Близко к сердцу

***

Антон, если честно, совершенно упустил момент, когда они с Арсом стали слишком много общаться. После того разговора их общение действительно вышло на новый уровень — несмотря на занятость обоих, они находили время переписываться в течение дня, Арсений однажды приехал к офису Антона, чтобы вместе пообедать, а также они иногда созванивались. Прошло всего две недели, а, казалось, что их общение и не прекращалось вовсе — и не сказать, что Шаст был против. С Поповым всегда было интересно разговаривать: еще в школе он был начитанным, разносторонним и совершенно неожиданным человеком. Он мог поддержать любой разговор, будь то фильмы, сериалы или музыка. Арсений любил историю, искусство и часто рассказывал Антону какие-то необычные факты. Единственное, в чем Арс совершенно не разбирался, это спорт — но для этого у Антона всегда был Дима, с которым они вместе смотрели футбол, хоккей и многое другое. Арсений всегда готов был выслушать и поддержать, он мог помочь найти решение какой-нибудь сложной ситуации или просто дать совет. Даже банальное обсуждение дня могло вылиться в бурную дискуссию относительно того или иного события, перетечь в обсуждение жизни и закончиться вообще на каком-нибудь фильме. Антону всегда это нравилось в их общении, а когда у них были отношения, разговоры часто совмещались с поцелуями или объятиями, иногда переходили в секс. Арс 15:55 Тоффифи?

Антон

16:10

Фереро роше

Такое сообщение Антон получил в субботу, когда делал с Василисой домашнее задание на следующую неделю. Вечером, совершенно неожиданным образом договорившись, к Шастунам должны были прийти друзья — Катя и Дима и так были частыми гостями здесь, однако Арс и Сережа нет. Антон упустил момент, когда они в общем чате начали обсуждать это, однако разговор пришел к тому, что в субботу, то есть сегодня, все собираются у них. А еще Арсений поделился, что очень хотел бы познакомиться с дочерью Антона. Шастун на это только пожимал плечами — он, естественно, не был против. Таким образом, было решено устроить общий сбор — Дима с Катей брали с собой Савину, а остальные, в силу отсутствия детей, брали только себя. — А скоро все приедут? — Спросила Василиса, поставив точку в упражнении по русскому языку. Антон выдохнул с облегчением — иногда домашние задания дочери доводили его до грани, хотя это всего лишь первый класс школы. Он не представлял, что будет дальше. — Примерно через три часа. — Улыбнулся Антон, поцеловав дочь в макушку. — Поможешь мне приготовить покушать? — А что мы будем делать? — Пиццу домашнюю, как ты любишь. — Маленькую круглую? — Именно ее. Маленькая круглая пицца была любимым лакомством Василисы — с тех пор, как бабушка однажды приготовила ее, девочка всем сердцем полюбила эту выпечку. Антону пришлось узнавать подробный рецепт у мамы и теперь периодически, когда есть время, он радует дочь этим — на самом деле его любимым моментом был процесс готовки. Василиса любила помогать отцу с этим делом, и видеть счастье на лице дочери, когда они кушает то, что приготовила пусть и не полностью сама, но приготовила — было главным для Антона. Конечно, кроме пиццы Антон собирался приготовить салат и какие-нибудь котлеты, но к брызгающему маслу он дочь не подпускал, как и к ножу. — На тебе тесто, на мне — начинка. — Сказал Антон, когда поставил дочь рядом с собой на специальную подставку. Девочка пока не доставала до кухнного стола, поэтому Антону пришлось прибегнуть к такой покупке. — А включим музыку? Антон кивнул головой и включил на телефоне специальный плейлист — там были собраны все песни, которые они слушали с Васей либо в машине, либо также на кухне. Пока Василиса старательно и медленно раскатывала скалкой кружочки из теста, которое Шаст заготовил еще днем, на пиццу, замарав и себя, и пол, и своего отца в муке, тот нарезал мелким кубиком колбасу, помидоры и тер сыр. — Много пиццы будет. — Радостно сказала Вася, когда они начали укладывать кружочки на два противня. — Нужно же всех накормить, правильно? — Хмыкнул Антон. — Помнишь, в какой последовательности класть продукты? — Сначала тесто, потом