Надежды грешников

      Воскресенье встретило учеников пасмурной погодой и дождем. Капли стучали по окнам, сквозь щели в замок просачивались сырость и холодный ветер. Едва проглотив тосты с кофе, Вероника вышла из Большого зала и теперь спускалась в подземелья. До конца завтрака оставалось время, и девушка брела по холодным коридорам, не торопясь к декану. Тоскливое настроение соответствовало погоде снаружи. У кабинета она остановилась и оперлась плечом о холодную стену. Спустя пару минут к девушке присоединился и староста Слизерина.       — Как настроение? — спросил Драко, рассеивая гудящую тишину коридоров. — Снейп явно позвал нас не строчки писать, — поднятый уголок губ и манерно изогнутая бровь красноречивее любых слов передавали его мысли.       — Мисс Розье, мистер Малфой, — голос профессора отразился о стены замка, когда девушка собралась ответить, разлетелся осколками и осел мурашками по спинам учеников.       Драко и Вероника вошли вслед за деканом, переглянувшись. Снейп взмахнул палочкой, и светильники на стенах зажглись, освещая мрачное помещение. Он повернулся и хищно сощурился, складывая руки на груди.       — Вы, сэр, наверное, хотели добавить что-то более важное, чем то, что мы и так знаем? — не выдержала девушка спустя минуту молчания.       — Раз Вы уже все знаете, мисс Розье, то не буду Вам мешать делать все, что заблагорассудиться. И, конечно, я правильно понимаю, что не должен мешать Вам нарушать правила школы, в которой Вы учитесь, и где я за Вас отвечаю, потому что Ваш дед великий Пожиратель смерти?       Вероника упрямо сжала губы и смело посмотрела декану в глаза. Спустя пару секунд профессор раздраженно хмыкнул.       — Я вижу, ответ на это все да. Только, к большому Вашему сожалению, я не могу это допустить, — черные глаза Снейпа прожгли ученицу насквозь. — Восхитительно, мисс Розье, видимо Ваш статус позволяет Вам так легко закатывать глаза на декана. Думаю, Ваш дед обрадуется паре строчек о том, как воспитана наследница рода.       — Я думаю он обрадуется письму от Вас, профессор, — Вероника ухмыльнулась. — Учитывая ваш общий интерес, который-нельзя-называть.       — Мисс Розье, — прошипел декан. — Ваше поведение…       — Мой отец тоже будет рад весточке от вас, ведь вы так давно не виделись, — усмехнулся Драко.       Снейп потер переносицу как от головной боли и указал студентам на кресла напротив его стола. Отойдя к полкам слева, он достал потрепанную книжку и, подойдя к тумбе между сиденьями, раскрыл и положил ее перед ними. Слизеринцы, замешкавшись, сели на указанные места и синхронно наклонились к страницам. Тут же оба разочарованно фыркнули и откинулись на спинки.       — И что же вы ожидали увидеть? Планы Темного Лорда на ближайшие десять лет?       — Нет, — откликнулся юноша, — но явно не записки о рабочей программе по курсу зельеварения.       — За 6 курс тем более, — добавила девушка, покосившись на тумбу. — Зачем нам это?       — Жаль, я был о вас лучшего мнения. Информация, написанная тут, будет вам весьма полезна. Я бы на вашем месте почитал, что вас ждет в следующем году, если вы собрались продолжить усиленный курс зелий.       — Так он же будет в следующем. Кто знает, может эта жалкая пародия на образование изменится, — протянул Малфой.       — А у Вас есть официальный приказ Министерства, мистер Малфой? Или может у Вас, мисс Розье, есть такой приказ об изменении школьной программы для 6 курса начиная со следующего года? — зельевар неспешно обошел кресла, чтобы оказаться лицом к лицу со студентами.       — Что Вы хотите от нас, профессор? — Вероника не выдержала.       — Ничего экстраординарного. Я хочу чтобы вы не нарушали правила школы, — черные глаза профессора впились в девушку, заставляя ее чувствовать себя неуютно. — Я хочу, чтобы хотя бы вы не доставляли мне неприятности, — он перевел взгляд на Драко, — я хочу, чтобы вы делали только то, что вам полагается делать, как студентам Хогвартса.       — А как чистокровным наследникам? — протянул Драко.       — А как чистокровным наследникам я вам рекомендую сидеть тихо и направить все ваши силы на учебу. Вы можете сидеть в гостиной хоть всю ночь, но появляться за ее пределами после комендантского часа я запрещаю. Напрямую, Малфой. Без всяких но, Розье. Если я узнаю, что вы нарушили, то я сниму по сто баллов с каждого из вас.       — Но мы же тогда проиграем кубок!.. — выпрямил спину Малфой. — Это вас не беспокоит, сэр?       — То есть вы утверждаете, что будете нарушать мой приказ? Может, мне начать снимать баллы сейчас? — ледяной голос окатил Драко, и он покорно кивнул, хотя и выглядел раздосадованным.       — Розье?       Вероника задумчиво смотрела на Снейпа. Почему он так настойчиво хотел, чтобы они не выходили за пределы гостиной, пока было загадкой. Раньше друзья никогда не получали за это выговор, даже если профессор знал о нарушениях. Она в любом случае не могла не выходить: оставить любимого питомца одного на всю учебную неделю казалось кощунством. Но лишиться ста баллов сейчас означало лишиться и возможности выиграть кубок школы, а сделать такой подарок другим факультетам Вероника не могла. Идеальный ответ сорвался с языка:       — Хорошо. Сэр. Я поняла. Профессор. Никто не увидит меня вне гостиной в ночное время.       Бровь декана взлетела, а ухмылка скривила лицо.       — Я приму это за согласие. Мои условия вы поняли. Теперь вон.       — Почему нам нельзя быть вне гостиной ночью? — холодно спросила Вероника.       — Потому что таковы правила школы, — Снейп сел в кресло за стол и достал из ящика толстый блокнот, перевязанный выцветшей от времени зеленой лентой. — Малфой, передай Флинту, что я зарезервировал поле на все выходные в этом месяце.       — Хорошо, профессор, — Драко стоял у выхода, но девушка упорно не отходила от стола.       — Розье, я не собираюсь отчитываться перед вами, почему нельзя нарушать правила. Они распространяются на всех.       — Хорошо, сэр, — звонко согласилась она и вылетела из кабинета, подхватив под руку друга.

***

      — Какого!.. — возмущалась Розье, меряя шагами спальню Малфоя.       Драко развалился на кровати, наблюдая за девушкой. Четыре шага до стола, резкий разворот, четыре шага вдоль дивана до книжного шкафа, снова разворот, и так по кругу уже минут пять.       — Почему именно я?! По сто баллов, Забини! По сто, клянусь драконом! За что! — на очередном круге девушка взвыла и рухнула на диван.       — Может потому, что именно ты чаще всех оказывалась вне гостиной ночью? — Блейз выглянул из-за спинки дивана и подмигнул подруге, которая тут же закатила глаза. — Попасться в первую же ночь Снейпу, это же надо! Ты явно потеряла сноровку, не первый же курс.       — Заткнись, — простонала она в ответ, спрятав лицо в ладонях. — Меня не ловили и не заставляли идти с Поттером в Запретный лес, в отличии от некоторых.       — Ты и без наказаний с удовольствием туда ходишь, — едко заметил Драко. — Что за грязные тайны ты хранишь, Вероника Розье?       — Бесите, — девушка закинула ноги на спинку дивана.       — Ты тоже, — брюнет приземлился в кресло напротив и вальяжно закинул ноги на стол. Закрыв лицо руками, он начал плаксиво:       — О, Мерлинова борода! Я не смогу выходить из гостиной! Как же я смогу нарушить запрет самого́ Снейпа!       — Забини, перегибаешь, — Розье медленно села и окатила друга презрительно-холодным взглядом.       