Команда ранга 3-S.

— Экзамен на чунина пройдёт через несколько месяцев, однако начать подготовку к нему следует уже сейчас. Ваша задача — изучить материалы экзаменов предыдущих лет, проанализировать задания, выбрать те, которые можно включить в новый экзамен и те, которые утратили свою актуальность, внести предложения по организации наблюдения за нарушениями правил и обеспечения безопасности в деревне на время присутствия в ней иностранных шиноби. Кроме того, вам нужно составить объективное мнение о генинах, которые могли бы участвовать в этом экзамене от Конохи и проанализировать на основе доступных данных об их миссиях, — Минато кивнул на внушительную стопку бумаг с краю стола, — и личного общения, насколько удачным окажется их участие в экзамене. Вопросы? — Значит ли это, — моментально заговорил Саске, — что сами мы принимать участие в экзамене не будем? — Было бы странно заявлять участниками экзамена тех, кто помогал в его организации, — подтвердил Минато. Саске помрачнел. Слишком часто Фугаку сравнивал сыновей, и всегда это было не в пользу младшего. Закончил Академию первым учеником? Замечательно, только вот Итачи выпустился всего через год после поступления, и тоже с лучшими результатами, превзойдя даже тех, кто отучился положенный срок. Научился клановой технике? Итачи в этом возрасте умел гораздо больше, и обучался намного быстрее. Шаринган, насколько было известно Минато, у Итачи пробудился во время войны, при гибели одного из сокомандников, а с момента поступления в АНБУ стремительно развивался, не перейдя пока, впрочем, в стадию Мангекё. Саске пробудил свой при нападении Лиса, когда увидел разгромленную деревню, и до сих пор не продвинулся дальше первой стадии. Единственным, чем Саске хоть в чём-то превзошёл брата, было попадание в команду под руководством Хокаге, но сколько в этом было заслуги самого Саске? А теперь и на предстоящем экзамене как-то выделиться и заслужить, наконец, гордость и одобрение отца не получится… тем более, Итачи прошёл этот экзамен, опять же, в более раннем возрасте и в одиночку. — Но кто же нам расскажет, как именно проходили прошлые экзамены? — растерялась Сакура. — Разве это не является тайной? Именно по той причине, чтобы следующие выпускники Академии не узнали заранее, что их ждёт? — Сами задания не меняются, лишь их содержание, — ответил Минато. Это было правдой: и письменный тест, и прохождение Леса Смерти, и финальные поединки были неизменными этапами отбора чунинов, но вот вопросы теста каждый раз оказывались новыми. А Лес Смерти и поединки вообще нельзя было спрогнозировать: в Лесу каждый раз находились новые опасности, не считая соперничества команд, а противники для поединков отбирались случайным образом, что, опять же, делало результат непредсказуемым. — Сай, у тебя нет вопросов? — Нет, Минато-сенсей, — вновь неестественно улыбнувшись, ответил тот. — Я присутствовал на финальных поединках, начиная с четырёхлетнего возраста… — Я тоже! — хором перебили его Саске и Сакура. Так же одновременно замолчали, взглянув на Минато: Саске — настороженно, Сакура — виновато и с опасением. Всё-таки перебивать сокомандника, отвечающего на вопрос наставника, тем более, Хокаге, явно не было хорошим поступком. Сай молчал, сохраняя на лице всё ту же улыбку, которую с каждой секундой хотелось… нет, не стереть. Заменить настоящей. И над этим Минато тоже предстоит поработать… — Кто чем займётся? — не дождавшись продолжения от Сая, поинтересовался он. Конечно, распределить задания самому будет проще, но так он сразу выявит того, кто претендует на лидерство в команде — не то, чтобы это являлось тайной — и насколько дети оценивают свои возможности и способности друг друга. Как и ожидалось, первым заговорил Саске: — Я могу расспросить о прошлых экзаменах тех из клана, кто в них участвовал, — насколько было известно Минато, самыми близкими Саске по возрасту были как раз Итачи, Шисуи и Изуми, все остальные старше лет на десять, самое малое, и более дальнего родства. — Организация наблюдения и обеспечение безопасности это работа полиции, о которой я тоже знаю больше них. И я наблюдал за остальными ребятами в Академии, поэтому могу составить анализ их поведения на экзамене. «Больше них». Он даже не назвал сокомандников по именам. — Иными словами, ты собираешься взять на себя почти всю работу, считая, что Сакура и Сай справятся с этим хуже, — внимательно посмотрел на него Минато. Саске