Алхимик: проклятая долина

— Недалеко от столицы, три дюжины километров, полтора часа галопом на лошадях!..— Солум проклинал Александра, спешиваясь с лошади. Из-за очередной неверной информации алхимик припозднился. Он не знал, чем ему грозит опоздание, но явно не чем-то хорошим. Позади также спешились двое эльфов и двенадцать оставшихся джизов. Если опасность действительно сопоставима с ожиданием алхимика, то эти двенадцать тел тут и встретят свой конец. А если ещё и лошади помрут, то долго придётся батрачить на их отработку. Он уже пожалел, что позвал джизов с собой. Тем не менее пушечное мясо может пригодится, потому Солум нашёл золотую середину. Оставить лошадей в километре от места назначения. По времени он всё равно уже отстал, а кушать в будущем ещё хочется. Местом дислокации бандитов оказалась крепость алхимиков. До катаклизма в чёрном лесу таких крепостей было много, они являлись охранными пунктами, куда могли бедные крестьяне обращаться за помощью. Однако вскоре политика Ордена поменялась, и содержание подобных гуманистических проектов была полностью прервана, оставив на память десятки руин, напоминавших о безвозвратном прошлом. Хотя некоторые крепости всё же были восстановлены и отданы в частные владения. Со стороны бандитов было большой наглостью выстраивать базу недалеко от города. Да и не понимал Солум, как Нюра могла попасть сюда: если ещё недавно она была под охраной далеко не слабых наёмников в Джизроусе. Но Александр не стал бы лгать, иначе его постигнет страшная учесть. Однако могло быть и исключение: если он сам не понимает, что обманывает, то сила контракта не сработает. Наученный горьким опытом, Солум решил вначале припугнуть бандитов. Нежели в очередной раз прыгать в драку?.. Возможно, всё обойдётся малой кровью, только вот интуиция кричала алхимику, что главную опасность представляют отнюдь не бандиты. Здесь замешано нечто другое, возможно, даже присутствие верхушки Ордена, к примеру: Алан Мусс Огненосный, дедушка Александра. Эта мысль была ещё одной причиной согласиться на авантюру, иначе платиновый алхимик просто испепелит его из-за сорвавшихся планов. — Господа, приветствую вас! — поприветствовал Солум измученного часового. — Чего?.. Что вы хотите? Ты — алхимик? По компаньонам вижу, что это так. У нас договорённость с вашим старшим братом, потому вали подобру-поздорову! Иль хочешь договориться о чём? — бандит демонстративно поковырялся в носу.— Тогда выкладывай, только быстро. У нас и так проблем много. — Братом, говоришь? Ладно, поняли... Тогда будь любезен мне ответить: есть ли у вас девушка по имени Нюра? — Как как ты сказал? Нюра? — загорелись у бандита глаза. То ли от шока, то ли от радости, он внезапно вскочил и закричал: — Парни, парни! Спасение пришло на нашу долю, тащи сюда эту разноглазую беду! Я не зря молился, Девять существуют!!! Из лагеря послышалось активное движение, которое плавно переросло в ликование, а затем и вовсе во всеобщее празднование. Солум с крайним удивлением и опаской осмотрел своих компаньонов, однако со стороны джизов было видно лишь непонимание, а про эльфов и вовсе говорить не стоит. Алхимик даже не успел сообщить цель визита, а бандиты уже вывели девушку из центральной крепости. Нюра гордо, без цепей и кандалов, вышла на улицу, даже не соизволив открыть глаза. Бандиты, пританцовывая, вели её прямо к группе алхимика. Энергичность бандитов повлияла даже на джизов, которые невольно стали подплясывать. Стало казаться, что Солум пришёл не за служанкой, а как минимум за императрицей Осариса. Причём из всех присутствующих происходящее волновало только его. И до той поры, пока Нюра не раскрыла глаза. — Солум?!..