На дне синего-синего неба

Джастин внимательно осмотрел каждый угол квартиры на верхнем этаже, готовый среагировать на малейшее движение, на любую тень. Но все было недвижимо. Сегодня в дом этим путем не проник ни один вайлбист. Джастин прошелся до разбитого проема в стене, теперь наконец получив возможность оценить состояние моста. Эммануэль вчера здорово потрудился. Труба внутри обнажилась, он сбил наросты слева. Путь оставался, но пройти по нему теперь было сложно. Явно не для плевунов. Хорошо. По крайней мере большая опасность с этой стороны отсутствовала. Это не значило, что от моста не стоило избавиться вовсе. Как и не отменяло того, что вайлбисты попали в их дом ночью, и нужно понять, откуда они пришли. Даже не слыша ни единого звука, Джастин обошел весь этаж, заглядывая в открытые двери. Ванна с дождевой водой почти переполнилась. Стоило захватить с собой ведро. Впрочем, он не был так уж уверен в том, что с легкостью его дотащит на место. Все комнаты полнились безмолвием, Джастин слышал только капанье. Он спустился вниз и остановился на лестнице перед спуском на первый этаж, напряженно вслушиваясь. Эммануэль упоминал подвал. Но он говорил, что оттуда появлялись только мелкие вайлбисты. Джастин вспомнил прыгунов. Они вряд ли подходили под определение мелких, но относительно плевунов были компактнее. Преодолеть мост им было не под силам со строением их ног, но это значит?.. Вспомнив о ногах, Джастин потряс своей, оценивая ее состояние. Ее было трудно согнуть в колене, и спуск по лестнице давался тяжкими усилиями. Насколько большим был подвал? Насколько затопленным? Загодя достав револьвер, Джастин доковылял до первого этажа. Вода подобралась так высоко, что водоросли и кораллы пролезали прямо между половицами, а те настолько отсырели, что прогибались от каждого шага. Нужно будет попробовать проложить здесь еще досок, по этим ходить становится небезопасно. По полу тянулся холод от разбитых окон, и Джастин проследил за путем сквозняка, обходя лестницу. Дверь в подвал под ней он нашел почти сразу. Та была прикрыта, но не на замок, а только прислонялась к косяку. По позвоночнику пробежали мурашки от очередного порыва ветра, и даже теплый свитер не спасал от этого ощущения дискомфорта, пробирающего до костей. Джастин сглотнул, взводя курок. Кто знает, что может на него там кинуться? Дверь распахнулась с легкостью, будто была сделана из картона. Петли едва держались в сгнившем дереве. Джастин смотрел в темноту и ничего не видел. Кусочек лестницы и блеск воды, кутающей деревянную лестницу. Зеленую поверхность, рябящую от сквозняка, и больше ничего. Свет словно умирал здесь, оставляя лишь неизвестность. И этот ход был затоплен. Вайлбисты могли плавать? Выбраться откуда-нибудь еще, проплыв под водой? Джастин продолжал пялиться в темноту. Там никого не было, но почему-то от этого поглощающего душу мрака в жилах стыла кровь. Как будто он смотрел в одну огромную пасть монстра, которая только и ждет, когда он сунется, чтобы сомкнуться над ним. Ему даже показалось, что он увидел какой-то блеск внутри, но скорее всего это был лишь блик на водной глади. А вот этот, второй? Не щупальце ли мелькнуло под зеленой поверхностью воды? Нет. Джастин сглотнул, всматриваясь. Нет. Это всего лишь пустая банка. Сбросив с себя налипший на пальцы страх, Джастин покачал головой и закрыл дверь. Надо думать, что с ней сделать. Ему не нравилось, как она выглядит. Даже если половину дорисовало его воображение, чем меньше открытых дверей, тем лучше. Он прошелся по этажу, ища что покрепче. Ему подошел бы какой-нибудь шкаф или комод, но целого тут ничего не было. Джастину пришлось совершить рейд, таская разную поломанную мебель к двери в подвал. Плюсом было то, что он почти не обращал внимание на возвращающуюся ноге чувствительность вкупе с жжением от укусов. Минусом — то, что вместо того, чтобы заблокировать дверь одним крупным предметом, он просто навалил перед ней мусора. Благо коридор был не настолько широким, и много времени это не заняло. Подталкивая доски, Джастин вместе с проявившимися чувствами ощутил, как неприятно упиралось содержимое его кармана в бедро. Он раздраженно сунул туда руку и вынул шкатулку, рассматривая ее. Надо было заканчивать таскать это с собой, владельцу он ее обратно не потащит. Было ли совпадением, что в их жизни стало еще больше дерьма с тех пор, как он притащил ее сюда? Она приносила несчастья? Конечно, стоило вернуть ее, безусловно. Джастин подумал об этом, прежде чем разжать руку, роняя шкатулку на пол, и наступить сверху. Стенки, покрытые узорами-волнами и глазами, треснули, разваливаясь под его подошвой. Нет, вещи не приносили несчастья. Он знал. Но... но если даже и так, все. Ее больше нет. Он пнул обломки, и один из них проскользнул между половиц. Снизу раздался плюх. Никаких больше несчастий. Джастин вздохнул. Он замер, когда услышал скрип двери этажом выше. Должно быть, Эммануэль не дождался его и заволновался. Надо ему все рассказать. — Я внизу! — громко сказал Джастин в ту сторону, и спустя несколько мгновений