Под тремя лунами

Кайден совершил перенос в свою спальню, как ему и посоветовал Шидари, и сразу же услышал шум за дверями. Не успел принц подняться с пола, куда упал навзничь, вываливаясь из междумирья, как раздался торопливый стук и встревоженный голос снаружи: — Ваше Высочество! Проснитесь! Кайден не спал — с чего бы? Однако, выглянув мельком в окно, он увидел, что уже давно сгустилась вечерняя тьма. Вскочив на ноги, он быстро подошел к двери и распахнул обе створки, впуская стражника, чье возбужденное лицо и расширенные от страха глаза не предвещали ничего хорошего. — Что произошло? — как можно спокойнее спросил Кайден, однако руки выдавали его — пальцами он непроизвольно теребил воротник рубашки. «Лишь бы не покраснели щеки» — подумал принц, вот только стражнику было не до разглядывания его лица. Тот, задыхаясь, проговорил, указывая рукой в сторону выхода: — Там, Ваше Высочество, берсерки разбежались по дворцу! Они каким-то образом освободились из темницы! Мертвые кругом! «Мертвые рэи?» — хотел было спросить Кайден, но одумался — разумеется, нет, берсерков так просто не убить. Но и они не должны были никого убивать, лишь сопроводить Шидари до встречи с королем. Принц рывком отодвинул несмело преграждавшего ему путь алебардой стражника. — Ваше Высочество, я должен защитить Вас… — проговорил тот не слишком уверенно. Кайден отмахнулся, уходя от него через холл. — Я должен сообщить Вам, что Его Величество король… — крикнул вслед стражник, догоняя. Кайден развернулся на месте. — Что? Что приказал король? — Его Величество… Боюсь, он мертв. Кайден остолбенел. Потеряв дар речи на мгновение, он вытаращился на стражника, а в голове его запульсировала кровь, разгоняя вихрь перепутанных мыслей. Стражник, видя замешательство принца, продолжил: — Берсерки убили его. Убили охрану и вошли в покои короля. Никто не может совладать с ними, — голос солдата дрожал, хоть отобранный из сотен претендентов на почетную службу гвардеец и старался сдерживать эмоции, но страх и отчаяние не поддавались его контролю. — Я совладаю! — бросил Кайден, выходя из оцепенения и бросаясь к лестнице, по которой потом сбежал, прыгая через три ступени. Коридоры и залы дворца встретили Кайдена десятками трупов. Внутренне холодея, он перешагивал через разорванные на части тела слуг и стражников, под которыми темными лужами растекалась кровь, пропитывала ковры, затекала в щели паркета, вязкими струйками стекала по лестницам и приступкам. В какой-то момент душевные силы совсем оставили Кайдена, он вжался в стену, зарываясь под тяжелую бархатную портьеру в углу анфилады у высокого окна, заскулил и зажмурил глаза. Это он выпустил берсерков, он снял магические замки в темнице, он — Кайден, принц Белой луны. Кровь подданных на его руках. А отец… Сознание словно отказывалось воспринимать случившееся. Да, принц хотел свержения отца, хотел занять его место, он привел войско для этого, но он не желал его смерти. Берсерков надо остановить. Уничтожить их всех. Кайден глубоко вздохнул несколько раз и решительно вышел из-за шторы. И тут же столкнулся нос к носу с рэи. Совсем молодой коури, очень худой, со спутанными рыжеватыми волосами, колтунами торчащими за острыми ушами, молча пристально смотрел на Кайдена. Его глаза были яркого янтарного цвета — этот цвет был не характерен для коури, все они были сероглазыми. Это был берсерк — берсерк, балансирующий на грани преображения. — Прочь с дороги! — прошипел Кайден, чувствуя, как в душе загорается ярость, способная затмить страх. Словно ожидавший команды, с последним словом, сорвавшимся с губ принца, берсерк подскочил над полом, подгибая ноги в прыжке, со звериной грацией бросаясь на противника. В полете оранжевые его глаза