Под тремя лунами

— Что это за кудрявый молодец? — тихо спросил глава Ордена рэи своего подручного, глядя на представшую перед ними процессию. — Это же Марк — брат королевы Антерии, принц Золотой луны. — Впервые вижу, — недовольно бросил Акири. Он окинул взглядом роскошно одетого молодого человека лет двадцати — двадцати пяти, который возглавлял отряд, сидя верхом на лошади, покрытой расшитой золотом попоной с геральдическими знаками королевства. Подручный зашептал в ответ: — Обычно принц не интересуется делами королевства, — он чуть заметно ухмыльнулся. — Не знаю, что могло его сюда привести.

***

После церемонных приветствий спешившийся Марк в сопровождении нескольких гвардейцев подошёл к двум эльфам. Несмотря на значительное численное превосходство королевской делегации и то, что коури казались безоружными, он не обольщался насчёт своей безопасности. Перед ним были не просто коури — это были представители клана пламенеющих, причем высшие представители. Оба были незнакомы Марку. Они были чем-то похожи между собой: высокие, светловолосые, только один из коури имел волосы почти белоснежные, а другой — теплого золотистого оттенка, словно поймавшие отсветы заходящего солнца или самой золотой луны. Коури носили свои длинные волосы распущенными, заправив за острые уши. Одежда была представлена светло-серыми халатами, подпоясанными широкими вышитыми лентами, и всё — никаких украшений, перевязей, ножен. Свободные волосы и простые наряды создавали впечатление некой расслабленности эльфов по сравнению с Марком, затянутым в шелковый камзол поверх рубашки, опутанным бархатным плащом на массивной бляхе и ремнем с золотыми заклёпками, на котором висел громоздкий меч его отца. Хорошо ещё, что этикет не требовал от него облачиться в кольчугу и латы для пущей эффектности. В многослойной одежде, расшитой металлическими нитями, Марк порядком вспрел под жарким летним солнцем, отчего его волнистые темные волосы закрутились надо лбом и на затылке в мягкие кудри. Коури отвлеклись, переговариваясь между собой на своем шелестящем наречии, что было верхом неприличия, ибо все в королевстве Золотой луны обязаны были говорить только на общем языке, особенно когда перед ними стоит принц этих земель, не потрудившийся в свое время выучить языки своих вассалов. Воспользовавшись моментом, когда оба эльфа не смотрели на него, Марк вытер пот со лба и оттянул тугой воротник рубашки, посмотрев на белый диск солнца, стоящего в зените. Скорей бы уже уйти с этой раскаленной мощенной камнем площади. — Можем мы узнать о цели Вашего визита в Обитель рэи, Ваше высочество? — неожиданно заговорил с ним блондин, сложив руки на узле своего пояса. Золотоволосый эльф при этом стоял чуть позади и оценивающе разглядывал Марка. — Я прибыл по поручению королевы Антерии для проведения переговоров с главой Ордена Рэи, — отчеканил Марк, вспоминая все, что ему велено было сказать, и с каким выражением лица, а именно «высокомерным и властным», какое он и пытался придать своей обычно насмешливо-лукавой физиономии. Впрочем, несмотря на старания, он не мог потягаться в высокомерии со стоящими перед ним рэи. И если блондин ещё пытался вести себя учтиво, то золотоволосый нисколько не утруждался этим, выслушивая Марка с таким презрительным видом, что тот усилием воли заставил себя договорить краткую речь до конца и не осечься. — Что ж, пойдёмте, — наконец Марк услышал голос золотоволосого. Коури развернулся к нему спиной, не дожидаясь ответа — хотя Марк и кивнул, но это не было замечено — и быстро двинулся через площадь уверенными шагами, не глядя, следует ли принц за ним. Волосы летели позади него, словно мантия, ветер