Когда утихнет шторм

Тарталья нервно постукивал пяткой ботинка по полу. Эта привычка всегда выдавала его волнение. Давно стоило от нее избавиться, но прежде парень не замечал за собой таких мелочей. Впрочем, может, и поводов переживать было меньше. В конце коридора, где располагался кабинет кафедры, не было ни души. Это радовало и пугало, ведь ничто не сможет помешать беседе с Господином Чжун Ли наедине, однако красивых слов в свое оправдание придумать он так и не смог. Оставалось лишь надеяться на благосклонность профессора и свое природное обаяние. Когда в коридоре, залитом светом, появилась тонкая фигура, парень очень напрягся. Сколько бы ни готовил себя к встрече, не представлял, как стоит начать диалог, ведь в прошлый раз он выставил себя полным придурком. Наблюдая за приближающимся силуэтом, Тарталья заметил, что Господин Чжун Ли не один. Когда фигуры приблизились, он смог, наконец, рассмотреть его спутника. За профессором следовал высокий рыжеволосый парень. Волосы его были огненного цвета, а в свете закатного солнца и вовсе казались красными. Тарталья разглядывал его с нескрываемым любопытством, не смущаясь даже направленного в ответ взгляда. Дилюк приподнял бровь, не понимая, чем заслужил такое внимание. Парень, сидящий в коридоре, пристально на него пялился, словно анализируя и оценивая с головы до ног, а на его лице, Дилюк был готов поспорить, отчетливо читалась фраза: "ты еще что за хрен?". Чжун Ли, подойдя к кабинету, вопросительно взглянул на Тарталью, не найдя поблизости больше ни одного студента. – Ко мне? – Я? – от низкого голоса, прозвучавшего в моменте так сексуально, он слегка растерялся, – к вам, – быстро собрав в кулак свою волю, он встал, слегка склонив голову в приветственном жесте. – Заходите, – открыв ключом дверь, Чжун Ли прошел внутрь, позволяя студентам проследовать за ним. Дилюк, шагнувший вперед, вновь поймал на себе любопытный взгляд. Казалось, что в его спине вот-вот протрется дыра, если тот продолжит так открыто на него пялиться. Странный тип. – Положи список на стол Госпожи Нин Гуан, позже я сверю его с оценками и подумаю, что делать с этими курсовыми, – мужчина аккуратно снял пальто, а затем повесил его в шкаф и направился к рабочему месту. – Хорошо, – Дилюк, получивший вполне простую задачу, стал копошиться в сумке в поисках нужной папки. – А вы? – Чжун Ли развернулся к Тарталье, поправляя ворот рубашки. Его деловой тон заставлял напрягаться, но напряжение это скорее будоражило, чем пугало. Кровь прилила к лицу, и Тарталья чувствовал, как начинает краснеть. – А я... – в нынешних обстоятельствах вести диалог при посторонних совсем не хотелось, но идея немного потянуть время родилась сама собой, – тоже насчет курсовой. Я долго болел и мне тоже необходимо сдать ее, – он лучезарно улыбнулся, и казалось, что слова прозвучали вполне убедительно. – Из какой группы? – Чжун Ли опустился в кресло, – справка есть? – придвинувшись к столу, он потянулся к толстому журналу, в котором, по всей видимости, хранились записи о посещаемости занятий. "Вот дерьмо" – пронеслось в голове Тартальи. Однако, вместо того, чтобы быстро дать ответ на вопрос, он продолжал нервно поглядывать на Дилюка, который все еще безуспешно выкапывал из стопки папок одну единственную, создавая тем самым крайне неловкую паузу. Сам же Дилюк о душевных терзаниях сокурсника представления не имел, следовательно и неловкости чужой не чувствовал. – Конечно, – Тарталья уверенно кивнул, будто справка и впрямь была, – я уже отнес ее в медпункт, – врать ему не хотелось, но делал он это виртуозно. В данном случае эта ложь казалась ему спасением. – Справки всегда в первую очередь относим преподавателям, – Чжун Ли вздохнул, открывая журнал, – и я не услышал номер группы. – Нашел, – Дилюк, немного неловко вклинившийся в диалог, передал файлик со списками должников Чжун Ли, а затем, поблагодарив, наконец, ушел. Тарталья было выдохнул с