Алхимик: проклятая долина

Вик проснулся ещё до восхода солнца. Бросив взгляд на спящую жрицу, отправился заниматься рутинными делами. Собрать ягоды и росу, полнив небогатые запасы воды, а также полюбоваться рассветом. Ему всегда нравился рассвет, даже если солнце было едва видно. Так он вспоминал о прошлом, о своём деде, который когда-то учил его стрелять из лука и рассказывал интересные истории. Жаль только, что в силу возраста он уже плохо помнит его лицо, но истории всегда будут греть его душу. Всласть поностальгировав, Вик отправился к алхимику, которого заметил, пока собирал ягоды. Тот одиноко сидел на большом камне и о чём-то думал, Вику не хотелось прерывать его размышления, но сейчас было самое время продолжать путь, и он хотел посоветоваться, стоит ли будить Рубу — или с её ранами стоит дать ей отдохнуть подольше. Будь у жрицы обычная хворь, Вик бы и сам знал, что делать. Он неоднократно получал ранения в лесу. Однако состояние Рубы, как и прочие странные вещи, касающиеся элементалей, он мало понимал. Остаётся надеяться, что алхимик знал побольше него. — Конечно, буди. Мы и так медлим,— холодно ответил Солум, не удостоив Вика взглядом. — Спасибо! — искренне поблагодарил охотник.— Солум, возможно, для тебя это странно или даже дико. Но я всегда доверяю тем, с кем хожу в лес. Возможно, у вас, с Больших земель, так не водится. Но мы только так и выживаем. — Ты прав, Вик. Ты можешь быть отличным человеком. Но в моей среде доверие и смерть — синонимы. И, увы! — иначе в городе не выжить. Охотник не мог быть согласным с таким мнением, но спорить не стал. Каждый человек заслуживает право иметь собственную точку зрения. И, возможно, мир за пределами леса действительно такой страшный. Но сейчас они именно в лесу, и стоит жить по его законам. На такой грустной ноте он вернулся к Рубе. Она лежала в том же положении, в каком её оставили вчера. Единственным, что выдавало в ней живого человека, было едва уловимое дыхание. Вик очень сомневался, что её стоит будить, но всё же решился на это. Ведь они и так потеряли много времени, а его соплеменникам с каждой минутой может грозить всё большая опасность. — Госпожа Руба, проснитесь!..— произнёс он, одновременно слегка толкнув руку девушки. Однако реакции не последовало. — Госпожа Руба, с вами всё хорошо?.. Вик начал её слегка потряхивать, когда не сработало и это, взял её тощее тело в свои руки и стал трясти, словно мешок с сеном. И в этот раз никакой ответной реакции не последовало. Испуганный охотник медленно и нежно положил девушку на место. После чего незамедлительно последовал обратно к камню, где сидел его товарищ. — Солум, она не просыпается. Посмотри, можешь ли ты что сделать? — Хм… Она жива? — спокойно спросил Солум. Узрев положительный кивок от Вика, алхимик спрыгнул с камня и поспешил на место. Первым делом он осмотрел Рубу: проверил зрачки, вены, дыхание и сердцебиение. Впрочем, такой анализ мог провести почти любой человек, а вот сделать нужные выводы — уже другое дело. — Возможно, ты снадобье какое знаешь, чтобы помочь ей? — с надеждой спросил Вик. — Алхимики варят зелья. За снадобьем тебе к знахарю или лекарю. — То есть ты тоже не знаешь чем помочь? — Знаю. Только вот нужных ингредиентов у нас нет. И в лесу найти их невозможно. Однако я могу облегчить её состояние и пробудить.— Солум взял бумагу и написал на ней названия нескольких трав.— Ты же хорошо знаешь эти леса? Я знаю, что эти травы здесь растут, принеси их. Охотник взял бумажку, пробежался по ней глазами, после чего успокоился. — Да, я скоро вернусь, не больше часа. Помоги ей, пожалуйста!..— закончив говорить, Вик, будто бешеный пёс, побежал в чащу на поиски перечисленных трав. Солум смотрел вслед охотнику, пока тот не исчез с поля видимости. «Удивительно!.. Кажется, он действительно печётся о ней». Когда эта мысль мелькнула в голове, заметил Нерону, которая пристально смотрела на него, явно что-то выжидая. Солум улыбнулся и отрицательно покачал головой. Получив сигнал, эльф сразу успокоился. — Какие вы сложные! Точно нелюди,— сказал Солум, пока вкладывал Рубе в рот чёрную таблетку.