Культурный код

Мурок, каким бы холодным, неприветливым и бедным ни выглядел, не был абсолютно недружественным. Нет, конечно, он был полон орков, которые предпочитали нападать на гладкокожих людей, увешанных красивыми блестяшками, разных изгоев (кое-кто до сих пор жалел, что с кукловодом поговорить не удалось, но не слишком громко — досталось всем), да и попросту местной живности, которая жила впроголодь и позарилась на коней, но методом проб и ошибок отряд выяснил, что ищущий — всегда найдет. В частности, им удалось найти едва ли стабильное поселение местных жителей, которые в обмен на кой-какие припасы и блестящую мелочевку решили не только не нападать на чужаков, но и принять их как почетных гостей. К последнему в целом они уже привыкли, но вот в орочьем исполнении такое случалось с ними впервые. Поселение пахло шкурами, кислым молоком и еще чем-то странным, что Искатели Сокровищ не узнали, но каждый разработал свою версию, кои, как после выяснилось, были одна другой гаже, но выиграл традиционно Тейн. Шатер шамана орков был, казалось, источником этого запаха, добавляя к ней стойкую вонь самогона. Или чего-то похожего. Судя по позеленевшим лицам Билла и Кристиана, они едва сдерживали рвотные позывы. Матиуш отнесся к этому оружию массового поражения философски: и не такое встречали, плавали, знаем. — Моя твоя угощать! — орк часто-часто кивал головой, демонстрируя неровный и прореженный заборчик бурых пеньков, заменявших ему зубы. — Заходи-заходи! Вежливое «Нет, спасибо» застряло у Тайлера в горле, да так, что ему пришлось откашляться, чтобы оно хотя бы провалилось обратно и булыжником улеглось в желудке, обещая, что он еще пожалеет об этом. Если первое слово еще туда-сюда, то второе, может, жителям Мурока и вовсе знакомо не было… Внутри шатер удивительным образом не был больше, чем снаружи, поэтому троим мужчинам пришлось изрядно потолкаться, бряцая броней, звеня мечами и ругаясь (преимущественно со стороны мага), прежде чем им удалось рассесться на таких же волосатых шкурах на полу. Билл трагически попыхтел, но так и не смог совладать с массивными доспехами, так что просто вытянул ноги перед собой, почти через все жилище. Хозяин между тем с пугающим энтузиазмом шуровал на том, что за неимением лучшего слова приходилось называть кухней. Мутные банки со странным содержимым, свисающие с шестов пахучие мешки, что-то совсем уже неопознаваемое… Тейн почувствовал себя как дома, а точнее как в алхимической лаборатории в Академии — очень уж похоже. И там и там класть что-то в рот было чревато абсолютно непредсказуемыми последствиями, вплоть до открытия третьего глаза чуть пониже поясницы… — Твоя держи! — шаман неожиданно проворно сунул магу в руки грубую глиняную миску, а затем щедро одарил его каким-то густым варевом с разнообразными комочками, кусками разной плотности и даже слизевой бородой, хвостом свесившейся с краю. — Твоя ешь в моя шатер, моя большая честь! — Что это? — прошипел Кристиан самым уголком рта, не разжимая губ, точно опасаясь, что иначе угощение само туда прыгнет. Орк кивал и широко улыбался, показывая толстым мозолистым пальцем на миску, но ничего не объяснял, отчего ситуация казалась все более подозрительной. — Давайте выльем, а? — трагически прошипел Билл. — Если умирать, то в бою с Хаасом… а не орочьим супом! — Салаги, — Тейн презрительно, с видом матерого отравителя-экспериментатора, оттопырил нижнюю губу, схватил миску и, глубоко вдохнув, залпом ее осушил. Это определенно произвело впечатление на орка, который так и застыл, опасно широко раскрыв рот от удивления. Его выражение почти зеркально повторяли остальные Искатели, только у Тайлера оно было с ноткой скорби о безвременно почившем боевом напарнике, а у Билла — ужаса. Тейн утер рот тыльной стороной ладони и вручил миску все еще ошеломленному шаману. — Это просто грибной суп, — снисходительно сообщил он. — Кстати, весьма неплохой. Эй, уважаемый, а что