облегчением, но вновь поймал на себе пытливый взгляд. – Политология, – проговорил он, – второй курс. Голос ощутимо понизился, будто став уверенней. Чжун Ли особого значения этому не придал, но неосознанно подметил, что парню будто было неловко в компании посторонних. – Честно говоря, – Тарталья набрал воздуха в легкие, – это не единственная причина, по которой я здесь. Профессор не без интереса взглянул на него, отодвинув журнал. – Слушаю. – Я бы хотел извиниться, – парень старался говорить как можно спокойнее, но голос, все же, слегка подрагивал, – на прошлом занятии я позволил себе нелестно выразиться в адрес своего одногруппника… И прервал вас. Взгляд Чжун Ли был немного напряженным. Он пытался вспомнить похожий момент, но на ум ничего не приходило. За пятнадцать лет его преподавательской деятельности он повидал столько всего, что перестал обращать внимание на подобные мелочи. Но, что удивительно, лица этого молодого человека он совершенно не помнил, хотя весь факультет политологии знал поименно, ведь это направление было одним из немногих, которые он курировал. – Не страшно, – мужчина дежурно улыбнулся, находя глазами чужие, – лучше… Принесите мне справку, чтобы я мог отметить вас, – на мгновение засмотревшись в голубые глаза Тартальи, Чжун Ли поймал себя на мысли, что тот абсолютно “в его вкусе”, но стоило быстрее взять себя в руки, ведь никаких импульсивных свиданий со студентами он не планировал. Парень с опаской посмотрел на учебный журнал, боясь задавать вопросы, однако узнать про свои прогулы ему, все-таки, предстояло. Чжун Ли, заметив настороженный взгляд, беззвучно усмехнулся. – Это отметки по сданным проектам, – вновь поймав на себе смущенный взгляд светлых голубых глаз, профессор закрыл журнал, отодвинувшись от стола, – а учет посещаемости я не веду. Тарталья не сразу смог отвести взгляд, а слова в голове все никак не находились. Он лишь продолжал завороженно смотреть, как мужчина достает из портфеля папку с бумагами, и как ловко его длинные пальцы управляются с документами. Борясь с навязчивым желанием их коснуться, Тарталья попытался собраться с мыслью и перевести свое внимание обратно на диалог. – Мне все еще неловко из-за случившегося, – он дружелюбно улыбнулся, будучи убежденным, что его улыбка не оставит Господина Чжун Ли равнодушным, – и я бы хотел как-то… Могу я что-нибудь для вас сделать? – Сделать? – мужчина удивленно приподнял брови, – не стоит. Достаточно будет хорошо сдать экзамен, – он улыбнулся в ответ, но все положительные эмоции с лица Тартальи в момент испарились. – Вот как, – он неловко посмеялся, почесав затылок, – но мне бы очень хотелось… Брать что-то у студентов и, тем более, что-то у них просить было для Чжун Ли как-то… Странно. Но увидев печальные глаза парня, он, все-таки, сдался. – Нет лучшего подарка для преподавателя, чем знание его предмета, – он усмехнулся, подперев рукой подбородок, – а вообще… Мне нравятся травяные чаи. – Понял, – Тарталья буквально засветился от счастья. Чжун Ли мог поспорить, что в этот момент от него действительно исходил свет. Странно. И как он не заметил этого молодого человека раньше? – спасибо, что выслушали, – осчастливленный, он сделал пару шагов назад, едва не снеся вазу с комода, – тогда я пойду. – Да, и… – Чжун Ли ли вновь коснулся взглядом чужого, и в этот раз, он готов поспорить, не только он смотрел на парня с нескрываемым интересом, – Тарталья? – Аякс, – парень неожиданно назвал совершенно другое имя, – мое настоящее имя – Аякс, – в этот момент голос его звучал еще увереннее и ниже, и мужчине показалось, словно сердце в груди пропустило пару ударов, – почти никто об этом не знает, но… Я буду счастлив, если станете называть меня так. Чжун Ли удивленно моргнул, но вопросов задавать не стал. – Аякс? – Он произнес вопросительно, словно разгадывая какой-то ребус, и получив в ответ одобрительный взгляд, продолжил, – у твоей группы… Не было курсовой.