— Уж не знаю, сильно ли тебе поможет эта таблетка, но дурман-трава, которую я дал тебе ранее, притупит боль. Интересно, когда у меня вошло в привычку говорить с самим собой? * * * Вик отыскал все растения в течение получаса. Его сильно удивил их выбор: ромашка, ландыш, одуванчик, крапива. Охотник понимал, что крайне маловероятно, что они принесут хоть какой-то толк. Но поскольку иного выбора не было, пришлось верить на слово. Да и как он говорил ранее, Вик действительно доверял всем, с кем ходил в лес. «Не может же алхимик просто отвлекать меня? Зачем ему это? Бессмыслица...». Когда вернулся в лагерь, то на мгновение потерял дар речи. Руба сидела на траве, слабо покачиваясь, а Нерона помогала ей найти опору. Охотник смотрел на эту картину и заплакал от счастья. Все живы! — Я, правда, не понимаю, как с таким характером ты до сих пор жив,— прервал его Солум. — Спасибо. — Ну что же, раз ты правда такой благодарный и доверяешь мне... Съешь её,— на ладони Солума лежала та же таблетка, которую до этого дал Рубе. Вик взял её в руку и осмотрел. А затем, слегка усмехнувшись, положил её в рот и проглотил. Увидев благополучный исход, Солум поблагодарил его. А затем попросил растения, о которых Вик успел благополучно забыть. Зачем они ему, охотник так и не поинтересовался. — Да уж, ты и правда дурак!..— заключил Солум. — Возможно, но, один раз сделав такие маленькие действия, союзники будут мне доверять. Это того стоит. — Она уже считает, что они у тебя.— Солум протянул тёмные перчатки. — Они же принадлежат госпоже, зачем мне они? — Незачем, ты ими не сможешь воспользоваться. Даже мне это давалось бы с огромным трудом. Но Рубе нельзя их использовать. Ещё пару раз — и умрёт!.. Это касается любого взаимодействия с элементалем тьмы до тех пор, пока она не очистится. Печальная участь для жрицы Зиглы. А теперь пойдём уже на грёбаное кладбище. — А как же госпожа? Я отсюда вижу, что она слаба. — Она скоро придёт в себя. Относительно. А пока её понесёт Нерона. * * * Долгожданное кладбище. Именно так подумал Солум, когда наконец вышел из леса на небольшую полянку. Здесь не было ограждений, только старые могильные плиты, поросшие высокой травой. В центре располагалось небольшое святилище, посвящённое Девяти. Здесь люди прощаются с покойными и отдают честь богам. Солуму как алхимику это должно было показаться оскорбительным, однако, по существу, ему было всё равно. Как и ожидалось, никаких сильфов или их признаков тут нет. Даже, наоборот, воздух казался более чистым и спокойным, чем в том же лесу. Но покидать кладбище без осмотра было бы верхом глупости и небрежности к собственному времени. Группа молча разошлась по кладбищу, надеясь отыскать хоть что-то. В конце концов, кто-то же призывает сильфов, которые убивают местных жителей. И у него явно должна была быть цель. Солум, теперь более или менее спокойный за свою жизнь, осматривал надгробия. Самое молодое из них датировано сроком более чем двадцати лет назад. Что явно говорило о том, что люди из деревни — либо иллюзия, либо они каким-то образом выпали из времени. — Вик,— обратился Солум к охотнику,— скажи, а когда здесь были последние похороны? — Четыре месяца назад я похоронил друга. Удивительно, как за такое время всё износилось. Надо будет сходить потом сюда убраться. — Даты стоят верные? — А отчего им быть неверными? Солум, всё хорошо? — Вполне. Алхимик продолжил копаться в надгробиях, надеясь отыскать более молодые. Однако его затея потерпела крах. И раз Руба тоже ничего не говорит про выпавшее время, можно сделать окончательный вывод: она — часть деревни. А возможно, и ответ на разгадку тайны. Оставалось только понять, какую роль играет сам Солум и чего именно