там за грибы? Ядрененькие такие. Рецепт не черканете? Хозяин отошел к одному из своих ящиков и почти тут же вернулся, безмолвно держа на раскрытой заскорузлой ладони крепенький грибок — удивительно даже, что он таким вырос в этих краях, и его не сожрали ни местные жители, ни черви. Впрочем… — У него красная шляпка в белую точку, я правильно вижу? — помолчав, уточнил Матиуш. — Да, — слабо подтвердил Тайлер. — Ну слава всем богам, а то мне мракобесы верхом на гусенице с лицом Шивариуса вид закрывали, — обрадовался маг, закатил глаза и медленно завалился на бок, Билл едва успел подпереть его плечом. Тайлер склонился над поверженным товарищем, помахал ладонью перед его лицом, подержал за запястье, считая пульс. Жив и, похоже, наслаждается собой и всем тем бредом, который его посетит после мухоморов. — Моя не думать его пить вся суп! — шаман заломил руки, глядя на паладина, к которому теперь перешла миссия переговоров с аборигенами. — Никто не пей вся суп, орк делиться всем! Ваша пей, ваша весело быть, теперь его красивые картинки смотреть долга-долга… Пошли, пошли. Орк выпроводил Искателей из шатра, оставив блаженно улыбающегося Матиуша смотреть в потолок и вести очень серьезную философскую беседу со своим большим пальцем. Для гостей откуда-то приволокли бревно, положили у костра и усадили, не слушая слабых протестов и просьб дать проследить за другом. Одна из женщин — по крайней мере, Гилберт предположил, что это была женщина и цеплялся за эту версию изо всех своих недюжинных сил — на удивление доходчиво объяснила на их ломаном наречии, что все с экспериментатором будет хорошо, проспится и будет как огурчик. При последнем слове она как-то мечтательно улыбнулась. Билл постарался это забыть. Затянувшаяся стоянка в конце концов оказалась неплохой: местные и сплясали с бубном, и спели, и даже рассказали какую-то легенду, которую Искатели не поняли и не запомнили, но договорились не говорить об этом Матиушу — иначе он в антропологическом угаре снова застрянет здесь, маниакально выпрашивая еще историй и преданий. Есть, впрочем, Билл и Кристиан больше не рисковали, взамен угостив частью своих запасов радушных хозяев, и спать легли отдельно, разбив лагерь неподалеку от шатра шамана. С утра помятый и с диковатым взглядом Тейн явился на свет, недоуменно щурясь и придерживая голову рукой, словно опасаясь, что иначе она улетит. А может, и не словно. На увлеченно кашеварящего воина он посмотрел с плохо скрываемым отвращением и принялся самостоятельно варить себе какой-то отвар из трав — на вид не лучше давешнего супчика, Кристиану так и хотелось мысленно перепутать слоги в описании сего продукта. — Ты в порядке? — сжалился паладин, когда Матиуш уронил походную алхимическую посудину себе на ногу и ограничился всего лишь одним богохульством. — Я целую ночь наблюдал такое, до чего сам бы не смог дойти своей фантазией, — поведал маг. — Вот ты когда-нибудь ловил рыбу седлом, а тут мимо проплывает шестиногая лошадь в шлеме с перьями и говорит, что нога в огороде, скоро зима? Со мной почему-то это уже дважды бывало… — Ты хотя бы понял, что не стоит пить и есть что попало? — Кристиан полагал, что это очевидный вывод, но с чародеем никогда нельзя быть уверенным. — О, я вообще-то слышал краем уха, что у орков так принято, но вот проверить до сих пор не удавалось, — беззаботно сообщил Тейн. — Ну и подумал, что безопаснее будет, если вы останетесь на страже стоять, а то проснулись бы все втроем без штанов в местной выгребной яме. Они одновременно содрогнулись, представив себе такое пробуждение. — Но почему ты это сделал?! — все еще недоумевал паладин. — Достаточно было спросить! — Нет опыта лучше собственного, — изрек Тейн. — И потом, у нас не было выбора. Отказ от ритуального угощения привел бы к конфликту. Нас бы зарезали ночью. — Да? — несколько подобрел Тайлер. — В теории, — уклончиво ответил маг, и Кристиан понял, что с добротой сильно поторопился.