Под тремя лунами

— Кто это? Что это значит? — Соле возбужденно кричала Дани, как будто тот мог знать ответ. Коури молчал, изумленно глядя вслед девушке, не мигая. — Он, как всегда, ничего не знает! — принцесса разочарованно всплеснула руками, обращаясь к Алексу. — Давайте пойдем за ней и все выясним! — Нет, — неожиданно отрезал Алекс. — Чутье подсказывает мне, что нам лучше скрыться. Ничего хорошего из этой встречи не выйдет. — Чутье? Да ну его! Разве ты не хочешь во всем разобраться? — Соле схватила мужчину за руку и заглянула в его лицо горящими глазами. — В чем разобраться? — Алекс отмахнулся. — Возможно, коури, живущие в землях Золотой луны — не единственные. Люди живут в разных землях и даже на других континентах, почему с коури так быть не может. Я хотел бы лишь узнать, куда нас забросило, что это за место… Его прервал Дани, который пробормотал, все еще глядя в сторону рощи, где скрылась девушка: — Я никогда не слышал об этом, — он перевел взгляд на Алекса, — чтобы наш народ жил в других землях и на других континентах. Я никогда не слышал о женщинах-коури, — внезапно он заговорил громче и с жаром. — Я прочитал все книги, что мне следовало прочитать во время учебы, но не встречал ни единого упоминания о них! Дани снова посмотрел в лес с застывшим вопросом в глазах. — Хочешь пойти туда? — Алекс положил ему руку на плечо и почувствовал, как юноша слегка дрожит. — Да! — Дани ответил с благодарностью, словно от Алекса зависело, пойдут ли друзья за девушкой. Тот пожал плечами, соглашаясь. Соле кивнула головой, добавляя: — Там и узнаем, где мы! А больше спросить об этом не у кого! Не медля, друзья двинулись через полупрозрачный лес, поросший низкими клёнами с мелкой листвой. Трава под ногами также была низкая, больше напоминавшая мох, почва каменистая, повсюду виднелись выступающие из-под травы рыжие камни. Вскоре Алекс увидел натоптанную тропу между деревьев. — Селение близко, — сказал он. Тропа была узкой, потому друзья шли по одному, осторожно обходя кучки лошадиного навоза на пути. Внезапно Соле возникла из-под локтя Алекса, который шел первым, и тихо спросила, мельком озираясь на Дани. — Почему ты не согласился пойти, когда я предложила, а когда Дани захотел — сразу пошел? — девочка уперла руки в бока с таким недовольным лицом, что Алекс не смог сдержать усмешки. — Потому что тобой двигает лишь любопытство, — улыбаясь, ответил он. — А Дани? Что им двигает? — девочка помолчала немного, глядя наверх, туда, где слепящее солнце светило сквозь низкие кроны. Она снова глянула на Алекса в тот момент, когда он рывком схватил ее за локоть, остановив за шаг до навозной кучки. — Может, ему понравилась ушастая? — глаза девочки загорелись в предвкушении интриги. — Ты не думал об том? Это было бы неплохо для него, верно? — Да, пожалуй, неплохо, — улыбка исчезла с лица Алекса. Он не думал об этом. И не хотел об этом думать, однако с той минуты мысли мужчины так и вращались вокруг предполагаемой симпатии между Дани и девушкой коури, которая, безусловно, была очень красива, и вокруг будущего Дани и его, Алекса, отношений. Он посматривал на юношу, когда тропа становилась шире и Дани догонял друзей. Взгляд эльфа был устремлен только вперед, туда, где его ждали ответы, он не смотрел на Алекса. Мужчина вздохнул, опустив глаза, внутри него все сжалось, когда к нему вернулись размышления последних дней: то, что он почувствовал к коури, было неправильно, и то, что случилось между ними — этого не должно было случиться. Дани следовало вернуться к своему народу, в Обитель, возможно, с невестой. А Алекс… Он как-нибудь устроится в этой жизни, он всегда устраивался — в одиночку. Впереди послышался шум нескольких голосов и шорох ветвей. Друзья остановились, как вкопанные, и Дани, который встал рядом с Алексом, прижался плечом к его плечу и легонько взял за руку. Мужчина обернулся к коури, улыбнувшись уголками губ, и сжал его ладонь чуть крепче. Алексу отчаянно хотелось сгрести Дани в охапку и не отпускать, он чувствовал кожей, что сейчас тот момент, когда юноша может отдалиться навсегда, но не решался вмешиваться в его судьбу. На тропе перед ними и с обеих сторон между деревьями показалось несколько фигур, и Дани отпустил руку Алекса, подавшись вперед. Это был отряд из семи или восьми остроухих девушек, который возглавляла темноволосая женщина средних лет, насколько Алекс мог судить, хотя возраст коури всегда был для него загадкой. Все они были одеты в цветные рубахи и кожаные штаны, волосы заплетены в две длинные косы или в одну, которая была в этом случае заброшена на правое плечо. Женщины были вооружены — у каждой на поясе висели ножны, а трое держали луки с натянутой тетивой, направляя стрелы на пришедших. Женщина, стоявшая в центре, оглядела друзей и жестом приказала девушкам опустить оружие, а затем заговорила на общем языке: — Приветствую вас, путники, на земле коури! Позвольте узнать, как вы здесь оказались? — голос ее звучал