Кровавые узы

Деревья поскрипывали от ветра. Ветер кружил меж толстых стволов, прятался в ветках, свистел, взметая с земли осенние листья и унося их далеко ввысь. Листья кружились в разноцветном вихре. Ветер стих. Листья разлетелись в разные стороны и теперь медленно планировали на желтоватую пожухлую траву. На кладбище среди деревьев затерялась сгорбленная фигура. Крупный ворон сидел у нее на плече и ковырялся клювом в перьях, выуживая из них червячков и блох. Большая брошка в форме диковинного цветка из белого бисера мерцала на груди человека. Он держал в руке флейту. Обведя кладбище хмурым взором, он приставил флейту к губам и заиграл. Музыка неспешно разливалась по округе. Мелодия была мрачной, лилась тягуче, будто бы в такт ей деревья снова стали поскрипывать. Ворон, разведя крылья в стороны, закружился над головой человека, воспарил и исчез в низких серых облаках. Музыка наполняла воздух. Деревья скрипели все громче. Ветки надламывались. Ветер пронесся меж могил, взметнул листья, закружил их в неистовом вихре, разбросал по могильным плитам. Ветки со скрежетанием ломались, с грохотом падая на землю. Человек продолжал играть. Мягкая земля под его ступнями вздыбилась и пошла мелкими трещинами. Из маленького отверстия показался ноготь, палец, а потом рука. Цепкие пальцы сомкнулись на ноге музыканта. Он бросил взгляд вниз и улыбнулся. Дунул в отверстие флейты в последний раз, завершая свою мелодию. После его игры мелодия еще долго царила вокруг, невидимые нотки колебали уцелевшие на ветках листочки. Из земли вынырнула голова, за ней острые плечи. На голове показались два глаза, внутри которых мерцали красные огоньки. Музыкант спрыгнул с надгробного камня и встал напротив мертвеца, впившегося ногтями в рыхлую землю. Он зажмурил глаза и со стоном достал все свое тело из земли. — Накинь, — музыкант протянул ему длинный черный плащ с ромбическим узором из красных ниток по краю. Мертвец завернулся в плащ. Он наклонил голову влево, а потом вправо — его кости хрустнули. — Как давно я не был на этом свете? Лет сто? — протянул он осипшим голосом и провел длинным языком по зубам, ткнувшись кончиком в острые клыки. — А где моя трость? Ты принес? Музыкант склонился перед ним, держа в руках деревянную палку с металлическим набалдашником. Мертвец нетерпеливым движением отобрал ее. — Зачем призвал? — Об этом чуть позже. Скажу лишь, что нашел очень вкусную кровь… *** Хенджин не любил учиться. Ему приходилось заставлять себя идти в школу и скучать на бесконечно долгих уроках. Он был рад, что сидел почти в самом конце класса, учителя не цеплялись к нему, и он мог спокойно размышлять о своем. Ли Сан же постоянно тянула руку, отвечая почти на все вопросы учителей. Одноклассники смотрели на нее скучающим взглядом или с лютой завистью — хоть она и была старостой, были в классе люди, которых она раздражала — без этого никак. На перемене Хенджин увел Ли Сан из класса. Они прошагали по коридору и остановились на площадке с широкими окнами. Накануне Хенджин проводил Ли до дома. Дождя не было. Зря он по указке мамы прихватил зонтик. Вампир без труда может учуять вампира, если в том появится надобность. Однако по пути Хенджин не почувствовал запаха другого вампира. Хенджин нес пиджак на своем плече — придется его дома постирать, он испачкался кровью Ли. Белая рубашка Хенджина развевалась на ветру, он расстегнул пуговки на манжетах, чтобы сделать посвободнее рукам. Ли скосила на него взгляд. Хенджин смотрел на ее плечо, он будто видел сквозь ее куртку место укуса. — Болит? — Не очень, — Ли повела плечом. — Знаешь, у меня есть для тебя новости. — Какие? — Учитель попросил позаниматься с тобой корейским языком и литературой… Ты отстаешь по