть глазом, понимая, что ему ничего не будет. — Не стоит, — подойдя ближе, она коснулась его руки с ножом. — Он просто ошибся, не стоит даже руки марать, Блейз. — Хорошо, Черри, — мило откликнулся Блейз, беря руку своей девушки в свою и крепко сжимая. — Я же просила не называть меня так, — прошипела Джи. — Хорошо, рыженькая, — ухмыльнулся тот.       Лысый мужчина по имени Скридл попытался сбежать, но Забини в последнюю секунду схватил его за футболку свободной рукой.       Забини отвернулся от Уизли и ударил Скридла в глаз, оставляя там огромный синяк. — Беги, пока я не передумал оставить твои пальцы на месте, — бросил Блейз, слыша уже удаляющиеся шаги.       Джинни посмотрела на своего парня и улыбнулась, бросившись к нему в объятия. Их губы слились в страстном поцелуе, оставляя за собой нотки той жестокости, которую так любил Забини. — «Моя женщина», — оторвавшись от его губ, засмеялась Джинни. — Мы встречаемся всего месяц, а ты уже считаешь, что я твоя.       Блейз ухмыльнулся. Его рука медленно прошлась по шее девушки, отодвигая огненно-рыжие волосы. Его палец двинулся по ключице, слегка надавливая. Джинни закусила губу и потянулась ближе к нему. — Не привык чем-то делиться. Ты моя, и это моё последнее слово, — выдыхая в губы Джинни, тянул Блейз.       Её глаза закатились, и она тут же ощутила удар по ягодицам. Громко вскрикнув, девушка дала Забини лёгкий подзатыльник. — Поговори со мной, Блейз, я хочу знать о твоих чувствах, — отодвигаясь, сказала Джинни. — Я хочу знать о твоём детстве и о всей твоей жизни.

***

      Джинни лежала на коленях у Блейза. Он нежно перебирал рыжие волосы, вглядываясь в зелёные глаза. Он наслаждался запахом, который исходил от младшей Уизли. Она пахла смесью цитрусов, пахло поздней осенью.       Губы её были сжаты в тонкую полоску, выражая напряжение. Джинни разглядывала острые скулы темнокожего парня, а также его особенный, много раз переломанный нос. — Мой отец погиб в перестрелке, когда мне было три, я не помню его. Мать осталась одна со мной на руках в мире, наполненном кровью и жестокостью, — Блейз усмехнулся своим мыслям. — Издавна считалось, что женщине не место в Мафии. Так было до того, как Драко пришёл к власти. — Кем была твоя мать до того, как Малфою досталась Англия? — зачарованно спросила Джинни. — Она работала в нашем борделе, — ловя ошеломлённый взгляд Черри, Блейз рассмеялся. — Она не была шлюхой, Джинни. Она находила девушек под стать борделю и снабжала их одеждой с косметикой, получая от этого неплохой процент.       Уизли поёжилась. — Кем она работает сейчас? — Сейчас она на пенсии, если это можно так назвать. Мама тянет из меня деньги на молодых любовников, которых находит на отдыхе, — Забини взъерошил волосы своей девушки и увидел её улыбку. — Я полечу к ней в Милан на Рождество, я бы хотел представить тебя ей.       Джинни задержала дыхание и испуганно взглянула на Забини. Его губы посетила яркая улыбка, открывающая белоснежные зубы. — Но я ведь совершенно не похожу на вашу. Я не знаю, как вести себя в обществе уважаемых вами людей, — Джи поправила красный свитер и кивнула самой себе. — Ты просто не знакома с моей мамой, дорогая. Мисс Забини понравится твоё рыжее безумие на голове, — Блейз засмеялся, а Джинни лишь слегка усмехнулась, проводя рукой по футболке парня. — Ты станешь отличной миссис Забини, Черри, — он не дал ей право на ответ, ведь его губы завладели ею.       Блейз кусал, всасывал и делал всё возможное, чтобы заставить Джинни простонать ему в губы и вызвать неутолимое желание. И у него получилось.       Девушка села к нему на колени и поёрзала, ощущая то, как Забини хочет её. Джинни искренне засмеялась, оставляя поцелуй на шее своего мужчины.       Казалось, впереди ещё целая вечность, но было ли это так, не мог сказать никто. Они наслаждались друг другом здесь и сейчас, в окружении мужской одежды и неприятного запаха крови с потом.