спокойно, но в нем чувствовалась угроза. После этих слов к предводительнице отряда пододвинулась рыжеволосая девушка и что-то шепнула, поглядывая на Соле, стоящую немного в стороне, на что та кивнула головой, вопросительно подняв глаза. Она сверлила путников поочередно пронзительным взглядом, пока не остановилась на Алексе. — Итак, человек? — Мы пришли из пустыни, покрытой красным камнем, — ответил Алекс, стараясь говорить уверенней. Он ощущал исходящую от женщины угрозу, несмотря на то, что она приказала отряду спрятать оружие. Коури едва заметно усмехнулась от его слов, не сводя с мужчины глаз, очевидно, решив, что он главный в их небольшой компании. — И зачем вы пришли оттуда и направляетесь к нашему селению? Алекс услышал, как рядом Соле набрала воздуха, порываясь что-то сказать, и стрельнул на нее сердитым взглядом. Если уж кому и говорить с нерасположенными к ним коури, так точно не принцессе. — Мы лишь хотели спросить, где находимся, и как нам выйти на дорогу к дому, — он чуть поклонился, всячески показывая свое миролюбие и покорность хозяевам. — Вы не знаете, где находитесь? — женщина, ведущая расспрос, ухмыльнулась и обернулась к рыжей, бросив ей что-то на другом языке, на что девушка снова так недобро посмотрела на Соле, что девочка заметно сжалась и опустила лицо, глядя исподлобья. — Что ж, идемте, поговорим подробнее в моем доме. С этими словами главная коури резко развернулась, взмахнув темной косой, и быстро зашагала по тропе, за ней последовали остальные женщины, внимание которых до того было приковано к Дани. Сейчас бы Алексу и друзьям стоило побежать в обратную сторону, возможно, им удалось бы оторваться, захватить коней на лугу и ускакать прочь неважно куда — этот план в мгновение ока придумал его разум, натренированный годами скитальческой воровской жизни, стоило ему увидеть неприязнь в глазах рыжей эльфийки. Но Дани уже устремился за сородичами, а Алекс вспомнил, что пообещал дать ему возможность разобраться, и обреченно побрел за юношей, протянув встревоженной Соле руку. Они догнали Дани, и тогда Алекс спросил его шепотом: — О чем они говорили между собой? Ты понимаешь их язык? Он не слишком похож на язык коури по звучанию. Дани ответил так же тихо, озираясь: — Да, они говорят на нашем языке, но он как-то искажен. Эта женщина сказала другой, что мы упали из воздуха. Внезапно одна из коури, идущих в конце отряда, оглянулась на них, наверное, услышав разговор. Она дотронулась до плеча идущей перед ней девушки и жестом показала ей идти за ней, после чего две эльфийки обогнули друзей и пошли позади них, таким образом взяв в кольцо. Алекс лишь расстроенно покачал головой — не хватало еще им стать пленниками. Идти пришлось довольно долго. Наконец из-за однообразных деревьев показались низкие строения. Подойдя ближе, друзья увидели, что дома коури сложены из того же рыжего камня, что был тут повсюду. Они были небольшими и просто устроенными — вряд ли в таких зданиях могло поместиться больше одной-двух комнат — снаружи представляли из себя квадратные коробки с одним окном и дверью, покрытые деревянными двускатными крышами. Дома напоминали крестьянские в землях Белой луны, в одном из таких, но большего размера, жил Алекс в детстве. От воспоминаний он привычно сжался. Сколько должно пройти лет, чтобы память о детстве перестала мучить его, как выбросить это из головы? Почему эти воспоминания приходят всегда в самый неподходящий момент и словно окатывают его ледяной водой так, что он теряет способность двигаться и думать? Вот и сейчас Алекс бездумно смотрел в распахнутую дверь одного из домов и видел внутри сенцы с лавкой и плащом, висящим на стене, не замечая, что остановился и загородил дорогу идущим позади сопровождающим. — Эй, чего встал! — грубый оклик вернул его в реальность, а ощутимый толчок в лопатку чем-то твердым окончательно убедил — им здесь не рады. Алекс обернулся — вплотную к нему стояла невысокая хрупкая эльфийка, с вызовом глядя снизу вверх. Их силы были явно неравны, но коури это ничуть не пугало. Неудивительно — Алекс, наконец, осмотрелся внимательно и осознал, насколько огромен раскинувшийся перед ним под пологим склоном поселок: во все стороны, насколько хватало глаз, простиралась плоская долина на обоих берегах реки, и вся она была заполнена сотнями, а может, и тысячами домов. В центре селения он увидел крупный одноэтажный дом, отличающийся от остальных размером — он был раз в пять больше остальных домишек, к этому дому от выведшей из леса тропы тянулась дорога, отсыпанная красноватым щебнем из пустыни. Именно по ней устремился весь отряд. По двум сторонам от красной дороги в неогороженных дворах своих домов сновали жители. Они носили воду в ведрах с реки, развешивали на сушку белье на натянутых между строениями веревках, кололи дрова, мели дорожки, погоняли стайки проказливых детей — все было так, как если бы это был обычный человеческий городок. С той только разницей, что