трепал полы длинного светлого халата, демонстрируя такие же светлые штаны под ним. Отдалившись на приличное расстояние, коури оглянулся вполоборота, но не на Марка, а на другого эльфа, и бросил ему: — Этали, размести сопровождающих принца. Блондин, который до того времени всё ещё стоял рядом с Марком, слегка поклонился и направился в обратную сторону, туда, где стоял отряд гвардейцев. Отходя, он сказал Марку настойчивей, чем следовало, и без лишних церемоний: — Идите за главой! Марк, проглотив отсутствие вежливых слов, направился за уже далеко ушедшим золотоволосым, который, очевидно, и был главой Ордена — представить его никто не посчитал нужным. Он жестом приказал двум гвардейцам последовать за ним, но эльф, названный Этали, резко одернул его: — Нет! Идите один. Ваши воины не зайдут в резиденцию главы. Я размещу их в общих комнатах. Можно было подумать, что терпение принца в отношении неподобающего поведения коури иссякло и он разъярился, что было видно по его участившемуся дыханию и румянцу. Такой посыл старался придать Марк охватившему его волнению, борясь на самом деле с накрывающим его страхом и чувством беспомощности, от которого не спасла бы и целая армия за спиной — слишком хорошо каждый в королевстве знал могущество рэи. — Со мной пойдет моя стража, — как можно твёрже сказал Марк, глядя прямо в холодные глаза эльфа и чувствуя, как сжимается в комок его солнечное сплетение. — Нет! — голос эльфа был куда твёрже. — Пока вы находитесь на земле рэи, вы будете следовать нашим правилам. Марк все так же буравил эльфа глазами, но боковым зрением он уловил движение вокруг площади. Не выдержав, он дёрнул головой в сторону и увидел, что вся площадь окружена несколькими десятками коури. Резко выдохнув через раздутые ноздри, Марк развернулся на каблуках и быстро пошел в сторону небольшого особняка, перед которым раскинулась мощеная площадь. Очевидно, это и была резиденция главы, однако ни сам глава, ни его слуги не встречали принца у дверей. Марк сам открыл тяжёлую деревянную дверь. Внутри было очень темно в сравнении с залитым солнцем плацем и прохладно. Он настороженно вошёл и притворил дверь. Да где, черт возьми, хозяин? Эти ушастые вообще имеют хоть малейшее представление о приличиях? Общаясь с Шидари, Марк не замечал подобной беспардонности, хотя дерзости эльфийскому королю, как он себя называл, было не занимать. Но глава рэи превзошел его. Стоило ему подумать о главе, как золотоволосый эльф беззвучно вышел откуда-то из глубины дома в просторную темную прихожую, где переминался принц Золотой луны. Молча Акири указал рукой на дверной проем, ведущий в светлое помещение, и сам же первым вошел туда, хотя следовало бы пропустить вперёд гостя, тем более что статус Марка был значительно выше, чем у главы. Когда Марк вошёл в комнату, поражающую своей пустотой, Акири уже сидел перед низким столиком и показывал Марку на деревянный табурет напротив. Если бы не свежесть и чистота светлого интерьера, пронизанного воздухом и светом, то Марк подумал бы, что находится в каком-нибудь придорожном трактире, настолько простой и неудобной была деревянная мебель без обивки и украшений. Недовольно присев напротив голавы, Марк приготовился излагать заученные перед поездкой фразы. — Я слушаю, — Акири сидел прямо, положив ладони на стол перед собой. Марк не мог не оценить его внешность. Все коури были привлекательны, но глава рэи был особенно красив. Его спокойное лицо, на котором лишь пронзительные серые глаза оставались тревожными, было словно выточено гениальным скульптором из полупрозрачного молочного опала. Идеальность его кожи нарушала только россыпь едва заметных золотистых