Часть 9
22 января 2024 г., 23:43
— Чего же я хочу? — герцогиня хитро улыбнулась, закусила губу и состроила задумчивый вид, а мысли её были совсем не святыми.
Чон наблюдал за сидящей рядом девушкой, за её томным взглядом, за шелковистыми волосами, что так вальяжно располагались на хрупких плечах Су, и за пышущей жизнью грудью, которая вздымалась каждый раз при дыхании. Мужчина и сам не понимал, почему в данной ситуации он думал совершенно не о желании, которое могло быть слишком противоречивым в его понимании, а о девушке, что так нагло игралась с ним.
Он поймал себя на ужасной мысли.
«Было бы неплохо, продолжись эти мгновения ещё немного», — в затуманенном разуме герцога рождались не самые пристойные мысли.
Стало невозможно дышать. Дыхание перехватило, а герцогиня продолжала надувать свои губки и надеяться, что сидящий рядом Чонгук сейчас думал далеко не о свадьбе, а о чём-то более пикантном и интересном. И желательно, чтобы именно она была в главной роли этого спектакля теней.
Для этого всё располагало.
Красивое платье с глубоким декольте, аромамасла, которые, по словам служанки, сводили любого мужчину с ума, и выпитая бутылочка вина.
Ах, да, ещё и обстановка.
Всё-таки не каждый день Су удавалось оказаться в покоях герцога северных земель. В прошлой жизни это происходило ровным счётом никогда.
Это был счастливый билетик для Ким Джису, которая так старательно цеплялась за жизнь, раз уж даже пошла на отчаянные меры, — мир с советником Чхве.
И стоило ей только подумать об этом, усмехнуться от абсурдности своего положения, как в голове вновь всплыла недавняя сцена с Саном.
Герцогиня вновь вспомнила его холодные, чуть худощавые руки, что так небрежно каждый раз убирали пёрышки с её волос, чёрную отметину на руке, приносившую неимоверную боль её обладателю, и, кончено же, его глупые и совершенно сумасбродные слова, — «Тогда и вы пообещайте не влюбляться в меня».
«Как он только посмел подумать о таком?» — возмутилась про себя Ким.
— Герцогиня? — из раздумий девушку выдернул басистый голос Чона, который уже не мог вынести эту приятную, сладкую, но такую непривычную пытку. — Вы специально интригуете? Или же ваши мысли унесли вас далеко не в то русло?
Чонгук отпирался, врал сам себе, но, на самом деле, он неистово желал, чтобы мысли Су ушли именно в то русло, от которого бы он смутился и тут же бы дал отказ.
Это чувство он не мог объяснить даже сам себе.
«Это»? Чем же было «это» на самом деле?
— Я хочу танец, — это было самым мудрым желанием, которое она только могла придумать. — Вы подарили первый танец госпоже Чан, мне кажется, это несправедливо, что мы даже не станцевали с вами, — Су включила актрису. Карие глаза наполнились обидой и сожалением, а взгляд опустился вниз.
Со стороны и впрямь выглядело так, будто бы хладнокровная и жестокая герцогиня юга была обижена и раздосадована. Она хотела, чтобы во время её долгих раздумий в голове герцога рисовались самые непристойные картины с её участием, чтобы он томился от ожидания, что же такое придумает эта лисица с лицом ангела, а после удивился тому, насколько её желание будет разниться с его похотливыми мыслишками.
«Шах и мат, герцог Чон», — ликовала про себя она.
— Вы танцевали с советником Чхве, — мужчина опешил такому желанию, он не хотел принимать в голове того факта, что он разочаровался. Нет, он даже приятно удивился, что сидящая рядом так трепетно относилась к первому танцу, но в глубине души что-то знобило, будто в данный момент ему хотелось совершенно другого. — Вам понравилось?
Чон никогда и не предполагал, что лучший друг и товарищ сможет настолько близко приблизиться к его будущей жене, для которой тот, самолично подписал смертный приговор.
Был ли это жест доброй воли утопающей?
Нет. Чонгук слишком хорошо знал Чхве, тот был не из тех людей, что из жалости пошли бы на подобное.
В этом скрывались иные мотивы.
И именно эти мотивы никак не давали герцогу покоя. На душе было неспокойно.