здесь Алекс видел лишь женщин разного возраста: от младенчества до зрелости. Они не обращали никакого внимания на него и Соле, но стоило жительницам заметить Дани, они застывали с приоткрытыми ртами, едва не роняя все из рук. Юноша от такого внимания совсем засмущался, покраснел и опустил голову, с облегчением войдя в дверь того самого большого дома, на которую сейчас ему указала рыжая коури, приглашая войти его и спутников, и где за секунду до этого скрылась предводительница. Алекс вошел последним из друзей, за ним последовала рыжеволосая, которая плотно притворила дощатую дверь. В доме было темно и пахло благовониями. Когда зрение привыкло к темноте после яркого солнца снаружи, Алекс разглядел скромный интерьер прихожей: необработанные каменные стены, темная потёртая деревянная мебель, льняные красные занавески, метла и лопата у входа. Не слишком похоже на королевский дом или хотя бы жилище бургомистра, или кем в этом городке была темноволосая женщина. Центральная комната, куда их провели, была обставлена чуть лучше: на полу лежал плетеный ковер, в середине небольшого зала стоял тяжелый стол на резных ножках с таким же стулом, у небольшого окна, которого было недостаточно, чтобы осветить все углы помещения, располагалась лавка, покрытая красным истёртым пледом. Стены также были ничем не отделаны и представляли из себя неровную каменную кладку, которую лишь в одном месте закрывал старый гобелен, изображавший фонтан, бьющий вверх из белой каменной вазы, вокруг которого толпились нарядные фигуры — действо напоминало ярмарку или городской праздник. — Похоже на Даур, — тихо сказал ему Дани, показывая головой в сторону гобелена. — Так и есть! — неожиданно громко отозвалась хозяйка, присаживаясь за стол, а гостям жестом предлагая остановиться в середине зала на ковре. — Это Даур. Ты бывал там? — она уставилась на Дани в упор. — Нет, — юноша замотал головой. — Вы коури, женщина? Как это возможно? — воспользовавшись тем, что ему дали слово, Дани, казалось, решил задать все вопросы разом. — Разве женщины не умерли от морового поветрия в горах? — Подожди, не торопись так, парень! — женщина засмеялась. — Сначала познакомимся. Я Шэйра, уроженка Даура. Глаза Дани округлились еще больше, и он с трудом выговорил: — Мое имя Эйдани-рэи, из Обители, — юноша приложил левую ладонь к груди и чуть поклонился. — Рэи… — глаза эльфийки вспыхнули, она удовлетворенно поджала губы. — А вы, люди? Из земель Белой луны? Алекс и Соле представились. К счастью, девочке хватило ума не называть свою фамилию. Женщина удовлетворенно кивнула и сказала: — Мы давно искали рэи. Мы даже заплатили похитителям рабов, и не один раз, но никто из них не преуспел или просто не довез до нас, продав ценный товар подороже где-то в Рандшеле, — она говорила слишком быстро, не давая никому вставить и слова, и потому невысказанный вопрос так и застыл изумлением на лице Дани. — То, что ты сам пришел сюда — это просто чудо, видать, сама Судьба на нашей стороне! — коури развела руками, выходя изо стола, и приблизилась к юноше. — Я так рада нашей встрече, что готова заплатить твоим спутникам за то, что они привели тебя сюда, Эйдани-рэи! Это ведь сделала девчонка? — женщина, не сводя с него глаз, указала головой в сторону Соле. — Магичка сотворила путь, который привел вас в нашу пустошь? Зачем? — она резко развернулась к принцессе, повысив голос. Соле встрепенулась и хотела заговорить, смутившись от такого напора хозяйки, но Алекс остановил ее жестом и сам сказал: — Нет, сначала вы ответьте, зачем вам рэи? Почему вы хотели его купить и что собираетесь с ним сделать? А еще, что это за пустошь, и где ваши мужчины? — О, сколько вопросов, человек! — женщина с усмешкой перевела на него глаза. — Начну с последнего: наши мужчины там! — она указала пальцем на гобелен под изумленными взглядами гостей. — Я тоже прожила в Дауре половину жизни, правда, увидеть фонтан мне не довелось — я не выходила в город. Женщина прохаживалась между друзьями, стоящими в середине комнаты, пытаясь скрыть нервозность. — В Дауре не может быть женщин — я никогда не слышал об этом! — воскликнул Дани, а Соле энергично закивала головой. — Конечно, ты не слышал! — Шэйра вскинула руки. — Вас в вашей Обители держат в неведении, и на то есть причина. Я знаю эту историю наизусть — наставник читал мне древние трактаты тридцать лет, пока я жила в детском месте. А после, когда я созрела, меня увели туда, где женщины встречаются с мужчинами, мне уже ничего не рассказывали, но я слышала их разговоры долгие годы и поняла всё! — она торжественно остановилась, переводя взгляд с одного гостя на другого. Стоило ли говорить, что никто из них не понял ничего. Увидев замешательство на лицах собеседников, коури указала юноше на пол: — Присядь, Эйдани, это будет долгий рассказ, — она отошла к столу и села на резной стул. — И вы послушайте, люди Белой луны — эту тайну больше не нужно хранить, пусть узнает весь мир!

