Перезагрузка системы

Далее все закрутилось с невероятной скоростью. Целая команда адвокатов занялась делом Сириуса всерьез. Хорошо хоть счета Блэков лопались от кредитов и золота. Каждый день Сириус давал показания, участвовал в репетициях слушаний (где Северус всегда исполнял роль обвинителя), учил слова для выступления и активно подписывал счета. Хотя, по словам адвокатов, компенсация от государства должна была покрыть все затраты, да еще и на домик в Испании можно было рассчитывать. Каждый вечер на кухне собирались участники Никакого сообщества и обсуждали планы. На третий день пришли Люциус с Драко и Артур с Роном. На Малфоях лица не было. Как оказалось, Волдеморт все-таки дал задание Драко. — И? Что, мне теперь надо убить Дамблдора? — плаксиво воскликнул Драко, подтягивая к себе блюдо с творожными колечками. — Зачем? — Все обернулись на Гарри. — Пусть его Волдеморт сам убивает, если ему так нужно. А ты до этого славного момента будешь изображать активную деятельность. Ну… отравленные лимонные дольки подкинешь со слабительным, рвотное — в чай и снотворное — в пирожное. У Драко выпало колечко из рук, Рон отодвинул от себя вазочку с конфетами, а Аластор начал подкручивать очки на микроскоп, вглядываясь в свою чашку. — И в кого ты у меня такой жестокий, крестник? — В меня. Северус только зашел на кухню, отряхивая снег с головы. Гарри встал со своего места, подтягивая свободный стул рядом, улыбаясь, подставил щеку для легкого поцелуя, и под изумленный вздох Драко и Рона сел снова. Что надо дотянуть до весны исполнение приказа — согласились единогласно. Решили поручить операцию «Убить Дамблдора, чтобы тот не умер» Рону с Драко. По поводу возможной осады Хогвартса тоже разрабатывался многоступенчатый план. Кингсли вел аккуратную работу по проверке и вербовке авроров, Грюм — занимался тем же с отставными вояками. Профессор Шмуэль продвинул-таки Хогвартс в реестр Магического наследия. Он создал при «Технион Негев» отдел по защите памятников древней магии, и тот уже просчитывал риски. По мнению Гарри, дела продвигались неправдоподобно быстро. Северус предположил, что МАСМ очень заинтересована в непосредственном участии в разборках Туманного Альбиона, но в открытую этого сделать не могла. Вот под прикрытием новосозданной якобы «социально-культурной» организации они и действуют. Типа: «А что мы? Мы ни при чем. Это все археологи, историки». — Гарри, это у него ты ночами пропадал? — спросил Рон, косясь на беседующих на диване Люциуса и Северуса. — Ну а у кого еще-то? Попробовал бы я куда-нибудь свернуть. Драко хмыкнул и растянулся на шкуре у электрического камина. — Наш декан тот еще собственник. Это да. Поттер, а как ты вообще его захомутал? Я всегда думал, что он по девочкам. Или вообще ни по кому. — Дак Северус мой соулмейт, тут деваться некуда было. Рон и Драко резко обернулись на Гарри и вопрошающе на него уставились. Тот принял позу восточного мудреца и глубоким тихим голосом начал вещать: — Все, кто познал истинную магию, становятся рабами древнего ритуала соулмейтов. Нет больше места выбору и свободе. Только один нареченный может быть у мага. Не важен пол и возраст, не важна раса. Это может быть и старик, и ребенок, и кентавр, и русалка. И будет маг навечно привязан к своему партнеру. И не сможет больше ни на кого посмотреть даже с мыслью о близости. Ровно через три месяца после обретения магии проявятся на их телах знаки одинаковые и притянут их друг к другу. — А у вас какие знаки? Рон, глядя на Гарри широко раскрытыми глазами, разве что слюни не пускал от любопытства. Драко же, наоборот, излучал явный страх. Гарри приблизился к ним и откинул челку со лба. — Ух ты! А у Снейпа такой же? — шепотом спросил Рон. — А где? Гарри поиграл бровями и посмотрел себе на ширинку. Драко скептически покосился на Северуса, а Рон залился румянцем. — Так, соулмейт мой, расходимся. Завтра первое слушание в Визенгамоте. Всем спать! — с улыбкой закончил их беседу Северус. Уже в кровати, после того, как они не выполнили план по скорейшему засыпанию, отсрочив его страстным