— Вы ревнуете? — артистично охнула она и придвинулась ещё ближе, настолько близко, что Чон ощущал дыхание на своей коже. — Почему же вы, герцог, просто не можете признаться, что вас задевает факт того, что другой мужчина касался меня? — атмосфера накалялась. — Это так вульгарно, — мужчина смутился ещё сильнее, а Су ликовала, что наконец-то смогла загнать герцога в ловушку.
— Вы так считаете? — как бы ему ни хотелось сдаться, но он просто не мог позволить проиграть герцогине враждующих земель на территории своих покоев.
Была ли она лишь герцогиней враждующих земель?
Отнюдь нет. Вернее, уже точно таковой она не являлась.
Но кем же была для герцога Ким Джису? Он и сам не знал. Или же просто слишком тяжело было разобраться в этом.
Продуманный план, который они вынашивали не один год, унижения, приезд и суматоха со свадьбой, доставляли головную боль, так ещё и неугомонная и такая желанная герцогиня впилась в голову Чона, а он и не хотел, чтобы она куда-то уходила оттуда.
— Я ревную вас к госпоже Чан, — она знала, что мужчина никогда не признается в ревности, а все по одной простой причине, — если Су будет ждать, когда он разберётся в своих противоречивых чувствах, она уж точно вновь окажется в сырой темнице, поэтому приходилось действовать на опережение.
Чонгук замешкался.
В голове стоял лишь её образ, — образ колючей и раздирающей до крови пальцы розы.
— Герцогиня, окажете ли вы мне милость, станцуете со мной? — мужская рука, смотря на которую, сразу же можно было узнать о всех тягостях войны, вытянулась перед Ким.
— Приму это за честь, — Су вальяжно приняла приглашение и позволила рукам, что не раз были окрашены в крови, обнять себя за талию.
Чонгук был их тех, кто не боялся замарать руки в крови, а потому и не испугался прикоснуться к таким изящным и женственным шипам розы.
В покоях герцога стояла тишина, которую разбавляли лишь шаги двух воинствующих сторон, которые неожиданно для самих себя слились не в кровопролитной войне, а в танце.
— Я рад, что вы танцуете со мной, а не с советником Чхве, — признался Чон, а герцогиня в ответ лишь хитро расплылась в улыбке.
«Может быть, и не придётся вновь садиться в темницу», — довольная своей работой, размышляла Су.
— Можете не беспокоиться, но меня не интересует ни один мужчина, кроме вас, — девушка прижалась чуть ближе к Чону, всё-таки они были не посреди огромного бального зала, заполненного людьми, а в интимной атмосфере в покоях северного повелителя. Формальности были ни к чему.
Чонгук смутился, но взгляда не отвёл.
Впервые за последнее время они находились так близко, настолько, что ощущали дыхание друг друга и, казалось, что начали дышать в один унисон.
— Вы хорошо танцуете, — улыбнулась Су и ещё ближе прижалась к Чону, ощущая его пах, и, как оказалось, насколько бы смутно ни было в его голове, снизу всё бурлило и отзывалось на настойчивые призывы девушки к ясности. — Интересно, что же вы ещё делаете настолько хорошо? — она игралась и игралась очень умело.
Джису ходила по краю, и если вместо пропасти была бы кровать Чонгука, она бы тотчас же сорвалась вниз.
— Я хорошо держу меч в руках, — нелепые попытки увести разговор в другое русло и хоть как-то отвлечься от наплыва чувств, что так не вовремя захлестнули герцога.
— Пф, — Су рассмеялась такой нелепости.
«Не хочешь, значит, сдаваться, ладно, ты сам напросился», — в глазах девушки зажглись дьявольские огонёчки, а на левом плече нашёптывал демон.
Хотя, если говорить честно, Джису и сама была ещё той демоницей.
— Позволите мне ещё одну шалость?
— Что вы задумали? — герцог обо всём догадывался, и пускай он отгонял от себя эти мысли, но ему так сильно хотелось разрешить герцогине её шалость.
Ответа не последовало.
Пару мгновений, и Чонгук не успел опомниться, как пухлые губы девушки накрыли его. Джису нечего было терять, а ждать долго она не могла, ведь если недавно приезжали засранцы из её родных земель, чтобы разузнать обстановку на севере, то не ровен час был и оказаться снова в темнице.
У неё был лишь один спасательный круг, — любовь Чона Чонгука.