вспыхнули, тело озарилось светом, волосы разметались — каким-то краем сознания Кайден оценивал это, видя происходящее замедленно, как во сне. Из секундного оцепенения принца вырвала острая неопределенная боль нигде и одновременно везде — огонь берсерка коснулся его тела и взорвал каждую его крупицу изнутри. Непроизвольно Кайден заорал, не слыша собственного крика, повалился на колени, закрывая голову руками, и выставил защитную сферу: белая сияющая сеть из тонких нитей, как купол, накрыла его скрюченное на полу тело. Берсерк, прыгающий сверху, ударился о сферу, словно о нечто пружинящее, и отскочил в обратную сторону, влетев спиной в стену, где остался оплавленный черный след, но тут же поднялся на ноги и яростно бросился к Кайдену, почти не касаясь пола ногами. Сфера уже дрожала — Кайден, из носа которого хлестала кровь, попутно заливаясь в горло, отчего он отплевывался и кашлял, потерял контроль за заклинанием. Увидев сквозь красную пелену приближающегося берсерка, он вскинул руку и выпустил силу. Без настроя и прицела выброс силы вышел больше похожим на большой плевок, полетевший в противника — тот лишь пошатнулся и отстранился, а комок силы проскользил мимо и растаял за спиной коури. Но этого мига замешательства принцу хватило для того, чтобы взять себя в руки, упорядочить ход мыслей и подчинить раскаляющуюся лобную метку своей воле. Еще взмах рукой, и сокрушительный удар потряс горящее тело берсерка. Он остановился, пошатнувшись, ноги его подкосились. Кайден вскочил, окончательно разрывая сеть защитной сферы, и ударил снова. Они упали одновременно. Кайден рухнул на четвереньки, со стоном хватаясь за раскаленную метку, прожигающую его кожу, и заливая пол кровью, так и льющей из носа — слишком много сил потребовали магические удары, он просто не смог устоять на ногах. Берсерк упал вперед плашмя, ударяясь лицом о каменную ступень, красноватый свет, озарявший до того его тело, погас, искрящиеся во время преображения волосы теперь разметались по спине тусклыми спутанными космами. Он был мертв. Берсерки не были бессмертны, хотя об этом и ходили легенды. Кайден приподнялся, хватаясь за стену, озираясь и приходя в себя. Он задрал полу распахнувшейся рубашки, прижимая скомканную ткань к носу, и поспешно, насколько позволяла слабость после применения боевого заклинания, пошел в сторону покоев короля и тронного зала, надеясь разыскать там в царящем хаосе Шидари. Вскоре принц действительно столкнулся с эльфом, деловито идущим по коридору в сторону тронного зала. Шидари резко остановился, увидев Кайдена, и оглядел оборванного окровавленного принца с ног до головы с неясным выражением лица. — Берсерки убивают людей! — выдохнул Кайден, ошарашенно обводя рукой анфиладу, в которой также лежало несколько трупов слуг. — Да, — Шидари кивнул, опуская глаза с сожалением. — Но ты сказал, что будешь контролировать их! — Не вышло! — эльф развел руками. — В своих подземельях вы, должно быть, свели их с ума, — с этими словами он отмахнулся и прошел мимо изумленного Кайдена к дверям тронного зала. — Их надо уничтожить! Всех! — воскликнул принц, бросаясь вслед коури. Тот остановился, держась за золоченые ручки дверей, но не открывая их, и обернулся: — Согласен! Орден рэи — опасный противник, очень сильный! Я попросил короля Калдера перенаправить войска от Западных (Эльфийских) рощ на северный фронт — туда, где сосредоточены основные силы берсерков. Надеюсь, ваши военные маги смогут усмирить их. — Я не уверен, это не просто, — покачал головой Кайден, вспоминая свою недавнюю схватку с одним-единственным берсерком, на которую потратил почти все силы. Вдруг принц вскинул голову, осознав сказанное коури: — Короля Калдера? Что это значит? Пока я