тишины услышал спускающиеся шаги. — Я тебя потерял, — пожаловался Эммануэль, когда Джастин подошел к лестнице ближе и попал в поле его зрения. — Ты что-то тут услышал? — Нет. — Он старался выглядеть как можно более непринужденно. — Просто вспомнил, что ты говорил, что в дом можно попасть еще из подвала и немного перекрыл этот ход. — Ну, отсюда всегда только пауки лезли, — пожал он плечами. — А вот те здоровые штуки… не представляю, как они прошли мост. Возможно, потому что они не прошли, закончил про себя Джастин, кивая. — Мы с этим разберемся. — Там все нормально? — уточнил Эммануэль. — Наверху? Больше никого не было? — Нет, никого. Это все. Джастин кивнул в сторону лестницы, чтобы он уже поднимался. Во-первых, так он не будет привлекать внимание своей походкой. Во-вторых, ему самому очень нравился вид Эммануэля сзади. — Это все, — повторил он. — Хорошо. — Эммануэль обернулся. — Наконец поедим. Я уже не выдержал и съел помидор. Джастин улыбнулся. — И как? — Отвратительно. После него только больше есть захотелось. Так что откроем еще какую-нибудь рыбку. Будет пир! В честь избавления от… всей этой дряни. — Не то чтобы мы полностью от нее избавились, — резонно заметил Джастин. — Надо хотя бы доломать мост. — Я займусь этим позже. — Ты? — Ты же не думаешь, что я позволю тебе заниматься этим с твоей ногой? — С моей ногой? — Джастин ощутил себя глупо, переспрашивая вновь. Похоже, он недооценил внимательность Эммануэля. Он тряхнул штаниной и не стал ничего отрицать. — Посмотрим, что с ней. — С ней все в порядке. Эммануэль остановился на последнем переплете, свешивая на него снисходительный взгляд. — А если я скажу, что это повод раздеть тебя? — Я… скажу, что для этого не нужен повод. Хмыкнув, Эммануэль пошел к квартире. Обработка ран вышла вовсе не такой возбуждающей, как ее успел представить Джастин. Ему все равно было приятно, хоть и немного холодно в одном нижнем белье, пока Эммануэль протирал его щиколотку чем-то, пахнущим спиртом и травами. — У меня таких куча была, когда я тут обживался, — сказал он. — Они быстро проходят. Помню, когда у меня была сломанная дверь, какой-нибудь из этих засранцев обязательно пробирался в комнату и таился в углу. А потом, стоило мне заснуть, за что-нибудь кусал. Обычно за руки. Мне кажется, они думают, что рука — это уже другое существо, и над ним они могут взять верх. Как думаешь? — Они не допрыгивали мне до рук, — ответил Джастин. — В первую ночь, когда у меня осталась Республика, она поймала одного такого, — пробормотал Эммануэль. — Как мышку. Как маленькую мышку. Джастин не знал, что сказать на это, поэтому молчал. Забинтовав крупный кровящий укус, Эммануэль поцеловал Джастина в колено и отпустил его ногу. — Нормально двигается? — Не очень, — признался тот. — Повезло, что не весь я отрубился. — Да уж. — Эммануэль покачал головой. — Думаю, завтра ты будешь, как новенький. Правда, еще может поболеть. Тебя поцеловать, где болит? — У меня не болит там, где я хочу, чтобы ты поцеловал. Собирая обрезки бинтов и бутылочки с лекарствами, Эммануэль томно глянул на него и улыбнулся краем рта. — Тогда я не захочу уходить, — резонно заметил он. — Вечером. У нас будет отличный вечер, как думаешь? — Отличный? — Конечно. Эммануэль разложил все по своей аптечке, намеренно затягивая с ответом. — Я думаю, если никто больше сюда не попадет снизу, и сверху… мы сможем спать спокойно. — Спать? — усмехнулся Джастин. — Это после всего, что мы сделаем. Постараюсь сильно не устать. Он поднял опору для кровати, видимо, тоже неплохо к ней приспособившись. — Я пока не придумал, как выковырять из кораллов трубу, но я постараюсь отбить их у ее основания, — продолжил Эммануэль. — Если все выйдет, больше ни один вайлбист к нам не попадет. Нет уж, дорожка будет закрыта. К сожалению, в мою гримерку тоже. Он вскинул взгляд на Джастина, мягко улыбаясь. Приятное воспоминание. — Нам не нужна гримерка, — ответил Джастин, не сводя с него глаз, — у нас будет маленький домик на лавандовой ферме. — Домик? — Эммануэль засмеялся. — Какой домик? — Ну… это сложно… Джастин почувствовал, как горят его щеки. Он не то чтобы не собирался делиться этой фантазией, но он не знал, как это сделать. Картины в его голове были красивы. Но как перенести их на слова и дать Эммануэлю увидеть, он не знал. — Я как-то думал об этом, — смущенно пробормотал Джастин и постарался описать кратко, чтобы не получить больше вопросов. — Представлял домик. Может быть, во Франции. Вокруг лавандовые поля. И мы там. Живем вдвоем. В принципе все. Кхм. Он кашлянул и отвел глаза. — Это очень мило, Джастин. Лавандовый домик. — Эммануэль посмотрел в потолок. — Мне нравится. Джастин с облегчением выдохнул. По крайней мере его фантазии не показались смехотворными. Хорошо, что он не упомянул про ягодный пирог. Это было бы уже слишком. — Мы потом еще помечтаем об этом вместе. Расскажешь мне, как все там устроено. — Он погладил Джастина по щеке ободряюще. — А пока отдохни. Нежно поцеловав его в уголок рта, Эммануэль поднялся и отправился на новое сражение с опорой моста.