Он должен был, нет, просто обязан был влюбиться в неё до беспамятства и спасти её задницу от промозглой земли и решёток.
Других вариантов не было.
— Простите, — поцелуй длился всего несколько секунд, а на лице Чона уже красовался характерный румянец.
«Такой неопытный, ну до чего же милый», — думала про себя герцогиня.
Герцог был крепким орешком, но кто бы мог подумать, что банальный чмок в губы настолько сможет расколоть его.
Очередная победа была за Джису.
— Не за что извиняться, — мужчина отстранился, пребывая в шоке. Он держался за свои губы, всё ещё ощущая на себе нежный поцелуй стоящей напротив девушки.
В голове путались мысли, а единственное, что пролетало так отчетливо, — мне мало, я хочу продолжения.
К сожалению, для продолжения было ещё слишком рано. Это понимали оба.
Джису выбрала медленно, но верно двигаться к своей цели.
А Чонгуку требовалось как раз таки намного больше времени, чтобы разобраться со своими странными ощущениями вблизи герцогини южных земель.
— Пожалуй, я пойду, отдыхайте, — она развернулась и направилась в сторону двери, но всем сердцем материла Чона, чтобы тот остановил её.
Чувствовалась незавершённость начатого.
Если мужчина хотел продолжить поцелуй, то Су не желала останавливаться на достигнутом и хотела поставить ещё одну галочку напротив пунктика с идеально выверенными действиями по выживанию.
— Герцогиня, вы говорили, что боитесь спать с непривычки в незнакомых местах, можете остаться у меня, — как истинный джентльмен, предложил он.
Джису расплылась в дьявольской улыбке.
Рыбка уже была у неё на крючке.
— Неужто мы будем спать в одной постели? — радоваться было нечему, ведь у Чона были совершенно другие планы на этот счёт.
Они не были официально замужней парой, а потому, по принципам герцога, не имели права делить постель.
Ему так было легче думать.
В отличие от советника Чхве, который был не против повеселиться с девушкой на одну ночь, у Чона были строгие принципы на данный счёт.
Да и честно говоря, дело было больше не в принципах, а в том, что он переживал за герцогиню, которая так искренне признавалась ему в чувствах, а он из-за путаницы в голове всё ещё не понимал, мог ли ответить ей взаимностью или его сердце всё ещё принадлежало нежной лилии.
Сердце знало ответ, но в голове срочно требовалась генеральная уборка.
— Можете занять мою постель, а я лягу на диван, — разочарованной Джису ничего не оставалось, как только послушаться мужчину и занять своё место.
План сработал, но не до конца.
«Чёртов джентльмен», — бесилась про себя девушка, но на лице отражалось хладнокровное спокойствие.
Могла бы, она бы уже давно насильно положила бы Чонгука рядом с собой в кровать, раздела и спокойно радовалась счастливой жизни. Ну, по крайней мере, тому, что вообще шансы на выживание уж точно повысились на процентов так тридцать.
Джису укуталась в одеяло и наблюдала, как герцог со своими габаритами пытался поместиться на маленьком диванчике, который уж точно был ему не по размеру.
— Удобно? — ехидно поинтересовалась девушка, показывая всем своим видом, насколько ей удобно на кровати.
— Спокойной ночи, герцогиня, — Чон проигнорировал вопрос и погасил свет.
— Ах, да, чтобы вам снились только хорошие сны, я думаю, стоит сказать, что с вами мне понравилось танцевать больше, чем с советником Чхве, — это была вишенка на торте, от которой на лице Чона расцвела улыбка, но эта маленькая слабость так и осталась в темноте.
Джису поймала себя на мысли, что она соврала. Так нагло и зазорно, что сердце предательски кольнуло, но не от умелой лжи, что так лихо соскочила с её губ, а от непонятного чувства, затаившегося внутри последнее сказанного.
«Всё-таки холодные руки советника ощущались иначе», — пронеслось в голове Су перед тем, как она провалилась в сон.