этим предметам. Это так странно. Уж корейский язык можно было освоить. Что касается литературы, ты читать не любишь? Хенджин нахмурился: даже сейчас она нашла время вставить словечко об учебе. — Меня все устраивает. — А как же поступление в университет? Для этого нужны высокие оценки! — не унималась Ли. Тон ее стал капризным, перешел на высокие нотки. Она схватила Хенджина за руку, когда тот попытался уйти, чтобы не слушать ее нотации. — Я еще не закончила! Хенджин отдернул руку. — Ай! — Ли схватилась за плечо, зажмурившись от боли. Хенджин обернулся, сделав виновато-обеспокоенное лицо. — Я совсем забыл. Прости, — начал оправдываться он. — Ничего страшного, — Ли подняла на него взгляд. — Дай свой пиджак. Я его постираю, — она протянула руку. — Ну же. — Спасибо. Не надо, — Хенджин отошел от нее. — До завтра, Ли Сан. — Нет. Я его постираю! — Ли подскочила к нему и вцепилась руками в его пиджак. — Да что на тебя нашло! Вампир бешенством заразил? — Хенджин отпустил пиджак. Ли отскочила назад и чуть не упала. — Стирай, если хочешь. Только потом не забудь принести. Она принесла его на следующий день. Хенджин заглянул в светло-голубой пакет, в котором лежал аккуратно сложенный пиджак, как будто его недавно купили. — Спасибо, — поблагодарил он. — Как твое плечо? — Ничего. Поправляется, — Ли улыбнулась. — Укус был неглубокий. *** Они условились заниматься два раза в неделю: по вторникам Хенджин будет ходить к ней, а по пятницам Ли к нему. Они выбрали такое время, когда никого из родителей не было дома, а именно сразу же после уроков. В первый день занятий Хенджин не застал родителей Ли дома. Сняв ботинки, он прошел по маленькой прихожей в гостиную, попутно разглядев на стенах фотографии. У Ли Сан была только мама. Хотя Ли и не рассказывала ему о своей семье, он и сам догадался. Ни на одной из фотографий не было отца. Хенджин пробежался взглядом по обстановке дома. Комнаты были весьма скромно обставлены и ему это нравилось. Он чувствовал в доме тепло и уют. Пока Ли что-то готовила на кухне, Хенджин устроился в мягком кресле-мешке и взял с полочки книгу. На самом деле он очень любил литературу. Мог часами наслаждаться новеллами Эдгара По или Гофмана. Произведения этих авторов были созвучны с его внутренним миром и той обстановкой, в которой он жил. Листая томик новелл, Хенджин вспомнил, что мама говорила о приезде тети, а это значит, что они обязательно устроят семейный ужин, украсят дом в мрачном стиле. Тетя обычно приезжала на Хэллоуин, поэтому возле дома они сооружали парк ужасов, с аллеями из подсвеченных тыкв и корявых деревьев. Хенджина обыкновенно заставляли надевать костюмы, которые привозила ему тетя в подарок: в детстве это было что-нибудь смешное, что вызывало очаровательные улыбки на губах его родственников, а ему приносило неудовольствие, — костюмы летучих мышей или… мумий. Хенджин надеялся, что в этот раз тетя не привезет ему никаких подарков, потому что он не имел желания наряжаться. Он вырос из этого. — Хочешь вишневый пирог? — спросила с кухни Ли Сан. Хенджин неопределенно качнул головой: ему было все равно. Ли приволокла в гостиную поднос с вишневым пирогом. Пирог был блестящий; сладкая вишня разливалась по тонкому тесту и, когда Хенджин взял кусочек и откусил, вишня потекла по его губам. Она была кисло-сладкой, не приторной, поэтому Хенджин съел еще один кусочек пирога. В то время, как он медленно жевал, наслаждаясь тем, как кислинка колется на его языке, Ли Сан не сводила с него любопытных глаз. Она никогда бы не призналась Хенджину, что первый раз в жизни привела парня к себе домой. Хорошо, что ее мамы дома не было, она бы ей ложкой по лбу надавала, если бы узнала, какая у нее распущенная дочь. Ли