***

— Вот так мы и живем здесь тысячу лет — выброшенные мужчинами Даура в красную пустошь, на произвол судьбы! — заканчивала свой рассказ Шэйра. — Кого-то бросили сюда сразу после рождения, обрекая на голодную смерть, кого-то, как меня — словно использованную вещь, после долгих десятилетий, проведенных в заточении магического транса. Я родила и выкормила, — она сжала руками свои груди, — несколько десятков детей, половина из которых — где-то здесь, в этих землях, — коури обвела руками воображаемый круг, — но я не знаю, кто они — мои дочери. — Это ужасно! — воскликнула Соле, вскакивая. — Все то, что вы рассказали! — девочка подскочила к Дани, заглядывая в его ошеломленное рассказом лицо, и обратилась к нему. — Вы чудовища! — Парнишка не виноват! — успокоила ее коури, махнув рукой. — Но он поможет нам вернуться в свои земли, на свою родину — в теплый и благодатный край! — женщина мечтательно прикрыла глаза. — Чего вы хотите от Дани? — с тревогой проговорил Алекс. — Я объясню. Как я уже рассказала, — Шэйра опять уселась за стол, — по легендам, от брака рэи и женщины рождались пламенеющие дочери, яростнее кого не видывал свет. Но мудрейшие справились с этим, заточив женщин под Кровавым алтарем. Однако не так давно в нашу пустошь из воздуха упала занятная девочка. Сначала она ничем не отличалась от остальных детей, но одним утром спустя двадцать пять лет она проснулась монстром, — женщина сверкнула глазами, сделав паузу. — Мы поняли — это рэи! Судьба уже тогда благоволила нам. В то время в нашем селении гостили работорговцы. У них с собой всегда есть магический ошейник, — она подмигнула опешившей Соле, — прекрасное изобретение, жаль, у наших предков не было такого — может, тогда история народа коури пошла бы по другому пути. Когда мы увидели силу, что заключена в этом ребенке, мы поняли — это то, что поможет нам сокрушить армию Даура. — Вы собрались брать Даур? — не удержалась Соле. — Мы собираемся забрать себе то, чего нас лишали на протяжении веков! — Шэйра ударила по столу кулаком под одобрительным вглядом рыжей, все это время молча стоявшей в углу. — К сожалению, девочка-рэи быстро умерла. Здешняя вода оказалась для нее ядом, хворь разъела ее тело изнутри. Железо в этих камнях, — она указала рукой на стену, — наше единственное богатство, благодать здешнего края. Но не для рэи. Позже такие девочки появлялись еще и еще, видно, что-то пошло не так под Кровавым алтарем, — женщина усмехнулась, — у нас и сейчас есть одна пламенеющая. Но этого мало. Чтобы пройти через земли Красной и Золотой луны и одолеть огромную армию наших мужей, нам нужно множество пламенеющих дев. Коури замолчала. Все посмотрели на нее с вопросом, на что женщина с некоторым раздражением сказала: — Мы хотим, чтобы ты, Эйдани, стал источником семени, что породит армию рэи. Повисла тишина, друзья переглянулись, никто ничего не сказал, хотя Алекс едва сдерживал нервный смех: представить Дани в роли осеменителя обиженных женщин показалось ему забавным до абсурда. Юноша же просто потерял дар речи от такого предложения, он молча смотрел на Шэйру, делая судорожные вдохи, словно желая что-то сказать. — Понимаю, ты удивлен, — Шэйра указала на Дани пальцем, — и, конечно, ты не захочешь в этом участвовать, а я не смею заставлять тебя. Ведь у мужчин ничего не выходит без желания, верно, не то что у женщин, — она зло сжала губы, почему-то посмотрев на Алекса, который отродясь никого не принуждал к любви, но понимал, о чем она говорит. — Но ты подумай, Эйдани! Ты будешь здесь единственным — нашим королем! Мы окружим тебя почестями, комфортом. Мы небогатый народ, но все же нас много, и земли наши обширны, наши рудники питают железом гномьи кузни всего Западного Кхардана. После этих слов Соле скривилась и закрыла лицо рукой, прошептав Алексу ошеломленно: — Вот это нас занесло! В это время женщина внезапно рухнула перед юношей, так и сидевшим на полу, на колени, положила руки ему на плечи и заглянула в лицо. — Мы завоюем земли коури, устроим там все по-своему, освободим рэи из изгнания в Обители. Ты ведь понял теперь, как они обошлись с вами — обычные коури? Лишают вас дома, семьи, возможности стать отцом, загоняют на скалы. Ты даже никогда не был в Дауре, но сколько тебе лет? Не меньше тридцати пяти, верно. Как ты провел их? Сидя в казарме среди таких же несчастных, как и ты, проклиная свою участь и силу, данную тебе природой? Быть рэи — дар, а не проклятье! Дани как завороженный смотрел в раскосые глаза женщины. По сути, Алекс был согласен с ее словами, но что-то в этой предводительнице настораживало его. Глядя со стороны на нее и юношу, сидящих друг напротив друга, он ощущал, какая пропасть между ними — в возрасте, в опыте, в искушенности. Хоть Шэйра и провела половину жизни, по собственному признанию, в трансе, вождями так просто не становятся — эта женщина наверняка заслужила свое место в самом большом доме селения. Рядом с ней Дани был словно неразумное дитя. Да что там, он был ребенком даже по сравнению с Алексом, хоть коури и родился на десять лет раньше. Интересно, кто был его матерью? Может, Шэйра? А отцом? Новость о том, что коури имеют родных родителей, но не подозревают об их существовании, поразила Алекса. Как же, наверное, должен быть ошеломлен и сбит с толку Дани, способен ли он сейчас здраво оценивать то, что продолжала вливать в его уши Шэйра? Словно услышав мысли Алекса или перехватив его напряженный взгляд, женщина отпрянула от Дани и сказала: — Я дам тебе время поразмыслить, Эйдани. Оставайтесь у нас гостями до завтра. Кейра, распорядись, чтобы им освободили пристойное жилье и накормили! — приказала она рыжеволосой.