Блейз насмешливо вскинул руки вверх, делая вид, что сдается.       — Знаете, надоели, — Вероника встала, поправила форму, и покинула комнату, напоследок показав друзьям средний палец.       — Мы тоже тебя любим, детка! — раздался вслед голос Забини.       В комнате девушка улеглась на кровать и манящими чарами призвала плеер. Это было то единственное, что досталось ей напрямую от мамы. Их большая тайна от деда и отца: магловское устройство, они купили в Лондоне. Сегодня кассета с альбомом Кейт Буш, которую они вместе купили и слушали, подходила лучше некуда к ее разодранным чувствам.       — Неужели это так очевидно? — девушка прижала ладони тыльной стороной к щекам, и почувствовала, что они горят.       — Акцио, зеркало!       Изящное серебряное зеркальце на ручке, обвитой цветочным узором, приземлилось в ладонь. Розье внимательно изучила отражение, но не увидела никаких признаков покраснения. Слава Мерлину, что румянец не был частым гостем на её лице. Со стоном она перевернулась и накрыла голову подушкой.       — Ну нееет, за чтоооо… Дракловы придурки! Неужели… Нет, я не могла так заметно реагировать на него, иначе я не Розье!       Девушка резко вскочила и раздраженно сунула зеркало под подушку.       — Сейчас не ночь. Технически никто не может запретить мне гулять, правильно? Правильно, — убеждала Вероника себя, доставая из комода утепленную мантию. — Хотя там сыро и мерзко. Добби! — её озарила идея.       Розье сложила мантию обратно: нет смысла идти в лес, пока там нет Баргеста. Сняв наушники и выключив плеер, она аккуратно спрятала его в чемодан под кроватью.       — Вот, я еще с ним не виделась!       Девушка, вдохновленная решением, не мешкая вышла из комнаты. Путь до входа на кухню занял меньше времени, чем обычно. Пощекотав грушу, Вероника схватилась за зеленую ручку, и зашла внутрь.       — Ой! — пискнул домовик, едва успев отскочить у нее из-под ног, стопка посуды в его руках зашаталась, но удержала равновесие.       В лицо пахнуло жаром и разнообразными запахами.       — Мисс Вероника! — пискнул знакомый голос слева, и ко входу выскочил Добби. Огромные зеленые глаза наполнились слезами. — Добби так рад, мисс, что Вы в порядке!       — Ну как я могу быть не в порядке, — отмахнулась девушка. — Но если ты припас кусок тыквенного пирога и пряного чая, то я не откажусь!       — Конечно, мисс! Сюда! — домовик метнулся к столу в стороне, на котором, как и на остальных, было нагромождение блестящей горы посуды. По его щелчку часть отодвинулась, освобождая место для тарелки с пирогом и чашки с чаем, пролетающими над головой студентки. Табурет ударил девушку под коленки, заставляя упасть на него.       — Ой, мисс, простите! Мисс! Добби…       — Все в порядке, Добби! — прервала его Розье. — Я очень рада тебя видеть! Как у тебя дела?       — У Добби все хорошо, мисс! Добби больше беспокоился о Вас, — огромные зеленые глаза снова заблестели от слез. — Вы знаете, мисс, после того, что произошло в конце того года… Ваш дед, мистер Розье…       Голос эльфа задрожал и он вытер слезы, всхлипнул.       — Добби знает, что мисс Вероника очень сильная, но Добби боится, как бы мистер Розье не сделал что-то плохое мисс…       — О, Добби! — Вероника достала из кармана платок с вышитой серебром первой литерой её имени и фамилией "В.Розье" и протянула Добби, который с благодарностью его взял и начал вытирать сморщенное личико. — Все не так плохо! Внутри поместья даже, знаешь, было спокойней, потому что дед проводит дома меньше времени.       — О, мисс! — эльф кинулся к девушке и обнял ее. — Добби так рад, что мисс больше не наказывают!       Вероника усмехнулась.       — Я не позволяю себя наказывать, Добби. Я так рада, что и тебя больше никто не наказывает!       — Спасибо, мисс! Добби теперь сильный и сам отвечает за себя! И за других тоже.       Вероника сидела на кухне и слушала рассказ Добби о Винки и о том, как много она пьет. Когда дементор высосал душу Барти Крауча-младшего на ее глазах, это потрясло домовуху настолько, словно она сама убила хозяина. На прошлое Рождество, когда дед упомянул, что, по его предварительным планам, ее мужем станет Крауч-младший, она испугалась так сильно, что предпочла выкинуть эту информацию из головы, лишь бы не думать о столь леденящей душу перспективе. Так что, хотя горю Винки она сочувствовала, то, что Пожиратель теперь был хуже, чем мертв, вызывало внутреннее ликование.       Чай наполнял кружку пять раз, пока Вероника разговаривала с Добби; домовик спрашивал ее о Баргесте, которого отчасти боялся, но все равно помогал девушке добывать для него еду сначала с кухни в Малфой-меноре, а с поступлением в Хогвартс — из школьной еды. За час до обеда кухню наполнило огромное количество домовиков, и Розье, попрощавшись с Добби и пообещав заходить, покинула помещение.

***

      Почти все время до ужина слизеринка провела в комнате, слушая музыку и восстанавливая пробелы, образовавшиеся за лето. Не сказать, что они присутствовали, но она не могла прийти на уроки не идеально подготовленной. Зелья, трансфигурация, ЗОТИ, заклинания, травология, уход за магическими существами, нумерология, руны — Розье пролистывала прошлогодние конспекты тетрадь за тетрадью, чтобы убедиться, что помнит все. К тому времени, когда перед ужином к ней заглянула Панси, голова кипела.       — Розье, ты идешь? Малфой зовет, — донесся из-за двери голос, в котором чувствовались нотки раздражения.       — Да, ждите в гостиной.       Вероника задержалась на минуту, чтобы поправить прическу и макияж, прежде чем выйти к друзьям. В большой зал они направились вместе, по дороге Малфой, Забини и Розье обсуждали предстоящую учебу, из-за чего Паркинсон ныла и говорила, что они слишком зацикливаются, никто не будет требовать от них ничего в начале года. Слизеринцы закатывали глаза и Малфой, не выдержав, спросил:       — То есть слова Снейпа для тебя ничего не значат? Паркинсон, повзрослей уже. Если раньше тебе везло, то в этом году СОВ, и не знаю как ты, а я собираюсь его сдать на лучшие баллы.       — Это будет не важно, наши отцы…       — Паркинсон, — прервала ее Розье. — Когда тебе говорят умные вещи, стоит прислушаться.       За столом Панси отсела, и весь ужин негодующе сверкала глазами в их сторону, а в конце первая убежала в подземелья.       Первый учебный день порадовал слизеринцев потоковой лекцией по истории магии. Вероника не слушала профессора, читая книгу, привезенную из дома. Зная темы, ждавшие в этом году, девушка даже не заморачивалась с тем, чтобы вслушиваться в монотонный голос профессора. Войны с великанами она изучила летом и прекрасно знала все нужные даты.       В перерыв слизеринцы не спеша дошли до кабинета зелий, где их ждал сдвоенный урок с гриффиндорцами. Они первые зашли в кабинет, когда прозвенел звонок, и заняли ближайшие к профессору парты. Вероника внимательно слушала наставления Снейпа. Когда профессор упомянул, что после пятого курса в классе зельеварения останутся лучшие из лучших, девушка самодовольно улыбнулась. Она знала, что это относилось к ней.       Следующие полтора часа, потраченные на приготовление Умиротворяющего бальзама, пролетели незаметно. Так было всегда, когда она занималась приготовлением зелий. В действиях заключалась особая магия: приготовить и отмерить ингредиенты, внимательно следить за огнем, движениями при помешивании, за ритмичным ходом стрелки часов, чтобы получить идеальное зелье. Все лишние мысли из головы исчезали, не мешая процессу.       — От вашего зелья сейчас должен идти легкий серебристый пар, — голос Снейпа заставил Розье обратить внимание на окружающий мир.       Серебристой дымке над котлом Вероники вторили такие же дымки у Грейнджер, от чего внутри прозмеилась зависть, Малфоя и Бэ. Лоб Забини блестел, и он утирал его рукавом мантии — от его котла шла дымка чуть плотнее, чем надо. Но это не шло ни в какое сравнение с густым темно-серым паром, валившим от котла Поттера. Эванеско Снейпа оставило его ни с чем, и слизеринцы удовлетворенно переглянулись. Розье, сдавая колбу с зельем, заметила, как уголки губ профессора дернулись, и почувствовала себя победительницей — это означало ее идеально проделанную работу.       Нумерология после обеда тоже порадовала: уравнение за уравнением — стройные ряды заполняли тетрадь. Последней парой стояли заклинания, где профессор Флитвик заставил их снова повторять манящие чары. Свободное время после ужина Розье посвятила написанию эссе по использованию лунного камня в зельях.       Следующее утро началось с предмета, от которого Вероника не знала, что ждать. Поднявшись после завтрака (где ее спасло лишь две огромных чашки кофе с молоком) к кабинету, она остановилась у окна, присоединившись к Забини и Малфою. По Хогвартсу вовсю гуляли слухи о том, что Поттер учудил вчера на ЗОТИ, и парни злорадствовали над тем, что профессору удалось вывести его из себя. Когда класс зашел в кабинет, его тут же наполнила настороженная тишина.       — Здравствуйте! — сказала она, когда ученики расселись по местам.       Несколько человек пробормотали в ответ:       — Здравствуйте.       — Стоп-стоп-стоп, — сказала профессор Амбридж. — Ну нет, друзья мои, это никуда не годится. Я бы просила вас отвечать так: «Здравствуйте, профессор Амбридж». Ещё раз пожалуйста. Здравствуйте, учащиеся!       — Здравствуйте, профессор Амбридж! — проскандировал класс.       — Вот и хорошо, — сладким голосом пропела профессор Амбридж. — Ведь совсем нетрудно, правда? Волшебные палочки уберем, перья вынем.       Слухи не врали, и класс ЗОТИ и вправду в этом году обещал быть нудным. Розье перекинулась взглядом с Малфоем, пока доставала перо и чернильницу, и поймала его колкий взгляд. Профессор Амбридж достала волшебную палочку, которая была необычно короткой, и резко постучала ею по классной доске, где тут же возникли слова:       Защита от Темных искусств Возвращение к основополагающим принципам.       Кургузые пальцы, украшенные старомодными уродливыми перстнями, приковали внимание, и Вероника с усилием заставила себя сдержать гримасу отвращения.       — Отмечу для начала, что до сих пор ваше обучение этому предмету было довольно-таки отрывочным и фрагментарным. Не правда ли? — сказала профессор Амбридж, повернувшись к классу лицом и аккуратно сложив руки на животе.       — Постоянно менялись учителя, и не все они считали нужным следовать какой-либо одобренной Министерством программе. Результатом, к сожалению, явилось то, что вы находитесь гораздо ниже уровня, которого мы вправе ожидать от вас в год, предшествующий сдаче СОВ. Вам, однако, приятно будет узнать, что эти недостатки мы теперь исправим. В нынешнем учебном году вы будете изучать защитную магию по тщательно составленной, теоретически выверенной, одобренной Министерством программе. Запишите, пожалуйста, цели курса.       Она опять постучала по доске. Слова, написанные на ней, исчезли, и взамен появилось:       ЦЕЛИ КУРСА       1. Уяснение принципов, лежащих в основе защитной магии.       2. Умение распознавать ситуации, в которых применение защитной магии допустимо и не противоречит закону.       