веснушек на носу и высоких скулах. Они придавали лицу Акири оттенок юности и живости, напоминая о том, что перед вами не божество, а существо из плоти. Но плоти совершенной. Интересно, каков он под халатом, столь же идеален? Марк неосознанно встряхнул головой, отбрасывая эту мысль. Что за ересь лезет ему в голову? Кажется, Акири о чем-то спросил его, но он был так увлечен пересчетом эльфийских веснушек, что даже не услышал его. — Простите, я отвлекся, — стараясь скрыть смущение, заговорил Марк. Акири вскинул бровь и усмехнулся: — Приступим к переговорам. — Я прибыл сюда как представитель ее величества королевы Антерии, чтобы напомнить Ордену Рэи о клятве верности Золотой луне, которую давали ваши предки… — Мы помним клятву, — оборвал его Акири. Марк кивнул и продолжил: — Но глава Шидари, именующий себя королем коури, перешёл на сторону королевства Белой луны, он отвёл войска от западных границ, оставив нашу армию в уязвимом положении, и сам ударил по ней. Мы расцениваем это как предательство клятвы Кровавого алтаря. — Я согласен с вами. Это предательство, — Акири откинулся назад. — Я осудил Шидари и отказался следовать его приказам. Рэи верны королевству. Марк выдохнул от облегчения. Оставалось лишь надеяться, что сказанное Акири было правдой, ведь это меняло всё. И его парламентерскую миссию можно было считать выполненной — он поспешит уехать из этого опасного места, чтобы успокоить сестру. Он расскажет ей, что Орден по-прежнему выступает на их стороне, а это немалая сила, соизмеримая со всем войском Шидари. Не скрывая улыбки, Марк встал со стула, намереваясь выйти из-за стола. — Не спеши! — поднял руку Акири, неожиданно перешедший на «ты». Глаза его неприкрыто оценивающе скользили по Марку. — Присядь. Смутная тревога охватила Марка. Настороженно он сел обратно на стул. Акири заговорил, чуть прищуря глаза: — Я ответил на твой вопрос о преданности рэи, теперь мой черед спросить: зачем королевская армия идёт на Обитель? Вопрос застал Марка врасплох. Он не понимал, о чем говорит Акири. Принц слегка пожал плечами, вопросительно глядя на эльфа, и пробормотал: — Мне неизвестно об этом походе. — А мне известно! — глаза Акири сверкнули, но, по счастью, пока это был просто гнев, а не преображение, однако Марк вздрогнул от его резкого голоса и отпрянул. — Полагаю, королева Золотой луны намерена покарать предателей-коури и начать прямо отсюда. Вот только я не намерен позволить ей сделать это. Марк молчал в замешательстве. Сестра не предупреждала его, что направит войска на Обитель, не дожидаясь итога переговоров. Возможно, военачальники королевы решили нанести упреждающий удар. Или осадить горную столицу рэи, не давая воинам покинуть Обитель и лишая ресурсов. Или Акири просто обманывает его, выдавая вымысел за достоверные сведения, но зачем ему это делать? Наступил тот редкий момент, когда Марк, принц Золотой луны, пожалел о том, что всю свою жизнь пренебрегал королевскими советами, куда его приглашали, скорее, из вежливости, да и вообще не интересовался ни политикой, ни воинской наукой. Акири поднялся, встав чуть поодаль от стола, скрестив руки на груди и приподняв подбородок, сверля Марка глазами. Если бы не легкое красноватое свечение кожи, едва заметное на фоне полумрака дальней части комнаты, ничто не выдавало бы внутреннее волнение рэи. Увидев его, Марк невольно отпрянул, едва сдержав порыв схватиться за рукоять меча. Бесстрастным голосом Акири сказал: — Здесь, в самой Обители, несколько сотен детей и отроков, не способных защитить себя. Кроме меня и Этали, лишь пятьдесят зрелых рэи были оставлены для обороны Ордена, — Акири обвел пальцем круг в воздухе, очерчивая