Пять придурков и один вовлечённый

      — Не могу поверить…       Сложно было сказать наверняка, в который уже раз подряд Чуя повторял эту фразу. Обычно он ходил в быстром темпе, но на этот раз решил намеренно замедлять каждый свой шаг, лишь бы как можно сильнее оттянуть тот момент, когда он и его спутник прибудут в место назначения.       — Я не могу поверить, что позволил себя в это втянуть, — в голосе рыжеволосого уже отчётливо слышалась безнадёга.       — Да будет тебе, Чуя-сан. Мы ещё даже не пришли, а ты уже нагнетаешь. Вот увидишь, ты ещё спасибо скажешь за то, что уговорили тебя пойти, — идущий рядом с мальчиком Липпман мягко произнёс эти слова и лучезарно улыбнулся, подбадривая, — прямо как внезапно выглянувшее из-за туч тёплое солнце.       Только вот, прямо в этот момент тёмные тучи в мыслях Чуи сгустились так плотно, что пробиться через них вовсе не представлялось возможным. А ведь день начинался так хорошо…       Всё случилось пару-тройку часов назад.       День начинался так хорошо… Пока во время обеденного перерыва Чуи в бар-бильярд, где он работал, не завалилась пятёрка Флагов, предложив передохнуть и сыграть в карты — в классического «Дурака», обычный дружеский поединок. Только вот играли они в итоге на спор.       «А проигравший — сегодня же после рабочего дня отправится с Липпманом в СПА!» — так и заявил Пианист со своей неизменной улыбкой. Только вот, на этот раз его улыбка отчего-то так и сквозила коварством. По крайней мере, именно так это выглядело в глазах Чуи.       Учитывая этот факт, несложно догадаться, кто «по счастливой случайности» оказался тем самым проигравшим.       — Ха-а-а-ах… — измождённый вздох Чуи больше напоминал предсмертное мычание быка, которого ведут на убой.       — Поздно уже вздыхать — мы наконец-то пришли, — Липпман так и светился от радости, взяв подростка за руку и потянув за собой. — Пойдём, я тебе всё здесь покажу!       Одного взгляда на представшее перед ними огромное роскошное здание с глянцевыми стеклянными стенами и стильно оформленным увесистым логотипом у входа было достаточно, чтобы понять — это место явно не для обычных людей. Элитный СПА-салон, по весьма нескромным ценам предоставлявший самые различные услуги на любой вкус и цвет: всевозможные ванны и личная сауна, десятки видов массажа, депиляция, пилинг, косметические услуги, уходовые процедуры для лица и волос, маникюр, педикюр — чего там только не было. Как женщины, так и мужчины из высшего общества были завсегдатаями подобного места. Сюда стекались обеспеченные люди из самых разных сфер жизни: бизнесмены, актёры, певцы, блогеры и модели — каких только популярных личностей здесь ни встретишь.       Сам Липпман, будучи известным актёром, также являлся постоянным клиентом этого СПА-салона. Здесь он был как рыба в воде. Чего не скажешь о Чуе, который… ну, мягко говоря, не особо вписывался в подобное место, да и попросту к такому не привык. И дело тут было вовсе не в финансах: работая в мафии и добившись там немалых успехов, деньгами он был явно не обделён и если бы хотел, то мог позволить себе ходить в такие салоны хоть каждый день. Только вот она проблема: он не хотел. По своей воле Чуя сюда никогда бы не пошёл.       И прямо сейчас парень думал лишь о том, как бы ему ещё на самом входе не провалиться под землю от собственного чувства неловкости.       Он подумал, что самым безопасным решением будет просто попытаться слиться с окружением, и даже не поднял глаз от пола, когда у стойки администрации симпатичная девушка вежливо поприветствовала гостей:       — Здравствуйте! Господин, вы сегодня не одни?       «Пусть Липпман сам делает всё, что нужно», — подумал Чуя.       — Я привёл друга. Он здесь впервые, но я уверен, что ему понравится, — сказал молодой актёр.       — Желаю вам приятно провести время.       «Я хочу домой», — только и успел подумать подросток, когда путей к отступлению уже не осталось.