— испуганно вскрикнула девица, после чего резко развернулась и побежала обратно в крепость. Бандиты же, увидев это, не стали её ловить или отговаривать. У них просто пропало праздничное настроение, одни упали на колени и стали истошно плакать. Другие пока могли сдерживать эмоции, но казалось, что они были на грани и могли зарыдать, если их просто оскорбить. Алхимик даже слов найти не смог, чтобы прокомментировать ситуацию. У него просто затрясли губы от происходящего театра абсурда. «Александр, если ты знал о происходящем, но умолчал, я тебя, сука, импотентом сделаю, ты будешь чай бояться пить»,— крутилось в его голове, пока он восстанавливал ясность и критичность мышления. — Что здесь, блять, происходит? Вы что, сорокалетнюю дочь аристократа замуж выдать пытаетесь с самого её рождения, но ей все отказывают? — Ты не знаешь? Мы бы её с удовольствием отдали, но пальцем тронуть не посмеем. Ёбаный… Хотя, не важно. Эту девушку разыскивает Ледяная дева из Небесного дворца. Она — рекрут. Дева скоро будет здесь, у нас нервы на пределе. Если Нюра того пожелает, она не оставит от нас и сухого места. А мы даже убежать не можем. Ебаный…— бандит посмотрел на Солума, и вновь остановился. — Дева? Они нас презирают и не суются в Долину. Не смей лгать! Последняя Дева была здесь лет триста назад, с чего вдруг им здесь рекрутов искать? — Я не знаю, я даже не понял, каким образом завёл парней в такой капкан. — Ты что, лидер? И стоишь на страже? — Деву жду, нужно проявить максимальную почтительность, тогда… может быть…— задумался бандит.— А зачем тебе этот кусок дёгтя? — Всё как у вас: понятия не имею зачем, не знаю почему, но я должен сохранить ей жизнь и вернуть хозяину. — Ну-с, если первое, тебе даже трудиться не надо, то второе… Удачи тебе! — посочувствовал бандит. — Обязательно! Мне же можно её забрать? — бандит удивился, но кивнул.— Отлично, Нерона, будь добра, притащи сюда нашу фифу. Нерона тут же исполнила приказ. Солуму осталось лишь смотреть ей вслед, ожидая доставки груза, вот только на ум пришла одна фраза. «Придёшь позже — окажется поздно, придёшь раньше — можешь нажить себе страшного врага». — Если представить, что Дева и вправду ищет рекрутов, то почему здесь? — рассуждал Солум вслух.— Наводка! Ей кто-то рассказал о том, что в Джизроусе есть ледяная душа женского рода, да ещё и девственница, иначе она бы не сунулась. Причём Дева уверена в правдивости информации, и скорее всего чувствует её местоположение. Кто же мог сказать? Александр?... Нет, эта птица — не его полёта. Алхимик. Кому-то из Ордена очень нужен элементаль льда, что служит Деве. Тогда… — Это ловушка, причём для меня. И элементаль мне не служит, он мой верный друг, не слуга,— раздался леденящий душу голос позади Солума. Присутствие девушки никто не заметил, пока она сама об не объявила о себе. Это касалось даже эльфа Витора, который, почувствовав опасность, достал трофейную саблю и незамедлительно нанёс удар представляющему опасность для хозяина существу. Однако его рука обледенела ещё во время удара, а затем и вовсе развалилась на тысячу осколков. — Витор, фу! — запоздало крикнул алхимик, осматривая своего искалеченного стража. — Невежественные бесчувственные куклы! Жалкое зрелище!..— продолжила дева. Теперь Солум смог осмотреть её повнимательнее. Дева была одета в белоснежные одеяния — в длинную закрытую робу, разукрашенную золотыми рунами, блестевшими от сильных перепадов температур. Её голова была спрятана за свисающим капюшоном, украшенным белоснежной цинерарией. Единственной частью тела, которую было отчётливо видно, оказались бледные руки. Девушка не скрывала своей силы, потому вокруг неё образовалась ледяная дымка. Подле Девы гордо летал элементаль льда. Он, как и подобает элементалям, копировал облик своего прародителя — грифона льда. Маленький грифон скалился на алхимика, выказывая своё недовольство и враждебность. — Послушайте…— попытался начать разговор Солум. — Молчать! Меня не интересуют ваши жизни, но интересует другая. Пока я буду заботиться о хозяевах бала, сохраните ей жизнь, и я отпущу вас с миром. — А давайте дополним это. Я на минуточку покажу вашу подопечную моему знакомому, а потом верну её вам. Что на это скажете? — глупо улыбался Солум, краем