Глава 1: Змей и Магия
10 октября 2022 г., 07:26
Стремительно скользнувший на улицу Цикатрис замер на миг, расправил крылья и взмыл в воздух.
Пусть город был заполнен сбежавшими из-под Министерства Морали
(всё же у Пинки были эксцентричные понятия о вечеринках) мантикорами, да и цель его отлагательств не терпела, но в первые секунды он просто радовался возможности встать на крыло. Ещё несколько секунд перевёртыш просто наслаждался, прежде чем сконцентрироваться на зове.
Тот становился всё сильнее, и жеребец приготовился к бою. Заготовка кинетического щита привычно активировалась, и он начал плести пару привычных боевых заклинаний. Хоть он и не специалист в боевой магии, он был Королем чейнджлингов, магия — основа его существования.
Именно особи, ещё до рождения проявившие исключительный магический потенциал, становились Королями и Королевами, меняясь под действием магии и внешних условий.
Периодически отклоняясь от ведущего вдоль проспекта прямого маршрута, чтобы не привлечь внимание скоплений мантикор, он подлетел к площади, к которой гнал его Зов, и приземлился на крышу ближайшего дома.
Его взгляду предстала фиолетовая с проседью единорожка, что спокойно стояла посреди площади, окружённая еле заметной пленкой неизвестного жеребцу щита. Летающая рядом пятёрка мантикор, судя по всему, её совершенно не беспокоила.
Миг, и одна из них кометой падает вниз, стремясь разбить магическую преграду.
Цикатрис заволновался. Щит не выглядел хоть сколь-либо надёжным, пусть и пара убитых тварей непрозрачно намекала: единорог знает, что делает. Так и оказалось.
Через мгновение лапы мантикоры коснулись барьера и… спокойно прошли сквозь него.
Но не успела она издать торжествующий рык, как перед ней вспыхнул пурпурный многоугольник, с силой отбросивший влетевшую в него кошку. Рог чародейки тут же загорелся и на пути её противницы вырос тонкий шип, на который та со всей скоростью насадилась.
«Активный щит» — название заклинания тут вспыхнуло в разуме перевёртыша. Он слышал об этом заклинании. Имеющее чрезвычайно высокое КПД, но невероятно сложное, оно было скорее экзаменом для специалистов по барьерам.
Даже без зова было очевидно, что использовать его в бою могла только одна личность в мире — Твайлайт Спаркл. В конце концов глава Министерства Магии была одним из сильнейших боевых магов в мире, пусть на поле боя она почти никогда не появлялась.
Только вот мантикоры хватало ума не лезть к опасному щиту. Ей определённо понадобилось бы немало сил, чтобы справиться с тварями в одиночку.
Только он не собирался просто стоять в стороне.
Он на мгновение прикрыл глаза, прежде чем его рог неярко сверкнул, и пара летавших выше всех мантикор неожиданно зарычала и спикировала на находившихся ближе к щиту товарок.
На морде Цикатриса возникла улыбка, когда ещё четвёрка противников была уничтожена тем же образом. А вот Твайлайт это явно не нравилось. Её рог часто засверкал, а перевёртыш ощущал активно скользящие вокруг сканирующие заклинания. Кобылке определённо не нравилось появление неизвестного менталиста поблизости.
Он, впрочем, и не скрывался. Да и последняя пара их противников тоже не желала связываться с чем-то странным, тем более лишившись численного преимущества. За это время твари уже поняли, что все непонятное — опасно. Очень опасно.
Твайлайт проводила улетающую пару взглядом, прежде чем повернуться в сторону Министерства Морали. Он спланировал вниз и осмотрел собеседницу.
Напротив него стояло отражение виденной когда-то на плакате пони. Великого мага и живого воплощения добродетелей Эквестрии. Только ныне пурпурный цвет гривы и шерсти сменился тускло-фиолетовым с заметной проседью в гриве, а острый и живой взгляд — безразличной пустотой, будто смотрящей в никуда. На её теле были заметны следы магического боя.
— Здравствуй, сестра, — он вспомнил старые уроки вежливости и поклонился, — это встреча — радостное для меня событие.
