На дне синего-синего неба

Джастин испытал диссонанс, когда Дон настолько приветливо его встретил. — О, Джаст! — воскликнул тот, маша ему рукой, и обратился к сидящему перед ним полному мужчине, не снявшему шляпу в помещении. — Это он. Я про него говорил. Джастин приподнял бровь, думая, что о нем можно сказать. Ну, сам о себе он много чего мог сказать, но об этом другим знать не стоило. Лавируя между занятыми столиками — в обед тут собралось народу, — Джастин продвинулся к стойке, мельком осматривая собеседника Дона. Тот выглядел обеспеченно и сыто. Такие не жили в Салвейшн-харбор, они имели здесь дела. Джастин встречал его здесь раньше, но не разговаривал с людьми такого круга. — И что ты про меня говорил? — Что ты парень, который ищет работу. — А, да, это именно я. Неужели его молитвы были услышаны? Что это может быть за работа? Что-то тяжелое? Плевать, лишь бы заплатили. — Вы знаток своего дела? — повернулся собеседник Дона. — М, дела? — переспросил Джастин. — Да, я рассказал мистеру Смоллвуду о том, что ты сделал для нас, — кивнул Дон. Джастин понял, куда клонит разговор, и ему это не понравилось. Дон тоже понял, что он не в восторге, потому что сразу наполнил ему кружку ослиной мочой, которую тут называли пивом, шепнув: «За счет заведения». — Я так понимаю, у мистера Смоллвуда похожая проблема? — спросил он напрямик. — Да, на моем складе завелась какая-то дрянь. Это здесь, неподалеку. Здесь хорошая рента. — Вообще-то я не профессиональный охотник на вайлбистов, — заметил Джастин, подвигая к себе кружку. — И такую работу я не совсем… — Я хорошо заплачу, мистер… — Просто Джастин. — Хорошо, просто Джастин, — продолжил мистер Смоллвуд. — Каждый день простоя стоит мне дорого, а мои ребята не хотят туда лезть. — И что, кроме меня, некому этим заняться? Мистер Смоллвуд ничего не сказал, смотря на Дона. Они перекинулись парой взглядов, словно зная что-то общее, чем не хотели с ним делиться. — Не подумай, я посылал туда пару ребят… — сказал мистер Смоллвуд нехотя. — Сначала одного, он не вернулся. А второй… нашел его и отказался. — Нашел неживым, я так понимаю? — Джастин отпил пива. Отвратительно. — Ага, у него было разъедено… — Дон поднял руки к лицу, но поймал взгляд мистера Смоллвуда и замолчал. — Это бродяги, которые согласились на работу за еду, — фыркнул тот. — Но теперь я понял, что на этом лучше не экономить. Я заплачу деньги, Джастин. Джастин сделал еще несколько глотков, чтобы не отвечать сразу. Пистолет, который ему бы сейчас пригодился, был не с ним. Патроны тратить он тоже не собирался. Он опустил глаза, рассматривая белые барашки пены. Как будто ее тут разводили из мыльного средства. Может быть, оно было и так, он не стал уточнять. Ему не хотелось вновь вляпываться в это. Но он помнил свои вчерашние поиски, другой работы не нашлось бы. А ему было необходимо что-то заработать. Он не мог просто прозябать тут день за днем. Пусть даже… эти дни в последнее время меньше походили на прозябание. Джастин подумал об Эммануэле. Каким будет сегодняшний вечер? Столь же неловким, как утро? Может, он придумает, что сказать? Может, и Джастин тоже придумает? Или нет. Возвращаться туда было так же страшно, как отправляться на этот склад. — Мне нужно оружие и патроны, — сказал он, отодвигая пиво, которое больше не мог пить. — И тогда поговорим. Мистер Смоллвуд смотрел на него упрямо почти две минуты. — Хорошо, — сказал он. — Только грохни эту нечисть до вечера. Ну что ж. Осталось грохнуть эту нечисть до вечера.