***

Когда они, наконец, вышли на улицу, Дани вздохнул глубоко и сказал: — Там внутри было очень тяжко, словно нечем дышать, и эти стены так и давили. — Давайте прогуляемся, дойдем до реки, — предложил Алекс, — если мы не под надзором, конечно, — он невольно оглянулся, но не увидел никого, кто бы следовал за ними. Он хотел спросить Дани, что тот думает об услышанном, но, судя по потерянному лицу юноши, вопрос этот был бы неуместен — всё и так было ясно. Коури молчал всю дорогу до реки, не обращая внимания на то, какой переполох вызывает в городке. На берегу Дани так же молча сел на землю, свесив ноги с высокого яра, и стал задумчиво бросать траву в воду. Алекс подал Соле знак, что им лучше отойти и оставить юношу наедине со своими мыслями. Когда они присели в отдалении, мужчина спросил девочку: — Куда это нас занесло, Соле? Ты поняла, что это за место? Кхардан — королевство гномов к востоку от Золотой луны, ведь так? — Да, именно так, — девочка сокрушенно развела руками. — Мы теперь гораздо дальше от дома, чем были, так еще и королевство Золотой луны лежит на нашем пути. Не представляю, как отсюда выбираться, — она виновато посмотрела ему в глаза. — Придумаем что-то, — Алекс отвернулся, посмотрев в сверкающую от солнца воду, бегущую далеко внизу. — Зато Дани теперь стало ближе идти! — попыталась улыбнуться Соле. — Если я правильно представляю себе, — она пальцем стала чертить в воздухе карту, — то Обитель рэи почти по соседству с Кхарданом. Ну, — она усмехнулась, — за неприступными горами, покрытыми вечными снегами. Вот если бы мы были птицами… — Птицы не могут перелететь настолько высокие горы, они ведь тоже живые. На вершине их убьет холод и отсутствие пищи и воды, — Алекс болтовней пытался отвлечься от гнетущих его мыслей, стискивающих сердце в болезненный комок, но не выходило. Голос его предательски дрогнул. — Дани не нужно идти в Обитель, ему лучше остаться здесь. — Да ты что?! — Соле аж подскочила. — Они же просто хотят использовать его! Коури пользовались телом Шэйры — а теперь она хочет сделать то же с Дани. Это унизительно! — Это лучше для него. Это его шанс не только выжить, но и возвыситься. Он обретет семью: жену, детей — ведь у него будут рождаться не только чудовища, если я правильно понял из рассказа Шэйры, но и здоровые сыновья и дочери. — Семью с теми, кого ему подложат? — Соле сморщилась брезгливо. — А как же любовь? — Ты слишком романтична, — Алекс невесело рассмеялся. — Тебе ли говорить об этом, разве принцессу не ждёт брак по договоренности? — Хотелось бы мне верить, что нет, — Соле погрустнела и опустила лицо. — Жаль, что я не могу быть как королева Золотой луны — она ни с кем не вступила в брак, потому что не хотела этого! — Ты часто говоришь о ней, — заметил мужчина. — Да, ведь ее жизнь совсем другая, не такая, как у моей матери, не такая, как ждёт меня. — Думаешь, она счастлива? — Алекс откинулся назад, подставляя лицо под солнечные лучи. — Конечно! Быть свободной, принадлежать только себе — разве это не счастье! — с жаром ответила девочка. — Иногда это просто одиночество. Он не договорил, когда увидел приблизившуюся тень за спиной Соле и обернулся — это была рыжеволосая коури. — Пойдемте, я покажу вам дом для постоя, — она махнула рукой в сторону поселка. — Ешьте и ложитесь спать. Не обманывайтесь солнцем — здесь, на Севере, летние ночи светлы, как день. — Постойте! — воскликнула Соле. — Мы разве не рядом с Кхарданом? — До Кхардана сотни лиг на юг, — эльфийка пожала плечами, чуть заметно усмехнувшись. Алекс и девочка переглянулись молча — от дома их теперь отделяло полконтинента. Для ночевки друзьям предложили один из однотипных каменных домов со скромно обставленными двумя комнатами. В меньшую с одной широкой лавкой рыжая поселила Соле, а в большую — мужчин. Пообедав жирным тушеным мясом и пресной лепешкой, они решили последовать совету коури и лечь спать. Этот день измотал всех, Дани и вовсе сник, снова оказавшись под сенью стен, сложенных из ядовитых для него камней. В комнате стояли две лавки, застеленные стегаными одеялами. Алекс сел на одну, подобрав ноги, и оперся спиной о стену, поглядывая на сидевшего сгорбившись на другой кровати юношу, и, наконец, решился спросить: — Что ты думаешь о том, чтобы остаться здесь, Дани? — он старался говорить спокойнее, хотя в душе его все переворачивалось. Дани подскочил и пересел на лавку к Алексу, с жаром заглядывая к ему в глаза. — Нет! — выдохнул коури. — Я не останусь здесь! Алекс боялся этого. Того, что ему придется уговаривать Дани, ведь одна лишь мысль о том, что они расстанутся, причиняла ему почти физическую боль. — Ну почему? Это ведь лучше для тебя, — Алекс изобразил подобие подбадривающей улыбки. — Нет! — повторил Дани и обхватил его шею руками, прикасаясь щекой к щеке. Алекс почувствовал его горячее дыхание, он обнял спину юноши и заговорил тише, в самое ухо Дани, стараясь совладать с дрожью в голосе: — Станешь их королем, получишь земли… — Алекс ощутил, как отрицательно крутит головой Дани за его плечом. — Ну что ты, глупый, — он попытался оторвать от себя коури, чтобы посмотреть в его глаза, но Дани не поддался, еще сильнее вцепляясь в его шею. — Судьба дала тебе шанс. Что тебя ждет там, дома? Провести всю жизнь в Обители или погибнуть на бесконечной войне во имя королевы Золотой