соус, сыр, а сверху колбаса и помидорки. — Серьезно ответила девочка. Антон согласно кивнул и дал ей в руки миску со смешанным ингредиентами. Сам он держал в руках тарелку с соусом — именно в этом соусе было отличие этой пиццы от обычной домашней с кетчунезом. На столе также стояла миска с сыром. Процесс был долгим, но Антон никогда не торопил ребенка в этом деле — она все старательно, ровно и аккуратно выкладывала, чтобы пицца была не только вкусной, но и красивой. Подхихикнув, как маленький ребенок, Шаст залез в остатки соуса пальцем, а затем мазнул им по щеке дочери. — Папа! — Воскликнула она, а потом громко засмеялась. — Что я? Я ничего не сделал! — Ну, да, конечно. — Девочка сложила руки на груди и с укором посмотрела на мужчину. У Антона сжалось сердце — в такие моменты его ребенок был слишком похож на Ирину. Та точно также смотрела на Шаста, когда он что-то сделает, что веселит ее, но она старалась сдерживать свои эмоции. — Иди умойся, помой руки и переоденься, пожалуйста. А то ты вся с ног до головы в муке. — Сказал Антон, убирая след от соуса со щеки ребенка. — А я пока пиццу в духовку поставлю и продолжу готовить. Когда вся еда готовилась, пицца была разложена на две большие тарелки, кухня — чистой, а сам Антон и Василиса переоделись и помылись, в дверь позвонили. Шаст посмотрел на время и понял, что так рано могли прийти либо Позовы, либо Арсений. Матвиенко сразу сообщил, что немного опоздает, как и Оксана. — Дарова. — Сказал Дима, проходя в квартиру. Следом за ним зашла Савина, держа маму за руку. У нее были забавные шуршащие штаны и милая шапочка с бамбоном, которую подарил Антон. — Привет. — Сказал Шаст, целуя Катю в щеку и поднимая Савину. В коридор выбежал Зорро и радостно тявкнул — гостям в лице Позовых он всегда был рад. — Тося! — Взвизгнула Савина, когда Антон поцеловал ее в нос. — Привет, моя принцесса. — Он начал аккуратно раздевать ребенка, пока Дима и Катя снимали куртки. — Вася у себя в комнате что-то лепит опять. Сейчас закончит и выйдет. — Антон, не смотря на то, что девочке было всего семь лет, предпочитал давать ей личное пространство — он не часто контролировал то, что она делает в своей комнате, потому что доверял ей. Дима с Катей и Савиной пришли в ванную, чтобы помыть руки, а Антон в гостиную. Там он сел на диван и включил на телевизоре ютуб, чтобы тот просто играл на фоне. Зорро устроился рядом, требуя к себе внимания. — Шаст, у тебя там мыло закончилось. — Сообщила Катя, заходя в гостиную. — Надеюсь, ты не против, что мы достали из ящика новое. — Совсем забыл поменять. — Кивнул парень. — И, конечно, я не против. Спрашиваешь еще. — Катя! — Василиса выбрала именно этот момент, чтобы появиться в комнате. Она подбежала к девушке и обняла ее за талию. — Пойдем я покажу тебе, что сделала! — А мне? — Спросил вошедший Дима. Впереди него шла Савина, которая сразу же попала в объятия старшего ребенка. Антон с любопытством посмотрел на это — не смотря на разницу в возрасте, девочки умудрялись находить общий язык. Савина была словно младшая сестра для Васи, и той нравилось с ней чем-то заниматься и чему-то учить ее. — Дима! — Василиса засмеялась, когда крестный подхватил ее на руки и звонко поцеловал в щеку. — Пойдем посмотрим, что там ты сделала. — Катя и Дима ушли в комнату Василисы, а Антон остался с Савиной в гостиной — он посадил ее на колени и начал слушать ее детский лепет. Девочка уже умела говорить связанными предложениями, но Антон не все слова мог разобрать, поэтому иногда просто кивал или улыбался. В двень снова позвонили. Подхватив Савину на руки, Антон побрел в коридор. Дима, Катя и Вася, судя по всему, пропали в комнате последней надолго, потому что от туда пока нет никаких признаков жизни. Зорро побежал вслед за Шастом. — Твоя дочь выглядит очень молодой для семи лет. — Это было первое, что сказал Арсений, когда Шаст открыл дверь. Антон закатил глаза. — И тебе привет. У меня все хорошо. Спасибо, что поинтересовался. — Савина, будучи довольно стеснительным ребёноком, уткнулась носом в шею Антона — с Арсением она никогда не виделась и, должно быть, он показался