***

      — Ладно, Чуя-сан, начнём твою экскурсию в мир СПА, — улыбнувшись, Липпман сложил ладони вместе. — Сперва нам нужно принять душ.       — Душ…? Прямо здесь?       — Ну да. Перед последующими процедурами кожу необходимо очистить и распарить. Да и это банальное правило этикета.       Чуя едва заметно поморщился. Он-то всё понимал. Только вот, кажется, идея принимать душ в общественном месте вызывала у мальчика дискомфорт и даже чувство брезгливости.       Подведя подростка к обширной стойке с косметикой, блондин пояснил:       — Гляди, здесь есть средства на любой вкус. Ты здесь впервые, так что можешь не торопиться. Рассмотри всё внимательно и выбери то, что тебе понравится.       На полках были представлены всевозможные средства гигиены, от которых глаза разбегались. Мыло, шампуни и гели для душа — каждая из упаковок содержала в себе продукт высочайшего качества.       — А не всё ли равно? — вздохнул Чуя, уже собираясь взять с полки первое попавшееся средство. — Грязь отмоет, и ладно.       — Чуя-сан, ты что…? — актёр так и ахнул, положа руку на сердце. В этот самый момент он выглядел оскорблённым до глубины души.       Парень тут же понял свою ошибку. Он скривился от одной мысли, что ему сейчас придётся выслушать двухчасовую лекцию по уходу за собой с конкретными примерами из личного опыта.       Чуя определённо любил чистоту. Но он никогда особо не заморачивался: брал с полок магазинов первое, что на глаза попадётся; доставал из шкафа рубашку наугад. Помылся, пришёл на работу в чистом — и хватит с него. А вот Липпмана, ежедневно тратящего уйму времени на различные процедуры по утрам и вечерам, и бесконечно крутящегося перед зеркалом, такой расклад явно не устраивал.       — Как тебе может быть всё равно? Каждое из этих средств… Они же все совершенно разные! — Тем временем, Липпмана уже понесло. Обхватив подростка за запястья, он взволнованно и с негодованием затараторил: — Одни увлажняют кожу, другие, наоборот, её подсушивают. Одни сужают поры, другие их расширяют. Есть мыло и гели со скрабом, а есть просто очищающие. Бывают и специальные средства для чувствительной или склонной к аллергии кожи, на натуральной основе, с отдушками и без. Чтобы правильно подобрать для себя средство ухода, нужно знать свой тип кожи: сухая она, жирная или комбинированная. И с волосами всё то же самое. Если использовать продукт, который тебе не подходит, то на коже может возникнуть раздражение, и она начнёт шелушиться, а волосы станут сечься, и появится перхоть!       — Ого… — Чуя впрямь выглядел поражённым и, глядя товарищу в глаза, искренне поинтересовался: — Знаешь, у меня только один вопрос: зачем в твоей голове столько бесполезной информации? Тебе заняться больше нечем?       — Эта информация крайне полезна! Уход за собой — крайне тонкая наука, и ошибок в ней допускать нельзя! — воскликнул Липпман.       — Ладно, ладно! Я понял. Отстань уже от меня, — сказал мальчик, высвободившись из хватки друга. Снова вздохнув, он обратил внимание на полку. — Короче. Попробую вот это. — С этими словами, он потянулся к случайной бутылочке. Это был увлажняющий гель для душа с ароматом под названием «дикий персик». Открыв крышечку, он принюхался: — Пахнет вроде приятно. Тогда его и возьму. О, тут и шампунь из той же серии есть. Прекрасно.       Наконец отстрелявшись, рыжеволосый развернулся и поспешил удалиться.       — Но ты ведь другие даже не посмотрел! — заявил ему вслед Липпман.       Однако Чуя уже не обращал внимания. Даже не оборачиваясь, он лишь помахал рукой, как бы говоря «мне наплевать», и направился к душевым кабинам.       — Ну что ты с ним будешь делать… — улыбнувшись, Липпман безнадёжно покачал головой.