* * *
— Доброе утро, герцогиня, — только Су стоило разлепить глаза, как неподалёку от кровати она заметила давно собравшегося и готового к насущным делам герцога. Она, как обычно, провалялась в кровати дольше положенного. — Доброе утро, — простонала девушка, зарываясь ещё больше в подушки. Яркий свет вынуждал глаза покалывать, а ей это не нравилось. — Вы хорошо спали? — Чон никак не хотел отпускать её обратно в объятия Морфея, потому и продолжал непринуждённую беседу. — Было бы ещё лучше, поспи я пару лишних часиков, — это было бы и впрямь хорошо, но продолжать оставаться в покоях герцога северных земель больше положенного было нельзя. Джису с утра никогда не могла контролировать себя и показывала свою настоящую сторону, а герцог только и мог, что с невинной улыбкой наблюдать за ней. Он находил в этом что-то своё, что-то живое и до безобразия притягательное. — У меня много дел, так что вам пора вставать, — Су и сама всё прекрасно понимала, потому неохотно поднялась с мягкой перины, моргнула пару раз, чтобы привыкнуть к свету и поплелась в сторону выхода. — Я не выгонял вас, не стоит убегать так сразу, — Чон и сам не понял, почему ему захотелось насладиться утренней рутиной с герцогиней побольше, но и останавливать её он не мог. Всё-таки Джису требовалось время, чтобы служанки помогли ей прийти в себя после пробуждения. — Я и так засиделась у вас, не хочется ещё больше смущать, — она было открыла дверь, как перед глаза возник советник Чхве. — Вы не смущаете меня, — донеслось позади, но Су уже не восприняла эту информацию, в её голове крутилась лишь одна мысль: «Почему ты появился именно сейчас?» — Советник Чхве? — герцогиня застыла на месте, всматриваясь в идеально выверенные черты лица мужчины, в то, как аккуратно на его переносице держались очки, и пыталась увидеть хоть единую эмоцию в пучине карих глаз. Там было пусто. Он смотрел с равнодушием на развернувшуюся ситуацию, Сана не волновало, кто и что делал в покоях герцога ночью. Это было делом, куда он никогда не смел совать носа. Тем более он знал, что однажды это должно было произойти. Однажды герцог всё-таки смог бы дать слабину, когда-нибудь он разобрался бы в себе и Ким Джису оказалась бы на его личной территории. Это было лишь дело времени. Он это прекрасно знал, но порой от этого знания становилось невыносимо тяжело. — Доброе утро, герцогиня, — советник отступил от двери, позволяя девушке пройти без преград. — Герцог Чон, у меня к вам есть дело, — после он просто проигнорировал Джису. Это было не из ревности, не из-за какой-то детской или нелепой обиды, просто он не считал нужным смущать её в такой ситуации. Он стал лишь случайным свидетелем, потому и не видел надобности заострять внимание на их утренней встрече. — Сан, входи, — затем дверь закрылась. Джису осталась стоять в просторном коридоре северного особняка. «Ещё бы припал перед хозяином», — Су бесилась, почему-то её задевал факт того, что со стороны советника не поступило никакой реакции. Он был холоден и равнодушен. Впрочем, как и всегда. — Госпожа, что вы делаете здесь? — из-за угла выглянула служанка, которая, только завидев Су, охнула. Её внешний вид оставлял желать лучшего. Герцогиня южных земель не должна была разгуливать в таком виде, особенно вблизи покоев господина. — Прогуливаюсь, — отмахнулась она, не желая тратить время на лишние разговоры и последующие сплетни. «Стоп, сплетни», — расплылась та в улыбке, представляя, какое будет лицо у Чан Вонён, стоило бы ей только узнать о совместной ночи с герцогом. — Ну как же вы так можете прогуливаться? — причитала взрослая женщина. — Вы не переодевались со вчерашнего дня? — Я ночевала в покоях герцога, — это был умный ход, а длинные языки служанок бы сыграли только на руку. — Боже, прошу прощения, — она принялась тут же кланяться и извиняться. — Я искала вас, вам пришло письмо с юга. — Было указано от кого? Вариант был только один. — От старого друга, это единственное, что было написано на письме. «Не подвёл, засранец», — усмехнулась про себя Джису.* * *