— Кто ты? — она никак не отреагировала на приветствие, лишь пройдясь по нему ставшим вдруг цепким взглядом. И пусть былой жизни в этом взгляде не было, чейнджлинг был уверен, она не упустила ни одной важной детали, да и под конец в нём мелькнула искра интереса. — Следы проклятья отсутствуют, напряженность магического поля втрое выше среднего значения, физиология отличается от членов единственного улья. Ты — новый Король.
Кивнув, будто решив какую-то загадку, она отвернулась обратно к Министерству.
А вот Цикатрису это не понравилось.
«Разве она не ощущает… Она тоже не ощущает зова?» — паника начала прокрадываться в его сознание:
— Ты… Ты не знаешь?
Кобыла вновь мазнула по нему взглядом.
— Чейнджлинг. Странный, но чейнджлинг. Слишком силён даже для королевской особи. А ещё ты меня искал, — прищурившись, она вдруг полностью повернулась к нему, в её безразличном голосе лязгнула сталь. — Зачем ты меня искал?
Перевёртыш тоже смотрел на неё отнюдь не доброжелательно. Твайлайт сильно отличалась от той, кем должна была быть. Но какая-то часть него, что и гнала его на Зов, умоляла дать ей ещё шанс. Она никому и никогда не отказывала в помощи.
— Я тут чтобы просить вашей помощи, Элемент Магии. От имени своего народа просить о уничтожени... — едва успел он договорить, как от Твайлайт ударила волна магии, характерная для вспышек ярости сильных единорогов, а на её мордочке появилась первая за всё время эмоция — злость.
— Беги отсюда, перевёртыш, — почти прошипела она, пока сам чейнджлинг пытался своей магией сдержать давление. Полностью побороть поток чужой силы не получилось, но устоять он смог. — Я пони, а не… — она оборвала фразу. — Ни твои, ни твоей порченой расы мольбы не заставят меня отказаться от моей добродетели. Мой Элемент - не оружие!
Угли гнева в сознании Цикатриса вспыхнули яростным пожаром, придавая чейнджлингу сил, и от него ударила ответная волна магии, что, пусть и с трудом, но сдерживала давление старого единорога.
Последние воспоминания о том, что пони дали ему в детстве осыпались прахом, когда та, кто символизировала все эти уроки, сама отвергла их, прикрывшись какой-то отговоркой.
— Прекрасно. Раз такова твоя воля… — он взмыл в воздух, понесшись к ближайшей крыше. Гнев все ещё пылал в его разуме, но теперь он соседствовал с расчётом.
Ему нужна была эта кобыла. Её знания, навыки, мощь. Она была одним из главных исследователей и специалистов по магии в Эквестрии, и Цикатрис был уверен, если кто-то ещё знал о существовании не использованных мегазаклинаний, то это она.
Но сейчас Спаркл была слаба. Её мир рухнул, друзья погибли, а раса предаёт свои же идеалы на каждом шагу за крошку хлеба. Пусть для ветерана войны это и не было новым, но у неё всегда была поддержка. Путь к отступлению, мирный уголок. Но не теперь.
Только постоянная опасность, старые враги, что выжили и жаждут мести, желающие ударить в спину. Да, для него определённо было бы не сложно доломать этого колосса на глиняных ногах.
Она запомнила его ауру. И пусть чейнджлинги способны менять даже её, возможно это только с существами, на которых улей постоянно охотится. Если он явится к Спаркл в облике кого-либо обычного для улья Кризалис, его мгновенно раскроют.
Но он не был обычным чейнджлингом.
Миг, и на месте тяжело дышащего от гнева и светящего на всю округу фиолетовым глазами перевёртыша уже находится черный змей, что осмотревшись удовлетворенно зашипел и пополз к одной из трещин в стене.