***

Склад мистера Смоллвуда располагался всего в паре кварталов от «Семи дубов», по Калмшор-стрит. Дорогу туда они преодолели в молчании. Джастин вращал револьвер «Больт», который ему выдал Дон. Вероятно, из его запасов. Револьвер был неухоженный, с липкой рукоятью, но зато мистер Смоллвуд отсыпал достаточно патронов. Джастин заправил магазин, обходя лужи, и приостановился, ища цель. Может быть, та покосившаяся вывеска? Или… Он присмотрелся, различая что-то, ползущее по земле. Похоже на броненосца. Но это не было броненосцем. Вместо лап выросли щупальца, от броненосца остался только остов. Его тоже поразила местная дрянь. Джастин прицелился и выстрелил в голову. Тело твари рухнуло набок. Мистер Смоллвуд вздрогнул и оглянулся. — Проверял, рабочее ли оружие мне подсунули, — пояснил он, заправляя револьвер в кобуру. Тот был меньше пистолета и болтался в ней, пришлось закрепить ремешком сверху. — Здесь лучше не шуметь, Джастин, — предупредил мистер Смоллвуд, отворачиваясь и идя вперед. Они продвигались по темному проулку и наверняка раньше тут жили лишь крысы и бродяги. Но Калмшор-стрит сейчас осталась почти полностью сухой, хотя находилась на самом берегу, и каждую лачугу населяли бедолаги, лишившиеся домов. — Для чего вы используете склад, мистер Смоллвуд? — спросил Джастин, когда в конце уже замаячил тупик и поворот на Оушен-драйв. — Для товаров. Это все, что я имею право сказать. — И как идет торговля? Мистер Смоллвуд остановился и повернулся к нему. — Прекрасно. Поэтому я не могу ждать ни дня. Вот мой склад. Он указал на кособокий бокс, зажатый между такими же. Раньше это скорее всего был гараж для лодок, но, как и многое тут, был переделан под современные нужды. На небольшой двери, тоже говорящей о том, что изначально он складом не являлся, висел местами поеденный ржавчиной амбарный замок. — Заперли, чтобы они не сбежали? — спросил Джастин. — Чтобы никакие длинные носы туда не совались. Джастин поймал кинутые ему ключи. — Свет справа, — пробормотал мистер Смоллвуд. — Надеюсь, ты выйдешь наружу. Больше он не сказал ничего.