ей страшным большим дядей. А у того ещё и борода была, как будто он вообще забыл о существовании бритвы. — У меня тоже все хорошо. Рад, что ты спросил. — Фыркнул в ответ Арс. — Кто этот чудесный ребенок? — Это Савина. — Дочь Позовых? — И моя крестница. — С гордостью сказал Антон. — Савина, солнышко, познакомься — это Арсений. — Аений? — Тихо пробубнила девочка, отстраняясь от шеи. — Очень приятно познакомиться с вами, юная леди. — Улыбнулся Арс. Савина немного расслабилась, и Антон отпустил ее на пол. Девочка сразу же встала за ногу своего крестного и с интересом начала наблюдать, как снимает куртку Арсений. Затем она перевела взгляд на большой пакет, который принес Попов, и направилась в его сторону. — Там есть что-то, что ей нельзя трогать? — Спросил Шаст, наблюдая, куда направился ребенок. Арс посмотрел на ребенка. — Нет, там все детям. Специально в магазин зашел — не мог же я с пустыми руками в гости прийти. — Кидар! — Воскликнула Савина, вытаскивая шоколадное яйцо. Насколько знал Антон, Катя с Димой разрешали ей есть сладкое, но только в очень малых количествах. Савина могла есть одно шоколадное яйцо три или четыре дня. — Я не знал, что едят дети, поэтому там еще сухофрукты всякие, мармелад, киндеры. — Объяснил Арсений. — Пастила есть. — А пастила для Шаста, видимо. — Сказал Позов, выходя в коридор. Савина сразу же направилась к нему, протягивая киндер сюрприз. — Никто, кроме него, эту дрянь не ест. — Дима подхватил на руки свою дочь и поцеловал в щеку, а затем пожал руку пришедшему другу. — Дарова, Арсюх. — Пастила — это натуральный продукт. С какого перепуга это дрянь? — Поднял брови Антон. — Она невкусная. — Твердо сказала вышедшая Василиса. Девочка, не смотря на свою уверенную речь, встала около Димы, прижимаясь к нему телом — она была общительным и довольно не стеснительным ребёноком, когда дело касалось сверстников, но вот со взрослыми она проявляла некую осторожность. — Ты должна быть на моей стороне! — Возмущённо сказал Антон. Впрочем он знал, что пастила для его дочери была настоящей гадостью — попробовав ее в первый раз, девочка долго морщилась от противного, по ее мнению, вкуса. — А ты, должно быть, Василиса Антоновна. — Тепло сказал Арс, присаживаясь на корточки. — А вы Арсений. — Кивнула девочка. — Папа показывал вас на фотографиях. Приятно познакомиться. — И мне приятно наконец-то познакомиться с тобой. — Арс пожал протянутую девочкой руку и засмеялся. — Надеюсь, что на фотографиях я получился хорошо. Василиса улыбнулась и кивнула. Арс поднялся во весь рост, взял пакет в руки и пошел в сторону кухни. Василиса и Антон пошли за ним, пока Дима с дочкой отправился на поиски жены. Когда они с Васей уходили, она что-то увлечённо рассматривала в комнате девочки. Матвиенко с Оксаной подошли часом позже, когда все уже сидели в гостиной и кушали. Так как это не было каким-то особым праздником, Шаст просто разложил всю еду на журнальном столике — благо, что он был достаточно большим и удобным. Сережа, чем удивил всех присутствующих, принес в качестве подарка детям два конструктора — один для Савины, с большими деталями, а другой для Васи — уже более продвинутый. Оксана, которая выглядела не особо радостной и счастливой, из-за чего Шаст, честно говоря, напрягся, со своей учительской заботой и добротой познакомилась с детьми. С Сурковой Шаст не виделся и почти не общался с того самого разговора, в котором девушка сообщила, что беременна. Они оба были достаточно заняты на работах, поэтому времени спокойно поговорить практически не было. Оксана не рассказала, как прошел разговор с мужем и был ли он вообще, поэтому Шаст взял с себя самого слово выяснить все сегодня. Матвиенко же как всегда был на позитиве. Он сразу начал рассказывать про свои проблемы с машиной, про работу. Также он поделился планами на новый год, и потом все дружно начали обсуждать свои. Пока дети увлеклись конструктором, сидя на специальном детском коврике, взрослые обсудили совместный новый год. Новогоднюю ночь было решено встречать у Антона: так как квартира у него была больше, чем у Димы и Сережи, то выбор был очевиден. Родители