поединком в душе и постели, Северус спросил: — А зачем ты им эту ахинею втирал про соулмейтов? — Ну… я им еще знаки нарисую через пару недель. Надо покопаться в заклинаниях в Хогвартсе, кстати. Как нанести изображение на тело? Может, что есть? — Северус продолжал пристально смотреть, подталкивая его продолжать. — Ну чтобы они уже окончательно перестали цепляться друг к другу. Детский сад развели. Слизерин. Гриффиндор. — Эх, точно не на тот факультет тебя все время отправляли. Не на тот. Утром тридцать первого декабря Гарри и Сириус в одинаково черных строгих деловых костюмах появились на телепортационной площадке в атриуме Министерства. Было заметно, что оба чувствовали себя напряженно. Сириус постоянно поводил плечами, поправлял пиджак и теребил перстень на среднем пальце. Его гладко выбритый бледный подбородок контрастировал с загорелыми лбом и щеками, а волосы, собранные в низкий хвост, впервые на памяти Гарри не топорщились тугими спиральками в разные стороны. Адвокаты настояли на приличном облике, и Сириусу ничего не оставалось, кроме полного соответствия. У дверей большого стеклянного лифта их дожидались четыре адвоката и два аврора. Спустившись вниз к залу заседаний, Сириус, два адвоката и авроры направились к заднему входу, а Гарри и остальные прошли к центральному. Зал суда напомнило Гарри гибрид готического собора и хай-тек комплекса. На стенах мерцали витражи с голографическими узорами, в центре высился амфитеатр со скамьями из черного мрамора со встроенными планшетами, под потолком парили плазменные шары. Посередине находилась большая круглая платформа. Адвокат объяснил, что это так называемый «Круг Истины», подключенный к нейросети, которая анализировала любой вздох, мимику, жесты, диагностические показания. Соврать в этом круге было практически нереально. Над кругом висел голографический герб Визенгамота. Весы, меч и шестерня крутились в прозрачном шаре так быстро, что у Гарри зарябило перед глазами. Молоденький помощник адвоката с удовольствием рассказывал Гарри, кто есть кто. Рядом с кругом в кресле восседал главный судья. На нем был надет странный омнинокль-регистратор, транслирующий процесс в Министерство. Пятьдесят присяжных со скрытыми голографическими масками лицами занимали весь правый сектор. Внизу располагался секретариат с андроидами, записывающими весь процесс на цифровые носители. Левый сектор занимали свидетели, обвинители и адвокаты, а центральные пустые лавки были предоставлены зрителям и прессе. Единственная представительница журналистов в зале восседала с гордым видом позади Гарри. Рита даже оделась скромно и незаметно ради такого эксклюзива. Сириуса вывели авроры и усадили на выехавшее из пола кресло. Весь очень долгий процесс запомнился Гарри урывками и смазанными пятнами. Вот зачитали обвинения Сириуса в пособничестве Волдеморту, побеге из Азкабана и — о, Ктулху! — нелегальном радиовещании посредством Пиратского канала. Вот защита, используя голограммы событий, показала истинные кадры ночи убийства Поттеров и вызывала свидетеля техноанимага, бывшего аврора, который подтвердил подлог следствия. А Кричер предоставил запись случайного разговора Петтигрю с темными магами. Кульминацией слушания стало ретроспективное сканирование памяти Сириуса. Процедура редкая и болезненная, но адвокаты умышленно пошли на это. Дальше адвокаты устроили настоящие торги и выбили поистине огромную компенсацию. Кроме стопроцентного оправдания, Сириус получал сто тысяч галлеонов, восстановление репутации через официальный канал МАСМ и легализацию Пиратского канала при условии смены названия на «Радио Свободный Пес» и небольшой цензуры на оскорбления в адрес Министерства. На выходе их встречала толпа журналистов, поклонников Пиратского радио и охочих до шумихи молодых людей. Под потолком маленькие дроны складывались в надпись «Пса на свободу» и «Мы любим Сириуса». Но самое главное, теперь в Министерстве ожидался огромный бум. Ведь Сириус Блэк двенадцать лет отсидевший ни за что, напрямую заявил в камеры: — А сколько еще таких в Азкабане? А?