***

Сперва, зайдя внутрь, Джастин принюхался. От каждого первого склада в Окмонте перло рыбой разной степени тухлости. Здесь этот запах едва различался, скорее всего просачиваясь снаружи, с берега, заваленного выбросившимися гниющими акулами, которых никто не убирал; даже птицы уже не справлялись. Они там и оставались изъеденными каркасами торчащих костей. Джастин отдалил фонарь от лица, прислушиваясь. Взглядом он поймал небольшие окна под потолком. Он не стал запирать за собой дверь, но, если что, отметил пути отхода со второго этажа. Туда как раз вела длинная лестница, похожая на ту, что была на консервном заводе. Может быть, ему повезло, и вайлбисты исчезли так же быстро? Джастин шагнул вперед и почувствовал, как подошва левого ботинка вступила во что-то липкое. Подсветив, он увидел черную жижу, еще не высохшую на половицах. Видимо, бедняга, который приходил до него, успел кого-то убить. Впрочем, это было последним, что тот сделал. В паре футов на полу виднелся темно-бурый след со следами таски, тянущимися ко входной двери. Значит, здесь его нашли и вытянули… Джастин достал револьвер. Он старался держаться ближе к стене, чтобы к нему нельзя было подкрасться сзади. Хотя мало кто из вайлбистов умел подкрадываться, в основном их умственных способностей хватало только набегать при приближении чего-то, что они сочтут добычей; тех, которые умели, Джастин предпочел бы избегать вовсе. Он нащупал выключатель. Светом назвать это было сложно — мелкая лампочка высоко под потолком, ее хватило бы, чтобы не натыкаться на ящики, да и только. Чем был забит склад мистер Смоллвуда? Джастин обошел контейнеры, ища открытый, но все были запечаны. Их сюда успели только доставить, но не вскрыть. На одном из них лежал лом. Он явился сюда не за этим, но не смог сдержаться, отгибая одну из досок. Свет сверху почти не попадал, пришлось вернуться за фонарем. Джастин поднес его ближе, и что-то внутри блеснуло в ответ. — Ах ты сукин сын, — озвучил он свои мысли. Мистер Смоллвуд ввозил сюда алкоголь. Понятно, почему он был на короткой ноге с Доном. И понятно, почему так торопился. Шорох сбоку заставил Джастина отпрянуть и вскинуть револьвер. Тихое-тихое мельтешение, десятки лапок приближались. Пауки. На них патроны тратить не стоило. Джастин заправил револьвер на место, отстегивая от ремня лопатку. Десятки лапок, десятки маленьких пастей с острыми зубами. Он понадеялся, в этот раз среди них не было ядовитых. Конечно, убежать, пока на него не подействует паралитик, со склада проще, чем из подвала, но лучше было быть с напарником. Стоило попробовать хотя бы уговорить Дона подежурить снаружи. Он решил держаться ближе к выходу, и это стало первой оплошностью. Сразу стайка пауков возникла на его пути, перегораживая пути отхода. Среди них были, как мелкие, так и более крупные особи. Ну, не один удар, так два. Джастин откинул первого ботинком, и тот улетел в своих сородичей, сбивая их с ног. Это их разъярило. — Понеслась, — прошептал Джастин. Тяжелая головка саперной лопатки рубила конечности ублюдков, как нож — масло. Только не поскользнуться, пока кто-то из них обращается в гнилую черноту, растекающуюся по полу. Один, второй, третий. Похоже, он приловчился. Надо попадать в слабое место, где лапки соединяются с небольшим корпусом. Так даже можно хорошо зарабатывать. Он даже был готов иметь дело еще с парочкой таких складов. Интересно, что тогда укокошило того парня? Скорее всего, какой-то из пауков все же ядовит. Им удалось обездвижить охотника, а там они уже обглодали ему лицо, или что сказал Дон? Джастин только успел подумать эту мысль, как сзади услышал чавкающие звуки. Словно кто-то набрал воды полные калоши и пытался учиться с ними ходить. Хлестко разрубив крупного паука на две подергивающиеся половины, Джастин оглянулся, сглатывая. Он знал, что это. Сперва могло показаться, что отбрасываемая тень — человеческая. Двуногое, высокое. С руками и головой. Если это можно было так назвать. Но вайлбист вышел из-за ящика, и любые предположения рассеялись, как туман. Это был плевун. Кто угодно, но не человек. Руки плевуна были навеки воздеты к голове, сшитые с ней, срощенные. Пальцы, уродливо походившие на человеческие, обращались в зубы-когти пасти, прорезавшей голову вдоль. Черная дыра мрачно зияла, но если присмотреться, можно было увидеть маленький огонек. Плыть на него, как добыча к фонарю донной рыбы. Тленное тело плевуна с вывернутыми наизнанку мышцами покрывали набухшие мешки. Он производил яд, как змея. Так много, что тот, даже выплевываемый им во врагов, скапливался в его организме, заполняя полости. Джастин нервно схватился за револьвер и едва успел увернуться. Руки твари разошлись в стороны, как мосты, выворачивая гнойник в пасти наизнанку. Плевун подался вперед, целясь, и порция кислоты угодила в стенку. Там, где недавно был Джастин. Он автоматически бросил туда взгляд; на крепкой древесине, выдержавшей потоп, остался след, будто ее ковырнули десертной ложкой. Джастин направил револьвер на плевуна, стреляя, но тот ловко скрылся за ящиками. Силуэт промелькнул в тени. Выстрелом Джастин только сбил одну из досок, и она рухнула наземь. Он обернулся, и плевун был уже близко. Не один — у его ног вились пауки, крупные, будто стайка шавок у хозяина. Они кинулись к нему, и Джастину пришлось прятаться. Он рывком подтянулся, забираясь на один из ящиков и становясь недоступным для пауков. Но тут он был, как на ладони. Плевун заметил движение. Огонек в глубине его пасти вновь засветился. Яда в нем было целое море. Плевок кислоты приземлился прямо рядом с ногой Джастина, и он перепрыгнул на другой ящик. Тот был менее устойчивый. Джастин почувствовал, как под ним выгнулись доски. Не лучший способ передвижения. Пауки время не теряли. Он с ужасом заметил, как они забрались друг на друга, чтобы добраться до него. К черту патроны. Джастин схватился за свешенную с потолка веревку, наклоняясь сбить эту кошмарную пирамидку из конечностей. Один патрон поразил сразу двух пауков, вскарабкавшихся друг на друга. Уши Джастина обжег их недовольный писк. Он быстро поднял глаза, ища плевуна. Где он? Силуэт проскочил с другой стороны. На ящике скрываться было небезопасно. Лестница. Оттуда он сможет целиться и к нему будет не подобраться с фланга. Нужно перепрыгнуть на контейнер между, а потом сразу на ступени. Прыжок. Другой. Еще до того, как Джастин приземлился, он почувствовал жжение в руке. Неужели его задело? Это дезориентировало. Он упал и ударился коленом о перила. Мельком глянув на запястье, от которого тянулся этот зуд, Джастин увидел, как разъедает кожу его куртки. Ткань рукава. И даже сквозь них яд добрался до кожи. — Черт, черт, черт, — ругался он под нос. Так у него целых частей тела и не останется. Джастин услышал хлюпанье внизу. У основания лестницы. Плевун увидел, что сейчас их не разделяет никакая преграда. Верхние конечности разошлись в стороны, раскрывая пасть. Мелькнул огонек. Рука горела, но Джастин переборол себя, выхватывая револьвер и спуская всю оставшуюся обойму. Выстрел. Второй. Третий. И так до четырех. В плечо, разрывая мешочек, заполненный едким ядом, в искаженное запястье, выбивая зубы-пальцы, и два в пасть, пока огонек не затухнет. Плевун качнулся и упал. Минута и он растворился такой же черной жижей. Джастин держался за запястье и только тяжело дышал. Он видел еще нескольких пауков, мелких, они прижимались к стенам, словно решая, стоит ли игра свеч, идти ли в атаку без своего покровителя. До последнего. Джастин подобрал лопатку и поднялся.