был в спальне, у нас сменился король?! И кто его короновал? Уж не ты ли? Он сверкнул глазами в ярости — беззастенчивая дерзость Шидари, подгребающего под себя власть в чужом королевстве, превосходила всякую меру. К тому же эльф обещал трон ему — проклятье, это звучало так, словно коури уже владел троном Белой луны и мог распоряжаться им по своему усмотрению, выбирая королей. Принц замер, пораженный этой мыслью, а затем оттолкнул Шидари и рванул тяжелую дверь, вваливаясь в зал. Калдер восседал на троне, рассеянно держа в руках корону. При виде брата в окровавленной рубашке он изумленно округлил глаза. Взбешенному Кайдену захотелось плюнуть в него, но вместо этого он лишь произнес самым язвительным голосом, на какой был способен: — Король Калдер! Брат удовлетворенно кивнул. Кайден подошел ближе и заговорил быстро и без церемоний: — Ты должен помочь мне остановить берсерков! — Я повелел отправить больше войск к границе… — Калдер заносчиво поднял свой мощный подбородок, будто гордясь принятым решением, которое, однако, принадлежало не ему. — Я говорю о берсерках, которые громят наш дворец! — вскричал Кайден. — Они убили отца — ты понимаешь это? Они и нас убьют! Я остановил одного боевой магией, — он опустил голову, теряя из виду недоуменное лицо брата, и развел руками, — но этот способ слишком затратен, а берсерков слишком много. Кайден снова посмотрел на новоиспеченного короля — тот молчал и потирал подбородок. На лице Калдера читалось сомнение, когда он перевел глаза в сторону дальней стены тронного зала, куда плохо проникал свет свечей. Кайден проследил за его взглядом и вздрогнул — там стояли несколько берсерков. По их горящим глазам было видно, что они готовы к преображению в любую минуту. Он отпрянул и крикнул Калдеру: — Помоги мне! Давай объединим силы наших меток и сотворим сдерживающее заклятье, — Кайден подбежал ближе к брату, который растерянно хлопал голубыми глазами и пожимал плечами. — То заклятье, которое используют после боя берсерков, — пояснил Кайден, — ну же! Он в отчаянии смотрел то на Калдера, который не предпринимал никаких действий, то на группу берсерков. Взгляд Кайдена упал на Шидари, вошедшего следом за принцем в тронный зал и теперь молчаливо наблюдавшего за разговором братьев, присев на подоконник одного из высоких окон и скрестив руки на груди. Что, если король коури все же управляет берсерками? Почему они здесь, но не преображаются и не трогают Калдера? Шидари приказал им сохранить жизнь брату? А отцу? Ведь эльф направлялся к королю из подземелья, а после — король мертв. Калдер оказался сговорчивее отца — понял принц. Но какова же его, Кайдена, в этом роль? — Ты обещал корону Белой луны мне! — неожиданно выкрикнул он, осознавая свой проигрыш. — Как скажешь, — Шидари пожал плечами и бросил что-то берсеркам на своем языке. От группы коури сразу же отошел один из мужчин и угрожающе двинулся в сторону трона, где испуганно заерзал Калдер. Проклятье, Кайден этого не хотел! В ужасе наблюдая, как разгорается пламя под кожей берсерка и как брат вскакивает, прячась за спинку королевского кресла, он крикнул: — Калдер, сотвори сдерживающее заклятье! Лучше всего сейчас помогла бы смирительная магия — она полностью подчиняла тело и разум берсерка, но принц не мог сотворить ее без заранее заговоренного ошейника. Боевой удар он не потянет сейчас — просто не было сил на него после недавней схватки. Вот магия сдерживания — то, что надо, тем более заклятье можно было удерживать вместе с партнером. Кайден снова с надеждой бросил взгляд на брата, постепенно осознавая, что тот просто не владеет магией, вообще никакой, он никогда не занимался ею. Упустить такую возможность, подаренную судьбой, и погибнуть от рук