***
Твайлайт замерла перед зданием Министерства Морали в нерешительности. Она не хотела заходить внутрь. Она знала, внутри её ожидают лишь боль и сожаление. Но что-то внутри так же подсказывало ей — если она не зайдёт, будет ещё хуже. После падения старого мира… Она не была в отчаянии, нет. Когда тебя заваливает в полупустой лаборатории, у тебя нет времени на размышления о судьбах мира. А её именно что завалило. Пони повезло — она была в одной из изолированных тестировочных комнат, когда всё началось. Как раз решила перепроверить расчёты перед испытанием на Трикси последней версии препарата. Ей понадобилось двое суток, чтобы выбраться в общие залы и попытаться найти там выживших. Что же, она нашла. То, что когда-то было Трикси, определённо желало её общества. Но она была не в настроении общаться с получившейся в результате воздействия вылившихся зелий химерой и ударила по ней самым мощным что нашлось в тогдашнем арсенале — «Пламенем Рассвета». Древнее творение Селестии, созданное для уничтожения созданий Дискорда показало свою эффективность, и она сумела сбежать. Ей удалось прорваться сквозь пространственный блок Министерства, но из-за спешки в заклинание перемещения закралась ошибка. Полтора года она провела… где-то. Хоть теория измерений и была одним из основных направлений её специальности, Твайлайт так и не удалось определить, что это было за место. В конце-концов ей удалось выбраться. Вывалившись после этого в телепортационном круге Мэйнхэттена. Но вот открывшийся вид ударил по ней сильнее, чем Трикси могла бы и мечтать со своими иллюзиями. Выжженная дотла пустыня. Радиоактивная и пораженная скверной. Ужасающее напоминание о глупости смертных и бессмертных, что жили когда-то на этой земле, и вечная кара их потомкам. «И все из-за меня… Из-за моей глупости, моей ошибки… Если бы я была быстрее. «Возвышение» могло всех спасти. Но нет… «лишние жертвы недопустимы, у нас есть время», правда?» — пони смотрела на обожженное название Министерства Морали и понимала, что произошедшее — её вина. Ведь Пинки, в отличие от неё, была эффективна. Что бы Твайлайт ни думала про её праздничные минталки, подруга справлялась со своей работой. А она… «Может, просто остаться тут? Позволить мантикорам избавить мир от кого-то подобного…» — однако стоило этой мысли проскочить, как кобыла резко оборвала себя. Ещё сидя в темноте лаборатории, она поклялась, что найдёт своих друзей, чего бы ей это не стоило. Даже если от них остался лишь радиоактивный пепел, они достойны упокоения. И пусть она и была слаба, но предать память о своих друзьях — последнее, что поддерживало её волю там, во тьме лаборатории. Нет. Она была магом в конце концов. А любой маг старой школы знал: магия не терпит слабости. И Твайлайт смогла задавить кощунственные мысли усилием воли. По крайней мере на время. Она обновила анти-радиационный щит и поспешила вперёд, пока у неё ещё хватало решимости. Несколько секунд ей понадобилось, чтобы ввести мастер-код на одном из лифтов, что вели из некогда прекрасного клуба наверх, в вотчину её подруги. Той, кого Твайлайт отвергла в момент, когда Пинки больше всего в ней нуждалась… Первый этаж и клуб вызвали лишь несколько вспышек старых воспоминаний о веселых праздниках и их последней беседе, но, спеша взойти наверх, она лишь мазнула по помещению взглядом. А лифт тем временем поднимался всё выше. — Восьмой этаж, — спустя минуту объявила чудом выжившая система и распахнула двери. Твайлайт замерла. Перед ней раскрылась абсолютно сюрреалистичная картина, будто вышедшая из порождённого магией хаоса кошмара. Куча обгорелых тел заполонили коридор, а на ней сидел уставившийся на неё алыми глазами Совелий. Лишь через несколько секунд в опустевший разум пришла мысль о том, что Совелий уже давно умер от старости, а вид сидящей на трупах совы очень напоми… — Нарушитель, назовитесь, — механический голос раздался от неё, а внутри Твайлайт вспыхнула злость на себя. «Я же сама помогала их разрабатывать! И забыла, посчитав устаревшими… Была тогда права Пинки, моя гордыня меня и погубит.» Энергетическое орудие внизу совы уже начало светиться, так что Твайлайт поспешила исправить ситуацию: — Твайлайт Спаркл. Министр Тайных Наук. Код доступа [H8R6KO] Свечение орудия затухло. — Код доступа принят. Запрос разрешения центрального управления… Ответ не получен, — голос вдруг сменился, на хорошо знакомый Твайлайт синтезированный голос центрального компьютера министерства Морали. — В связи с введением высшего уровня