смотрел в ответ почти что с вызовом, уверенный в своей правоте. — Основываясь на том, что принадлежишь к клану, обеспечивающему порядок в Конохе, из которого, к тому же, вышло много выдающихся шиноби, получивших высокие ранги в молодом возрасте. Это разумная оценка своих способностей, — кивнул Минато. — Но при этом ты не учёл, что Сакура с первого курса Академии занимается ирьёниндзюцу и добилась существенных успехов, позволивших ей последние два года не просто присутствовать, а даже ассистировать ведущим ирьёнинам, в том числе и самой Цунаде-сама, при лечении пострадавших шиноби. В том числе и генинов, проходящих экзамены предыдущих лет. Следовательно, она может проанализировать, какие этапы чем опасны, и кто из ваших товарищей по Академии рискует пострадать на том или ином из них. Кроме того, изучение ирьёниндзюцу требует умения быстро запоминать большие объёмы информации и систематизировать их. Следовательно, единственное, чем из присвоенных тобой обязанностей она не может заняться — организация наблюдения и обеспечения безопасности. Но этим вполне может заняться Сай — его дед, как тебе, несомненно, известно, является руководителем АНБУ, отвечающих за безопасность наравне с полицией… Саске злобно покосился на Сая. Вероятно, Фугаку просветил сына насчёт доставшегося ему в сокомандники парня, и едва ли характеристика внука Шимуры была лестной. — Я… думаю, Саске прав, — подала голос Сакура. — Записи ирьёнинов не дадут столько информации, как общение с прошедшими этот экзамен людьми… — Люди склонны приукрашать свои заслуги, в том числе и опасности, с которыми они столкнулись и преодолели, — пояснил Минато. — Записи дополнят их рассказы и позволят отличить пустое бахвальство от правды. Вам следует использовать все доступные данные, а не только те, которые легче всего получить. К тому же, рассказы шиноби одного клана объективную картину составить не позволят. И, когда я говорил о том, чтобы вы составили объективное мнение о генинах Конохи, то имел в виду не только тех, кто учился вместе с вами. В деревне много шиноби из предыдущих выпусков, всё ещё остающихся в этом ранге. Что вы можете сказать о них? — Якуши Кабуто, — снова одновременно, теперь Сакура и Сай. Ошарашенно посмотрели друг на друга, и продолжила девочка: — Он лучший из ирьёнинов госпиталя, после Цунаде-сама, конечно. Стал генином в прошлом году, но экзамен не прошёл. Откуда ты его знаешь? — это адресовалось уже Саю и, насколько помнил Минато, являлось первым напрямую заданным ему вопросом от кого-то из сокомандников. — Он работает с одним из исследователей под руководством моего деда, — безэмоционально пояснил тот. Не назвав Орочимару по имени, хотя Минато после разговора накануне не сомневался, что главным исследователем в области всего, хоть сколько-то связанного с ирьёниндзюцу, является именно он. — В общем, с документами по предыдущим экзаменам будете работать вместе, — подытожил Минато. — Саске расспрашивает соклановцев, Сакура берёт на себя тех, чьи записи найдёт в госпитале, а Сай займётся выпускниками этого года. На всё у вас… три дня, — чуть задумавшись, решил он. При грамотном распределении сил они всё успеют и даже не переутомятся. Для первого задания это довольно лёгкое поручение, всего-то перебрать бумажки и поговорить с людьми. Не сложнее прополки чужих огородов, уборки мусора и выгула собак, которыми занимались сейчас прочие команды. — Отчёт тоже составите и принесёте вместе. И, разумеется, это задание не освобождает вас от тренировок и работы, — добавил он. — Да, Минато-сенсей, — на этот раз в унисон прозвучали все три голоса, пусть и с разными интонациями: плохо скрытое недовольство, сосредоточенная решительность и абсолютная безэмоциональность. Ученики покинули его кабинет, не глядя друг на друга, но Минато не сомневался: за дверью Саске вновь возьмёт на себя роль лидера, раздав Сакуре и Саю указания, которым те подчинятся. Первая — потому что подчинилась бы абсолютно любому требованию понравившегося ей мальчика, второй — потому что ему всё равно, чем заниматься. Интересно, в какой момент они сообразят — или не сообразят — расспросить, как проходил его собственный экзамен? Обратятся ли к Какаши? Или ограничатся расспросами тех, на кого он указал — людьми клана Учих, пострадавшими на предыдущих экзаменах шиноби и выпускниками этого года? Им ещё предстоит научиться проявлять инициативу… Минато чуть улыбнулся — и отправился к сыну.