Антона и Димы, как оказалось в середине декабря, на новый год решили съездить на горнолыжный курорт: конечно, первым делом они предложили это своим детями и внукам, но, посовещавшись, Шастун и Позовы решили, что никакого активного отдыха они не хотят. Мамы, конечно, расстроились, но вскоре успокоились — в конце концов, они уезжали не на все праздники, а только на пять дней. Таким образом было решено, что Дима, Катя, Антон и дети будут встречать новый год вместе. Изначально предлагался вариант квартиры Позовых, но неожиданным образовалась слишком большая компания, которую негде было размещать. Как выяснилось, Матвиенко собирался ехать к своим родителям, которые около пяти лет назад вернулись в Армавир, но из-за работы, которая требовала его внимания на новогодных праздниках, поездку пришлось отложить. У Арсения никаких планов на новогоднюю ночь не было, поэтому он автоматически присоединялся к ним. Оксана же сообщила, что на новый год будет встречать с родителями, поэтому ее можно было не ждать. Когда все погрузились в обсуждение каких-то посторонних тем, а дети решили отправиться в комнату Васи вместе с псом, Антон позвал Оксану на кухню, чтобы та помогла ему с нарезкой овощей. — Как у тебя дела? — Конечно же, это был повод поговорить. Антон знал, что Оксана хорошо общается с Катей, но решил, что пока разговор лучше провести наедине. — Все хорошо, была у врача вчера. — Улыбнулась девушка. — Сказал, что беременность протекает хорошо, никаких отклонений он не видит. — Я рад. — Кивнул Антон. — А с Лешей поговорила? Оксана промолчала. Шастун закрыл холодильник, из которого доставал огурцы и помидоры, а потом посмотрел на девушку. Она стояла, облокотившись на стол бедром, сложив руки в защитной позе и покусывая нижнюю губу. — Все плохо, да? — Он поставил меня перед выбором — либо он, либо ребенок. — Тихо сказала девушка. — А когда я сказала, что никакого аборта не будет, то собрал вещи и ушел. — Оксан… — Я знаю, что ты скажешь: что я достойна лучшего, что мне такой не нужен. Но я ведь люблю его. — Я знаю. — Антон подошёл к ней и заключил в свои объятия. Девушка тихо всхлипнула ему в футболку и прижалась, будто бы искала защиту. Она была такой хрупкой, такой несчастной, что у Антона все сжалось внутри. — Поверь мне, я знаю, что такое, когда разбивают сердце. Самое главное в такие моменты помнить, чтобы ты не одна. У тебя все еще есть друзья, родные, у тебя будет ребенок. — Я помню. — Проговорила девушка. — А с ребенком мы тебе обязательно поможем. У меня уже семилетний опыт, у Димы с Катей тоже подрастет ребенок. Главное, чтобы с ним все было хорошо и беременность прошла нормально. — Да, я надеюсь, что все будет нормально. — Он отстранилась от Антона и грустно улыбнулась. — Пока знаете только Катя и ты. Ну, и Дима, скорее всего. — Расскажешь, когда посчитаешь нужным. — Спокойно сказал Шаст. — Давай, там овощи ждут, поэтому нужно порезать. Они переключились на другую тему, и Оксана немного взбодрилась. Она спокойно нарезала овощи, разложила их на тарелку, когда на кухню прибежала Василиса. — Пап, а можно лимонад? — Можно. — Улыбнулся Антон. — Он в комнате, попроси кого-нибудь налить тебе. — Вася кивнула головой и убежала в комнату, а Оксана посмотрела на своего друга каким-то странным взглядом. — Что такое? — Знаешь, я, конечно, знала, что у тебя есть дочь, но знать, видеть и слышать — совершенно разные вещи. — Хмыкнула девушка, убирая остатки овощей в холодильник, а нож — в раковину. — Ты о чем? — Слышать, как кто-то называет тебя папой, видеть, как сильно вы похожи и как ты являешься авторитетом для нее — очень необычно. Я, если честно, никогда не представляла тебя в роли отца. — Девушка подошла к нему и потрепала по волосам, будто бы он был маленьким ребенком. — Я имею дело с разными родителями, и действительно очень мало людей, кто может установить такую связь со своими детьми. — Мы не сильно похожи. — Смущенно сказал Антон, предпочитая не комментировать остальную часть речи. Он знал, что Оксана таким образом не пыталась его смутить, а просто констатировала то, что видела. — Это ты так