Непокорные

Вэй Усянь нарезал круги вокруг Лань Ванцзи и периодически пытался повиснуть на нём, но безуспешно. Тот был неприступен, как гранитная скала, и также невозмутим. — Лань Чжань, Лань Чжань, Лань Чжань! Ну зачем нам эти традиции, ну правда? Почему мы должны лететь в Лотосовую Пристань отдельно? Почему я должен от тебя прятаться? Мы же с тобой уже каждый день, — Вэй Ин осёкся, видя, как порозовели уши Лань Ванцзи. — Ну охота А-Чэну пышную свадьбу играть, никто же не запрещает, а мы давай просто поклоны сделаем тогда же, и всё? — Нет. Всё будет как подобает. Я лечу сегодня. Дядя должен знать заранее. Тут Вэй Усянь приуныл. — Думаешь, он не будет против? Ведь все же смирились, правда? Даже Су Миньшань уже не шипит в спину. Он вообще какой-то тихий стал. Лань Ванцзи было абсолютно всё равно на шипение какого-то Су Шэ, о чём он красноречиво сообщил Вэй Усяню взглядом. Тот веселее не стал и только надул губы. — Мы не увидимся целый день, неужели ты скучать не будешь? — Буду. Но полечу первым. — Упрямец, — заключил Вэй Усянь. — Ладно, лети один. Если дядя будет кричать, то я не смогу тебя защитить, сам будешь виноват. А если он запретит нам пожениться, то я украду тебя, и мы сделаем это прямо в поле. Как тебе такой план, Лань Чжань? — Вздор. — От тебя я другого и не ждал, — тепло посмеялся Вэй Усянь и вздохнул. — Люблю тебя, Лань Чжань. Будь осторожнее. — Буду. Ещё пару раз обняв Лань Ванцзи на прощание, Вэй Усянь всё-таки оставил его в покое и отправился в Цзинши, чтобы привести нервы в порядок и хорошо всё обдумать. Как бы он ни притворялся, а нервничал и боялся, что Лань Цижэнь будет против свадьбы. Это Главе Не некого было спрашивать, чтобы взять в мужья А-Чэна, а вот Вэй Усянь мог оставить своего Второго Нефрита без благословения старшего родственника. А он этого ужасно не хотел. Когда к нему заглянул Сяо Синчэнь, поселившейся пока в Облачных Глубинах, чтобы быть рядом с Сюэ Яном, Вэй Ин попробовал сделать вид, что всё в порядке. Но лаоши обмануть не удалось. — Вэй Ин, не переживай, всё будет хорошо. Господин Лань сказал, что у него самые серьёзные намерения. Хочешь, я полечу с тобой? — Нет, лаоши, вы только начали налаживать отношения с Сюэ Яном, нельзя его снова бросать. Кажется, для него это самая болезненная тема. — К сожалению, да. И мне очень непросто доказать ему, что я не со зла отказался брать его в ученики. Он озлобился за годы одиночества. Но знаешь, я всё ещё не понимаю, откуда у него так много информации о прошлом. Он ведь ненамного старше тебя. Вэй Усянь пожал плечами, он тоже так и не смог выяснить это у пленника. — Может, он владеет какой-то техникой расспроса, как клан Лань? Лань Чжань показывал мне, что с помощью гуциня он может поговорить с душой умершего. Сюэ Ян, может, делал это с помощью осколка Железа тьмы? — Судя по всему, он нашёл его позже, чем узнал что это вообще такое. — Он сообразительный, мог и иначе добывать информацию. Рад, что теперь вы с нами. Сам я хоть и сблизился с ним, но всё равно до конца понять не смог. — Я тоже пока не могу, Вэй Ин. Но приложу все усилия, чтобы Сюэ Ян начал верить людям и видеть в этом мире хорошее. — Будьте осторожны, лаоши. Он может обмануть вас и сделать хуже. Здесь я согласен с даочжаном Суном. — Я всё понимаю, правда. Спасибо тебе за заботу. Обняв учителя, Вэй Ин подумал, что после свадьбы и возвращения в Облачные Глубины он как следует тряхнёт Сюэ Яна и возьмёт с него обещание не причинять вреда Сяо Синчэню. А ещё лучше изобретёт заклинание, которое не позволит этого сделать, даже если очень захочется. Загоревшись новой идеей, Вэй Усянь, у которого было время до отъезда в запасе, понёсся в библиотеку. Ведь он точно видел книгу, которая ему поможет. Забежав в помещение и переведя дух, он понял, что не один. — Мэн Яо! Тебя же отсюда вчера на руках вынесли, я сам видел. А ты снова здесь? Куда смотрит Лань Сичэнь?! Старый приятель только грустно улыбнулся и отвёл взгляд. Тем временем в библиотеке резко