думала, что она вовсе не распущенная, просто она очень хотела с кем-то общаться. Не сказать, что Хенджин ей сильно нравится, но было в нем что-то, что привлекло ее внимание. Например, он был высоким и красивым, и даже то, что он всегда прямо высказывал свои мысли нравилось ей. Ли подхватила с подноса ломтик пирога и вляпалась пальцами в тягучую начинку, она замазала ею свой подбородок и губы. Она ела поспешно, чувствуя на себе взгляд Хенджина, хотя он вовсе не смотрел на нее, давно расправившись с пирогом и уткнувшись в свой телефон. Она заметила подле него раскрытую книгу, ее любимую. — Значит, ты все-таки любишь читать? — Ли отнесла на кухню поднос из-под пирога и вернулась к своему гостю, а по совместительству ее ученику. — Люблю. — Какая у тебя любимая новелла? — Черный кот. Ли Сан выпучила глаза. Хенджин сместил взгляд с телефона на ее лицо. Он развалился теперь уже не в кресле, а на диване, как у себя дома. Он лежал на нем, подогнув коленки, его желтоватые волосы ниспадали с плеч, а в глазах лихорадочно поблескивали огоньки. — По-моему, это самая жуткая из новелл. — А по-моему, нет, — Хенджин думал, что из этого разговора ничего не выйдет. Он будет похож на препирательства, где никто никого не сможет переспорить, поэтому он убрал телефон в карман, и, захлопнув книгу, свесил ноги на пол. — Ты хотела объяснить мне новую тему по корейскому. Что ж… я готов слушать, — его глаза совсем не выражали энтузиазма, скорее, желание поскорее свалить домой, а еще, после горячего чая с пирогом, его немного клонило в сон. Ли не раз отмечала, насколько бледная у него кожа, как будто он чем-то болеет. Сверкающий взгляд не вязался с его вечно угрюмым лицом. Хенджин машинально провел языком по губам, слизывая остатки вишневой начинки, тем самым заставив Ли поволноваться. Ей нравились его губы, полные и чрезвычайно притягательные. Ли Сан вынула из рюкзака учебники и обрушила стопку на стол. Она положила перед Хенджином учебник и села на пол перед столиком, похлопав рукой рядом с собой, чтобы Хенджин спустился к ней. Он охотно это сделал. Наклонив голову, посмотрел на буковки в учебнике и на таблички, в которых кое-что смыслил. Но уже после получаса объяснений, он благополучно уснул. Его голова все склонялась книзу, пока не уткнулась в грудь. Хенджин уронил руку, в которой держал карандаш, и лицом чуть было не шлепнулся в столешницу. Ли поддержала его за плечо. Хенджин был таким же холодным, как и в день праздника. Его пиджак совсем не подарил ей хотя бы чуточку тепла. Разве может быть человек таким холодным? Ли сжимала ткань его вельветовой рубашки и скользила взглядом по его лицу. Ей было чуточку любопытно погладить его лицо, тронуть родинку возле глаза и под уголком его губ. Но сначала она нащупала пульс на его руке. Его сердце размеренно билось. Хенджин промычал что-то. Наверняка ему уже снился сон. Ли улыбнулась. Хенджин держался прямо, но иногда клонился вперед или вбок. Ли Сан не давала ему упасть. В конце концов она не стерпела и медленно провела пальцами по волосам Хенджина, убирая прядки с его лба и щек за уши. Его волосы были мягкими, как шелк. Ли тихонечко тыкнула его в щеку указательным пальцем, а потом опустила на его кожу ладонь и нежно погладила, едва касаясь пальцами его родинки под глазом. Она совсем не могла удержать себя от того, чтобы сделать еще что-нибудь невзначай, пока он спит. Её сердце трепетало в груди, она боялась, что он с минуты на минуту проснется и застанет ее в таком неловком положении. Вдруг Хенджин резко тряхнул головой, просыпаясь. Ли успела отдернуть ладонь, как только он повернул к ней голову. — Что-то я задремал, — протянул он, потягиваясь и зевая между словами. — Что мы там читали? Черного