Стук сердца

— Ты действительно верила, что мы не последуем за тобой? У меня похолодела кровь и я повернулась лицом к говорящему. Лицо было знакомым, но теперь его ярко-красные глаза прятались за солнцезащитными очками. Кто носит солнцезащитные очки ночью? Их тайна, что веками могла существовать только благодаря фольклору и мифам. Их демонизировали, став синонимом слова «монстр». Были ли они монстрами? Что именно представляло собой монстра? Несмотря на мои сомнения, я чувствовала, как моя кровь стучала в ухе, когда прибыл мой похититель. На нем не было плаща, но он все еще был одет в старомодную формальную одежду гвардейца. Золотое V ожерелье свисало с его шеи, виднеясь из-под двух верхних расстегнутых пуговиц туники. Оплошность с его стороны казалась нехарактерной, как будто он как раз расстегивал их, когда что-то отвлекло его. — Я хотела фору. — Алек поднял бровь. — У меня есть несколько незавершенных дел, которые нужно узнать. Он закатил глаза и взял меня за руку, потянув к выходу. — Подожди, подожди, подожди… — Я уперлась пятками и прижалась к нему. Он, должно быть, заметил взгляд бармена, потому что остановился, не желая привлекать внимание. Он неохотно позволил повернуться лицом ко мне, и я не могла поверить, что даже прикасаюсь к нему намеренно. — Джейн — это все, что у тебя осталось, верно? Она самый важный человек в мире? — Он не ответил мне, но мерцание в его глазах было достаточно сильным, чтобы я уловила его сквозь очки. — Это для моего отца. Так что, просто… Дверь паба распахнулась от порыва ветра. Вошел невысокий кругленький мужчина, сжимая в левой руке довольно блестящую трость. Он сел за стойку и положил трость на колени, подняв правую руку, чтобы привлечь внимание бармена. Мои глаза сузились — попался. Я направилась к нему, но рывок за руку удержал меня. Алек смотрел на мужчину свирепым взглядом. Я сделала шаг к Алеку — ближе, чем когда-либо хотела снова подойти к нему. Это движение заставило его голову повернуться ко мне. Казалось, он изучает меня, разглядывая мое лицо сквозь темные очки. Его взгляд упал на мои губы, прежде чем встретиться с моими зелеными глазами. — Алек… пожалуйста. — Было что-то в том, как я произнесла его имя, что, казалось, зажгло иллюзию в нас обоих. Через мгновение он отпустил мою руку. Я не теряла времени на случай, если Алек передумает. Я слегка оторвала фото от стены и подошла к мужчине постарше. Я села рядом с ним в баре, лицом к нему. Он странно посмотрел на меня, когда бармен поставил перед ним стакан виски. Выбор напитков контрастировал с его вниманием к футбольному матчу по телевизору над барной стойкой. Я планировала вести себя более плавно. Небрежно сесть рядом с ним, заказать такой же напиток, как и он и начать разговор, прежде чем я засыплю его допросом. Только у меня явно не хватило времени, поэтому я выбрала более агрессивный подход. Я положила фотографию перед ним. — Чего ты хочешь, малышка? — Вы знаете, где этот человек? Он проигнорировал фотографию, отхлебнув из стакана. Он едва заметил мое присутствие, вместо этого бросив взгляд через плечо на Алека. Вампир стоял у стены, глядя на нас. — Кто это, твой телохранитель? — Я дала ему попробовать его собственное чувство и проигнорировала его вопрос. Я подменила фотографию виски, подняла ее и поставила так, чтобы он не мог до нее дотянуться, если только он не захочет приблизиться ко мне. Чего он явно не собирался предпринимать, особенно в присутствии Алека. Я постучала по лицу отца. — Этот мужчина. — Он раздраженно вздохнул и полез во внутренний карман куртки, положив очки для чтения на переносицу. Он посмотрел на картинку секунд три, прежде чем снова повернуть голову к спичке. — Извини, дорогая. Это было давно, и я не знал и половины людей, с которыми я на этих фотографиях. Я подозрительно нахмурилась. — Вы кажетесь довольно дружелюбными, чтобы быть здесь незнакомцами. — Послушай, малышка, я его не знаю. — Он отвернулся от игры и посмотрел на меня. Его спина выпрямилась, и его настроение