Пронизан холодом твоих глаз

Антон просыпается от того, что его кто-то тормошит за плечи. Сквозь сон он слышит лишь отдаленный, какой-то знакомый голос, но разлепить глаза так и не получается. В горле сушит. — Антон, — мужчина слегка трясет мальчика за руку, нависнув над ним, оглаживает ладонью хрупкую кожу на лице, вновь шепча. — Тош, вставай. Парень, свозь сон, наконец начинает различать слова. Он неохотно приоткрывает глаза, щурится от яркого света солнца и пытается понять, где находится. Попов убирает руку от его лица, боясь напугать, лишь слабо улыбается и садится на край дивана. — Твою мать… — шатен прикладывает руку к виску, морщась от давящей боли в голове. Приподнимается на локтях и упирается спиной в стену, шумно выдыхая. — Все хорошо? — Обеспокоенно интересуется инспектор, чуть склоняя голову в бок. — Принести какие-нибудь таблетки? Школьник скидывает с себя одеяло в сторону, поднимая голову и пыхтя. — Нет, все нормально, — зачем-то врет Шастун, пытаясь опустить ноги на пол. — Ладно, — быстро соглашается Арс, касаясь ладонью коленки парня, приказывая тем самым не вставать. — Подожди, сейчас тапки принесу. Он смотрит в след уходящему мужчине, склоняет голову вниз и вздыхает. Утро ебучей субботы явно не задалось. — Что приготовить? — как-то по-семейному спрашивает брюнет, бережно кидая белые тапки, выдающиеся в самолетах, возле ног парнишки. От такого ласкового тона Антон замирает, ему даже начинает казаться, будто он вовсе не в доме еле знакомого мужика, с которым он познакомился совершенно спонтанно, а в уютной квартире бабушки, зовущей из кухни есть пирожки. Тот встряхивает головой, в один миг переключаясь на мысли о чем-то незначительном, что совершенно не касается его личной жизни. Ну так ведь спокойнее? Бежать от проблем — это же безусловно лучшая идея… — Я… — он даже пытается внести какие-то адекватные и легкие рецепты в свою голову, но вспоминает о еде дома и невольно морщится. — Мне все равно, я не привередлив. Попов на это лишь многозначительно кивает, для себя решая, что придираться к словам он не будет, это лишь испортит настроение их обоих. И Антон, и Арсений понимают это без лишних слов. Школьник провожает его взглядом, не понимая, откуда свалилось это благословение. Боль не утихает, а в голову вновь из ниоткуда лезут ненужные мысли. Парень жмурится. — Тош, иди есть. Арс на удивление быстро приготовил яичницу с колбасой и посыпал сверху какой-то зеленью. Зеленоглазый шаркает тапками по кафельному полу, встает у входа в кухню и облокачивается плечом о стену. — Не надо меня так называть, — он скрещивает руки на груди и наблюдает за мужчиной, ходящим из угла в угол. — Что? — инспектор вновь возвращается в реальность, застывает в одном положении и недоуменно смотрит на своего гостя. — Не называй меня Тошей. На последнем слове Шастун морщится, старается вложить в эту форму имени все свое недовольство. Он точно не может сказать, что испытывает радость, когда еле знакомый мужик называет его так. Брюнет пожимает плечами, ставит на газовую плиту сковородку и тут же уходит от темы, школьник к этому уже привык — Садись. — Указывает пальцем на стул возле стола. Антон кивает. Завтракают они молча, Арс не решается что-то сказать в сторону испуганного и запутанного в своей жизни мальчика, он прекрасно видит, что тот обсуждать уход из дома и купленные сигареты не хочет. Но голубоглазый охуевший мужчина все равно изымает у несовершеннолетнего пачку Kent Cristal, на что шатен отвечает простым: — Пидор.

***

День проходит незаметно только для занятого своей работой Арсения, Антон же, в свою очередь, сидит в соседней комнате с наушниками в ушах, рассматривает стены и от безделья то и дело мониторит соцсети, хотя прекрасно понимает, что сейчас точно не до них. Он решает, что не плохо бы было оповестить о неожиданных поворотах событий в своей жизни лучшего друга, который решил, что осенние каникулы — лучшее время для отдыха в Сочи. Шатен быстро набирает сообщение. Антон Шастун. Дарова. Ну че, как там море? 16:38 Ясное дело, что парню абсолютно поебать, как там море и чайки, но начать разговор со слов «Привет. У меня все хуево» он не мог. Ответ не заставил себя долго ждать, что было не удивительно, Димка всегда отвечал почти сразу.

Дмитрий Позов.

Привет. Все нормально. Чего хотел-то? Ты ведь просто так не пишешь. 16:44

Антон ухмыляется от мысли, что никто не знает его так хорошо, как этот любитель футбола, а потом ловит себя на мысли может, не все так хуево? Антон Шастун. Ну, типо того. Слушай, тут херня такая… Я, короче, с предками поругался, ушел из дома ночью и за сигами пошел в тот ларек, меня инспектор ПДН поймал. 16:46

Дмитрий Позов.