стало больше народу потому что одновременно пришли Не Хуайсан и Су Миншань. Последний принёс новый чернильный камень, кисточки и бумагу, за которыми рано утром ходил в Цайи. Вэй Усяню не нравился этот адепт, который зажал ему вино, и смотрел презрительно. Но он почему-то сдружился с Мэн Яо и тот принимал его помощь. — Вэй-сюн, ты уже здесь? Мэн Яо, привет. Ну что, приступим к изучению чего-нибудь ещё? — Приступим, приступим, Не-сюн. Дай только идею запишу, пока не забыл. — И он выхватил чистый свиток из сумки, что держал Су Миншань, уселся на своё привычное место и схватил кисточку для письма. Записывал идеи он редко, но тут она реально была стоящей. Пока та не исчезла, он полез искать нужный трактат и немного выпал из разговора. — Вэй Ин такой увлечённый изобретатель. Мне кажется, вскоре вся Поднебесная будет знать и почитать его талант. Талисманы, которые он создаёт, пользуются небывалым спросом. — Мэн Яо, откуда ты всё знаешь? Юноша мягко улыбнулся. — Я просто наблюдаю и подмечаю важное. К тому же я убедил Вэй Ина в том, что получать золото за труды незазорно, и он разрешил продавать его талисманы. Миншань помогает мне в этом деле и клан Лань определённо будет богатеть очень быстро. Не Хуайсан даже рот открыл от удивления. — И ты всё успеваешь? Даже продавать? — Не я лично. Мы как-то прогуливались с Миншанем и договорились в Цайи с несколькими торговцами. Сперва было трудно убедить их, но теперь они рады, что пошли нам навстречу, ведь дела идут в гору. Миншань, ещё раз спасибо тебе за то, что ходишь в город и так помогаешь, я бы и сам был рад выбираться с тобой каждый раз, но иногда вырваться сложно. Су Миншань поклонился Мэн Яо, будто тот был благородным господином. — Мне совсем не сложно. — И всё же, когда глава клана станет делить вырученное, он отдаст долю и тебе. Ты честно заслужил это золото, прошу, не отказывайся. — Господин Мэн, а как же вы? Мэн Яо улыбнулся. — Всё будет честно, каждый получит то, что заслужил. Не Хуайсан следил за разговором, поглядывая время от времени на Вэй Усяня, но тот проявлял ко всему происходящему завидное равнодушие, увлечённо расписывая лист. Потом он придирчиво рассмотрел его, добавил ещё пару штрихов и поднял вверх, просушивая чернила. Когда ему надоело дуть, он вскинул радостный взгляд и уставился на троицу, что замерла от его внимания. — А вы чего тут? Меня обсуждаете, да? Ай-яй-яй, а ведь в правилах написано, что нельзя за спиной никого обсуждать. — А мы не за спиной у тебя стоим, а прямо перед лицом, — сообщил ему очевидное Не Хуайсан и заулыбался. — Что ты придумал в очередной раз? — А, да так. Это не я придумал, это до меня придумали, но я тут решил попробовать разузнать кое-что от духов. — Лань Ванцзи знает мелодию расспроса, — мгновенно сообщил ему Су Миншань. — Он да, а я нет. А так как я сам хочу задавать вопросы и слышать ответы, то зачем мне напрягать своего жениха? Нет уж, я вполне самостоятельный. — Так что ты придумал? — Призвать душу Вэнь Чжулю. Уверен, что Сюэ Ян сделал то же самое и всё у него выведал про нас с братом. — Ну и зачем тебе снова про это спрашивать? — не понял Хуайсан. — А затем, что на лодку кто-то напал. Яньли это прекрасно помнит. Нужно знать, кто это был. Кто хотел убить всех нас? — Тот, кому это выгодно. Мэн Яо вздохнул. — У меня есть подозрение, что отец мог приложить к этому руку. Не то чтобы я абсолютно уверен, но… Вэй Усянь нахмурился. — Если так, то ему точно не жить! Одно дело скрыть нас ото всех и совсем другое — попытаться убить детей своего друга. — Что тебе нужно, чтобы совершить ритуал? Я помогу? Честно говоря, мне не даёт покоя эта загадка. — Значит, разгадаем её вместе. Вэй Усянь ещё пару раз взмахнул листом. — Как узнать, где убит и похоронен Вэнь Чжулю? Не Хуайсан покусал губы и робко предположил: — Он ведь из клана Чжао? Может быть, его тело забрали родные? Он всё-таки славился своей силой и некоторой одному ему понятной справедливостью. Вряд ли его тело сожгли, а прах развеяли по