***

      Далее у них следовал массаж. На самом деле, Чуя не очень-то любил, когда к нему лишний раз прикасались. Но тут расслабляющая атмосфера, негромкая приятная музыка, ароматические свечи, разогревающие масла — всё это создавало вокруг такое умиротворение и уют, что сопротивляться уже не хотелось. Хотелось наслаждаться.       Не было сомнений в том, что здешние массажисты являлись профессионалами своего дела: их руки без проблем находили те самые точки на теле, где болит, сковывает или ломит, помогая привести в чувство напряжённые и измождённые мышцы. В какой-то момент Чуя настолько расслабился, что его понемногу начало клонить в сон. Он прикрыл глаза, просто мирно наслаждаясь таким редким в его жизни моментом тишины и спокойствия.       Но тут, сквозь сомкнутые веки он ощутил на мгновенье возникший белый свет.       — Упс. Я забыл выключить вспышку.       Ну да. Как Чуя мог забыть о таком простом правиле: никогда и ни при каких обстоятельствах нельзя расслабляться, если рядом с тобой находится твой друг-дуралей. Даже если вы в СПА-салоне, и он всего лишь лежит на массажном столе по соседству.       Чуя нехотя приподнял голову и проворчал:       — Какого хрена? Я же сто раз говорил не фотографировать меня исподтишка, — в таком состоянии ему было лень даже злиться. Но выбора не оставалось. — Стесняюсь спросить, откуда ты сейчас достал свой телефон?       Липпман лишь невинно улыбнулся:       — Не недооценивай меня. Как любая уважающая себя медийная личность, я всегда держу мобильный при себе.       — Зачем тебе эта фотография? На мне же кроме полотенца ничего нет. Удали, сейчас же! — подросток сделал выпад рукой вперёд, но до гаджета так и не достал.       — Прошу, не двигайтесь, — девушка-массажист вернула плечи Чуи в исходное положение.       — Прости, но я не могу. Когда ещё увижу у тебя такое спокойное и расслабленное выражение лица? — промурлыкал блондин, вглядываясь в экран своего телефона.       — Ты что, извращенец? — в голосе Чуи послышалось отвращение.       — Что ты, — Липпман тихонько фыркнул. — Просто я заметил одну вещь: ты сам почти никогда не фотографируешься. Знаешь, снимки хранят в себе воспоминания обо всей нашей прожитой жизни. И раз уж ты сам не коллекционируешь эти воспоминания, то этим должен заняться кто-то другой. Я подумал, что такая миссия будет мне вполне по силам. — Молодой актёр тепло улыбнулся, мечтательно произнеся: — Я сохраню все твои лучшие воспоминания о времени, проведённом с нами.       На этот раз Чуя не стал язвить, но всё ещё глядел с недоверием.       — Я никому не покажу. И уж тем более никуда не буду выкладывать это фото. Так что перестань уже смотреть на меня как на злодея, ладно? — молодой человек приподнял брови, как бы умоляя о снисхождении к своей персоне.       Рыжеволосый парировал:       — Хах. Ты хотел сказать: «Не покажу никому, кроме четверых балбесов, с которыми я не разлей вода»?       — Подловил, ха-ха, — Липпман хихикнул. — Ладно. Кроме них — никому. Обещаю.       — Обещаешь? — Чуя изогнул бровь. — А вот твоя лисья морда говорит об обратном. Почему я должен тебе верить?       — Обижаешь. Раз я пообещал другу, то выполню, — уверенно заявил блондин без нотки сарказма.       Чуя ещё пару секунд вглядывался в лицо товарища, пытаясь уловить в его выражении нотки хоть какого-то скрытого умысла. Но так ничего и не нашёл.       — Да пошёл ты в жопу, — сдавшись, Чуя устало вздохнул и рухнул обратно на подушку.       В таком положении хотя бы выражение его собственного лица в тот момент никто не мог увидеть.