изменилось, чтобы придать более пугающий вид. Он был как другой человек, и я вздрогнула под его пристальным взглядом. — Теперь ты не против уйти? У меня поставлены деньги на этот матч. — Извините, что потратила Ваше время. — Вздохнув, я извинилась. Я медленно встала и отступила обратно к Алеку, который все еще пристально смотрел на мужчину. — Тогда ты был прав. Пустая трата времени, я охотно приму свое наказание. — Он врет. Он помогал мне? — Что? — Он солгал тебе. — Да, ну, я не могу заставить его сказать мне правду. — Я снова посмотрела на мужчину, чье внимание вернулось к игре. Его кулак сжался, когда был забит гол, и он допил остатки своего напитка, махнув рукой на еще один. Деньги... он делал ставки. Если он был правильным человеком, а я была уверена, что это так, то это не имело смысла. Мошенники не рискуют, если не уверены, что выиграют. Именно это делало их такими высокомерными. — Я такой идиот. — Алек тихо зарычал, и я посмотрела на него в замешательстве, прежде чем продолжить свой мыслительный процесс. Что является стимулом мошенника? Деньги. Ясно, что он был на исходе. Если бы работа, которую он планировал с моим отцом, была выполнена, он, вероятно, был бы сейчас в Монако. Но он не был там. Он был здесь. Прежде чем Алек успел меня остановить, я вернулась на свое место рядом с мужчиной. При моем появлении он застонал и закричал на бармена. — Сделай повторно! Он открыл рот, вероятно, чтобы сказать мне, чтобы я снова исчезла, но я оборвала его. — Когда мой отец сделал предложение моей матери, у него не было ни цента. Он считал, что она заслуживает мира, и он хотел отдать его ей. Итак, однажды ночью он пошел в этот частный покерный клуб с высокими ставками, чтобы попытаться выиграть немного денег, чтобы купить ей кольцо. Он взял стакан, практически вырвав его из рук бармена, и пробормотал в напиток. — Отвали, малыш. — Они взглянули на него и назвали его лохом. Человек, который руководил игрой, был каким-то мафиози на пенсии и он позволил моему отцу играть, хотя бы для того, чтобы унизить его. — Мужчина закатил глаза, все еще глядя на футбольный матч. — Однако его большое эго — он потерял обручальное кольцо его прапрабабушки. Она получила кольцо от внебрачного сына женщины по имени София Матильда. Он остановил меня еще одним злым взглядом. — В этой маленькой сказке есть смысл? — Кольцо Софии подарил ее отец. — Я расстегнула застежку на шее, позволив кольцу соскользнуть с цепочки на стержень. Он развернулся вокруг себя, прежде чем приземлиться на бок. Из золота кольца выделялся крупный изумрудный камень. «Король Георг III». Он мгновение смотрел на меня, прежде чем запрокинуть голову с преувеличенным хохотом. — Чушь. Хорошая попытка, принцесса. — Тогда посмотри. — Его глаза сузились. Если я была права насчет его нынешнего финансового положения, афериста и знакомого моего отца, он должен был быть несчастен. Между счетами мошенники либо жили блестящей жизнью, либо жили объедками в канаве, прежде чем они находили свою следующую возможность. Их природа обычно не позволяла им долго заниматься деятельностью бедных и этот парень определенно провел слишком много времени в своем нынешнем низком статусе. Не может быть, чтобы его не соблазнила моя история. Уверенные в себе мужчины любили истории. — Даже если я лгу, если Вы какой-то… профессионал… Вы поймете, что кольцо на самом деле даже старше, чем эта история. Он покосился на меня и взял кольцо, деликатно покрутив его в пальцах. Он полез в карман, чтобы вытащить другую пару толстых очков, наблюдая за мной краем глаза, когда надевал их. — Что ты хочешь знать? — Он усмехнулся. — Все, что Вы можете рассказать мне о Томасе Чивелло. — Кто он тебе? — Он мой отец. — Это удивило его и он быстро еще раз осмотрел кольцо. Тем не менее, он ничего не сказал. Я нетерпеливо пошевелилась. — Он пропал без вести пять лет. В его последнем письме говорилось, что он встречается с Вами здесь, для окончательного подсчета очков. — Да. Он так и не появился. — Мое лицо