от него хочет заказчик. Сильфов же нет, по крайней мере в той форме, о которой все думают. Внезапно Солум нашёл кое-что интересно, а именно одну из рун Зиглы на надгробии. Она уже почти стёрлась, но очертания были понятны алхимику. Такой символ используется в нескольких печатях. Одна из них была — какая неожиданность! — «Восстание нежити». Понимая, где примерно должны лежать остальные, мужчина начал обходить территорию. На такую зловещую и сильную печать требовалась целых семьдесят рун. Обычно только вампиры могли создавать печати с таким уровнем тьмы. Исключением могут стать только очень настойчивые алхимики. Тем временем Солум продолжал обходить печать. Вторая руна, третья… все руны, которые он видел, нанесены на надгробия. Всего насчитал двадцать три, и все они идеально входят в печать восстания нежити. Остальные руны, надо думать, были нанесены на землю, и их давно уже со временем смыло. Решил покопаться в памяти, что интересного могло произойти примерно два десятка лет назад. И кое-что он вспомнил: тогда родился один из платиновых алхимиков, высших членов Ордена. Говорят, что это произошло внезапно для всех. Югиус Напал внезапно нашёл чистого элементаля тьмы и удачно слился с ним. Не считая элементалей архея, элементалей Зиглы добыть труднее всего. Для его рождения нужны великие скорбь и горе. Вероятно, Солум нашёл ответ, откуда этот элементаль взялся. Тогда всё, что помнят люди вокруг, являются событиями тех времён. Но кто и зачем тогда решил потревожить и воскресить мёртвых? И мертвы ли они вообще? — Алхимик, тебе надо это видеть, иди в святилище,— прохрипела Руба. Она была ещё весьма слаба, тем не менее настояла, что ходить может и самостоятельно. Солум не стал говорить им о своих выводах, не было необходимости. Он просто последовал на зов, возможно, там было действительно что-то интересное. И самое главное, это «что-то» моложе двадцати лет. — О как! Ваша работа? — заинтересовано спросил Солум, смотря на лежащее в луже собственной крови тело мужчины. — Солум, ты, верно, шутишь? Очевидно же, что он лежит тут часов десять. Он абсолютно холодный, начали проявляться трупные пятна. Не поверю, что алхимик этого не знает,— проворчал Вик. — Знаю. Правда, обычно я быстро покидаю общество трупов. Потому сам процесс не видел. И да, смотря на его разорванное в клочья горло, становится понятно, что это не вы. Но что за зверь, увы, понять не могу,— пока Солум говорил, он внимательно исследовал и трогал разные части тела, проверял зрачки. — Зато я могу. Судя по следам на шее и размере раны, это обычная крыса. Ему просто перегрызли глотку и убежали. — Крыса? Бред! У трупа до предела напряжены мышцы, хотя давно должны были быть расслаблены. Кроме того, на его лице — спокойствие и умиротворение. Кто будет так спокоен, когда ему вдруг перегрызут глотку? Вопрос риторический. Это эльф. А теперь реальный вопрос: как обычная крыса может перегрызть глотку эльфа? Да ещё потом оставить вкусное тело и убежать. — Эльф, говоришь? Послушай, это лежало у него в руке. Знаешь, что это? — Вик раскрыл ладонь, где лежал маленький, чёрный как смола разбитый шарик. Солум выхватил его и с умным видом начал крутить в руках. После нескольких минут важных обдумываний улыбнулся и сказал: — Кхм.. нет, не знаю. Видимо, что-то важное. — Это источник Зиглы,— вмешалась Руба, стоявшая на пороге.