“Но со справкой обязательно приходи”

Когда Тарталья покинул кабинет, Чжун Ли почему-то выдохнул. У него было много студентов. Так много, что он не всегда запоминал даже имена старост. Но это имя, определенно, надолго отпечатается в его памяти. Юноша, как ни погляди, был немного странным. Пришел только ради того, чтобы извиниться? Почему так настойчиво просил что-то для него сделать? И зачем назвал свое имя, если держит его в секрете? Диалог был необычным и впечатления оставил смешанные, но у Чжун Ли больше не было времени ковыряться в деталях, пора было возвращаться к работе.

***

Итэр пролистывал фотографии на экране мобильника, пытаясь выцепить взглядом хоть что-нибудь интересное. Он старался найти уютное и приятное место, где можно было провести выходные, ведь впервые за долгое время проведет он их не один. Его ужасно бесило, что в предложенном для “свиданий” списке все было либо ужасно избитым, либо интимным настолько, что Сяо, скорее, пошлет его далеко и надолго, если тот предложит что-то подобное. В конце концов, куда он может его сводить? Парк развлечений? Общественная баня? Горячий источник? Горная тропа? Все это было ужасно банальным и наверняка, собирало в выходные не одну сотню влюбленных парочек. У них с Сяо отношения были далекими от подобных, и в целом они договаривались лишь “погулять”, однако Итэру очень хотелось, чтобы эта прогулка запомнилась парню надолго. До разговора с Сяо он и не представлял, что парень согласится провести с ним время. Прежде Итэру казалось, что тот не слишком-то заинтересован в общении со сверстниками. Он всегда был отстранен и холоден, а после занятий сразу бежал на кафедру помогать Госпоже Нин Гуан. Да и в каких отношениях они с Господином Чжун Ли тоже было большой загадкой, ведь однозначно никто из университетских об этом не знал. Слух про то, что они родственники хоть и был похожим на правду, но вот подтвердить его никто не мог. – Паймон, я дома! – Итэр переступил порог комнаты, устало скидывая рюкзак на пол. Денек был насыщенным, а стресс от долгих и неудачных попыток придумать что-то на выходные лишил его последних сил. Вдалеке послышалось писклявое громкое “мяу” и уже через мгновение белый хвост обвивал его ноги. Однако, стоило наклониться – и кошка тут же мчалась к опустошенной миске, намекая хозяину, что ей давно пора кушать. – Не верь, она сожрала всю мою лапшу пока я мылся, – из душевой показалась рыжая макушка. – А ты вообще что здесь делаешь? – разувшись, Итэр прошел в комнату, отправляя на кровать телефон и наушники. – Поживу немного в общаге, – Тарталья проследовал за ним, накинув на плечи банное полотенце, – не хочу опаздывать в универ. – Что? – Итэру показалось, что он ослышался, но прокрутив слова парня в голове еще раз… Вопросов для себя нашел еще больше. До этого дня сосед по комнате на занятиях практически ни