ветру, как было с Вэнь Жоханем и его сыновьями. — Хуайсан, ты очень умный, наверняка так и есть! Давайте отправимся туда вместе? До свадьбы ещё есть время, успеем! — Хангуан-Цзюнь сожжет нас своим взглядом, если мы опоздаем, — изрёк пророчество Не Хуайсан, но противиться идее Вэй Усяня не стал. Приключение не казалось ему слишком опасным, ведь Вэй Усянь оказался весьма хорош не только в рисовании срамных картинок. Они с Лань Ванцзи время от времени разминались в тренировочных поединках, и Хуайсан был восхищён этим. На его памяти никто из адептов ни разу не одолел Лань Ванцзи, а Вэй Усянь ни в чём ему не уступал, и только его смех звучал да лязг клинков. Они никогда не дрались на деревянных мечах. — Я сообщу Лань Сичэню, — промолвил Мэн Яо, поняв, что от полёта не отвертеться. — А я попрошу лаоши получше присмотреть за Сюэ Яном, как бы он не попробовал сбежать. — Я отнесу ему конфет, не сбежит. — Кто бы мог подумать, что кровожадный убийца такой сладкоежка и его можно подкупить конфетками. Вэй Усянь отправился со своими идеями к Сяо Синчэню, а Мэн Яо пошёл обратно в Ханьши. Лань Сичэнь разбирал письма от встревоженных глав кланов. Присев рядом с ним и сложив руки на коленях, Мэн Яо дождался, когда Цзэу-Цзюнь обратит на него внимание. — Размять тебе плечи, любовь моя? Получив смущенную улыбку в ответ, Мэн Яо зашёл Лань Сичэню за спину и, поцеловав его в макушку, принялся массировать затёкшие плечи и шею. — Прости, что взвалил всё это на тебя. Я помогу с разбором писем, отсортирую их по важности и подготовлю ответы. Если ты одобришь их, то отправлю. — А-Яо, что бы я без тебя делал? — Полагаю, счастливо жил бы, не принимая на свои плечи судьбы всего мира заклинателей. Вэй Усянь хочет, чтобы мы вылетели раньше и по дороге побывали на землях клана Чжао. — Для чего? — Он хочет призвать душу Вэнь Чжулю и узнать, кто напал на него и брата с сестрой в день сожжения Пристани Лотоса. — Насколько я помню, этой информацией владеет Сюэ Ян. — Владеет, но он раздосадован появлением Сяо Синчэня, потому перестал рассказывать секреты даже за конфеты. Я ношу их ему просто, чтобы доказать, что его поведение не влияет на меня. — Что ж, это умно, А-Яо. Ему нужно научиться доверять людям. В детстве ему сильно досталось и он озлобился, — Лань Сичэнь вздохнул, но не от печали за чужую судьбу, а от облегчения, что дарили ему умелые руки. — Полетим вместе с ними? — Если хочешь. — Мне бы хотелось проконтролировать Вэй Усяня, пока Ванцзи нет рядом. Не то чтобы я не доверял его задумкам, в последний раз он весьма удачно создал компас для поиска источников тёмной энергии. Гениально, я бы сказал. Но я за него отвечаю. — Я понимаю и хотел предложить то же самое. К тому же мне хочется посмотреть и узнать всё из первых уст. А если у него получится… — Что такое, А-Яо? — Лань Сичэнь уловил грусть в его словах. — Ничего, просто подумал, что смог бы поговорить с мамой… Лань Сичэнь развернулся и взял поникшее лицо в ладони. — Беспокоить души умерших не стоит. Не только из уважения к их памяти, но и ради собственного спокойствия. Я знаю, что ты скучаешь по ней. Я тоже скучаю по родителям. Но у мёртвых нет больше земных забот. И общение с ними может только навредить, а не помочь. Понимаешь? — Да, прости. — Нет, не извиняйся. Я понимаю твоё желание, просто говорю о том, что ты и сам знаешь. — Знаю, — Мэн Яо сморгнул слёзы и улыбнулся. — Люблю тебя. — А я тебя, А-Яо. Запечатлев на губах юноши нежный поцелуй, Лань Сичэнь положил все письма в шкатулку и поднялся из-за стола. — Придётся взять с собой, чтобы продолжить разбирать их в Пристани Лотоса. — Я помогу, вместе мы справимся быстрее. Сичэнь, спасибо, что ты такой. И что захотел быть рядом с таким как я. Мужчина лишь покачал головой. — С таким как ты? С таким умным, талантливым, красивым? Было бы странно, если бы я не захотел. А-Яо, научись любить себя хотя бы вполовину так, как люблю тебя я. — Прости, это нелегко. — Я знаю, но сделаю всё, чтобы у тебя получилось.