***

      Далее по списку следовали уходовые процедуры для лица и волос. Между нанесением масок и последующим походом на маникюр и педикюр у них выдалась небольшая передышка, так как средствам нужно было определённое время, чтобы напитать кожу и волосы.       Наконец, двое молодых людей остались одни и могли поговорить без посторонних ушей.       — Ну, как ощущения? — поинтересовался актёр. — Уже начинаешь втягиваться?       — Я… пока не знаю. — Рыжеволосый замялся. — Тебе самому разве не надоедает? Я имею в виду, вроде же ничего особенного: ты просто сидишь в кресле или лежишь на койке, пока персонал тебя обхаживает. И на это люди тратят столько денег и времени…       Тот лишь слабо рассмеялся:       — Как мне может надоесть такое райское место? Ухаживать за собой и хорошо выглядеть — для меня это как часть работы. Но есть и ещё кое-что. Видишь ли, здесь я могу хоть на несколько часов позволить себе ни о чём не думать, очистить свои тело и разум от всего лишнего. Забыть о проблемах, деньгах или о времени. Забыть и просто раствориться в моменте. — Подняв руки, Липпман сладко потянулся. По его лицу скользнула лёгкая грусть, когда он договорил свою мысль: — Если выдаётся свободный выходной, я, порой, могу позволить себе провести в подобных уединённых местах целый день. Только вдумайся: мы находимся здесь словно в коконе, где внешнему миру нас просто не достать. Я никогда не знаю, смогу ли вернуться сюда снова. Наступит ли тот самый «следующий раз»… Поэтому пока я здесь, хочу наслаждаться каждой секундой. Ведь в такие моменты я чувствую себя по-настоящему живым. В такие моменты я чувствую, что… темнота отступает.       Чуя молча задумался.       Он прекрасно понимал, о какой «темноте» идёт речь. Липпман, как и сам Чуя, будучи членом мафии знал, что каждый день, каждый час, даже самая крохотная минута — у него на счету. Он действительно не мог предугадать, будет ли «следующий раз», и вообще наступит ли «завтра». Именно поэтому он не жалел ни денег, ни времени на то, чтобы при любой возможности баловать себя походами по модным кафе, ресторанам, СПА-салонам и бутикам — по таким местам, где хоть на какой-то миг преступный мир его просто не достанет. Для таких, как они, — жителей мира темноты — безоговорочно действовал принцип «если не сейчас — то когда?»       Чуя ничего не ответил. Вместо этого он просто закрыл глаза и попытался «раствориться в моменте», как и посоветовал друг.       И правда. Если не сейчас — то, возможно, уже никогда.