воображаемые границы своих владений, — остальные силы я отправил под знамена Золотой луны, как того требовал указ королевы. Глава сделал паузу, и Марк решил, что должен что-то ответить. — Я не знал этого, — пробормотал он. Акири удовлетворенно кивнул. — Но королева-то знает о расстановке моих сил, — он отвернулся и сделал пару шагов в глубину комнаты, заложив руки за спину, продолжая говорить. — Опустошенная Обитель Рэи — легкая цель для целой армии людей. Акири резко развернулся, посмотрев на Марка с неприязнью, граничащей с ненавистью, скинув, наконец, маску бесстрастия: — Превосходящими силами уничтожить будущее клана рэи, а причиной расправы назвать предательство Шидари — такова ваша цель? — Я не думаю… — Марк ошеломленно затряс головой. Коварные решения не были свойственны его сестре. Акири сморщил нос и пренебрежительно махнул в сторону принца рукой, что означало примерно: «Лучше помолчи». После паузы он заговорил прежним стальным голосом: — Ты должен незамедлительно довести до сведения королевы, что Орден рэи не предает своей клятвы. Марк кивнул. — А также, — Акири подошел к нему ближе, нависая над принцем, — предупредить, что в случае кровопролития в Обители я буду вынужден перенаправить ярость моих рэи на воинов Золотой луны, с которыми они сейчас стоят в одном строю. Скрижали разрешают мне отойти от клятвы в случае, если другая сторона нарушит ее первой. Марк нервно сглотнул и снова кивнул. Повинуясь слову «незамедлительно», он вскочил, наконец, с жесткого стула и шагнул в сторону выхода из комнаты, но остановился, услышав, что Акири не закончил. — Отправь нескольких своих людей к королеве с посланием, а остальных — навстречу армии, идущей сейчас через Туманный перевал, — приказной тон главы коробил Марка, но, к сожалению, ему нечего было противопоставить Акири, который полностью захватил инициативу в их переговорах. Принц, выслушавший последнюю фразу спиной к коури, собирался снова кивнуть и покинуть, наконец, гнетущий его дом, когда на его плечо легла крепкая рука Акири. — А сам останешься в Обители, — проговорил глава рэи, глядя обернувшемуся Марку в широко раскрытые глаза. — До тех пор, пока я не буду полностью уверен в безопасности моих детей, твоя жизнь будет в моих руках. Марк не мог поверить ушам. Он встал как вкопанный, лишь приоткрыв рот в немом вопросе. — Королева Антерия ценит тебя? — неожиданно легко, даже с улыбкой спросил Акири. — Ты ведь ее родной брат. И наследник ее престола? — Я…нет, — рассеянно пробормотал Марк, мысли которого в тот момент занимало лишь его ближайшее будущее. — Королева молода, она еще родит детей. — Да, если будет более осмотрительна в выборе мужчины, — глава рэи усмехнулся. — Дари оказался не лучшей партией, верно? — он нарочито назвал короля коури сокращенным, «домашним» именем, словно желая показать пренебрежительное отношение к нему, а может, и к королеве.

***

— Вы закроете меня в темнице? — Марк старался говорить холодным голосом, но на самом деле его колотило от осознания, в какую передрягу он попал. — Конечно, нет, — Акири обошел Марка, двигаясь в сторону выхода. — Я проявлю уважение к королевской крови, текущей в твоих жилах, как того требуют Скрижали. Ты разместишься в лучшем доме нашего Ордена — в этом, — он указал пальцем на пол под своими ногами. Что ж, это было неплохо. Марк огляделся — дом, называемый резиденцией, нельзя было назвать дворцом, но и на темницу он не походил. — Этот дом пустует? — осторожно поинтересовался Марк, глядя на огромную комнату, единственным наполнением которой был стол, два стула и ковер на полу. Что-то вроде гостиницы, хозяева которой купили лишь самое необходимое для