История мёртвого города. Часть I

Разместившись в просторном холле одного из офисных зданий с дорогой внутренней отделкой, местами испачканной чужой кровью, Теодор молча сидел рядом с Алленом. Он растерянно наблюдал за тем, как Сона внимательно осматривала рассечённый лоб парня, не зная, что делать: подобрать слова поддержки или попытаться хоть чем-нибудь помочь. На лице девушки отчётливо читались злость и раздражение. Чувство вины за ранение товарища боролось в ней с убеждением, что эта жертва стала платой за спасение.

Но стоило ли оно того?

«Хватит уже думать об этом… Прекрати. Лучше отвлекись на что-нибудь», — строго приказал самому себе омега, пытаясь заглушить поток тяжёлых мыслей, вновь вернувшихся после короткой вспышки оптимизма. — Нахрена ты вообще согласился на это? Оставили бы этого мажора, и всё. Нет же, решил послушать своего неудачника, полез спасать чужую задницу и сам пострадал. А если бы вы вообще не выбрались? — раздражённо отчитывала Аллена Сона, нахмурив брови. Парень лишь тихо зашипел от боли и слегка отвернул голову. — Да хватит уже трогать. Перестань… и так башка раскалывается. Кстати… ты как? — почти шёпотом спросил он, медленно повернувшись к Теодору. Сона лишь закатила глаза, всем своим видом выражая презрение к очередной сцене взаимной заботы. Что-то недовольно процедив себе под нос, она поднялась и направилась к ближайшему креслу, на которое бросила рюкзак. Порывшись внутри, девушка принялась искать медикаменты, если они вообще ещё оставались после всего пережитого. — Со мной всё хорошо… Я был пристёгнут. Извини, пожалуйста, что втянул тебя в это. — Сильно болит? Не тошнит? А то вдруг сотрясение получил… Аллен только едва заметно улыбнулся. Уголки его губ на мгновение приподнялись, но вскоре вновь опустились, а мышцы лица расслабились. Не отрывая взгляда от обеспокоенного лица Теодора, он осторожно коснулся его волос и медленно провёл пальцами по растрёпанным прядям, перебирая их так привычно и ласково, словно это действие давно стало естественным. Аллен прекрасно знал, что Теодору всегда нравилось, когда кто-то вот так спокойно гладил его по голове. Иногда ему казалось, что он знает этого человека лучше, чем самого себя. В такие минуты это ощущалось особенно остро.На короткое мгновение разум предательски подкинул опасную мысль. «А что, если…» Если слегка сильнее сжать эти мягкие волосы. Если заставить Теодора поднять на него взгляд. Если сократить расстояние между ними настолько, что останется лишь один вдох… Что тогда? Как он отреагирует?Оттолкнёт?Или… Сердце болезненно ударилось о грудную клетку, отдавая пульсацией в ушибленный лоб. По телу пробежали мурашки. Мир вокруг словно растворился, потеряв всякое значение.Сейчас существовал только Теодор — взволнованный, искренне переживающий за него, совершенно не замечающий, какие чувства уже давно поселились в сердце Аллена. Друг. Какое же неприятное слово. Хотелось, чтобы однажды оно перестало существовать между ними. «Пусть он думает только обо мне… Хочу, чтобы в его мыслях был только я», — ревниво шептал внутренний голос. Взгляд сам собой опустился к чуть припухшим от волнения губам Теодора. Аллен поймал себя на том, что медленно наклоняется ближе, почти не замечая этого.Именно в этот момент омега едва слышно зашипел, случайно коснувшись собственной ссадины.Этот звук мгновенно вернул Аллена в реальность. Он резко остановился, будто очнувшись от странного сна, и глубоко вдохнул. «О чём я вообще думаю?..» Сердце продолжало бешено стучать, но теперь уже от смущения. — Всё… хорошо. Только голова болит знатно. Наверное, здоровенная шишка будет. Но… зато мы всё-таки доехали, — с привычной мягкой улыбкой произнёс Аллен, стараясь выглядеть совершенно спокойным. Он убрал руку и перевёл взгляд на остальных выживших. Каждый был занят своим делом, но светло-бирюзовые глаза снова и снова возвращались к Теодору. Тяжело вздохнув, Аллен позволил себе ещё одну маленькую вольность.Осторожно устроившись рядом, он медленно уложил голову Теодору на колени, стараясь не задеть ушибленный лоб. — Я немного так полежу… Считай, это будет твоей платой за мою травму. На его лице появилась спокойная, почти детская улыбка. «Когда-нибудь… я всё-таки тебя поцелую», — мелькнула тихая мысль, прежде чем тяжёлые веки начали медленно смыкаться. В этот момент подошла Сона. Выражение её лица немного смягчилось, хотя привычная суровость никуда не исчезла.Молча протянув Теодору найденные медикаменты, девушка развернулась и направилась к Эмме, даже не взглянув назад.Наверное, так было проще. «Со стороны мы и правда похожи на какую-то парочку…» — с укором заметил внутренний голос. Но Теодор лишь тихо выдохнул, не обратив на него внимания.Осторожно смочив бинт антисептиком, он принялся аккуратно обрабатывать рану Аллена, каждый раз невольно вздрагивая, когда тот тихо шипел от боли.Спустя несколько минут дыхание альфы стало ровнее. «Похоже… он всё-таки задремал», — с облегчением подумал Теодор. Свободной рукой он машинально провёл по волосам друга, медленно поглаживая его по голове.Мысли сами собой вернулись к недавнему происшествию. «Наверное, все были шокированы тем, что произошло…» Омега ненадолго поднял взгляд, осматривая остальных членов группы. «Надеюсь, на Чарли теперь не обрушится новая волна обвинений…Особенно со стороны Соны.» Будто почувствовав его взгляд, девушка неожиданно посмотрела прямо на него. «Хотя… кажется, после сегодняшнего я сам заработал у неё клеймо на всю жизнь», — с усталой иронией заключил Теодор.