***

      Как бы Липпман ни старался растягивать удовольствие, их день СПА подходил к концу. Неспешно шагая по коридору в направлении выхода, Чуя поинтересовался у товарища:       — Ладно. А теперь скажи мне честно. Пианист ведь специально всё подстроил так, чтобы проигравшим в сегодняшнем споре оказался именно я? Наверняка он как-то пометил карты или вроде того.       — Ах-хах, — в ответ блондин лишь уклончиво рассмеялся, прикрыв рот рукой.       Он не подтвердил, но и не стал отрицать. Этого было и не нужно: Чуя и так всё понял.       — Так и знал. Вот ведь хитрожопый мудак, — подросток в негодовании сжал свой кулак.       — Поверь, он хотел как лучше, — мягко сказал Липпман.       «Неужели…?»       Чуя вдруг задумался о том, что поначалу и не приходило ему в голову.       В последнее время подросток работал даже больше обычного (мысль о том, чтобы стать исполнителем, всё никак не давала ему покоя) и даже не заметил, как во всём его теле накопилась мышечная усталость, а особенная тяжесть появилась в области плеч и спины. Сам Чуя не придавал таким мелочам значения.       «Неужели он заметил?»       А вот лидер Флагов подмечал все детали.       «Поверить не могу…»       Чуя покачал головой, а вслух саркастично произнёс:       — В следующий раз его самого бы сюда отправить. Тогда посмотрим, как он запоёт.       Липпман усмехнулся:       — Вообще-то, он и так периодически ходит сюда со мной. Ему нравится.       «Да ладно…»       Мальчик снова покачал головой.       «Впрочем, чему удивляться?» — подумал он. Не было ничего неожиданного в том, что два главных красавчика из Флагов спелись на теме ухода за собой.       Чуя решил: ему ещё повезло, что компанию в сегодняшнем походе в СПА ему составил именно Липпман. Пианист может и рад был бы сходить, да только вот босс, как он слышал, снова завалил его заказами на фальшивые купюры, так что ближайшие пару дней ему точно будет некогда прохлаждаться. А вот с оставшейся троицей точно возникли бы проблемы для всех окружающих: Док со своим хрупким телосложением усердного массажа мог вовсе не пережить, рассыпавшись в процессе; ходячий паровоз Ледяной, привыкший закуривать свою сигарету всегда и везде, точно обратил бы на себя гнев всех сотрудников, и его бы отсюда попросту выставили; а что касается Альбатроса… скорее всего, он бы просто не удержался от возможности поделиться со всеми своей шуткой о том, что «педикюр» возник от слова «педик», и это обернулось бы катастрофой, приправленной массовым «испанским стыдом».       — Ну, Чуя-сан, скажи. Только честно. Тебе ведь по итогу понравилось? — поинтересовался актёр.       Понравилось ли? Что ж, плечи подростка, его спина и поясница в данный момент были более чем благодарны профессиональным рукам массажистов, которые тщательно поработали над каждой группой его мышц. Больше не ощущалось прежней тяжести и скованности, всё тело казалось куда более лёгким и податливым. Будто он наконец сбросил тяжеленный груз, который долго-долго тащил на себе. Кажется, Чуя впервые осознал, что означает фраза «словно заново родился». А ещё, как бы ему ни хотелось это отрицать, но вроде как мальчик даже начал понимать, почему подобные этому салону заведения столь популярны и людям не жалко на них тратиться.       Так понравилось ли ему в итоге? Это ещё мягко сказано. Он определённо получил удовольствие.       Только вот напрямую признаться в этом вслух оказалось непростой задачей.       — Ну… не могу сказать, что мне прямо совсем НЕ понравилось… — стал растягивать слова рыжеволосый, замявшись. — В общем, это… Это не было ужасно.       — Ха-ха-ха. Ну же, не нужно так смущаться, — Липпман добродушно рассмеялся, так и прильнув к мальчику и обняв его за плечи. Он с энтузиазмом добавил: — Знаешь, сегодня у нас было не так много времени, так что мы не успели опробовать и половины процедур, которые здесь есть. Нужно будет обязательно повторить! Гидромассаж, ванны, обёртывание, депиляция… Ты должен ВСЁ это попробовать.       — Депиляция ТОЧНО нет! Ты совсем с ума сошёл? — тут же возмутился Чуя. Повезло, что он знал значение этого слова.       — Ладно. Тогда как насчёт обёртывания? Шоколадного, например? — предложил блондин.       — Что, прям с шоколадом? — сомнительно изогнул бровь мальчик.       — Прям с шоколадом, — кивнул товарищ.       — Бред какой-то…       — Ну тогда ванны точно попробуем. Тут есть какие захочешь: травяные, минеральные, грязевые…       — Грязевые? — Чуя вздохнул. — Разве смысл ванны не в том, чтобы избавляться от грязи, а не наоборот? Не понимаю я этих заморочек…       — Ахах, ничего. Ты привыкнешь, — улыбнулся Липпман. По-прежнему прижавшись к другу, он продолжал уговаривать: — Думаю, ванны с гидромассажем тебе точно должны понравиться. Они расслабляют тело ничем не хуже обычного массажа, который ты сегодня уже опробовал. Ну, что скажешь? Сходим в выходные вместе? Выделим на это целый день.       — Нет у меня времени… — предпринял тот последнюю попытку отвертеться.       — Не выдумывай, в выходные время всегда можно найти. Стесняться нечего, я не брошу тебя одного. И Пианиста с собой возьмём. А то он от своей работы скоро совсем закиснет. Ну, Чуя-сан? Сходим в следующий раз?       — Да блин, вот пристал! Давай так… Я подумаю. И отпусти уже меня, сколько можно липнуть!       — Ах-ха-ха. Ура!       — Не радуйся. Я ещё ничего не пообещал.       Этот следующий раз… он обязательно настанет.