постояльцев, не желая тратиться на уют. — Нет, — Акири отрицательно покачал головой, — здесь живу я. Марк выдохнул, будто хотел что-то сказать, но сказать ему было нечего. Наверно, ему следовало поблагодарить главу за оказанную честь, но слова не шли. Перспектива соседства с Акири одновременно и пугала, и смущала его. Пугала, потому что глава рэи не мог не пугать — непредсказуемый и опасный, как сам огонь, никому не хотелось бы задерживаться с ним рядом. Но одновременно с закономерным страхом Марк испытывал неловкость от странного чувства, которое охватило его с самого начала их встречи — этот золотоволосый эльф нравился ему, он привлекал его, притягивал его взгляд, приводя в смятение. — Я покажу комнату, — Акири вышел из гостиной, предлагая следовать за ним. Они шли по темному коридору, из которого открывались проходы без дверей в другие помещения, в каждое из которых Марк заглядывал, успев увидеть кухню с большим разделочным столом посередине и очагом в углу, залитую солнцем столовую, такую же большую и пустую, как и гостиная, где прошли их краткие переговоры — единственной мебелью в столовой был стол и несколько стульев. Нигде не было ни души. Наконец, хозяин вошёл в один из проходов, Марк последовал за ним и оказался в небольшой спальне. Судя по обстановке в других комнатах, он рассчитывал, что спать придется на голых досках, но кровать оказалась вполне приемлемой, застеленной отбеленным льняным бельем, которое было даже украшено кружевом. — Я прикажу принести твою одежду, если она есть у тебя, — сообщил Акири, добавив с усмешкой: — Можешь так не наряжаться, Ваше высочество, выходить из дома я запрещаю, так что никто тебя не увидит. Марк ничего не ответил. Когда хозяин вышел, он устало присел на край кровати, расстегивая фибулу на плаще. Раздевшись до брюк и рубашки, он сбросил верхнюю одежду на пол, словно ожидая, что несуществующая в этом доме прислуга придет и подберет ее. Туда же, на смятый плащ, полетел и тяжелый родовой меч. И почему Антерия сама не таскала эту реликвию на своем поясе? Марк упал спиной на кровать, запустив руки в волосы надо лбом, охватывая голову и глядя в деревянный неокрашенный потолок. Он не хотел верить в то, что сестра подставила его и, не посвятив до конца в свои планы, отправила прямо в руки разозленного Акири, который сейчас напоминал загнанного в свое логово зверя. С той только разницей, что зверь может лишь огрызаться на травящих его собак, а Акири умудрился взять в заложники ценного щенка, уравнивая шансы.

***

— Поставим коури на место! — Антерия решительно отошла от окна тронного зала, в которое осмотрела выстроенные на площади перед дворцом ровные когорты, ощетинившиеся пиками. — Вы все еще желаете отправиться в поход с войском? Это неразумно, Ваше Величество, — пожилой советник с сомнением покачал головой. — Я хочу посмотреть в его глаза! — ответила Антерия слишком искренне, выдохнув с жаром, но тут же охладила тон, вскинув подбородок. — Я давно не посещала вассальные земли на юге королевства, слишком много внимания уделяя северным графствам. Стоило лишь отвести наш взгляд, и вот к чему это привело. Стоило ли говорить, что ни одно северное графство не могло идти в сравнение с мощным королевством коури. И уж точно эльфийский король предал Золотую луну не оттого, что Антерия отвела от него взгляд. Она смотрела на Шидари, не отрываясь, не дыша, ловила каждое его слово, знала, казалось, каждую его мечту — так она думала. Все было ложью. Антерия вздохнула, преодолевая тяжесть лежащих на груди тонких лат, несущих скорее церемониальный смысл, нежели защитный, и вышла из зала через услужливо распахнутые перед ней высокие двери.