думаешь. — Улыбнулась Оксана. — Может быть, Вася и копия Иры по внешности, но вот ее повадки, привычки, мимика, даже манера речи — все от тебя. — Ладно, убедила. — На самом деле мама однажды сообщила то же самое ему. Майя Олеговна сказала, что по ее дому бегает маленькая женская версия ее взрослого сына, и даже описала, чем они так сильно похожи. Например, Василиса, как и Антон, часто кусает губы, когда о чем-то думает; она поправляет свои волосы, когда нервничает и у нее что-то не получается; она смеется, как Антон — громко, задорно, при этом прихлопывая руками или закрывая ими лицо. — Но у нее ведь нет другого примера, и это логично, что она будет смотреть на меня. — Ошибаешься. — Оксана посмотрела на него строгим учительским взглядом. — У нее есть бабушка и дедушка, Дима, Катя, но она в качестве примера выбрала тебя. — Ладно, все, я понял. — Закатил глаза Шаст. — Пойдем в комнату. Когда они вернулись в гостиную, Антон увидел, что Василиса и Арсений что-то обсуждают. Девочка сидела рядом с ним на диване и смотрела в его телефон, пока Арс ей показывал какие-то картинки. Савина в это время сидела на коленях у Сережи и пыталась дотянуться рукой до его хвостика, но каждый раз ее маленькие ручки перехватывали. У Шаста появилась расслабленная улыбка на губах. Прошло уже около четырех месяцев, как он вернулся в Питер, но у него все еще теплеет в груди, когда он думал, что дал ему этот город. В Москве он ощущал себя чужим, практически одиноким, у него не было там места. У него, конечно, была работа, любимая и единственная дочь, знакомые, но не было ничего близкого душе. В Питере он чувствовал себя нужным — у него в также была работа, все также была дочь, но здесь были еще и родители, воспоминания и правильное ощущение. Антон понимал, что в Питер — это тот город, в котором он чувствует себя правильно, комфортно. Возвращение в Северную Столицу вернуло ему ощущение жизни, вернуло близость к родителям и к старым друзьям. Шастун все еще стоял в двери и обводил взглядом гостиную. Дима, наверное, был самым близким для него человеком. Он знал все его тайны, секреты, все прошлое. Он был тем, к кому Антон пойдет в случае чрезвычайных ситуаций, к кому отправится за советом или помощью. Сейчас, когда они оба живут в одном городе, буквально в нескольких домах друг от друга, их встречи были частыми, не смотря на то, что у обоих работа и семьи. Катя, которая была невероятным человеком — ее помощь на первых парах была неоценимая. Она была прекрасной женой, мамой, подругой, и Антону очень сильно не хватило ее в Москве. Катя была самым светлым и добрым человеком, которого встречал Шаст. Даже сейчас она сидела рядом с Димой и с такой любовью и нежностью смотрела на дочь, играющую с Сережей, что Шаст невольно загрустил — ему было больно от того, что его дочь никогда не узнает о материнской любви и заботе. Оксана, которая решила немного прибраться на столе, была его лучшей подругой в школе. Они многое друг другу рассказывали, и сейчас, когда девушка вернулась в его жизнь, он снова будто бы был собой. Оксана всегда умела раскрыть в нем что-то, что он скрывал от самого себя. С ней можно было поговорить обо всем, и Антон всегда любил таких людей. Он был уверен, что не смотря на нынешние трудности, у нее все будет хорошо — она была сильным человеком, и будет прекрасной мамой. Антон перевел взгляд на Арсения, который все ещё общался с Васей. Девочка громко смеялась, пока мужчина ей что-то рассказывал, и у Шаст уже который раз за вечер защемило сердце. Они выглядили прекрасно вдвоём, и у Антона на секунду промелькнула мысль, что Вася, наверное, смогла бы принять его. Он не знал, почему вообще подумал об этом, но постарался отогнать эти мысли подальше. Арсений, когда Василиса отвлекалась на Серёжу, перевел взгляд на Антона. Шаст не знал, что было на его лице написано, какое у него было выражение, но Арс удивлённо поднял брови, а потом улыбнулся. — Все хорошо? — Спросил Попов, когда подошел к стоящему в двери Антону. — Да. — Кивнул парень. — Мне просто нравится видеть всех вместе. Антон был на своем месте. А Арс рядом с ним светился.