В смысле, блять? Охуеть… Ты вообще сейчас где? 16:47

Антон Шастун. Я у него дома. 16:47

Дмитрий Позов.

… 16:48

Ответа нет так долго, что парень даже начинает нервничать. Снимает наушники, пару раз обновляет переписку и, в конце концов, шумно выдыхает, откидывая телефон на край дивана.

Дмитрий Позов.

Ебанутый, опять со своими шуточками? 17:10

Шастун даже фыркает от такого неуважения. Антон Шастун. Придурок, я не шучу. Хочешь, видео скину? 17:11

Дмитрий Позов.

Ладно, хуй с этим. Ты под наркотой что-ли был? Какого хрена, Антон? 17:12

Антон Шастун. Офигительная поддержка, мне-то что делать? 17:12

Дмитрий Позов.

Вали, пока не поздно. Серьезно тебе говорю. Ничем хорошим это не кончится. Думаешь, инспектор тебя по голове гладить будет и жить у себя оставит? Уебывай, Шаст, пожалуйста. 17:14

Антон не знает, что отвечать, потому что все мысли из головы в один момент куда-то улетучились, но шатен понимает, что друг на 99,9% прав. По крайней мере, Шастун точно еще не встречал добрых полицейских. Он тщательно обдумывает это, лишь пропускает мимо вопрос «куда идти?» — Арсений? — Он слегка толкает дверь ладонью, от чего та скрипит и открывает вид на худощавое длинное тело, скрывающееся в темноте коридора. — Да, что случилось? — Брюнет поднимает голову, наконец отвлекаясь от ноутбука, лежащего на коленях, всматривается в глубину дома и видит размытый, приближающийся силуэт. — Я пройдусь до центра? — Антон чувствует себя тринадцатилетним мальчиком, который отпрашивается у родителей погулять после семи вечера. Парень никогда не был таким. — Да, конечно, только ты должен прийти не позже девяти вечера. Антон кивает. Ха! Наивный. — И дай мне свой номер телефона, — вновь отрываясь от монитора, Попов ловит на себе взгляд, полный недопонимания, тут же добавляя, — на всякий случай.

***

Шатен взвешивает в голове все «за» и «против». С одной стороны, он поступает неправильно, ведь в Арсении есть хоть что-то человечное. Ну нет, он к такому совершенно не привык. Не привык к ласке и заботе. Даже не совсем еще понимает, сон это или реальность. Антон все-таки думает, что яичница и правда была вкусная, плед, под которым он спал, был теплый и довольно уютный, а Арс совершенно не такой, каких он себе представлял инспекторов по делам несовершеннолетних. Парень тут же встряхивает головой. Я не просил его забирать меня домой. Он скрещивает руки на груди, утыкаясь взглядом в пока что сухой асфальт. Это его проблемы, не мои. Шумно выдыхает, окидывая взглядом темную улицу. Пусть сам выкручивается из этого дерьма. Поправляет капюшон. Он ведь всего лишь выполняет свою работу. Фыркает от своих же мыслей. Антон, блять, хватит! Ему противно от этого. Люди не меняются. Ведь так?.. Парень до сих пор видит в своем спасителе лишь еле знакомого мужика и ничего более. Принимать тот факт, что он оставил его у себя и даже накормил, шатен отказывается, ведь почти ничего не поменялось — он снова оказывается на холодной улице, подсознание вырисовывает не самые приятные картинки, а еще заставляет задуматься над самой нелепой смертью. Дождик начинает моросить, неприятная влага образовывается на лице, парень прячется в капюшон и жмется в не такую уж и теплую косуху. Есть непреодолимое желание согреться в уютном доме и хотя бы чего-нибудь поесть, но точно не возвращаться туда, откуда он пришел. Люди проходят мимо, никто не замечает парнишку, сидящего на лавочке. Наверное, так даже лучше, не нужно лишнего внимания. Он смотрит на время в телефоне и куча пропущенных звонков от нескольких контактов, больше всего от неизвестного. 22:13 Антон более, чем уверен, что Арс за ним в дождь не поплетется, уверен, что замерзнет здесь насмерть, прямо на лавочке. Парень прячет телефон в карман, предварительно вытерев его мокрый экран о штанину, облокачивается локтями о колени и зарывается пальцами в собственные волосы. Безумно холодно. Все мысли мешаются, и Шастун буквально разрывается между каждой. Все в один миг рушится, когда школьник слышит шорохи позади. Пытается выбить все эти догадки из головы. Нет, не может быть. Он замирает и, кажется, даже не дышит, в секунду забывая, как это делается, в ожидании чего-то ужасного. — Антон. И ужасное случается. До боли знакомый, такой суровый голос окликивает его, совсем близко, Шастун чувствует горячее дыхание у себя на затылке даже через ткань капюшона. Теперь он точно боится обернуться.