***

Утро было чудесным, как всегда в середине лета: солнце быстро поднималось в лазурное небо, согревая лицо, дул еще свежий ветер, несущий память об умывшем город коротком ночном дожде. Чувства Антерии ухватывали и переливчатые трели радостных птиц, парящие над гомоном толпы, высыпавшей на улицы поприветствовать свою королеву и армию, и запах цветов, оплетающих, подобно плющу, богатые дома в центре столицы и свисающих с балконов в глиняных горшках на цепочках. Но сердце ее, словно сжатое чьей-то жестокой рукой, не могло их принять. Вся прелесть мира натыкалась на темный кокон, в который погрузилась душа королевы, получавшей одну дурную новость за другой. Казалось, горячую и жизнерадостную по своей природе Антерию скоро разорвет изнутри от непролитых слез, которые она вынуждена была прятать слишком долго. Королева улыбалась, величественно восседая на коне и помахивая рукой подданным, сгрудившимся вдоль главной улицы, ведущей от дворца Золотой луны к южным вратам, когда из-за ее спины возник главный военный советник маршал Кор, подъехавший так близко, что они почти касались друг друга. — У меня важная новость, Ваше Величество, — словно оправдывая свое неожиданное появление, поклонился маршал, едва перекрикивая шум толпы. По озабоченному лицу военачальника Антерия поняла, что и эта новость не порадует ее. Обреченно качнув головой, она ответила: — Я вся внимание. — Коури атаковали нашу когорту на пляже Пограничной двумя пехотными подразделениями. Антерия кивнула — что ж, это было ожидаемо, теперь коури будут бросаться на их войска до тех пор, пока не получат должного отпора, а Шидари к тому же заручился поддержкой Белой луны. Но, увидев по лицу советника, что тот не закончил, промолчала. — Генерал Дер сразу же поднял три когорты, занимавших выжидательную позицию в Забытых рощах, и отправил навстречу пехотинцам коури. Королева устало прикрыла глаза, убирая со лба налетевшую волнистую прядь и продолжая махать народу. Ей даже не хотелось узнать, кто в итоге одержал верх в Забытых рощах — бесконечная возня войны, начавшейся годы назад, утомила ее. Даже если коури разбили три когорты Дера, что вряд ли, ведь два эльфийских подразделения — не более полутысячи солдат, в то время как обычная когорта Золотой луны состояла из трех-четырех сотен воинов, что проку от этой новости — это битва, а не война. Но маршал не разделял безразличия королевы, продолжая рассказ: — Коури дали бой, использовав при этом особые силы. — Что за особые силы? — теперь уже Антерия прислушалась внимательней. — Очевидцы, оставшиеся в живых, говорили о том, что была использована магия. — Белая луна? — горько усмехнулась королева, до последнего надеявшаяся, что сведения о союзе коури с вражеским королевством — заблуждение. Она могла поверить в мятеж остроухого короля — к сожалению, это было в характере Шидари, каким она его знала. Но то, что король Каледен, известный своей лютой ненавистью и презрением к другим расам, снизойдет до союза с коури, не укладывалось в ее голове. И все ж это так. Советник кивнул, чуть помедлил и продолжил: — Также там были и рэи. — Рэи?! — глаза Антерии расширись. — Да, увы, — Кор опустил голову, не скрывая разочарования. Королевский совет возлагал большие надежды на верность воинского ордена «пламенеющих» коури. — Повреждения, которые получили солдаты, свидетельствуют об атаке рэи — оружие и тела были разорваны на части, оплавлены огнем, который не повредил землю и растения вокруг. Да, конечно, это было пламя рэи — никто более в мире не мог совершить подобное. Руки Антерии предательски задрожали, ей хотелось обхватить лицо руками, но она лишь крепче вцепилась в поводья, сжимая челюсти. Если на континенте существовало пять войск, соизмеримых и способных вступить в противостояние друг с другом, то четыре из них теперь ополчились на королевство Золотой луны, а пятым была ее собственная армия, истерзанная и поредевшая. Впрочем, прежние ожидания Антерии, что рэи выступят отдельно от остальных коури, оказались глупы. Таким образом, всех эльфов можно было причислить к одному войску. Жаль, люди не способны объединяться и сохранять верность своей расе так, как это сделали ушастые. — После магической атаки, — сквозь пелену мрачных мыслей услышала королева советника, — коури, видя численное превосходство Золотой луны, бежали через Туманный перевал в Обитель рэи. Деру не удалось нагнать их, но он осел на тропе и ожидает дальнейших приказов по взятию Обители и возмездию. — Ранее мне докладывали, что Обитель пуста, что там присутствует лишь внутренний гарнизон из пятидесяти зрелых рэи и молодняк. — И глава Акири! — маршал ухмыльнулся. — Этот орел никогда не вылетает из своего гнезда. — Да, и глава, — согласилась королева. — Но будь там хоть десять таких, как Акири — они не угроза целой армии. — Но, как видно, сейчас в Обитель стягиваются силы. Два подразделения — лишь начало. Предлагаю взять крепость Ордена, пока это не стало затруднительно, — отчеканил маршал. Он уже все решил за королеву. — Рэи сейчас рассредоточены по нашим войскам, прикажем напасть на них во время стоянок одновременно во всех корпусах. И в тот же момент зачистим Обитель. Предатели должны быть наказаны. Антерия опустила глаза в задумчивости. Это хороший план, но… — Там мой брат, вы помните об этом, маршал? Ему угрожает опасность. На лице военачальника не отразилось ни тени сожаления. Марк для него не более, чем разменная монета, такая же мелкая, как те тысячи солдат, что он бросает в мясорубку войны целыми когортами. Но не для Антерии. — Прикажите осадить Обитель, но не предпринимать никаких действий до того, как я получу известие от принца Марка, — твердо сказала она. — Мы потеряем время, Ваше Величество! — Никаких действий, — голос Антерии зазвенел сталью.