поникло, когда я сунула кольцо в карман брюк. Он злобно продолжил. — Без него все провалилось и я оказался здесь. — Что это была за работа? — Он оглянулся на Алека и, похоже, заметил букву V на его шее, потому что повернул голову ко мне. Он проворчал. — Неважно. Он встретился взглядом с барменом и слегка наклонил голову в сторону Алека. Я в замешательстве наблюдала, как она тут же вышла из-за стойки и подошла к вампиру, завязав с ним разговор. Как только она закрыла нас от его взгляда, мужчина схватил меня за колено. Внезапное движение удивило меня, когда он поспешно прошептал. — Пятница, 2 часа ночи. Встретимся в нижней части города. Прежде чем я успела его расспросить, он снова переключил свое внимание на футбольный матч и официантка вернулась. Не похоже было, чтобы она сильно пообщалась с Алеком, так как парень молча хмурился. Словно назло Алеку в момент храбрости, мужчина сказал: — Осторожнее, малыш, у таких парней, как он, никогда не бывает добрых намерений. — Я наклонила голову, не зная, что делать с его предупреждением. — Время идти. — Алек подошел к нам и сердито посмотрел на мужчину, обращаясь ко мне. Я послушно встала, закинув сумку на плечо. — Спасибо. — Я положила руку на руку мужчины. Он еще раз проворчал, прежде чем Алек вывел меня за дверь. Снаружи снова пошел дождь и я подняла капюшон. Мои губы начали дрожать. Это была не та информация, на которую я надеялась, но за последние два дня в деле моего отца я продвинулась дальше, чем за последние пять лет. Миша гордилась бы мной. Если бы я только могла сказать ей об этом. Меня вырвал из задумчивости Алек когда заговорил, с отвращением приподняв край моего плаща. — Чье это? — Возможно, я обманом заставила Деметрия отдать его мне. — Я закусила губу и посмотрела вниз, чувствуя себя лишь слегка виноватой. На его лице не было никакой реакции, но он вернул руку мне на поясницу. Он молча вел меня по улицам Вольтерры, и я недоумевала, почему мы не используем вампирскую скорость. Казалось, он всегда так торопился избавиться от меня. Этот пустой воздух который был между нами, он не был темным и зловещим, как это было, когда он угрожал моей жизни. Мне было легче находиться в его присутствии и я не уклонялась от его прикосновений. Что со мной было? Я должна бежать, прятаться, идти куда угодно, где его нет. В поле зрения появился вход в замок и голос Алека снова прорезал воздух. — Это правда? Твоя история о кольце. — Кому ты рассказываешь. — Я полезла в карман, посмотрела на кольцо и надела его на свой палец. Я подмигнула ему и он остановился как вкопанный. Вся враждебность между нами на мгновение забылась и он казался почти впечатленным. Он толкнул дверь и позволил мне пройти. Эти двери когда-нибудь были заперты? Хотя, полагаю, грабители беспокоили Вольтури меньше всего. Наше прибытие заставило секретаршу встать, пристыженную, и я поняла что мой побег мог навлечь неприятности и на нее и на Проспера. Я присоединилась к ее стыду, не веря в то, каким бестактным сделало меня отчаянное любопытство. Ее присутствие и напоминание о его роли в стенах замка, казалось, напомнили Алеку, что он ненавидит меня, потому что он толкнул меня мимо нее и прошипел мне на ухо: — Если ты снова попытаешься сбежать, твой отец будет не единственным пропащим. — Я посмотрела на него, страх за друга моего отца и реальность моего положения вернулись ко мне десятикратно. Какой бы прогресс в отношениях с Алеком и мной не был достигнут за последние два часа, он, по-видимому, был спорным. Алек провел меня в отдельную часть замка, в комнату, в которой я узнала то, что Феликс и Деметрий объявили: «случайный тронный зал». Экстравагантные двери открылись, когда мы подошли. Аро, Маркус и Кай стояли вокруг стола, изучая старые свитки и документы. Аро хлопнул в ладоши, обрадованный нашим появлением. Он оставил двух других вампиров за столом и грациозно подплыл к нам. Меньше охранников, чем раньше, было разбросано по комнате, включая Деметрия и Феликса. Я узнала двоих вампиров, которых