глаза заметив Нерону с Нюрой на руках. — Мне всё равно. Если маленькие люди берутся за невыполнимые и безрассудные контракты — это их личные проблемы. Никогда бы не сделала такое со своей душой. Вы изуверы по отношению к себе. И если ты умрёшь, мне жарко от этого не станет. — А от этого станет! — с диким, безумным смехом, закричал пожилой мужчина, находящийся позади Девы, чем привлёк всеобщее внимание. Следующее, что увидел Солум, было море огня, направленное прямо на всю группу, стоящую перед крепостью. Море огня настигло джизов быстрее, чем те успели отреагировать, хотя некоторые всё же успели закричать. Огонь пожрал стражей, словно голодный дракон, испаряя даже кости и металл амуниции. От бывших стражей не осталось и пылинки, чтобы оставить на своей родной земле. Испарились. Стой Солум рядом с ними, а не около Девы, его бы ожидала та же участь. Однако Дева лишь гордо хмыкнула на такую наглость. Она подняла белоснежную ручку, оттуда в тот же миг вылетел морозный дымок. Он замораживал всё живое. Даже водяные пары, находящиеся в воздухе, превращались в кристаллы льда, стойкость которых превышала гномью сталь. Потоки огня и льда встретились, поглощая друг друга, вскоре от них остался лишь небольшой вихрь воздуха, покинувший поле боя. Если вихрю повезёт, он может перерасти в смерч, уничтожив пару окрестных деревень или даже напасть на сам Джизроус. Только виновникам возможной трагедии это было совершенно безразлично. — Ты правда считаешь, что такой подлый приём вперемешку с твоим слабым огоньком, может мне помешать? Платиновый кто-то там...— Солум закатил бы глаза от такого дешевого пафоса, но в полный рост встала проблема поважнее. Если сейчас же не спрятаться, он умрёт. Кроме того, если пострадает Нюра, он тоже умрёт. Радовало только то, что у него были коллеги по несчастью в виде посиневших бандитов. — Нет, конечно… Просто хотел разогреть твои старые холодные косточки, сколько тебе там годов?.. По-моему, в два раза старше меня, а мне уже шестьдесят семь. Ты же знаешь, зачем я здесь. Бери бабу, отдай элементаля — и можешь валить в своё ледяное гнёздышко. — Тебе,— подчинившему элементаля силой, поглотившему его своей жалкой душой,— в жизни меня не одолеть. Ты считаешь, что вправе ставить условия? — продолжала Дева. «Пока они демонстрируют свою легендарную словесную силу, у меня есть минут пять, чтобы найти спокойное место»,— думал Солум, сбегая из крепости. За ним бежали эльфы с вопящей Нюрой на руках, а также толпа бандитов, жаждущая спасения. Они просто не придумали ничего более умного, чем бежать за самым сильным, по их мнению, персонажем. Алхимик же был не против очередного пушечного мяса. Солум отбежал метров на двести, забежав за малый холм. Затем использовал несколько свитков земли, чтобы создать стену в виде полукруга, которая могла хоть как-то нейтрализовать последствия ссоры сильных мира сего. — Чего стоим? — взволновано спросил Солум.— Ноги в руки — и копать, живо! Или долой из ямы! — Но, господин, у нас нечем. Услышав вопиющее невежество, Солум указал головой на Нерону. Эльф руками вскапывал землю, выбрасывая излишки на стену Солума. Скорость могла сравниться с кротом, но таковой, понятное дело, было недостаточно. — Хотите жить? — Копайте, бестолочи, я же пока подержу Нюру, чтобы она не сбежала. Витор будет копать быстрее вас. Бандиты поняли намёк: яма или смерть. Они перестали брезговать, от работы раздирая свои руки до крови. Земля была твёрдая, дождей не было пару дней, будет чудом, если после такой процедуры руки смогут самостоятельно зажить. В общем, работа выполнялась, но недостаточно быстро, а деловой разговор уже близился к финалу. — О, так вот отчего такая смелость, жалкий алхимик! Привёл коллекцию марионеток! думаешь, помогут? — взирала Ддева на толпу эльфов. Каждый одет в комплект тяжелой брони высшего качества, джизы могут лишь слюни пускать на подобное.— Сколько у тебя особей? Две сотни? Мелковато… может, ещё сотня в запасе лежит? — Блять! — ругался один из бандитов.