Джису неслась по коридорам северного замка. Впервые за последнее время она так быстро передвигалась, слуги, что встречались на пути герцогине, думали, будто она убегала от кого-то. — Ублюдки, — ругалась, злилась, места себе не находила. Когда она получила письмо от Тэхёна, надеялась на какую-нибудь ерунду не по делу, мужчина любил так делать, но он слишком хорошо постарался. И это пугало. — Как только посмели? — яростно восклицала она. Письмо начиналось с приветствия. Ничего не предвещало беды. Вот только затем, Ким был достаточно краток, видно было, что писал в спешке: буквы были смазаны, а почерк размашист. «Ты должна быть осторожной. О твоём предательстве уже догадываются на юге. Ничего не смей брать с южных земель, они планируют наложить заклинание слежения. Не попадись, иначе лишишься головы раньше времени. Писать буду меньше, могу попасться. Береги себя, дорогой друг!» — стоило только герцогине дочитать всё до конца, она была вне себя от злости, даже выгнала служанку из комнаты. Ей требовалось время всё обдумать. Тэхён не стал бы ей врать. Даже если бы это и был хорошо продуманный план, то для него было бы слишком опасно писать о ней, как о дорогам друге. Это автоматически приравнивалось к сотрудничеству. Ким больше всего трясся о своей жизни, потому не стал бы себя так подставлять. Джису ворвалась в библиотеку, словно ураган, готовый снести на своем пути всё, чего только коснётся. — Герцогиня, — советник, как всегда, был на своём законном месте, Су иного и не ожидала. Сейчас его помощь была как никогда кстати. — У вас что-то случилось? — на Ким лица не было. — Мне нужны книги о магии, — Чхве впервые видел герцогиню такой взволнованный. Обычно она не показывала своих искренних эмоций, лишь иногда, когда им удавалось остаться наедине, южанка срывала с себя все маски, но её истинное лицо отличалось от того, что сейчас видел советник. — Что именно вас интересует? — он решил не поддаваться панике, если бы девушка и хотела рассказать, то непременно сделала бы это. В ином же случае у него не было права вмешиваться. Сан оставался всё таким же отстранённым. Старался не переходить черту. Особенно после утренней сцены. — Мне нужна защитная магия, — походила на дикого зверя, что увидел охотников и был готов сорваться с места бежать. — В библиотеке есть книги по этой теме? — она только сейчас осознала, как выглядела в глазах Чхве: испуганно и странно. Нужно было взять себя в руки. Паника была не к месту. — На третьей полке слева все интересующие вас книги, — знал, что, если бы хотела, попросила бы помощи, в его глазах Су была слишком самостоятельной для той, кто находился в столь шатком положении. Он уважал эту черту характера в ней. — Если понадобиться помощь, скажите, герцогиня, — формальная вежливость. Джису не хотела терять времени зря. Тут же полезла изучать книжные полки. Искать долго не пришлось, Сан знал библиотеку, как свои пять пальцев, потому поиски и облегчились. Вот только была одна проблема. Книга находилась слишком высоко для миниатюрной герцогини. — Советник Чхве, мне нужна ваша помощь, — мужчина неспешно поднялся и подошел к Су. Они стояли в узком пространстве между книжными стеллажами. Отчего-то атмосфера снова стала интимной, хотя, казалось бы, в библиотеке такое было невозможно. — Слишком высоко, — тянулась, но никак не могла достать. Сан же был достаточно высоким, он возвышался над герцогиней на две головы. — Секунду, — они тянулись за одной книгой, и на одно мгновение их пальцы соприкоснулись. Это было так незначительно, так неправильно, но почему-то герцогине не хотелось разъединять их, советник же тоже не спешил этого делать. Атмосфера резко изменилась. Больное сердце герцогини вновь начало её подводить. «Прекрати, сейчас вовсе не время», — отдёрнула руку и легонько стукнула себя кулачком в грудную клетку. Она была искренне убеждена, что ей стоило провериться у доктора. Беспокоилась, что могла и не дожить до казни из-за проклятого сердца. От болезни любовь герцога её уж точно не спасла бы. — Герцогиня, ваша книга, — смотрел так, как и обычно. Ничего в его взгляде не изменилось. Вечно холодный и отстранённый, но, несмотря на это, мужчина позволил себе небольшую дерзость: — Может быть, расскажете, что у вас случилось? Чхве сам просил её не обращаться к нему за помощью слишком часто, но ничего не мог с собой поделать. Он не мог смотреть на обеспокоенную герцогиню спокойно. Внутри что-то покалывало. И это уж точно была не его больная рука. На его памяти была лишь одна болезнь, от которого так и не нашлось ни одного лекарства за столько времени. И, кажется, герцогиня южных земель болела ей же.