тревоги и уничтожением командного состава управление переходит объекту «Твайлайт Спаркл», как имеющему наивысший командный приоритет. Ожидаю приказов… Твайлайт расслабилась. Ей очень не хотелось сражаться с местными стражами. Даже не потому что они напоминали ей старого друга, но и из-за… Она печально взглянула на тела работников. Это не было первым разом когда она встречалась с непогребёнными телами, но менее печально ей от этого не было. — Простите, — проходя мимо, она могла лишь просить прощения. У неё не было времени хоронить безымянных работников. Анти-радиационный щит был весьма затратен даже по её меркам. Ей и так повезло, что токсичная взвесь в воздухе осела достаточно сильно, чтобы не фильтровать тот по полному протоколу. Дальше в здание Твайлайт прошла без помех, но количество погибших давило на неё. Это всё было большой ошибкой. Глупым недопонимаем двух народов, что привело к катастрофе… И её ошибкой в том числе. Спаркл была самым доверенным и могущественным союзником принцессы Луны, но не справилась со своей ответственностью… Именно её министерство не смогло выполнить основную свою задачу. Финансирование других министерств урезали в пользу её исследований и проектов, в частности бюджеты на постановку защитных барьеров. Наглядные последствия этого окружали её в течение всего пути по зданию. Обожжённые и изуродованные последствия. Однако худшее ждало её впереди. Кабинет Пинки Пай. Как бы сложны ни были их отношения в последние годы, Твайлайт всё ещё в тайне считала ту подругой. Все имеют право на ошибку. И пусть методы Пинки были сомнительны, действовала она из благих побуждений. Колеблющимся копытом Твайлайт открыла дверь в кабинет самой главы министерства Морали. Из-за угла вылетела пара узнаваемых ботов-шпионов министерства, последовав за ней. Администратор всегда должен быть в зоне видимости. По её приказу те выключили свою музыку, так что были почти незаметны. Внутри всё выглядело так же, как и в последний раз, если сделать скидку на произошедший апокалипсис, конечно. Твайлайт внимательно осмотрела кабинет, лелея робкую надежду на то, что Пинки смогла скрыться. Напрасно. Когда-то ярко-розовое тело лежало рядом с одной из стен, ныне покрытое пеплом и пылью, но всё ещё прекрасно узнаваемое. Твайлайт на мгновение замерла, и, с трудом пересилив себя и подступивший ступор, направилась прямо к нему. Она остановилась лишь за несколько шагов, уставившись на известную каждому эквестрийцу метку в виде трёх шариков на боку тела. Ошибки быть не могло. Никаких мыслей у неё не было. Лишь пустота. Краем глаза она зацепилась за яркое пятно рядом с телом. Рядом с ней валялась баночка Праздничных Минталок. «Даже в смерти они сопровождают тебя, не так ли?» — скорбь медленно сменялась презрением. Она слышала от остальных, что Пинки собиралась их бросить. Бросить ради неё. «Что же, прекрасно. Просто превосходно, Пинки. Я говорила, до чего они тебя доведут», — промелькнувшая в разуме злорадная мысль будто облила её холодной водой. — «Нет. Это неправильно. Пусть она и была… зависима, но она делала это ради Эквестрии, ради всех нас. А я теперь…» Отвращение к себе, злорадствующей над телом погибшей подруги, разрушило даже то жалкое подобие душевного равновесия, за которое Спаркл держалась до сих пор. Ведь она предала чуть ли не всё, чему была верна. По своей воле. Опять. Просто сейчас ей повезло — рядом не оказалось никого, кто смог бы воспользоваться её предательством. Например, зебр. Лишь спустя несколько секунд она заметила серую ауру вокруг себя и утекающую магию. «Вот именно. Сильнейший маг Эквестрии, как же. Стоит только чему-то случиться, и я теряю контроль над магией», — она упорно не хотела вспоминать, что это обыденный феномен для единорогов. Колоссальным волевым усилием ей удалось задавить самоуничижительные мысли, что дестабилизировали магию и вобрать энергию обратно. Впрочем, судя по паре Спрайт-ботов, что упали рядом с выжженными маго-схемами, было уже поздно…***
…Князья чейнджлингов: Средь множества видов разум имеющих, необычайные свойства имеют благородные чейнджлинги. Издревле ведомо, что сии твари имеют разум малый, но правят ими ироды хитрые и могущественные, коих лишь Богини наши не страшатся. Родиться же они могут, коли для Роя опасность есть, али Князь аль Княгиня к смерти близки. Боле могучий средь своих братьев чейнджлинг в кладке скорее остальных растет, пожирая родичей, вслед чего сила великая ему дается, да контроль над собратьями…
Примечания:
Бета был здесь.