луны, будь она неладна? А здесь у тебя будет свое королевство, свой народ, свои родные! За них и умереть не страшно. Наконец, Алекс отодвинул Дани, удерживая его плечи руками, и посмотрел на его взволнованное раскрасневшееся лицо. — Нет! Я хочу идти с тобой! Только с тобой. Ты мой родной, — юноша нервно сглотнул. — Дани, это неправильно, — Алекс покачал головой, опуская взгляд. Он чувствовал, как в горле его встал ком, а глаза предательски зажгло. Он просто не мог смотреть на Дани. — Почему неправильно? — юноша порывисто взял щеки Алекса в ладони, поднимая его лицо. — Потому что ты должен любить женщину, Дани, делать ей детей, воспитывать их — это правильно. И я тоже. Должен так же… — Я хочу любить того, кого хочу! С этими словами Дани прикоснулся губами к губам Алекса, легко, не впиваясь, а лишь поглаживая и согревая своим дыханием. Но Алекс отодвинулся от него, и взмолился: — Ну хоть ты будь взрослым, Дани! Не всегда то, что хочешь — правильно! Чаще как раз наоборот. Подумай о моих словах, пожалуйста. Прошу тебя, — голос Алекса совсем потерял звучность. Не в силах больше выносить этот разговор, он лег на лавку, подтянув ноги к животу, и отвернулся к стене, чувствуя, что Дани по-прежнему сидит рядом. — Хорошо, я подумаю, — изменившимся голосом ответил юноша. Алекс ничего не сказал и не повернулся. Он делал вид, что спит, пока лежал в полумраке северной ночи, положив ладонь на горло, все так же болезненно сдавленное, стараясь успокоить чувства, не дать им выход. Дани заслужил настоящее счастье, но заметив, насколько сейчас был несчастлив Алекс, юноша мог передумать. Потому мужчина замер, скрючившись, и боялся даже дышать. Утро прервало его тревожный сон, осветив комнату сразу ярко. Не успел Алекс подняться, закрывая прищуренные глаза ладонью, как в комнате появилась без стука незнакомая коури, с порога крикнувшая на ломаном общем языке: — Идите на площадь! Шэйра зовет! Дани, всегда медленно просыпающийся, завозился на своей кровати, когда Алекс был уже готов идти. Ему не давало покоя, какое решение принял юноша, но было страшно узнать о нем. К тому же стоящая в дверях, скрестив руки на груди, девушка не способствовала искренней беседе. Вскоре мужчины, следуя за провожатой, пришли на площадь, засыпанную красным щебнем, где уже толпились несколько десятков женщин. Гомон их голосов сразу стих, стоило появиться Шэйре. Предводительница встала в центре и торжественно объявила: — Сейчас вы увидите Лойру! Эта девушка обратилась в рэи три года назад. Таких воинов мы будем рожать для нашей битвы! С этими словами она хлопнула в ладоши, и позади нее открылись со скрипом двери дома без окон на краю площади. Алекс замер, увидев силуэт выходящей Лойры. Очертания ее тела напоминали стройную девичью фигуру, длинные волосы парили над головой. Разглядеть девушку подробнее мешало восходящее за ее спиной солнце. Лишь когда Лойра подошла ближе, он невольно вздрогнул: лицо ее было искажено, глаза отсутствовали — на их месте были глазницы, заполненные ярким оранжевым светом, на обтянутом темной кожей черепе он увидел заостренный нос, вытянутые больше обыкновенного эльфийские уши и оскал крупных зубов, не прикрытых тонкими, словно высохшими губами. Все ее худое тело и лицо были покрыты темными сочащимися язвами, даже на расстоянии от девушки исходил гнилостный запах разлагающейся плоти. «Дани не стоит здесь оставаться», запоздало пришла Алексу мысль, как только он понял, что язвы — последствия хвори, вызванной здешней водой. На шее девушки болтался уже знакомый ему смирительный ошейник. — Нам приходится постоянно держать Лойру в ошейнике, поэтому она в таком плачевном состоянии, — пояснила Шэйра. — Девчонка-магичка, наверное, говорила вам, что рэи не могут излечиваться, пока они находятся под воздействием смирительной магии. Алекс резко оглянулся, вспомнив о Соле — девочки нигде не было. Тревога, словно вода сосуд, наполняла его, поднимаясь от ног выше и выше, уже достигнув живота и заставив его сжаться. — Но с тобой, Эйдани, когда ты станешь жить с нами, так не будет. Тебе же не понадобится ошейник, верно? — Шэйра доверительно подмигнула юноше, не сводившему глаз с девушки-рэи. — Ты ведь не безумен? — Я не останусь здесь, — негромко, но твердо сказал Дани. Алекс едва заметно выдохнул. Он предполагал это. Глупый мальчишка! — Но ты ведь понимаешь, что у тебя нет выбора? — Шэйра усмехнулась. — Я не собираюсь снова платить деньги, заработанные тяжким трудом в каменоломнях, проходимцам за поимку рэи, когда вот он ты — сам пришел ко мне! Дани попятился назад, оглядывая загудевшую толпу вооруженных коури. Алекс изо всех сил пытался найти хоть малейший выход из сложившейся ситуации, но ничего не шло на ум. Где Соле? Как справиться с двадцатью лучницами? Он едва заметно нервно дернул лямку арбалета, понимая, что это бесполезно — его пронзят десять стрел прежде, чем он извлечет одну. — Ты ведь не вошел в силу, Эйдани, верно? — Шэйра зло усмехнулась. — Не отрицай. Будь ты зрелым, ты не смог бы вынести и минуты в наших домах. Так что не пытайся сопротивляться, мы сильнее! И помни, у нас есть ошейник, — она примирительно улыбнулась, шагнув к одной из коури, в руках которой блеснул на солнце стальной обруч. — Я приказала запереть вашу подругу с камнем во лбу, чтобы она не испортила магию этой занятной штуки. Так