История мёртвого города. Часть I

Идя позади остальных, Чарли привычно сохранял молчание. За долгое время оно стало для него почти естественным состоянием, своеобразной защитой, к которой он прибегал всякий раз, когда не находил нужных слов. Однако сейчас за этой внешней невозмутимостью скрывалось тяжёлое чувство недосказанности. Казалось, будто между ним и каждым членом небольшой группы возникла невидимая стена, которую он сам же когда-то и воздвиг. Особенно остро это ощущалось после разговора с Эммой. Душевная тяжесть неприятно сжимала грудь, не позволяя избавиться от чувства вины. Но куда сильнее разум медиума терзали мысли о найденном письме.Пожухлый конверт с несколькими каплями засохшей крови, измятыми краями и неровным почерком не давал ему покоя. На нём было отчётливо выведено имя получателя — Сьюзи Джонотан. Его матери.Отправителем значилась некая Фая Амстронг. Кто она? Действительно ли это имя принадлежало той пожилой женщине или было всего лишь псевдонимом?Почему письмо адресовано именно Сьюзи? Что произошло с той маленькой девочкой? И самое главное — что скрывалось внутри этого конверта? Неужели ради нескольких пожелтевших листов бумаги им действительно пришлось рисковать жизнями? Вопросы множились один за другим. Что скрывала его мать? Знали ли остальные родственники об этой женщине? Или же эта тайна существовала лишь между двумя людьми — Сьюзи и Фаей? Чем дольше Чарли размышлял, тем сильнее убеждался, что обязан узнать правду. Именно сейчас внутри него окончательно сформировалась новая цель. Если им удастся добраться до убежища, он обязательно дочитает письмо до конца и выяснит всё, что сможет. «И... наверное, стоит рассказать о нём Эмме... Да, так будет правильно. Я и без того почти ничего ей о себе не рассказываю. Ни о письме... ни о фантомах... даже за тот срыв так и не извинился. Она ведь действительно переживает за меня...» На губах мужчины появилась едва заметная усталая улыбка. «Совсем как маленькая...» Добравшись до небольшого служебного помещения магазина, Чарли первым делом огляделся. Несколько фонарей мягко освещали комнату, позволяя рассмотреть её внутреннее убранство. В воздухе всё ещё витал слабый аромат мужского и женского парфюма, будто сотрудники покинули это место всего несколько часов назад. Небольшой диван, стоящий возле ряда металлических шкафчиков с пронумерованными дверцами, старый столик и несколько мотивационных плакатов на стенах создавали неожиданно уютную атмосферу, совершенно не сочетающуюся с окружающим миром. Это был уголок обычной человеческой жизни.Жизни, которой больше не существовало.Оставаться здесь надолго Чарли не собирался.Его взгляд невольно остановился на Эмме. Девушка демонстративно держалась в самом дальнем углу комнаты, возле стены с плакатами. Она не смотрела на него, не пыталась заговорить и вообще всем своим видом показывала, что не желает сейчас никакого общения. Обида ещё не успела остыть. Чарли понимал это.Подходить сейчас было бессмысленно.Тяжело выдохнув, он прошёл к свободному месту на небольшом салатовом диване. Снял рюкзак, поставил рядом пожарный топор, аккуратно положил фонарь так, чтобы тот освещал пространство сверху, после чего достал измятый конверт из верхнего кармана джинсов. На всякий случай мужчина ещё раз оглянулся.Никто не обращал на него внимания.Лишь убедившись в этом, Чарли осторожно вскрыл конверт и развернул пожелтевшие листы. "…Ну здравствуй, моя дорогая, любимая всем сердцем доченька.Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет в живых… или же я наконец набралась смелости отправить его тебе. Я всегда любила тебя… и буду любить, несмотря ни на что…" Некоторые строки были испачканы засохшей кровью. Где-то бумага размокла настолько сильно, что чернила почти исчезли. Корявый почерк лишь усложнял чтение, однако Чарли продолжал внимательно разбирать каждое слово, постепенно забывая обо всём происходящем вокруг. Тем временем Аллен успел забаррикадировать единственную дверь помещения.Хлипкий внутренний замок не внушал никакого доверия, поэтому парень дополнительно подпёр дверь тяжёлым металлическим стулом. Конечно, можно было придвинуть ещё и шкаф, окончательно перекрыв проход, однако лидер решил не усугублять ситуацию. Он надеялся, что до этого всё же не дойдёт.Каждый присутствующий прекрасно понимал истинное положение дел.Они оказались в самой настоящей мышеловке.И если раньше казалось, что именно они охотятся на мертвецов, то теперь всё изменилось. Теперь уже люди находились на территории мёртвых.И именно ходячие были здесь настоящими хозяевами. Однако сейчас Аллена тревожило совсем не это.Мысли вновь и вновь возвращались к укусу Теодора. Злость. Вина.Бессилие.Все эти чувства беспощадно разрывали его изнутри.Он столько раз говорил, что заражённых необходимо убивать сразу...Но когда подобное произошло с Теодором...Нет. Он не мог. Не хотел.И никогда не сможет поднять на него руку.Всё, чего Аллен когда-либо хотел, — защитить его. Стать тем человеком, рядом с которым Теодор будет чувствовать себя спокойно. Тем, кому однажды сможет доверить всю свою жизнь.Но судьба безжалостно перечеркнула этот идеальный план. «Всё будет хорошо... Сейчас главное обработать рану... Тогда шанс заражения станет меньше...» Он пытался убедить самого себя. Однако холодный рассудок не позволял поверить в собственную ложь.Аллен уже понимал.Скорее всего... времени осталось совсем немного.От этой мысли сердце болезненно сжималось. «Если это действительно конец... значит, я обязан сделать так, чтобы последние часы он прожил не в страхе.» Стараясь скрыть собственное отчаяние, Аллен медленно подошёл к одиноко сидевшему Теодору.Ласс уже успел снять испачканную кровью куртку, повязав её вокруг пояса, а поверх одежды надел ветровку Аллена, всё ещё хранившую слабый аромат гвоздики. Он сидел неподвижно. Смотрел в одну точку.И вновь, и вновь переживал тот самый момент.Укус.Челюсти.Кровь и боль.Рана неприятно пульсировала под тканью одежды, словно специально напоминая о своей неизбежности. Глаза снова наполнились слезами. Теодор до боли прикусил внутреннюю сторону губы, из последних сил удерживая себя от новой истерики. «Что теперь делать?.. Я не могу скрывать это вечно... Если Аллен продолжит меня защищать... остальные перестанут ему доверять... Его обвинят... А я этого не хочу...» Парень сильнее подтянул колени к груди и спрятал в них лицо. «...И я не хочу стать таким же чудовищем...» Чья-то тёплая ладонь осторожно коснулась его спутанных волос. Теодор вздрогнул и медленно поднял голову.Рядом сидел Аллен.Такой же добрый.Такой же спокойный. Он улыбался всё той же мягкой, привычной улыбкой.Будто ничего не произошло. — Всё будет хорошо, — тихо произнёс он. — Не накручивай себя. Я и так понимаю, о чём ты сейчас думаешь. Эти слова должны были успокоить. Но сейчас они звучали слишком неправдоподобно.Слишком больно. Теодор лишь сильнее почувствовал собственное отчаяние.Ладонь Аллена медленно скользнула по его спине, останавливаясь на плече.Недолго думая, омега сам приблизился к нему и осторожно положил голову ему на плечо.

...Наверное, всё действительно закончилось…

Все мечты. Все надежды.Все планы на будущее. Они рассыпались за одно короткое мгновение, словно карточный домик под порывом ветра. И вместе с ними постепенно пустела душа Теодора, оставляя после себя лишь сожаление, боль и горькое чувство несправедливости.