кота? — он посмотрел на нее заспанными глазами. Ли рассмеялась. — Думаю, на сегодня хватит, — она закрыла учебники и тетради, убрала ручки в пенал. В доме Ли жил кот, он был таким же черным, как тот котенок, которого она нашла на улице и отдала Хенджину. Кота Ли назвала просто — Черныш. Она не любила выдумывать непонятные клички животным, чем проще — тем лучше. Черныш предпочитал проводить время в шкафу и спать чуть ли не целые сутки, он почти никогда не показывался из своего маленького убежища. Только тогда, когда его звали покушать, он лениво топал к своей миске, жир покачивался под его пушистой шерсткой. Черныш опускал мордочку в миску, чересчур медленно разжевывая кусочки мяса. Сегодня Черныш решил устроить своей хозяйке сюрприз. Он выбрался из шкафа, скрипнув дверцей, спрыгнул на пол, и, виляя хвостом, прошел в гостиную. Увидев рядом с Ли незнакомого человека, Черныш постоял в дверях, а потом вразвалочку пошел к ним. Он застыл на ковре за своей хозяйкой. Ли как раз убирала учебники в рюкзак, а Хенджин пытался привести себя в сознание, потирая кулачками глаза. Он совершенно не ждал, что на него в этот момент кто-то прыгнет! И не просто прыгнет, а вцепится лапами в его грудь. Черныш вдруг разбежался, перескочив маленький стол, прыгнул на Хенджина, уцепившись коготками за его рубашку. Хенджин опешил. — Черныш! — строго крикнула Ли. Она вскинула руки, чтобы оторвать своего кота от Хенджина, а кот отпрыгнул на диван. Ли не ожидала такого стремительно действия и упала на Хенджина, задев губами его губы. На пару секунд она перестала дышать. Мурашки поползли по ее телу. Хенджин не понимал, что на него нашло. Он непроизвольно вытянул губы и легонько чмокнул Ли Сан, мягко потянув ее на себя. Ли в смущении отпрянула от него и опустила взгляд на пол. Хенджин не знал, куда смотреть: на нее, на кота, который как ни в чем не бывало умывался, будто не он только что стал виновником случившейся неловкости между ними, или смотреть куда угодно, лишь бы не сталкиваться взглядом с Ли Сан. Она между тем быстро облизала губы. Грохот сердца разрывал ее тело. Хенджин потупил взгляд и заметил на пальчиках Ли капельки крови: Черныш поцарапал. Хенджин успел забыть, как пахнет ее кровь. Стоило ему об этом подумать, как все перед глазами превратилось в мутную картинку. Он видел только кровь на ее руке и ничего боле. Ли подняла руку, накрыв свои губы пальцами, а Хенджин отнял ее ладонь. В следующую секунду он прижал ее пальцы к своим губам и провел по ним языком, слизывая кровь. Он наконец получил то, что хотел. Но этого оказалось мало… Хенджин крепко обхватил запястье Ли и принялся насильно целовать ее руку, продвигаясь к плечу. Его губы были влажными и оставляли мокрые следы после поцелуев. Ли не знала, куда деться! Ударить Хенджина, чтобы привести его в чувства или же позволить ему делать то, что он делает. Она впервые испытывала что-то подобное. Бабочки порхали у нее в животе, когда Хенджин задрал ее футболку и погладил кожу ледяными пальцами, медленно ведя ладонью к ребрам. Попутно он целовал ее шею, посасывая кожу, терся об нее носом и тихонько стонал. Хенджин взял Ли на руки и опустил на диван. Ли медленно провела взглядом от его губ к его глазам, которые сияли красным пламенем. Хенджин наклонился к ней, закрыв глаза, и остановился в миллиметре от ее губ. Ли чувствовала, как ее губы полыхнули от его горячего дыхания. Хенджин резко дернулся вправо и припал губами ближе к ее шее. Сначала он просто поцеловал. Высунув язык, лизнул сладкую кожу. Ли часто задышала. Хенджин медленно целовал ее плечо, причмокивая от удовольствия. Ли вцепилась в диванную обивку, зажмурившись от режущей боли в плече, и громко вскрикнула. Хенджин укусил ее!