Случайная встреча

- Что это? – спросила я, глядя на конверт в собственных руках. - Открой и увидишь. – Шеннон невозмутимо скрестил руки на груди и облокотился на тумбу, но глаза его внимательно следили за моими движениями. Было видно, что он с нетерпением ожидал увидеть мою реакцию. Дрожащими руками я вскрыла конверт, внутри лежала пластиковая банковская карта. Непонимающим взглядом я уставилась на мужчину. - Теперь ты можешь спокойно бросить эту гребанную работу и жить в свое удовольствие, ни о чем не заботясь. Сумма там приличная, можешь спокойно тратить, постепенно я буду добавлять еще. Я была просто в шоке! От возмущения у меня даже слова в горле застряли. Однако Шеннон видимо не совсем верно истолковал мое молчание. - Теперь ты можешь спокойно учиться, и на рисование у тебя теперь тоже время найдется. Если хочешь, можешь даже поменять квартиру, я тебе с этим помогу. Да и тачку тебе пора бы поменять, а то она больше на ржавое корыто похожа, а не на приличную машину. И вот тут уже мое терпение лопнуло. Я всю жизнь горбатилась и была вынуждена экономить буквально каждую копейку, но я не привыкла быть кому-то обязанной, тем более в таком объеме. - Извини, Шеннон, - произнесла я, всячески стараясь скрыть свое раздражение, - я не могу принять этот… подарок. Для меня это слишком… - Что слишком? – возмутился Ше, - я не понимаю! Ты говоришь, что устаешь от работы, и что у тебя нет времени на себя, учебу, друзей, но упорно отказываешься от моей помощи! Почему? Это же глупо! Я от этого не обеднею, да и взамен я у тебя ничего не прошу. Просто я хочу, что бы ты могла почувствовать себя человеком, а не загнанной в угол, обессиленной лошадью. - Что? – я просто взорвалась, от переполнявшего меня возмущения. - Пусть, по-твоему, я и лошадь, но, по крайней мере, не содержанка, чем и горжусь. Я лучше буду пахать, не разгибая спины, чем жить за чужой счет. Я не ищу себе богатеньких «папиков», и не собираюсь. Если ты считаешь меня своим другом, то больше не поднимешь этот разговор, и не станешь больше оскорблять меня подобным образом! - Нет, ты не лошадь, - взревел Шеннон, - ты упрямая ослица! Тебе проще терпеть постоянное унижение от своих неадекватных клиентов, а я тебя, видите ли, оскорбил. Вертеть полуобнаженным задом для тебя тоже было куда как приличнее, чем принять от меня помощь! Тем более, что я тебе не какой-нибудь «папик», а твой друг, и именно поэтому мне ничего не нужно от тебя в замен. Я просто хочу, чтобы тебе хотя бы чуточку стало легче жить. - Шеннон, - пыталась успокоиться я, - прости, конечно, но давай не будем переходить на личности и заводить наш разговор в тупик. Пойми, меня все устраивает в моей жизни, и я не хочу, что бы в нее вмешивались, но и ссориться с тобой мне тоже очень бы не хотелось. И если ты позволишь мне заметить, я вовсе не вертела ни перед кем задом, а танцевала! И, между прочим, я бросила довольно-таки не плохо оплачиваемую работу только из-за твоей прихоти. В то время как источник твоего дохода мне как раз – таки и неизвестен. - Так ты все еще считаешь меня бандитом? – зло усмехнулся Ше, - но не определилась еще кем именно? Ну, так и кто же я: маньяк, насильник, угонщик, взломщик? Или может быть в твоих фантазиях я вообще наркобарон? Ну, что же ты молчишь, мне тоже интересно! - А что мне думать, - парировала я, не менее раздраженно, - что ты банковский клерк, получающий миллионы, и раздаешь их налево – направо, или ты хочешь сказать, что деньги на крутую тачку, новую квартиру и все остальное ты заработал, разнося газеты? А? Лицо Шеннона посерело, он глубоко вздохнул, видимо, стараясь успокоиться и не наорать на меня. - А знаешь, я ведь и в правду угонял машины, - выдохнул он, - и с наркотой проблемы были и очень серьезные, да и так по мелочи. У меня были большие проблемы, очень. Я искал себя, но в результате