что успокойся, — Шэйра вытянула вперед руки, сжимая в одной ошейник, и приблизилась к Дани. — Разве ты сама не сказала, что у мужчины должно быть желание? — не выдержал Алекс. — Зачем же вы заставляете его? Он заступил вперед, закрывая Дани от женщины с ошейником. Шэйра взглядом, полным неприязни, смотрела на него, прекрасно видя, как Алекс снимает оружие с плеча, но словно не обращала никакого внимания на угрозу, подходя все ближе, почти вплотную. — Думаешь, я не знаю, отчего у него пропало желание, кто его отговорил? — Шэйра издевательски ухмыльнулась. — Я носом чую мужскую похоть, — она изобличающее ткнула пальцем в лицо Алекса, почти упираясь в направленную на нее арбалетную стрелу, и прошипела, окидывая мужчину взглядом снизу вверх: — Как я вас ненавижу — эти широкие плечи, самоуверенный взгляд и кусок мерзкого мяса в штанах! С этими словами женщина неожиданно схватила Алекса за мошонку, отчего тот ахнул и едва не спустил курок, и резко крикнула: — Лойра! Мужчина увидел, как метнулась к монстру эльфийка и копьем поддела ошейник на шее девушки. Тотчас фигура Лойры осветилась ярким красно-огненным светом, рэи издала невыносимый безумный визг и бросилась в сторону Алекса, от которого уже успела отбежать Шэйра, хрипло выкрикивающая какие-то приказы. Лойра даже не прикоснулась к нему, он лишь увидел в пяти шагах от себя ее отвратительное лицо, когда острая боль пронзила все тело мужчины, словно внутри разорвались тысячи волокон, и волна силы отбросила его назад. Алекс отлетел на стоящего позади него Дани, повалив его на землю. От адского жара внутри он мог только хрипеть, теряя сознание, когда почувствовал, как подобная волна приподнимает его вверх и бросает в сторону. Алекс ударился головой о камни, покрывающие площадь, и свет померк.

***

— Алекс, Алекс, ты жив? — услышал он сквозь пелену срывающийся голос Соле и, тяжело приоткрыв глаза, увидел склонившееся над собой лицо девочки, по которому та размазывала слезы вперемешку с кровью. — Что с тобой, Соле, ты ранена? — пробормотал Алекс, приходя в себя. — Это ты ранен! — девочка подняла руку, которой до того поддерживала его затылок, и показала мужчине окровавленную ладонь. — Нам надо бежать, сможешь подняться? Алекс неловко оперся на локоть, сделав попытку встать, но тело его мучительно скрутило изнутри, отчего он непроизвольно застонал и повалился на бок. В его приоткрытый рот затекала теплая соленая влага — Алекс прикоснулся к лицу рукой и сразу же отнял ладонь, наполненную кровью, которая струёй бежала из его носа. Посмотрев на пригоршню собственной крови, он вздрогнул и снова сделал попытку присесть. Перед ним открылась картина полного хаоса, царящего на площади: десятки мечущихся смутных фигур поднимали столбы пыли, сквозь пелену которой явно виднелся яркий магический свет рэи, похожий на пляшущий по площади костер. Слышались женские мучительные вопли и боевые выкрики, пронзительный нечеловеческий визг, лязг оружия. — Что с Дани? Где он? — с трудом произнес Алекс, едва переводя дыхание — грудь его горела изнутри, он боялся вздохнуть сильнее, казалось, что-то лопается под ребрами при каждом движении. — Дани… — Соле запнулась, — он преобразился! — она округлившимися глазами смотрела на Алекса, закрывая рот ладонями, — Пойдем, пока нас не заметили, — девочка дернула его за плечо, силясь приподнять. — Я забрала у них ошейник от того чудища, и теперь они не могут ее усмирить. Это отвлечет их. Соле показала Алексу ошейник, подвесив его на ребре ладони. — Он оказался весь в какой-то дряни, вроде гноя! — тут же брезгливо сказала девочка, скинув артефакт на землю, и принялась обтирать руку о штаны. Алекс, наконец, поднялся, пошатываясь и полусогнувшись, прижимая ладонь к середине груди. — Дани, где он? Давай найдем его, — он всматривался в суету на площади, так и не видя юношу. — Ты не понимаешь, что я сказала — он преобразился! — Соле аж взвизгнула, подскакивая. — Он стал берсерком, Алекс! Мы не сможем даже подойти к нему — ты видишь, что с тобой случилось от одного лишь касания их силы! Уходим! Может, вернемся позже, но сейчас надо бежать! Алекс не мог поверить своим ушам, как в тумане он направился на площадь, едва переставляя ноги, желая посмотреть на Дани, и наконец увидел его. Юноша стоял посередине пыльного облака, опустив руки и свесив голову, волосы его трепетали, словно на ветру, хотя воздух вокруг не двигался, все тело было объято огненным светом, который обволакивал Дани, словно коконом. В него летели стрелы, которые он отбивал, поднимая руку; когда к нему приблизилась одна из девушек, юноша схватил ее и бросил в сторону так легко, словно она ничего не весила. Внезапно на него с визгом бросилась дева-рэи. Зарева, окутывающие их фигуры, столкнулись, девушка тянула к Дани руки, но не могла достать, а он неожиданно прыгнул вверх, подогнув ноги, так высоко, как просто не мог сделать коури, и упал на монстра, схватив ее шею одной рукой, а вторую занес над головой, но вдруг отпрянул, приподнял хрупкое тело девушки за шею и оттолкнул. Та сразу же вскочила на ноги с невероятной прытью и побежала куда-то в толпу. — Он не может убивать коури — великие Скрижали запрещают ему это, — ошеломленно произнесла Соле, поддерживающая Алекса под руку. — А вот девка эта, похоже, о Скрижалях не слышала! — на их глазах Лойра