Культурный код

— Понимаешь, — Амели заглянула в кружку и с удивлением обнаружила, что она уже пуста, — здесь все слишком… так… При дворе отца она, вообще-то, никогда не пила пива — такой напиток считался слишком грубым для принцессы, которой полагалось пить вино, шампанское, в крайнем случае какие-нибудь эльфийские настойки. Так что знакомиться с более приземленными вещами пришлось в компании наставников, которые хотя бы делились общепризнанными напитками и историями о более экзотических, вроде мухоморного самогона и сваренных наставником Тейном зелий. Попробовать не предлагали, но так смеялись, когда вспоминали, что становилось очевидно — есть там какая-то история, которую они почему-то не хотят рассказывать воспитаннице. Амели не раз вызывала их на поединки — арм-рестлинг и магические — в надежде вытащить из них правду, но выиграть до сих пор не удавалось. Но на Теане не было ни отца, ни фрейлин, ни прочих придворных, которые орлами следили за ее поведением и соблюдением этикета. Оставалось воспитание, но оно несколько уходило на задний план под тяжестью обязанностей и ответственности. Одно дело — быть дочерью Богов в своем мире и бесценным даром королю-отцу, совсем другое — бонусом к этому прибыть в другой мир за помощью и оказаться в центре древнего пророчества, сделанного ангелом Бога Войны. Всем нужно отдыхать, а в хаба-хаба с ней уже никто не соглашался рубиться. — Вот подумай, — она подняла глаза на Горбуна и протянула ему кружку, требуя добавки. — Я же тебя понимаю. Мы говорим на одном языке, хотя я не с Теаны. Каковы шансы? Трактирщик смерил ее взглядом и многозначительно потер указательный и средний пальцы. — Вот именно! И деньги у вас такие же, я проверяла… — на стол легла золотая монета, и мгновенно подобревший хозяин наполнил кружку недавно привезенным с Монтеро пивом. — Я думала, что в обществе, развивавшемся абсолютно параллельно нашему, в другом географическом и социальном к’нтексте, деньги будут различаться хотя бы визуально, но нет. Разве что у нас налогов нет, у нас плюгены… На улице был слышен шум — какой обычно бывает, когда народу весело, он желает праздновать, но еще не дошел до той кондиции, когда человеческой волной вкатывается в ближайшее питейное заведение да там и остается. Поорать, спеть десяток-другой песен, дружески подраться из-за пустяка… Амели специально выбрала время, когда трактир еще будет в ее распоряжении. Наемничья система тоже работала одинаково. Никого не волновало то, что она принцесса, она ведь не своя, а иномирная; всем нужно было, чтобы она выполнила то или иное задание — от доставки пива до свержения тирана, как это было сегодня — забрала свой гонорар, не требуя надбавки за вредность, и ушла своей дорогой. Вот и сейчас, Фридрих получил что хотел, она получила свой Камень, на шаг приблизившись к цели, и теперь их практически ничего не связывает. — Но знаешь что еще забавно? — сказала Амели спине Горбуна. — Базовый этикет тут такой же. Например… Она откинулась на спинку стула и закинула ноги в бронированных сапогах на стол. Боги знают где она в этом ходила… Трактирщик, не иначе как углядев это третьим глазом на затылке, обернулся и зловеще нахмурился. Девушка поспешила спустить низменные конечности на пол, виновато улыбнулась и снова уткнулась в кружку. Эленхел, сидевший на соседнем стуле, казалось, мог заморозить своим неодобрением не то что всю Верону — всю Теану. Впрочем, эльф не рисковал выступать против нее с тех самых пор, как он попытался сразиться с ней в логове гигантского паука на Дерсу и в итоге был вынужден просить о снисхождении из липкого паутинного кокона, в который разгневанная покровительница его завернула. Ничего. Дома эльфы были в большинстве своем такие же. Наставник Тейн как-то рассказывал о слете в Магической долине, на который его вздумали не пригласить, но на который он все же явился и навел шороху. Рассказывал со вкусом и в лицах, вызывая нервный тик у погрузившегося в дипломатию Кристиана. Кстати, она-то теперь считается специалистом между… междумирового уровня. Аж с дипломом, который при себе носил эльф, чтобы не помялся. — И архитектура. Все такое… похожее. Как думаешь, возможно ли, что и Эндория, и Теана построены из одинаковых частиц… — Я думал, наука считает именно так, — сдержанно заметил Эленхел, поскольку трактирщик ушаркал в подсобку. — Простейшие частицы, которые образуют более сложные предметы. — Нет, нет… Я скорее про то, что некая выш-шая сила создает миры, используя заготовки у себя в арсенале, как, например, городские здания или… или лица… из расчета, что путешественников между мирами не бывает, поэтому никто не узнает. Просто чтобы упростить себе задачу. Ха, вот наставники ей подгадили, а? И я тоже. Но я дочь богов! Мне нич-чего не будет… Эльф посмотрел на дневник, в котором он помечал количество выпитых кружек, нарисовал там еще одну черточку и решил, что Амели превысила когда-то ей же установленную норму почти в два раза. Можно ее остановить, не боясь, что она возмутится помехой ее замечательного времяпрепровождения. — Я думаю, тебе хватит… — начал он. — Нет! Не мешай мне наслаждац-ца почти единственной вещью, которая здесь отличается от Эндории! — принцесса пьяно прижала кружку к груди. — Дай мне хоть раз побыть не дочерью Б’гов, не принцессой, не, как ее там, из поророчества, как его там, Анхеля и не спасать миры каждую минуту м-моей жизни! Дай мне побыть наемницей, которая выполнила свою работу и отдыхает в таверне на свой з’служенный гонорорар! С точки зрения Эленхела, молодая девушка, боевое облачение которой выглядело так, словно стоило свой вес в золоте, увешанная боевыми артефактами и излучающая — для существ, пребывающих на приемлемом уровне развития — ауру определенно божественной силы, не тянула на обычную наемницу. — Ну и куда это тебя приведет? — эльф решил попробовать воззвать к ее совести. — Я бы ск’зала, что в канаву, но никто не в силах меня туда загнать! — пафосно объявила Амели. — А потом я возьму моего дракона и па-ле-чу на крыла-а-а-атых качелях… лошади… То есть, она решила воспользоваться всеми различиями миров на всю катушку. До этого с ней таких загулов не случалось; с другой стороны, до этого ей не приходилось свергать королей, чтобы восстановить законную династию на троне. Она с неожиданной печалью посмотрела на свою раскрытую ладонь, как будто могла видеть в ней что-то, недоступное для обычных смертных. — Остался ведь один Камень и д’мой, в принцессы… В такой же мир, но с другими обязанностями для меня… Э’нхле-е-ел, я хочу еще немного свободы! Эльф замер, когда девушка повисла на нем всей тяжестью безнадежно пьяного тела, боясь спровоцировать совсем уже неадекватную реакцию. Раньше-то только командовать изволила да свое превосходство доказывать, если требовалось, а что делать с такой Амели он решительно не знал. Ему показалось, что трактирщик Горбун посмотрел на него с сочувствием, что ознаменовало его окончательное падение. Раньше он ни одному человеку не позволил так на себя смотреть, особенно человеку настолько простому и скучному. — А ты меня уважаешь? — вопросила Амели, и он понял, что с победой над Деменионом их проблемы только начались.