Непокорные

Не Хуайсан нервно кусал губы, пока Вэй Усянь прилаживал амулет на его саблю. Для этого пришлось раскалить её и буквально вплавить инородное тело в саму суть оружия. Эксперимент удался, но Хуайсан боялся, что это из-за того, что его дух сабли находится в состоянии зародыша. Ведь он упрямо избегал его развития, тогда как Не Минцзюэ являлся сильнейшим воином их клана, а значит, дух Бася был свирепым и мощным. Вэй Усянь же не переживал по этому поводу, говоря, что неважно какова сила духа, всё заключается в самой его природе, которую он и провёл с помощью амулета. Помимо этого, Вэй Усянь умудрялся руководить процессом подготовки к свадьбе, но тут ему на помощь пришёл клан Цзинь, отпустив Ло Цинъян погостить в Облачные Глубины. Девушка привезла с собой много роскошных тканей из Ланьлина, а также украшения, которые передала госпожа Цзинь в качестве подарка. Поэтому руководитель из Вэй Усяня получился просто отменный, ведь исполнитель разбирался в предсвадебной суете побольше него. В одно пасмурное утро прибыли и Не Минцзюэ с Цзян Ваньинем. Они тоже привезли подарки, но самым важным решили заняться безотлагательно. Бася в мирное время начинал буйствовать и контролировать его становилось всё труднее. Цзян Ваньинь пихнул брата в бок и стрельнул глазами в сторону мужа. Тот нервничал и едва удерживался от того, чтобы не порубить несколько деревьев в щепки. — Глава Не, прошу вас, отпустите Бася и прогуляйтесь с братом, я всё сделаю сам. — Бася навредит тебе, не думай, что он будет просто ждать, пока ты вплавишь в него нечто инородное. — Глава Не, сейчас вы только поддерживаете его боевое настроение, я же его успокою. Вэй Усянь очаровательно улыбнулся мужчине и сделал вид, что он самое милое создание в Поднебесной. Тот ему, конечно же, не поверил. — Дагэ, ну правда, пойдём прогуляемся? Вэй-сюн знает, что делает. Честно-честно, мы уже пробовали на моей сабле. — С количеством занятий как у тебя твоя сабля котёнок по сравнению со львом. Ладно, идём, толку нет оттягивать неизбежное! Не Минцзюэ обернулся к мужу: — Ваньинь, идёшь? — Я останусь, помогу брату и заодно прослежу, чтобы с Бася всё было в порядке. — Хорошо. Цзян Ваньинь был на взводе, это Вэй Усянь понял бы и с закрытыми глазами. — Что делать? — Ничего, — с него схлынул весь налёт доброжелательности и радушия. — Ты останешься за дверью, чтобы Бася не навредил тебе. — Ты слышал, что сказал мой муж? — ощетинился Цзян Ваньинь. — Слышал, только мне не улыбается отвечать перед ним за твой труп. — Это настолько опасно? А ты бессмертным стал? Я пойду с тобой, это не обсуждается. — Я буду с Лань Чжанем. А-Чэн, слушай… Это реально опасно, потому что ты… Ну вы же балуетесь парными практиками с Не Минцзюэ? Цзян Ваньинь вспыхнул и сжал кулаки, чтобы отстоять честь. Он правда ещё не решил чью именно, но поколотить брата это за милую душу, давно, кстати, он этого не практиковал. Вон как тот распустился. — Ты на что это намекаешь? — На то, что вы, как и мы с Лань Чжанем, обмениваетесь своей духовной энергией. Бася захочет отомстить за предательство и бросится на тебя просто потому, что чувствует в тебе ци своего хозяина. Мы же с Лань Чжанем сдержим его и сделаем всё как нужно. Просто верь мне. — Я уже один раз тебе поверил! И ты едва не погиб! Было такое?! У Цзян Ваньиня даже голос сорвался, но, увидев, как дёрнулся Бася, он осознал правдивость слов брата. — Ладно, ладно. Но если с тобой что-то случится — я тебя в Пристань Лотоса увезу и там в озере утоплю, так и знай! Будешь гулём! — Ладно, всё как ты хочешь, Чэн-Чэн, только не переживай так! Это правда не очень опасно и Лань Чжань мне поможет. — Что-то в тот раз не помог! — Если бы не он, то… — Вэй Усянь махнул рукой. — Подожди здесь, ладно? Если Бася вырвется, опутаешь его духовными сетями. Но надеюсь, до этого не дойдёт. — Да уж, я тоже надеюсь Цзян Ваньинь подозрительно покосился на брата, но смирился с тем, что тот будет справляться со всем без него. Как обычно. Они с Лань Ванцзи заперлись в сарае, где стояла огромная жаровня, а инструменты напомнили Цзян Ваньиню кузницу. Он отчаянно