***

Сяо Синчэнь аккуратно стряхнул рис с подола ханьфу и невозмутимо посмотрел на злого юношу. Сегодня он принёс ему ужин сам, потому что Мэн Яо и Су Миншань отбыли в Пристань Лотоса. Сюэ Ян был в бешенстве, как они и предполагали. — Ты лишил себя пищи. Это принесло тебе облегчение? — Проваливай. И нравоучения свои забери. Почему высокородный заклинатель вообще таскает мне еду? Слуг не нашлось? — Моё происхождение не имеет значения. А вот ты остался голодным. Мне жаль, — с этими словами он развернулся и хотел было выйти из комнаты, но Сюэ Ян решил, что ему слишком скучно. — Не боишься поворачиваться спиной к тому, кто мечтает перерезать тебе глотку? — Ты безоружен. И слишком зол, чтобы одержать надо мной вверх. — А вот это мы ещё посмотрим! Подобрав осколок плошки, Сюэ Ян набросился на Сяо Синчэня, но тот перехватил его руку и крепко сжал запястье, глядя в глаза. — Теперь ты ещё и поранился, дай посмотреть. По пальцам Сюэ Яна стекала кровь, но осколок он не выпустил. Сяо Синчэню прошлось нажать на болевую точку, чтобы юноша разжал пальцы. — Распорол ладонь. Посиди спокойно, я обработаю рану и перевяжу тебя. Ты можешь хотя бы ненадолго довериться мне? — Больше — никогда! Ты обманщик, как и все благородные заклинатели, рождённые с золотым слитком в заднице! Вздохнув, Сяо Синчэнь достал из мешочка тянькунь чистую ткань и целебное снадобье. — Зря ты думаешь, что я такой. Наставница подобрала меня на улице, когда я бродяжничал, потеряв родителей. Я совсем их не помню. И потому я виноват перед тобой вдвойне — мне оказали помощь в самый тёмный час, а я не был столь же милосерден. — И с чего мне прощать тебя? Ты мне, можно сказать, жизнь сломал, — усмехнулся Сюэ Ян, но руку вырывать перестал. — Я сломал, я и починю, — улыбнулся ему Сяо Синчэнь и Сюэ Ян замер. Даочжан обтирал ему руку, накладывал какое-то пахучее снадобье, и всё это с лёгкой улыбкой. Её хотелось стереть, размазать по красивому лицу. Заставить эти губы улыбаться совсем другой улыбкой. Сюэ Ян гулко сглотнул, когда рука была перевязана, а Сяо Синчэнь отошёл от него. — Лучше проведи ночь в медитации, завтра я принесу новую порцию еды. — Её постигнет та же участь. — Хорошо. Если тебе нравится обрекать себя на голодную смерть, то так тому и быть. Но мне казалось, что вся твоя жизнь была борьбой не ради этого. Нехорошо сощурившись, Сюэ Ян бросил, не надеясь на результат: — Мне не нравится это безвкусное варево. Хочу мяса и острой пищи. Чем есть это, лучше умереть. Сяо Синчэнь вздохнул. — Любая, даже самая простая пища полезна для нашего тела и для нашей души. Но я принесу тебе того, что ты просишь. Надеюсь только, что ты не выбросишь и эту еду. Выйдя за дверь, Сяо Синчэнь не заметил, каким долгим, задумчивым взглядом проводил его Сюэ Ян. На улице его ждал Сун Лань, провожавший друга каждый день, но никогда не заходящий внутрь. — Тебе не надоело возиться с этим неблагодарным? Он играет с тобой, а ты слишком добр. — Я всё понимаю, Цзычэнь, но я виноват перед этим юношей и постараюсь всё исправить. Тебе не нужно в Цайи? — Полечу с тобой, я слышал, о чём вы говорили. Но такой как Сюэ Ян выбросит и мясо, чтобы тебя позлить. — Значит, так тому и быть. Я сделаю всё, что зависит от меня. Съесть за него пищу я не смогу. Тяжело вздохнув, Сун Лань не стал ничего говорить. Если его друг хочет пройти эти испытания, он не имеет права ему мешать.