догнала одну из коури и свернула ей шею мощным движением. — Дани! — крикнул мужчина слишком тихо. — Дани, иди сюда! — он и сам понимал, что юноша не услышит его почти шепот, и двинулся вперед на площадь. — Куда! Ты не коури, тебя он запросто убьет! — крикнула ему вслед девочка, но Алекс не остановился. Он вышел на середину площади, озираясь, с ужасом увидев труп в пыли. Это была Шэйра или то, что от нее осталось — тело женщины было разорвано на половины в области живота. Ошейника, который та держала в руке, уже не было — Алекс увидел его у одной из коури, бегающей то от Лойры, то за ней. Сама же дева-рэи в этот момент была занята тем, что отрывала голову от мертвого тела перед собой, пронзительно визжа. Алекс сжался и резко отвернулся, голова его, и так едва соображающая, поплыла, он попытался схватиться за воздух, когда увидел Дани совсем рядом. Тот посмотрел в его сторону, и Алекс, наконец, разглядел его лицо — оно напоминало лицо Лойры: голый череп с горящими глазницами и оскаленными зубами. Алекс отшатнулся, но протянул руку и крикнул: — Дани, пойдем! Юноша отвернулся, словно не услышал его, в сторону очередной стрелы, которая отскочила от оранжевого света, укутывающего его. Алекс сделал еще пару шагов, приближаясь к Дани, и тогда тот развернулся к нему и взмахнул рукой в сторону мужчины. Свет, словно хлыст, ударил по Алексу, его скрутило от резкой боли и отбросило назад. Весь мир перед его глазами покраснел, сквозь кровавую пелену Алекс увидел, как Дани или то существо, что было им раньше, прыгнуло в его сторону, накрывая его тело. От близости пламенного света Алекса словно разорвало изнутри, он истошно заорал, скрючиваясь. И тогда боль отступила слегка, а яркое оранжевое зарево вокруг потухло. Из последних сил Алекс оторвал голову от земли и увидел Соле, которая сидела на поверженном Дани, и, вытащив от напряжения кончик языка, застёгивала на его шее ошейник. После чего девочка вскочила на ноги и ледяным властным голосом приказала: — Подними его! — с этими словами она указала пальцем на Алекса. Тот не мог видеть Дани, в глазах его совсем потемнело, плотный туман окутывал ускользающее сознание, но он почувствовал, как крепкие руки схватили его израненное тело. Очевидно, Дани забросил его на плечо, Алекс ощутил, как твердый сустав упирается ему в живот, причиняя тягостную боль. Он застонал и завозился, стараясь соскользнуть вниз, на землю, чтобы просто провалиться, наконец, во тьму, но руки Дани так крепко обхватили его бедра, что Алекс не мог даже двинуться. Равномерная тряска подсказала мужчине, что его несут, и он обреченно сдался, погружаясь в беспамятство. Последнее, что он услышал, был чужой холодный голос Соле, отдающей приказы: — Беги! После этого Дани подскочил, его плечевой сустав резко вбился в живот Алекса, отчего тот окончательно потерял сознание.

***

Алекс вырвался из забытья резко, с оглушительным шумом в ушах, словно кто-то окликнул его громоподобным голосом, эхом отдающимся в голове. Перед глазами было голубое ясное небо. Тотчас на фоне неба появилось озабоченное лицо Дани, из-за острых ушей его выскользнули пряди волос и упали на нос Алекса, пощекотав. — Ты пришел в себя? — голос юноши был встревоженным, но в нем чувствовалось облегчение. Это, несомненно, был Дани — его лицо, его волосы, его голос. Алекс зашевелился, желая подняться, но тело, будто ватное, не послушалось его. — Не двигайся, вряд ли ты встанешь, — откуда-то раздался недовольный голос Соле. — Дани понесет тебя. Он теперь силен, как бык, унесет и пятерых, — она усмехнулась. — Кажется, ты потерял половину своей крови, если судить по твоему виду — ты выглядишь, как огромный запекшийся сгусток крови, — девочка нервно хохотнула, а Алекса едва не вывернуло, стоило ему представить то, о чем она говорит. — Где мы? — он с трудом смог разлепить губы. — Мы в красной пустыне, — Алекс не видел Соле, но слышал ее голос совсем рядом. — Коури из городка еще долго будут гоняться за своим чудищем — им не так просто будет накинуть на нее ошейник. Оказывается, мало того, что к берсерку так просто не подойти, он откидывает тебя своим пламенем, так он еще и отбивает ошейник! Я не знала этого, вот зря я не ходила с Кайденом на сдерживание рэи после боев. Мне пришлось на ходу изобретать способ приблизиться! — в голосе девочки слышалась гордость. — Что нам делать теперь, Соле? — неожиданно было слышать, как Дани обращается за советом не к Алексу, а к девочке. — Я решила, что раз в этом месте находятся выходы из двух путей междумирья: с того утеса, откуда мы перенеслись сюда, и из того подвала в Дауре, о каком говорила Шэйра — то здесь могут быть и еще порталы. Обычно несколько штук находятся рядом друг с другом. И да, я нашла еще один вход! — голос Соле зазвучал торжественно. — Но я не уверена, что нам стоит им воспользоваться. Как бы нам не оказаться вообще на другом континенте. Кажется, судьба опять решила не оставлять им выбора — Алекс услышал шум приближающихся голосов, а Дани огорченно воскликнул: — Опять она! Мужчина с трудом приподнялся на локте и увидел во главе приближающегося отряда окровавленную Лойру, которую, очевидно, удалось усмирить. Не успев даже сообразить, что делать, он ворвался в сверкающую миллиардами искр бездну междумирья вслед за Соле, которая крепко держала его обессиленную руку.