разу не появлялся, а место в общаге выпросил лишь для того, чтобы почаще видеться с Итэром, хотя тот до сих пор не мог найти в этом смысла, ведь у Тартальи была арендованная квартира, – решил ради приличия поучиться? – Не, – Тарталья завалился на свою койку, находя рукой телефон и облокачиваясь о стенку, – не ради приличия. Ради пар по истории. Итэр вопросительно моргнул. – Вот, – сосед протянул ему телефон, призывая прочесть что-то на экране, – посмотри лучше. Я в этом не разбираюсь. Итэр принял из рук друга мобильник. Во вкладках поисковика было открыто с десяток сортов коллекционных чаев. Для кого Тарталья подыскивает подарок догадаться было несложно, сложно было переубедить его в этом и намекнуть, что дарить столь дорогой подарок преподавателю, как минимум, неэтично. Взглянув на лицо соседа Итэр вздохнул, сделав вывод, что тот был совершенно безнадежен. Если уж что-то взбрело ему в голову – никакими силами из нее не выбьешь. Однако в плане подбора подарков Тарталья был неумехой. Традиционные блюда и напитки Ли Юэ вызывали у него чувство страха и негодования, травяные чаи казались безвкусными, а еда наоборот – слишком острой и насыщенной. С подобным подарком ошибиться было бы очень обидно. – А мне с этого какой прок? – Итэр усмехнулся, отбиваясь носком от цепляющейся за его ногу Паймон, – помогать профессора обхаживать не в моих интересах. Сопли твои потом вытирать мне вообще не хочется. – Дам свою машину на выходные, – парень усмехнулся, сложив руки на груди, – мне что-то подсказывает, что она может тебе пригодиться, – он бессовестно улыбался, похоже, уже ощутив вкус победы, – и два кило красной рыбы, – Тарталья опустил глаза вниз – на недовольно орущую кошку. – Идет, – Итэр закатил глаза, и под животные угрозы Паймон отправился разделывать свежую куриную тушку. Корм эта засранка не ела, разорять хозяина на мясо и рыбу было занятием куда более интересным, – гони ключи, – он протянул руку, останавливаясь у кухонной тумбы. – Принесу в пятницу, – Тарталья победно улыбнулся, – нужно будет съездить за подарком, так что ты уж не тормози, – он прошел в кухню вслед за Итэром, оставив полотенце сохнуть на батарее. – Сейчас, – сосед достал разделочную доску, – тут есть проблема поважнее, – он аккуратно перешагнул от тумбочки к холодильнику, пытаясь не наступить на вертящийся в ожидании хвост, – я выберу тебе парочку вариантов к вечеру, ты ведь сейчас куда-то сваливаешь? – Ага, в медпункт, – Тарталья взъерошил подсохшие волосы, оглядев себя в зеркале. Итэр вновь посмотрел на него с негодованием. – И что болит? – Пока не придумал, – он пожал плечами, а затем вернулся в коридор и стянул куртку с вешалки, – раз тут такой замес, может, ты и ужин мне приготовишь? – бесстыжая рыжая голова вновь показалась в дверях кухни, но в ответ получила лишь брошенное в лицо полотенце. – Вали уже.