напрочь запутался. Это было самое тяжелое время моей жизни. В общем, в свое время я натворил немало дел, но это было давно. Джаред смог-таки вытащить меня из этой клоаки, и за это я всю жизнь буду ему благодарен. Но повторяю, этот этап моей жизни был давно пройден, сейчас я зарабатываю деньги вполне легальным путем. С моей души свалился огромный камень, прямо целая скала. Мне даже стыдно стало, в каких грехах я его обвиняла! Но злость, тем не менее, никуда не ушла впрочем, как и мое язвительное настроение. - Ну, и кем же ты тогда работаешь? Может ты бизнесмен или президент банка? - Желчь так и текла из моих уст, и когда же она иссякнет? – Прости, Ше, - я виновато опустила голову и пыталась придать своему голосу нотки сожаления, - это не мое дело. Я не должна была тебя ни в чем обвинять, я просто не имею на этого права. Прости… Я подошла к нему, уткнулась головой в его грудь, не в силах заглянуть в глаза. Но более всего я старалась не заплакать, хотя чего уж там, я попросту боялась разреветься. - Прости, ты не должен передо мною оправдываться, и мне все равно, как ты зарабатываешь себе на жизнь. Даже если бы ты и в правду был бы мафиози, я не в праве тебя укорять или осуждать. - Знаешь, наверное, ты прав, я и впрямь в большинстве случаев веду себя как тупая ослица. Прости меня, если сможешь. Дыхание мужчины стало выравниваться, его руки обняли меня за талию, прижимая покрепче, будто я пыталась убежать. Тепло и спокойствие разливалось по моему телу, я вдыхала знакомый запах его тела, ставший мне почти родным. В объятиях Шеннона я ощущала себя защищенной, как за каменной стеной. Хотя еще пару минут назад он был единственным, кого я до жути боялась. И как я могла его так обидеть? Нужно было просто вежливо отказаться от денег, и спокойно объяснить причину отказа. Он бы точно понял, но ведь еще не поздно? К тому же многие говорят: «Лучше поздно, чем никогда». - Некоторые девочки из клуба, в котором я раньше работала, развлекали мужчин за деньги, – тихо начала я свой рассказ. – Не то, чтобы они были обычными шлюхами, нет. Просто они выбирали себе «папика» побогаче, и жили за его счет, посещая с ним различные вечеринки, и удовлетворяли их потребности по ночам. Перед ними они всячески изощрялись, пытаясь привлечь к себе как можно больше внимания, а за спиной поливали грязью, называя их безмозглыми импотентами и ходячими кошельками. Те в ответ снимали им квартиры, задаривали украшениями, грязно лапали и хрюкали от удовольствия прямо в ухо. Все это казалось мне противным и неправильным. Я не понимаю, как так можно. Я не переношу лжи и лицемерия, а тем более в такой форме. Мне вообще не понятно, как можно терпеть, когда к тебе подобным образом прикасаются чужие люди. Это же просто противно! Мне пару раз предлагали развлечься, - в этот момент я почувствовала, как руки мужчины сжались в кулаки, - но я отклоняла любые предложения, да и от подарков отказывалась. Ты только не обижайся, но когда ты пытался предложить мне деньги, я просто вспомнила одного из них. Нет, я, конечно же, уверенна, что ты совершенно другой, ты вообще самый лучший человек на планете. Но вся эта вечная недосказанность между нами, твое странное поведение порою… Вот я и сорвалась. Рука Шеннона нежно коснулась моего подбородка. Я подняла взор. Его глаза были темными, зрачки широко раскрыты, но в них не было злости. Наоборот, мне показалось, что их переполняла теплота и забота. Я перевела взгляд на его приоткрытые, слегка влажные губы. Он всегда их облизывает, когда нервничает. Мне так захотелось прикоснуться к ним, попробовать их на вкус, ощутить их тепло и легкую шероховатость. Щека под его рукой пылала огнем, адреналин вместе с кровью бежал по венам. Я забыла обо всем на свете, и хотела было потянуться к заветной цели, но тут его губы пошевелились, и Шеннон заговорил.