***

Не считая ужина в одиночестве, к которому Марка пригласил незнакомый коури, все время до вечера он провел в спальне, размышляя о своей дальнейшей судьбе. Очевидно, что недружелюбный настрой главы Ордена не сулил ему ничего хорошего. Вся бессильная злоба Акири, не способного прямо, без шантажа, защитить своих детей, выльется на Марка. Он знал, как сильно рэи ценят своих молодых, да и вообще всех членов клана, которые рождались редко, а погибали часто, постоянно находясь в авангарде войск Золотой луны. К тому же загадочные и пугающие «берсерки», как называли рэи в других землях, были известны далеко за пределами королевства: где-то как идеальные воины для особых битв, которых можно было спускать с поводка, как притравленных псов, где-то как демоны, подлежащие истреблению. В королевстве Белой луны рэи и вовсе использовали для развлечения знати. С изобретением тамошними магами смирительных ошейников, основанных на природной непереносимости берсерками железа и лишавших рэи сил и воли к сопротивлению, Орден проигрывал судьбе, теряя своих членов постоянно: их похищали, продавали, держали в клетках, пытали и убивали. Ярость и самоотверженность, с которой рэи выступали против армии Белой луны, была местью магам за ошейники. Вот только гибли от берсерков простые солдаты, а не аристократы с камнями во лбу. Даже в своем народе рэи, хоть и считались на словах элитной кастой, на деле были изгнанниками, отселенными в бесплодные горы за труднопроходимыми перевалами, которые каждую зиму засыпало снегом так, что Обитель лишалась связи с Дауром на несколько месяцев. «Надеюсь, я не останусь тут до зимы», — грустно усмехнулся Марк про себя, в сотый раз высовываясь в окно спальни прямо в листву растущего у самой стены персикового дерева с последними одиночными плодами на ветвях. Ни дотянуться до персиков, ни рассмотреть что-то через крону дерева было невозможно. Несмотря на то, что в заточении принц провел лишь несколько часов, деятельный Марк уже сходил с ума в четырех стенах, единственным наполнением которых были кровать, шкаф для одежды и низкая табуретка, а единственным развлечением для постояльца — посещение незамысловатой уборной, скрытой справа от спальни за неприметной дверцей. Решив снова прогуляться до уборной просто от безделья, Марк вышел в коридор, совершенно погрузившийся во тьму с наступлением сумерек. Свечи или фонаря у него не было, очевидно, по мнению хозяина, ему следовало лечь спать с закатом или просто сидеть в темноте, глядя на луны сквозь персиковую листву. Сам же глава спать не собирался — это было видно по свету, загоревшемуся в другом конце дома. Поколебавшись, Марк застыл перед дверцей уборной, глядя на слегка трепещущий на стенах коридора желтоватый свет масляного фонаря, в котором ему почудилось движение темной тени. Страдания от скуки и любопытство взяли верх над благоразумием, и принц как можно тише пошел на свет. Подкравшись к проему освещенной комнаты, Марк осторожно заглянул внутрь одним глазом и убедился, что это гостиная, в которой днем проходили переговоры. Никого внутри он не увидел, потому безбоязненно вошел внутрь и обомлел. Акири стоял на балконе, который Марк не заметил в комнате раньше, спиной к вошедшему, и был полностью обнажен. Замерев не дыша, принц смотрел, как зачарованный, на золотистые волосы, спускающиеся