— Они что, специально так орут, чтобы мы их слышали? Без внимания ощущения не те? — Солум строго посмотрел на косящего от работы бандита, напугав беднягу пуще прежнего. Однако в душе согласился с ним. — Бахвалься, Дева, бахвалься. Сейчас ты узреешь мощь трансмутаций! — набрав полные лёгкие воздуха, выдохнул Алан Мусс, выпуская следующую волну огня, сигнализирующую начало боя. Эльфы невозмутимо ломанулись на убой, находясь под прикрытием потока огня. Каждый их шаг был бесшумен, а каждое движение — безупречно. Такой отряд мог без потерь разобраться с небольшой государственной армией, именно такие силы пугали соседей Джизроуса, не давая им нападать на лакомый кусочек. Только в сравнении со способностями сильнейшей Девы это был почти пустой звук. Дева разочарованно усмехнулась. Она подняла руку, изысканно, но быстро рисуя печать прямо в воздухе. Печать сработала как надо, и вскоре над полем боя возникло ещё несколько подобных печатей, но гораздо бóльшего размера. Затем дева замуровала себя в ледяную глыбу и стала выжидать результатов. Из печатей посыпался ледяной дождь, с лёгкостью проникая сквозь броню и крепкую шкуру эльфов. В зависимости от размера сосульки, упавшей на них, эльфы получали самые различные травмы. От простых болячек до потери нижней части тела. Тем не менее истерзанные до последнего исполняли волю своего хозяина. Двигаясь даже с помощью последней уцелевшей руки. Огонь врéзался в глыбу льда, немного её растопив. Уцелевшие эльфы стали беспощадно истерзать кусок ледяного гранита. Сильнейшие удары, которые эхом накрывали всю округу, наносились мечами. Менее везучие эльфы откусывали лёд, ломая себе зубы, дёсны и даже кости. В ход шло всё, и их действия оказались ненапрасными: лёд становился всё тоньше и тоньше, пока внезапно глыба не разорвалась на миллион осколков. Ближайшие эльфы превратились в решето, других откинуло волной. Но выжить им было не суждено, хозяйское пламя предательски накрыло оставшихся в живых. И даже смогло нанести небольшой урон Деве, обуглив её левую руку. — Неплохо! Но что ты сможешь без своих игрушек? — спросила Дева, мгновенно отрастив себе новую ледяную руку. — Даже не знаю… например, это.— Алан Мусс выпил несколько зелий подряд. Его вены посинели, а из носа повалил дым. Затем Алан встал в боевую стойку. Удар левой, правой, левой... Каждый подобный удар сопровождался беспорядочным шаром огня, лишь некоторые угодили в цель. Солум также почувствовал на себе эти шары. Один из них попал в стену, которая буквально испарилась от избытка температуры. Оставшаяся часть должна была обвалиться. Но случилось чудо. Яма внезапно углубилась на пару метров, а стена просто накрыла их пластом земли. Компания оказалась в безопасности, исключая один маленький момент: пропала Нюра. — Ты решил выкачать всю свою душу? Уже сдался, так быстро? — хихикала Дева, подходя всё ближе и с лёгкостью отбивая пламя.— Тебя не хватит надолго. Даю последний шанс: я беру девочку и ухожу. Согласен? — маленький грифон также витал возле хозяйки, показывая язык Алану. — О нет! Ты меня почти одолела,— наигранно произнёс платиновый алхимик.— Прими мои скромные поздравления: я тебе не ровня! — Мусс упал на колени, подняв руки надо головой. Дева на мгновение ухмыльнулась, но затем начала что-то подозревать. Слишком лёгкий бой, слишком быстро сдался... А самое страшное — очень плохая актёрская игра. Внезапно земля под её ногами пропала, оголив плитку, которой некогда была вымощена дорога. На плитке была изображена сложная трёхступенчатая печать, покрытая различными рунами: тьмы, огня и земли. Руны поочерёдно загорелись, закрывая ловушку для маленького грифона и его лучшего друга. — Что? Нет! Не смейте! — кричала Дева. Связь между хозяйкой и элементалем ослабевала каждую секунду, но полностью разорваться была не способна. Как только действие печати спадёт, узы вернутся на место. Если их ничто не прервёт…