встретила в коридорах, но Проспера нигде не было. Джейн стояла в углу и как только Алек поставил меня посреди комнаты, Алек присоединился к ней. — Еще и дня не прошло, а ты уже наделала здесь немало шума, дорогая. — Он протянул свою руку ко мне. — Итак, как ты пришла к такому плану? — Я протянула ему свою руку, даже не утруждая себя изобразить нежелание. Особенно теперь, когда я знала, что он делает. Он увидит, как разворачивается мой план побега. От зачатия до обмана Феликса и Деметрия, чтобы они не только показали мне выход, но и мое жалкое представление «Помогите, я упала и не могу встать». Как и мой побег мимо бедняги Проспера и портье, прежде чем я, наконец, вышла из его любимого замка. — Да, пожалуй, мне следовало подготовить охрану к хитросплетениям вашего положения. — Вот и раскрытие моего оружия. Аро отпустил мою руку и отошёл от меня. — У Софии редкое заболевание, известное как врожденная нечувствительность к боли. Это довольно редкое явление и довольно опасно в повседневной жизни… — Его братья выглядели скучающими и я предположила, что Аро уже сообщил им об этом. Охранники, однако, выглядели не более осведомленными, потому что, несмотря на понимание слов и, возможно, даже условия, они не были уверены, как это относится к моему побегу из замка. Впервые Аро выглядел нерешительным, и я поняла, что, несмотря на то, что он был у меня в голове, он не знал, как лучше объяснить это заболевание. Аро уже проболтался, так что, хотя мне и не хотелось раскрывать свои профессиональные секреты, я помогла ему в объяснении. — Когда я обманула Феликса и Деметрия, заставив их думать, что повредила лодыжку, — я начала свой рассказ таким образом, предполагая, что все, кроме Алека, уже рассказали свою точку зрения. — На самом деле, даже если бы я подвернула лодыжку или что-то в этом роде, я бы не узнала об этом сразу. Я бы, вероятно, прошла бы с ней остаток ночи, прежде чем заметила, что что-то может быть не так. Когда я сказала это, Аро, казалось, пришла в голову идея. — Например, — начал Аро, двигая рукой к правому рукаву моей рубашки. — Можно, дорогая? — Просьба звучала странно, поскольку он никогда раньше не спрашивал моего разрешения, прежде чем что-то делать. — Эээ... я полагаю. Получив от меня подтверждение, Аро задрал правый рукав моей рубашки, обнажив формирующийся черно-фиолетовый синяк. Различные области давления и формы указывали на то, что виновником могла быть рука. Конечно, это был не самый ужасный синяк, который у меня когда-либо был, но он определенно выглядел болезненно. Я не заметила, что Аро все еще имел со мной контакт руке к руке и мои текущие мысли, должно быть, также промелькнули в его голове, потому что он снова обратился к остальным. — Кроме того, кажется, мы должны быть более осторожными с дорогой Софией, чем с нормальным человеком. — Он был прав. — Поскольку она не сможет сказать нам, если мы, возможно, были слишком суровы в обращении с ней. — Он направил свой комментарий Алеку, который все еще смотрел на синяк вокруг моего бицепса. Его сестра бросила на него взгляд, в ее выражении зреет родственное раздражение. Наверное, потому что он разрушил их образ золотого ребенка. — Мой мальчик, ты должен быть с ней очень нежным. — Да, господин. — Я сильно сомневалась, что он выполнит приказ. Тем не менее, Аро, похоже, был удовлетворен ответом Алека — С этого момента я думаю, что лучше держать вокруг тебя определенную ротацию охранников. Ради твоей собственной безопасности и предотвращения дальнейших попыток бегства. — В его глазах был блеск и я не была уверена, было ли этот взгляд злым или беззаботным, прежде чем он наклонился ко мне. — Из которых вы должны пообещать никогда больше этого не делать. — Да, сэр. Мне махнули рукой, освобождая меня от их присутствия, и Алек подошел ко мне. Когда мы начали уходить, Аро заговорил с лирическим подъемом в голосе, когда добавил: «Нежнее, Алек». Алек кивнул, на самом деле отказываясь прикасаться ко мне вообще, когда снова вывел меня из помещения.