***

У него все еще болела рука, когда мистер Смоллвуд ссыпал туда плату за очистку. Дон выделил им подсобку, где они могли рассчитаться. Не стоило светить финансами на глазах даже у постоянных посетителей «Семи дубов». — Наверное, это талант, — сказал мистер Смоллвуд, когда Джастин пересчитал деньги и патроны. — У меня просто все немеет, когда я вижу… этих… существ. «У меня тоже», подумал Джастин, но вслух ничего не сказал. Ему хотелось поскорее убраться отсюда, лечь и отдохнуть. Забыть всю эту черноту. Снять рубашку и куртку, на которых оставались мельчайшие крупицы яда. Увидеть Эммануэля. Что с ним все в порядке. О, говоря об этом… — Я видел, что в ящиках, — сказал он до того, когда мистер Смоллвуд уже развернулся уходить. Тот замер на месте, но не оборачивался. Глядя в широкую спину, Джастин гадал, что в его голове. — Не думаю, что это твое дело, — произнес мистер Смоллвуд. Голова повернулась лишь чуть-чуть, чтобы было слышно его слова. — В любом случае тебе лучше забыть. — Я не собираюсь об этом кому-либо сообщать, — убедительно сказал Джастин. — Я хотел бы… купить что-нибудь. Мистер Смоллвуд издал смешок, напоминающий скрип старого чемодана, и все же развернулся. — Не лучший способ залечивать нервы после такой работы, а? — Мне нужно красное вино, — упрямо продолжил он. Мистер Смоллвуд, словно только сейчас осознав, что он говорит всерьез, перестал улыбаться. Его лицо стало еще мрачнее, чем когда они встретились в баре. — Ничего из того, что ты видел, не продается, — сказал он. — Это все уже принадлежит другим людям. — Каким еще людям? Можно было не спрашивать. Тем людям, у которых имелись не только деньги, но и влияние. Наверняка кто-то из богатых районов, Рид-Хайтса или Олдгрова. Они имеют право и на вино, и на коньяк за своим столом. Даже в такой дыре. — Разговор окончен, Джастин. И с этими словами мистер Смоллвуд покинул подсобку. Джастин вздохнул, потирая запястье. Что ж. Он должен был попробовать.