— Этот маленький шарик — концентрат тьмы, сделанный на основе слабого элементаля. С его помощью человек не владеющей тьмой, может отчасти её контролировать. — С помощью его можно создать иллюзии? — Разумеется, только не столь сильные, как мы видели ранее. Я вообще не знаю, как можно создать столь мощные иллюзии. — Вы осмотрели алтарь? — Нет, да и что здесь осматривать? — небольшой каменный алтарь в двадцать квадратных метров, я здесь всё видел,— гордо сказал охотник. Услышав ответ, Солум рассеянно кивнул, а затем начал лезть во все возможные дыры. По сути, в алтаре действительно ничего не было, в некоторых открытых шкафах лежали элементы одежды и небольшие книжицы. Раньше здесь лежали и драгоценности умерших, но их успели прибрать какие-то ловкие ручки. В остальном было пусто: ни потайных путей, ни спрятанных сокровищ… Хотя, возможно, кто-то просто плохо искал. Вскоре алхимик осмотрел весть алтарь, за исключением главной его части — церемониальной плиты, где были изображены девять главных рун элементалей. Солум постучал по нему кулаком, а затем, довольно улыбнувшись, что-то шепнул Нероне на ухо. Девушка кивнула, а затем спокойно вышла из алтаря, обойдя удивлённых Вика с Рубой, которым оставалось лишь переглядываться и смотреть на милую и дружелюбную улыбку алхимика. По прошествии нескольких секунд она возвратилась, в руках у девушки была часть надгробной плиты. — Товарищи, нам лучше выйти на секунду,— произнёс Солум, взяв Вика за руку и почти насильно отведя за угол. — И что здесь происходит? — спросила жрица. — Ничего такого. Раз… Два!..— стоило Солуму сказать «два», как с алтаря послышался сильный грохот — казалось, что-то разбилось. — Что ты наделал? — крикнула Руба, чьё плохое состояние смыло, словно песок. — Я? Ничего. Двое очень веролюбивых человека молниеносно залетели обратно, однако там их ждала разруха. В воздухе летала целая куча пыли, по боковым стенам пошли небольшие трещины, а от алтаря ничего не осталось. — Ой, Нерона, ты что, споткнулась с той надгробной плитой, которую совершенно случайно достала? — прокомментировал ситуацию Солум, который зашёл последним. — Да, господин. Простите меня, пожалуйста. — Какая досада!..— с искренним сожалением сказал Солум. — Зачем разрушать алтарь Девяти? Свинья неблагоразумная, совсем из ума выжил? Солум лишь показал рукой на маленький проход, который открылся под плитой. — Если там был проход, то его можно было открыть, не разрушая святое место! — продолжила возмущаться Руба. — Вероятно, но так намного быстрее. Пропустив мимо ушей гневные речи, что лились от жрицы, Солум подошёл к проходу. Внизу его ждал длинный выкопанный коридор, а также интересные артефакты, лежавшие на полке в самом начале. Первым был клык. Рыдающий Вик подтвердил, что тот принадлежал медведю. Второй же артефакт являлся не чем иным, как маской медведя. Такая же, как и у воинов, напавших на них ранее. «Так иллюзии исчезли не потому, что был убит медведь как источник! Просто создателя иллюзий убила крыса. Забавно!..» — размышлял Солум. — Варианта другого нет: нам следует идти по тоннелю,— произнёс Вик, когда немного успокоился. К радости группы, у входа висел факел, который удалось поджечь и последовать с ним дальше. Тоннель оказался длинным, но узким. Причём чем дальше они шли, тем ýже он становился. Если сначала трое человек могли идти рука об руку, то сейчас Солуму уже одному было тесновато, а он имел весьма тощее телосложение. Сам же тоннель был явно не предназначен для долгого использования. Почти при каждом шаге на головы героев падали куски земли, иногда весьма значительные. Скорее всего, тоннель был выкопан недавно. Примерно три долгих часа спустя стены стали расширяться и покрываться камнем, а вдалеке показался свет, означавший конец коридора. Когда герои дошли до этого света, оказалось, что они вышли из небольшой пещеры посреди леса. Зачем этот туннель вообще был создан — очередная загадка… — Я знаю, где мы,— сориентировался охотник.— Видите там большое толстое дерево? Это наша охотничья сторожка. Если мы пойдём правее, выйдем к деревне Мадол, к нашим соседям. — Давай зайдём в Мадол? Нужно посмотреть, что происходит у них, в твоей сторожке явно ничего интересного нет,— заявила Руба. — Солум?.. — обратился Вик к самому бунтующему члену отряда. — Пожалуй, на безрыбье и рак рыба. Подозреваю, что тоннель должен был нас направить. И соседняя деревня выглядит очень интересным предложением. — Хорошо, тогда идём.