***

Очереди в медпункте не было, но дверь почему-то была закрыта. Тарталья недовольно вздохнул, усаживаясь на скамейку. За получение справки парень не переживал, ведь университетский доктор был старым приятелем его тетушки. Сохранит ли тот тайну или расскажет ей об оказанной для него услуге парня не волновало. Сейчас его мысли занимал сегодняшний разговор с профессором… И этот голос. Интересно, какой он в обычной жизни? Неужели всегда столь же сдержан и обязателен? Всегда ли придерживается делового тона или… Бывает совсем другим в общении с близкими? И вообще, есть ли у него близкие? А что, если он женат или его сердце уже занято кем-то другим? “Ой, не дай бог” – Тарталья сплюнул через плечо, как учила тетя. От этих мыслей начинала болеть голова. С одной стороны, парню очень хотелось знать чем живет и как мыслит Господин Чжун Ли. Хотелось знать, что ему нравится и какие увлечения могли бы стать для них общими. С другой… Пугала неизвестность и большая вероятность потерпеть неудачу в попытках завоевать его внимание. Ожидание затянулось, и мысли, одна за одной появляющиеся в кипящей от волнения голове начинали становиться все безнадежнее и безнадежнее. Сколько еще можно ждать? Чем, в конце концов, Дотторе занимается? Ведь они договорились о встрече. – И года не прошло, – когда дверь кабинета открылась, парень подскочил с места, сразу направившись внутрь, но вместо доктора, которого он ожидал увидеть, порог перешагнул человек, встретить которого он хотел бы в последнюю очередь. – А ты что здесь забыл? – Скарамучча мгновенно изменился в лице, завидев одногруппника. Выглядел он злым и взъерошенным, как и всегда, но всего мгновение назад, как показалось Тарталье, он уловил несколько иную эмоцию. Какую-то… Растерянность? Впрочем, какое ему было дело мелкого говнюка? – А что, волнуешься? – Тарталья повел бровью, смотря на парня сверху вниз. – Переживаю, не геморрой ли тебя мучает, раз не можешь на жопе своей спокойно сидеть? – Скарамучча усмехнулся, уворачиваясь от руки Тартальи, норовящей схватить парня за капюшон. – Не поверишь, как тебя встречаю – так сразу вылезает, – Тарталья скорчил страдальческое выражение лица, проводив Скарамуччу взглядом. Тот, напоследок вытянув перед ним средний палец, поспешил удалиться, – вот же бесячий щенок. – Закончили? – из кабинета послышался голос Дотторе, – твой больничный уже готов. – Ага, – Тарталья перешагнул порог кабинета, закрыв за собой дверь.

***

Этим вечером Чжун Ли возвращался с работы позже обычного. Позже не потому, что на него внезапно навалились срочные кафедральные дела, просто… В последнее время пребывание в одиночестве все больше его угнетало. Сяо возвращался довольно поздно и, как правило, сразу же шел к себе, не удосуживая его даже совместным ужином. Со временем Чжун Ли все отчетливей начинало казаться, что парень его избегает. Беда только в том, что о причинах он мог лишь догадываться, ведь ничего конкретного Сяо не говорил. “Я просто устал” или “я не голоден” были основными его отговорками от предложений провести время вместе. Перебросив сумку с продуктами в другую руку, мужчина выдохнул. Дождливый осенний воздух замечательно остужал голову, но, к сожалению, помощи в решении сложных моральных задач не оказывал. Жаль, что в современной системе образования отсутствуют курсы образцовых родителей. Чжун Ли тихо открыл ключом дверь, волнуясь, что Сяо мог уже лечь спать, но в итоге застал того на кухне. Сяо, словно воришка, стащил из фруктовницы яблоко и намеревался сбежать к себе, но был пойман с поличным. – Голоден? – улыбнулся Чжун Ли, опуская пакеты на стол. – Не особо, – Сяо слегка замялся, пряча за спиной свой скромный улов. – Давай поужинаем, – мужчина стянул с плеч светлый плащ и отправил его на вешалку, – я сварю суп. Сяо не стал сопротивляться, ведь вместо ответа Чжун Ли услышал протяжное урчание в животе. Аргументов попросту не нашлось. Не то чтобы Сяо морил себя голодом, но к еде был довольно равнодушен и ел лишь тогда, когда организм этого правда требовал. Делить трапезу с Чжун Ли он любил. Любил гораздо сильнее, чем могло показаться, но чем больше времени проводил с ним наедине, тем больше места в его душе заполняла тревога. Чувства, которые он испытывал к опекающему его мужчине были далеки от классических отношений родителя и ребенка. – Сяо? – Да? – он подскочил с места, сам не ожидая от себя такой острой реакции. – Я подумал, – Чжун Ли, к счастью, этого не заметил, ведь был увлечен готовкой, – может, съездим за город на выходных? Сяо не сразу нашелся с ответом. Совместная поездка предполагала довольно долгое нахождение наедине, и он боялся, что проведенное вместе время станет для него испытанием. – Да, конечно.