3. Включение защитной магии в общую систему представлений для практического использования.       Пару минут в классе раздавался только шорох перьев о пергамент. Когда все списали три поставленные профессором Амбридж цели курса, она спросила:       — У всех ли есть экземпляры «Теории защитной магии» Уилберта Слинкхарда? По классу пробежало глухое утвердительное бормотание.       — Мне кажется, надо попробовать еще разочек, — сказала профессор Амбридж. — Когда я задаю вопрос, ответ я хотела бы слышать в такой форме: «Да, профессор Амбридж» или «Нет, профессор Амбридж». Итак: у всех ли есть экземпляры «Теории защитной магии» Уилберта Слинкхарда?       — Да, профессор Амбридж, — хором ответили ученики.       — Хорошо, — сказала профессор Амбридж. — Теперь попрошу вас открыть пятую страницу и прочесть первую главу — «Основы для начинающих». От разговоров можно воздержаться. Профессор Амбридж отошла от доски и, сев за учительский стол, стала наблюдать за классом выпуклыми жабьими глазами. Вероника раскрыла книгу на нужной странице, смысл слов, списанных с доски, не давал покоя. Она, сверля глазами профессора, слышала, как шелестели страницы, и заметила краем глаза, как Паркинсон читала, Крэбб и Гойл пытались вникнуть в слова, а Малфой, подобно подруге, тоже смотрел на Амбридж, не отрываясь.       Розье откинулась на спинку стула и без стеснения начала рассматривать профессора. Черный бант на голове выделялся на фоне всего розового — кофточка, мантия, даже перо и чернильница были множества его оттенков, несочетающихся друг с другом.       — Прошу прощения, — протянула Вероника, оторвав кисть от парты и приподняв палец наверх. — У меня вопрос.       — Да, милая моя. Ваше имя?       — Вероника Розье. Я не вижу в целях курса использование магии.       — Видите ли, мисс Розье, — дряблый рот профессора Амбридж растянулся в жеманной улыбке, — Программа утверждена министерством, и в курсе, как таковом, не присутствует возможность применять заклинания на практике, кроме как на итоговых экзаменах, которые ждут вас в конце курса.       Забини, сидящий перед девушкой, повернулся вполоборота и подмигнул.       — То есть первый раз мы сможем использовать заклинания в конце года? И никакой практики?       — Да, мисс Розье, — Амбридж кивнула с малюсеньким смешком. — Повторюсь, мои безответственные предшественники вбивали в ваши маленькие головы, что у вас есть необходимость пользоваться защитными заклинаниями. Я, как представитель министерства, официально заявляю, что у вас нет в этом никакой необходимости, особенно на моих уроках. К тому же, при правильном владении теорией…       — А вне уроков? — усмешка проступила на лице Малфоя.       — Мистер Малфой, Вы не подняли руку, — жаба осклабилась рядом мелких острых зубов. — Имея честь знать вашего отца, я предполагала, что его отпрыск воспитан в лучших традициях чистокровных, как я, — подчеркнула она, — волшебников.       — Мой отец будет рад узнать, — ехидно протянул Драко, — что удостоился чести встать с Вами в один ряд. Мне повторить вопрос, профессор, или этого не требуется, ведь у такой великой волшебницы как Вы наверняка великолепная память.       Амбридж побелела, а щеки пошли красными пятнами. Улыбка же натянулась еще сильнее.       — Ну что вы, мистер Малфой, — высокий голос сорвался. — Министерство просто не может допустить, чтобы юные одаренные создания, как вы, подвергали жизнь опасности, практикуя заклинания во время учебного класса.       — То есть министерство считает, что Вы недостаточно квалифицированы, чтобы уследить за учениками во время практических занятий? — колко улыбнулась Вероника, делая вид, что отмахивается от мухи, что, по ее мнению, походило на поднятую руку.       — Министерство, — Амбридж перекосило, — считает что в использовании магии на уроках совершенно нет необходимости, если это не углубленный курс, мисс Розье.       Малфой ухмыльнулся и, манерно растягивая слова, произнес:       — Я думал, что Министерство решило положить конец непрофессиональному обучению.       — Министерство, — Амбридж почти взвизгнула, — мистер Малфой, признает мою квалификацию высшего уровня. Если у вас возникнут любые беспокойства, вызванные квалификацией других преподавателей, вы всегда можете прийти ко мне в кабинет после уроков, чтобы обсудить то, что вас тревожит, — профессор издала противное «кхе-кхе». — Я, как выпускница нашего великого факультета, всегда буду рада прийти вам на помощь. Прошу вернуться к чтению.       Ледяная усмешка застыла на лице Вероники. Значит, это официальная позиция министерства: никаких угроз не существует, Поттер лжец, ученикам нельзя использовать магию. От осознания того, что министерство настолько погрязло в собственных проблемах, что отрицало все, что хоть как-то могло показать его несостоятельность, на девушку начала накатывать истерика. Она чувствовала, как улыбка расползается шире и шире, и, в конце концов, не смогла сдержать смешок.       Глаза навыкат тут же устремились на нее, но Вероника встала, смела все с парты в сумку, и, еле сдерживая желания рассмеяться жабе в лицо, сказала:       — Профессор Амбридж, я плохо себя чувствую, мне надо в больничное крыло.       — Мисс Розье, я не разрешала…       — Я провожу ее, если вы не против, профессор, — лениво встал Драко, тоже поднимая сумку.       — Мистер Малфой… — Амбридж снова осклабилась и мелко откашлялась, собираясь продолжить.       — Спасибо, профессор, я передам отцу, что вы, несомненно, лучше всех заботитесь о здоровье его племянницы, — блондин оскалился и, подхватив девушку под локоть, вышел из кабинета.       Едва дверь закрылась, Вероника не выдержала и расхохоталась, уткнувшись лбом в плечо друга. Через пять минут истерика стала отступать, и девушка благодарно взяла предложенный Драко платок — свой она оставила Добби.       — На Астрономическую башню? — хмыкнул парень.       Девушка кивнула, и они неспешно побрели в нужном направлении.       — Восхитительная женщина, — прошипела Розье. — Именно то, что я ожидала от этих трусливых прогнивших чинуш.       — Поосторожней, Розье, мой отец…       — Да-да-да, — раздраженно прервала она, — но ты понял, что я имею ввиду. И мне до мерлиновой матери, что она против Поттера — такое в течение всего года я не выдержу.       Уголки губ Малфоя дернулись, когда он посмотрел на девушку.       — Выдохни, Розье. Я согласен, что уроки магии без магии в школе волшебства звучит как абсурд. Но с другой стороны, появился еще один учитель, который не сюсюкается с Поттером и ставит его на место. Думаю, Квиррела и Локонса даже и упоминать не стоит. А оборванец Люпин? Да, она излишне зациклена на правилах, но, как я сказал, если надо, мой отец поставит ее на место.       Когда они поднялись на площадку, сил на споры с Малфоем не осталось, и Розье, положив сумку на парапет балкона, села и свесила ноги наружу. Драко сел рядом и достал из кармана мантии пачку сигарет. Небо зияло синей бездной, а перед ними раскинулся вид на озеро.       — Знаешь, — протянула Вероника, смотря на то, как друг затягивается, — я не люблю запах, но мне надо успокоиться.       — О-о-о, — парень улыбнулся. — Что, твои стальные нервы не выдержали это лето?       Девушка взяла сигарету и, позволив другу поджечь ее палочкой, втянула дым в легкие. Выпустив первые клубы, она грустно усмехнулась:       — Когда твой дед предлагает Лорду убежище, у любого нервы не выдержат.       — Ты не говорила, — Драко с тревогой повернулся к девушке. — И?..       — И, — Вероника сделала затяжку, — он отказал.       Парень взял свободной рукой ладонь девушки и крепко сжал.       — Он, ну, Лорд… — Слизеринка судорожно вздохнула, невидяще уставившись вперед. — Он отказал, потому что… Из-за меня. Сказал, что… Что не позволит меня портить.       Розье снова затянулась, да так, что треть сигареты прогорели за один вдох. В глазах стояла пелена из слез. Пока все произошедшее крутилось в мыслях, она не могла до конца осознать, насколько мерзкий и страшный смысл заключался в словах. Малфой забрал из дрожащих пальцев окурок и сбросил с башни. Его руки обняли девушку за плечи, и она уткнулась ему в грудь, пряча слезы.       — Мне жаль, — тихо сказал он ей в волосы.       Почти до конца сдвоенного ЗОТИ они сидели на башне, и Драко молча гладил девушку по спине. Когда до обеда осталось минут десять, он проводил девушку в уборную молча, и всю дорогу крепко сжимал ее ладонь.       Свободное время после обеда Вероника провела в библиотеке, сосредоточившись на домашнем задании. После перерыва шел уход за магическими существами, и девушка шла туда с надеждой увидеть полувеликана, но его не было. Урок пролетел незаметно: зарисовка лукотруса позволяла отвлечься от мыслей, ураганом крутящихся в голове. Едва по лугу эхом прокатился дальний звонок, девушка скатала рисунок и убежала в замок.       Остаток недели Розье загружала себя учебой и не позволяла другим мыслям крутиться в голове больше чем пару минут. Когда наступили выходные, она разрешила себе навестить Добби, а субботу снова посвятила учебе. В воскресенье девушка полдня провалялась в кровати, отдыхая, оставшееся время посвятила уходу за собой в виде ароматной пенной ванны и всевозможных зелий красоты.

***

      Утро понедельника пришло вместе с холодным туманом. Большой зал наполнил гул студентов, сонным потоком разбредающихся за столы. Вероника налила себе кофе и с вожделением втянула любимый запах. Добавив сливок, она сделала глоток ароматного напитка, и, наконец, смогла почувствовать себя живой.       — Мерлин, спасибо за кофе, — пропела она, наслаждаясь.       — Читаешь мысли, Розье, — протянул Драко, тоже с упоением обнимая чашку.       Блейз рядом одобрительно хмыкнул, доливая себе кофе в третий раз. По залу разнесся шелест крыльев, и совы с утренней почтой начали пикировать на столы. Черный филин Малфоя приземлился и требовательно ухнул, протягивая мощную лапу, Драко отставил чашку и снял письмо. Птица мигнула и, напоследок свысока смерив сидящих рядом круглыми глазами, расправила крылья и взмыла вверх. Через минуту на место черного филина приземлился бенгальский и ухнул, привлекая внимание Розье. Девушка резко опустила чашку, кофе выплеснулся через край. Филин раздраженно подпрыгнул, сдвигаясь от лужицы, но все же приподнял лапу, позволяя отвязать письмо. Темно-зеленая лента и черная сургучная печать идеально сидели на безупречно скрученном свитке. Вероника достала палочку и коснулась ее кончиком печати, подтверждая личность получателя. Черная печать распалась, позволяя развернуть бумагу. Девушка нервно втянула воздух, собираясь с духом, чтобы прочитать письмо от деда.       Вероника Кэролайн Розье.       С каждой строчкой лицо Вероники мрачнело больше, а сердце билось сильнее. Когда она дочитала, письмо выскользнуло из дрожащих пальцев и улетело на колени к Малфою. В голове продолжали крутиться последние строчки.       Ты должна, как истинная наследница дома Розье, с благодарностью принять подаренную мной возможность.       Твой дед,       Уильям Джеймс Розье