Последствия (не)сделанного приворота

Рано утром мы с братьями и сестрой ели омлет с помидорами и беконом. Самая младшая сестра и родители считали ниже своего достоинства вставать в такую рань, однако мама настаивала на плотном завтраке для нас, школьников. Готовить его было обязанностью Таисиной няни. — Андрюша, опять ты не ешь! — расстраивается она тому, что не все высоко оценивают результаты её труда. — Упакуйте ему с собой, — прошу я, понимая, что Адриан ещё клюёт носом. Хорошо, если окончательно проснётся к середине первого урока. Мы с ним были против домашних завтраков, но в вопросах здоровья мама неумолима. — И мне тоже! — просит Рома, который не любит омлет. — Лучше мне отдай! — оттяпывает полпорции Кира. Хочу напомнить, что с таким аппетитом она может вырасти жирной, но мысль перебивает папино появление. Выглядит он не менее сонным, чем Адриан, и сразу идёт заваривать крепкий кофе. Обида из-за вчерашнего пренебрежения колет меня в бок, заставляя быстрее допивать чай и идти переодеваться для школы. Однако я не успеваю покинуть кухню, как отец оказывается рядом. — Как себя чувствуешь, Свят? — Мог бы вчера спросить! — неожиданно озвучиваю я недовольство, которое хотел держать при себе. Если честно, боль от вчерашних «разборок» уже не чувствовалась, хотя обычно неприятные ощущения после порки сохранялись дня на два-три. «Выдрал, как малолетнего неженку!» — подсказала обида и заставила отвернуться от папы. — Да, я как раз заметил на тебе новый кулон и хотел спросить, что это… Началось… Стараюсь держать себя в руках и отвечаю максимально наивно: — Руна Хагалаз. — Я вижу. Хотел бы уточнить, что она значит именно для тебя? Чувствую, следом он спросит: «И где кулон с Феху?» Младшие, как назло, изобразили примерных школьников и, окончив завтрак, убежали собираться на учёбу. Я задумался, как же донести правду. Сказать, что его подарок смыли в унитаз вместе с частью меня? Что я оказался слишком слаб, чтобы сопротивляться этому? Что он имеет право наказать меня за слабость, за ложь и вообще… — Свят, не думай, что я ограничиваю тебя в выборе пути, — прервал молчание папа. — Просто ты должен знать, что этот символ связан с весьма опасными Силами. А если они для тебя свои, значит, ты сам… опасен. — Я буду осторожен. — Хорошо, сынок. Может, вас подвезти? — Не надо. Зря ты, что ли, водителю платишь? — ответил я, не желая, чтобы он продолжил расспросы или нравоучения в машине. На физике, когда Влад проходит мимо меня к доске, чувствую неприятный запах от него. Либо я научился улавливать запахи эмоций, либо одноклассник прекратил принимать душ. Что ж, вполне ожидаемый эффект для того, кто ненавидит сам себя. У доски он бубнил что-то невнятное, хотя раньше, даже если не учил урок, вёл себя довольно вызывающе, а особенно принципиальным учителям угрожал «отцом-прокурором». Я ёрзал на стуле от нетерпения, чувствуя, что сейчас произойдёт один из «взрывов». «Да посмотри же ты на меня, тварь!» — гипнотизировал я Влада взглядом, но тот остекленевшими глазами уставился в одну точку мимо учителя. — Свят, вижу, ты хочешь помочь однокласснику! — радостно обратился ко мне физик, парень лет двадцати пяти. Я ходил в его любимчиках, ибо интересовался предметом за пределами школьной программы. Он в моих тоже, так как верил, что магия — это усовершенствованная физика. Хотя сейчас я немного не в теме урока… — Повторите, пожалуйста, вопрос, — улыбнулся я. — Сиди уж! Мариночка, слушаю! Бывшая соседка по парте дополняет ответ Влада — фактически, отвечает вместо него. — Молодец, пятёрка! — доволен Егор Владимирович. — Влад, что ещё ты можешь добавить? — Я тупица. Бездарь. Идиот. Долбоёб, — монотонно произносит он. Некоторые в классе подавляют осторожный смешок. — Мы поняли… — немного шокирован физик. — Самокритичность, конечно, бывает полезной, однако не освобождает от ответственности. Пока оценку не ставлю — может, к следующему уроку лучше подготовишься? — Владик, а у тебя шнурок развязался, — вдруг замечает Оля с первой парты, которая по росту и по наивности кажется на пару лет младше остальных. Бедный Влад метнулся к кроссовке так, будто оказался голым перед классом и желал скорее прикрыться. Кое-как завязал шнурок и поплёлся к своему месту. Споткнулся о рюкзак Димы, упал между партами и на четвереньках пополз к своему месту. Тут уж класс не сдерживался от хохота, притом громче всех ржала Лиза. — Что за чертовщина! — воскликнул физик. — Свят! — Почему сразу я? — Ты у нас Ведьмак и спец по чертовщине? — Егор Владимирович, вы ведь тоже кое в чём разбираетесь, — ухмыльнулся я. Я понял это ещё год назад, когда однажды речь между нами зашла о сходствах физики и магии. Это было нашим секретом, и нельзя сказать, чтобы я его выдал, ведь весь класс был занят насмешками над Владом. — Так! Вы меня достали! — вскипел Егор Владимирович. — Оставшиеся пол-урока пишете тест! Его дежурный тест решаю минут за десять — остаётся время спокойно подумать над результатом ритуала. Враг сломлен, но не повержен. Нужен некий окончательный штрих, и подсознание подсказало его. После последнего урока Влад ещё копается за партой — пытается собрать вещи в рюкзак, но они валятся из рук. Прохожу мимо него и целую в лоб. Он никак не реагирует, зато стоявший возле парты Никита вздрагивает и отскакивает в сторону. Ловлю этого "шестёрку" за плечо и шепчу одними губами: — Ты следующий…