по широкой спине до самой ложбинки между ягодицами. «Только не поворачивайся», — подумал Марк, и Акири, услышавший его шаги, обернулся. — Тебе что-то нужно? — без лишних церемоний спросил он. — А… мне… — Марк, старавшийся смотреть Акири только в глаза, потерял дар речи на мгновение. — Извините, я не вовремя, — он едва выдавил, смущенный до крайности, опустил голову и прикрыл лицо рукой. — Нет, почему не вовремя — я ничем не занимался, — удивился тот. — Но… — Марк неопределенным жестом указал куда-то ему на грудь, поясняя, — ты не одет. — Ах, ты об этом. Так ведь я в своем доме, — сказал Акири таким тоном, словно ходить голым было нормально. Особенно, когда ты в доме не один. Марк слышал о том, что рэи не ведали плотского стыда, но не ожидал столкнуться с этим так скоро. — Да, верно, — только и смог пролепетать он, с облегчением наблюдая, как Акири накидывает прежний серый халат на плечи, покрытые россыпью светлых веснушек. — Так что ты хотел? — настойчиво спросил глава, затягивая пояс. — Почему вышел из комнаты? Марк поначалу замялся, не зная, как говорить с главой, но после решил, что раз Акири не слишком озабочен приличиями, вернее сказать, он вообще ими не озабочен, так почему бы и Марку не говорить прямо, пусть это сойдет за дерзость — хуже уже не будет. — Мне просто скучно. Мне надоело там сидеть — я провел в комнате весь день. — Понимаю, — Акири кивнул. Но Марку было мало понимания. Уверенность, что с ним обошлись несправедливо, посадив под арест вместо генералов Антерии, поддерживала его решимость улучшить собственное положение. А глава был, как ему казалось, в хорошем расположении духа — по крайней мере лучшем, чем во время переговоров, когда он гневно сверкал глазами и норовил продемонстрировать свою огненную силу. — Может в Обители есть библиотека? Я… — Ты можешь читать на языке коури? — перебил Акири с насмешкой. — Нет, — Марк отрицательно качнул головой. — Что-то ещё? — вопрос прозвучал скорее с интересом, чем с ожидаемым раздражением. Но Марку нечего было добавить. Он снова отрицательно покачал головой и разочарованно направился к выходу из гостиной, понимая, что разговор окончен. — Можем поговорить. Или поиграть во что-нибудь, — слова, сказанные ему вслед, заставили остановиться и резко обернуться. Акири не шутил. Его светлые глаза смотрели без тени иронии. — Поиграть? — переспросил Марк изумлённо. — В карты, что ли? — он не смог сдержать усмешки, не веря своим ушам. — Да, можно и в карты. Вряд ли ты знаешь наши игры, но, может, научишь меня своим. Марк окинул взглядом Акири и понял: а ведь главе Ордена тоже было скучно! Он стоял тут на балконе нагишом и просто смотрел на свой персиковый сад, ничем не занимаясь. За весь день никто не входил в дом, не считая слуги, и Акири ни с кем не перекинулся ни словом. Впервые ли так? Или таких дней в его жизни было много? Остроухому златовласому божеству в наскоро затянутом халате было скучно в этом пустом доме, в этой Обители на краю света. Отчего-то эта мысль приободрила и воодушевила Марка, и он с улыбкой ответил: — Я знаю несколько игр, правда, они кабацкие, — он ухмыльнулся. — Кабацкие? — спросил Акири, нахмурившись вполне дружелюбно. — Они для простолюдинов, — объяснил Марк, настороженно наблюдая за реакцией главы. — Ещё интереснее, — Акири слегка повел плечами и улыбнулся.