проклятого берсерка — это было похоже на глуповатого Калдера. Значит, второму принцу придется действовать за двоих. Кайден сосредоточился, повторяя мысленно гимн Эстес, и, вложив все силы, сотворил сдерживающее заклятье — такое, что тень его покрыла не только тронный зал, но и весь этаж дворца, а также распространилась вниз по лестнице — все это принц видел внутренним зрением, контролируя свое желание, вложенное в чары. Огонь берсерка погас, тот остановился, недоуменно оглядывая свои руки. Сдерживающее заклятье не позволяло рэи преображаться и сдвигаться с места, но не лишало их разума, как смирительное, не подчиняло воле мага. Калдер выглянул из-за спинки трона, где сидел, скрючившись, стараясь спрятать свое мощное мужественное тело. На лице его тут же заиграла самодовольная улыбка, король выпрямился и извлек меч из ножен, направляясь к берсерку. Тот мог бы защититься, имей рэи при себе оружие. Но с голыми руками против мечника коури, потерявший на время свою удивительную силу, был беспомощен. Отточенным ударом — боевым тренировкам Калдер уделял куда больше времени, нежели магии — брат снес берсерку голову. Кайден вздрогнул и зажмурился непроизвольно, когда та покатилась по ступенькам с постамента. — Прекрасное заклятье! — вдруг услышал он за спиной голос Шидари, на которого до того не обращал внимания. Король коури стоял на полпути к постаменту трона, положив одну руку на рукоять кинжала, ножны которого были укреплены на поясе, а другой поправляя плащ за спиной, не глядя при этом на принца. — Я не сталкивался еще с таким! — Шидари, наконец, поднял на него глаза и одобрительно улыбнулся. — Ты много занимался, изучал книги? Кайден кивнул в замешательстве, не понимая, как реагировать на похвалу эльфа, которого ненавидел. — Я тоже занимался магией в молодости, — Шидари усмехнулся, — вынужденно. С детства мне приходилось прятать свою сущность, и я в этом преуспел. — Какую сущность? — Кайден, не понимая, прищурил глаза. — Сущность рэи! — Шидари развел руками, словно извиняясь. — К сожалению, не могу продемонстрировать тебе мой огонь, твоя магия лишила меня этой возможности. — Ты берсерк? — изумился Кайден. — Разве берсерк может быть королем коури? — Конечно, нет. Рэи должны жить в горной Обители и если выходить оттуда, то только чтобы умереть в бою, — он обернулся к одному из берсерков, будто ожидая от него подтверждения своих слов. — Поэтому приходилось скрывать огонь ото всех. Знаешь, чего стоит обмануть такого, как Акири, например? Очень непросто. Усмирить шаи, чтобы та не выдала меня — почти невозможно. Шидари сделал попытку шагнуть вперед, но нога его лишь едва заметно дернулась. На лице коури отобразилось мгновенное замешательство. — Что ж, ты смог обратить мою тайную силу в слабость! — почти с восхищением сказал он Кайдену, справляясь с чувствами. — Твое заклятье подействовало и на меня. И это меня не устраивает, извини. Оборвав свою речь, Шидари без лишних слов выхватил из ножен кинжал и метнул в Кайдена, сохраняя все то же бесстрастное выражение лица. Клинок угодил принцу в горло, и тот, не успев даже осознать происходящее, мешком повалился на пол, захлебываясь кровью. Тень заклятья распалась, глаза Шидари загорелись огнем, когда он посмотрел на Калдера, залепетавшего: — Разве берсерки могут пользоваться оружием? — В перчатках — могут, — успокоившись, он погасил внутренний огонь и направился к выходу, бросая королю Белой луны, не оборачиваясь: — Подпиши указ о привилегированном статусе коури в ваших землях, иначе последуешь за братом. Выходя, Шидари уже не видел, как Калдер бросился к конторке, на которой лежали подготовленные бумаги указов. Рэи, оставшиеся охранять его, не оставляли новоиспеченному королю выбора.

***

— Кор, вам не показалось странным, — Антерия, чуть замедлив коня, поравнялась с маршалом, — что тайна, которую коури удавалось скрывать от всего мира и от собственного народа столько веков, так легко поддалась нам? — Мы взяли их великую крепость почти без боя, и через пару часов уже были в подземелье Кровавого алтаря, — словно вторя ее мыслям, задумчиво произнес советник. — Я думаю, хорошо, что мы разворошили это гнездо и вывели женщин на поверхность. Интересно, что мы увидим, когда вернёмся в Даур, — он усмехнулся. — Боюсь, разоблачение столь жестокой правды повергнет народ коури в смятение и хаос, — Антерия отвлеклась, разглядывая острые пики темных крыш в сизой дымке, укрывающей Обитель рэи вдалеке. — Ну здесь пока все тихо, — удовлетворённо хмыкнул Кор, проследив за взглядом королевы. — Интересно, мы первыми расскажем Акири о подземелье, или ему уже доставили весть? — Надеюсь, ему доставили весть, что мы явимся не как враги. Сообщение о том, что он осмелился взять принца Марка в плен, повергло меня в шок! — Антерия сверкнула глазами. — Да, рэи чувствуют себя поистине всесильными и ничего не боятся, — Кор ухмыльнулся. — Но все же Акири не безумец, никогда им не был. Полагаю, Его Высочество Марк цел и невредим, хотя не уверен, что с ним хорошо обращались.

***

Марк лежал на спине поперек кровати, частично свесив ноги. Одной рукой он хаотично скользил по простыне, а другой зарылся в волосы Акири, чей рот сейчас плотно охватывал разгоряченную головку члена принца, а ладонь сдавливала напряжённый ствол, двигаясь то едва-едва, то резко и быстро, доводя Марка до исступления. Принц не мог сдерживать себя, да и не хотел. Запрокинув голову, Марк стонал так, что, казалось, вся Обитель рэи слышала его. Его тело непроизвольно сгибалось и выгибалось в предвкушении скорой разрядки, он бездумно сжимал волосы Акири в кулаке и толкал его голову вниз, насаживая рот на член глубже, плотнее. Марк не видел, что происходит у него между ног — все было скрыто золотистыми прядями любовника, как завесой, но он чувствовал, и это чувство пронимало его до кончиков волос, бежало дрожью по коже, заставляло мышцы судорожно вздрагивать. Когда Акири в очередной раз остановился, оттягивая удовольствие, Марк томительно застонал и потянулся руками к паху, желая завершить дело самому, но коури перехватил его запястья, вжимая в постель, и принялся ласкать пульсирующий член языком, едва касаясь, заставляя принца извиваться, судорожно выворачивая руки из хватки Акири. А после опять взял истекающую смазкой головку в рот глубоко и полно, и тогда внизу хлопнула никогда не запираемая дверь. Акири резко отпрянул от Марка, откидывая волосы с лица, нахмурил брови и молча направился к выходу из комнаты. — Постой, не уходи, Кири! — взмолился принц, обессиленно приподнимаясь на локте, и посмотрел на удаляющегося голого эльфа, который, не оборачиваясь, вышел. — Это жестоко! — сказал себе Марк разочарованно, обхватывая стоящий член руками, чтобы закончить самому, но ощущение собственных рук не могло конкурировать с наслаждением от горячих губ Акири.

***

— Он не был жесток с тобой? — первое, что спросила сестра при встрече, настороженно касаясь рукава Марка кончиками пальцев. — Э… нет, — рассеянно ответил он, всё ещё находясь в плену послевкусия недавней страсти. Принц слегка приобнял королеву за плечи, пользуясь моментом, что никто не смотрел на них. Он вдруг осознал, что ни разу не вспомнил о сестре за то время, что был заложником Акири, не побеспокоился, не спросил о ней или о том, как протекает война. Его голова и сердце были заняты совсем другими вещами. Марк ощутил, как кровь приливает к лицу и про себя поблагодарил богов, что она прилила не к паху, что было вероятно, учитывая, какие воспоминания посетили его в этот момент. Пока коури подготавливали зал для переговоров, а военачальники Золотой луны прогуливались по Обители, Антерия и принц беседовали на балконе дома Акири, сейчас пустующего. Марк смотрел на персиковый сад, который знал уже в деталях, на восковые узкие листья, отражающие яркий солнечный свет, и прикидывал, стоит ли надеяться, что главе Ордена хватит деликатности не выдавать их вспыхнувших отношений? Это было сомнительно, ведь Акири не считал их странными или постыдными, в отличие от Марка, который, как ни старался поверить в убеждения рэи, не мог отбросить то, что знал всю жизнь. — Ну что, есть у коури члены? — вдруг засмеялась Антерия и шутливо толкнула брата локтем в бок, от чего тот вздрогнул, вырываясь из раздумий. — Что? О чем ты? — Марк, казалось, забыл, как дышать, а лицо его вспыхнуло. — Эй, я просто вспомнила твою шутку — ну, помнишь? — Антерия посмотрела на него изумлённо. Наверно, заметила его замешательство. — «Зачем коури члены, раз у них нет самок?» — Ах, да, вот ты о чем, — Марк облегчённо опустил лицо. — Но откуда мне знать об их членах? — он попытался изобразить улыбку на лице. — Говорят, рэи ходят тут, в Обители, голышом, вот я и подумала, может, тебе приходилось видеть, — теперь уже сестра смутилась, увидев, что Марк слишком серьезно воспринял шутку, словно растерял свое превосходное чувство юмора. — А, нет, я не видел, — он снова устремил взгляд в сад, чтобы не сталкиваться с королевой глазами. — Но что, — не унималась Антерия, понизив тон, — если я скажу тебе, что у коури есть самки? Пораженный Марк уставился на нее, и выражение его лица, казалось, не изменялось до конца рассказа.

***

Обсуждение ситуации на фронте, в котором принимали участие военачальники Золотой луны, королева и принц, а со стороны Ордена рэи — Акири и его приближенный Этали, завершилось к вечеру. Рэи тщательно скрывали чувства, которые вызвала у них правда о женщинах, заточенных под Кровавым алтарем. Единственным проявлением, замеченным Марком, были нервно сжатые челюсти Акири, но принц догадывался, какая буря, должно быть, вскипала в его душе. За недолгое время общения с главой проницательный Марк научился читать его чувства, как открытую книгу, несмотря на легендарное самообладание рэи, которое было жизненно необходимо представителям Ордена, ведь любой всплеск чувств у берсерка мог привести к преображению с потерей контроля над силой. И самый мощный из ныне живущих рэи Акири был и самым сдержанным, что давалось ему непросто, учитывая природную горячность. Когда речь зашла о вероломстве и коварных выходках Шидари, которые едва не привели к разрыву многовекового союза с королями Золотой луны, глава рэи дал себе волю, гневно сверкая глазами, едва не полыхающими магическим огнем, что заставило собеседников поволноваться. Преобразившегося рэи можно было остановить силой оружия, но для этого численность противника должна была превосходить в сотню раз — лишь засыпая берсерка стрелами со всех сторон, пробивая защиту пиками, заменяя умерших от его силы свежими воинами, рэи можно было уничтожить без магии. И это касалось рядовых представителей Ордена — не Акири. Потому сейчас его союзникам приходилось лишь уповать на здравомыслие главы и его миролюбие, как недавно Марк понадеялся на это и доверился, расслабившись и поддавшись. — Мы соберём все силы рэи по фронтам и выдвинемся на северный фланг, — заключил Акири, выслушав сведения о том, что объединенные войска Шидари и Белой луны направлены к северному участку границы королевств. — Я буду лично руководить ударом по проклятым магам, которые держат наших братьев в рабстве. Он промолчал про Шидари — удар по войску короля-отступника должны были нанести армии людей, ведь Скрижали запрещали коури убивать друг друга, даже если речь шла о предательстве. Когда стороны пришли к соглашению о совместном массовом выступлении на севере, и формально переговоры были окончены, Марк добавил: — Я тоже отправлюсь туда. В качестве наблюдателя, наверное, — он постарался скрыть смущение — его присутствие среди военачальников и так было курьезным и, скорее, отдавало дань традиции, но не целесообразности. Кор как военный советник согласно кивнул головой, не скрывая изумления, а лицо королевы выражало что-то вроде: «Ты сбрендил?» — К какому подразделению вы хотели бы присоединиться, Ваше Высочество? — спросил маршал. — Я хотел бы посмотреть на военную науку рэи в действии, — Марк постарался вложить в свой голос уверенность в том, что им движет лишь любопытство. Антерия покачала опущенной головой, выражение ее лица означало «Точно сбрендил!». Марк мельком глянул на хранившего молчание Акири — к удивлению, впервые принц не смог прочитать его чувств.