желал настучать Вэй Усяню по голове, но вынужден был только кусать губы и хрустеть пальцами. Вэй Усянь же просто улыбнулся Лань Ванцзи, и тот достал свой гуцинь, чтобы играть мелодию успокоения ци. В жаровне уже горел огонь и Вэй Усянь подкинул туда талисманы, чтобы пламя стало ещё жарче. Он закрепил Бася в специальном разъёме, сделанном индивидуально под размер сабли, и та начала накаляться. Вэй Усянь буквально чувствовал гнев оружия, тот обжигал его, пока он играл на флейте, помогая мужу усмирить Бася. А потом случилось то, чего он опасался, — дух отделился от сабли и начал крушить всё вокруг в слепой ярости. Тогда Вэй Усянь выхватил из-за пазухи изобретённый им амулет и попытался приладить его на саблю. Но дух откинул его прочь и Вэй Усянь больно ударился о землю. — Вэй Ин! — Всё хорошо, Лань Чжань, хорошо, — он сплюнул кровь, ощущая нестабильность своей ци, но встал. — Продолжай играть. Лань Ванцзи нахмурился и мелодия стала немного быстрее, напряжённее, ярче. Она пыталась не успокоить, а подчинить, усмирить силой. Вэй Усянь, поднявшись на ноги, снова поднёс к губам Чэньцин и заиграл на ней, вплетаясь в мелодию мужа, обхватывая Бася невидимыми силками и заставляя дух вернуться в саблю, сплавиться с ней. В этот же момент он швырнул талисман, что начал вплавляться в Бася, проступать на ней новыми символами. Подумав немного, Вэй Усянь добавил второй талисман, намертво запечатывающий в самой сущности Бася первый, и заиграл активнее, не давая духу вырваться снова и всё испортить. По его лицу струился пот, и, бросив взгляд на мужа, он увидел, что Лань Чжань напряжён не меньше, вкладывая все духовные силы в мелодию. Эта агония длилась ещё несколько минут или часов, Вэй Усянь потерял счёт времени. А после всё стихло и, вспыхнув ярко-алым, сабля перестала пытаться избавиться от пут и замерла. — Лань Чжань, получилось?! Вэй Усянь бросился к Бася, но муж жестом остановил его. — Подожди, дай время. Сабля остывала и выглядела вполне безобидно. — Пойду А-Чэна позову, — решил Вэй Усянь спустя несколько минут. Он отворил ворота сарая, который они приспособили под его эксперименты, и тут же наткнулся на Цзян Ваньиня, который заглянул ему через плечо, а потом вопросительно в глаза. — Получилось? — Вроде. Зайди. Если дух бросится на тебя, то не получилось. — Отлично! То пускать не хотел, а теперь заходи, Цзян Чэн, будешь подопытным кроликом, Цзян Чэн. Вэй Усянь рассмеялся и приобнял брата. — Да ла-адно тебе, ну что ты такой вредный, А-Чэн. Если бы это было опасно, я бы тебя не позвал! Вэй Усянь слегка куснул брата за плечо, за что получил тычок под рёбра. Быстро подойдя к Бася, Цзян Ваньинь оглядел саблю и осторожно потянулся к ней. Она отреагировала спокойно, и он торжествующе улыбнулся. — Получилось! Вэй Ин, всё получилось, спасибо! Он обнял брата так сильно, что у того вырвался стон, а потом отскочил от него, заметавшись по сараю. — Нужно сказать Цзюэ, что получилось! Это так здорово, Вэй Ин, спасибо тебе! — Да хватит, хватит благодарить! Терпеть этого не могу! — Ладно, потом вина тебе притащу, сколько захочешь! И он припустил из сарая на поиски мужа, только его и видели. — Лань Чжань! — Вэй Усянь нежно улыбнулся супругу. — Без тебя я бы не справился. — Мгм. — Это чистая правда, ты же знаешь, что в Облачных Глубинах нельзя лгать. — Он посмотрел на него самыми честными глазами и полез целоваться. Однако их слишком быстро прервали. Не Минцзюэ возник в дверном проёме и немного откашлялся, чтобы не стать свидетелем ещё более разнузданного поцелуя. Не дожидавшись ответной реакции, он прошёл к закреплённой сабле и освободил её, чтобы ахнуть от удивления. — Не может быть! — Не Минцзюэ уже несколько лет не ощущал такой внутренней свободы и лёгкости. Его брат и супруг с улыбкой взирали на него, а Вэй Усянь пытался поправить ханьфу и причёску, удивляясь, как Лань Ванцзи в считаные секунды успел измять и то и другое. Медленно повернувшись к Вэй Усяню, Не Минцзюэ сложил руки в почтительном жесте и поклонился. Цзян Ваньинь смотрел на мужа с улыбкой и гордостью, Вэй Усянь же засуетился. — Глава Не, Глава Не, не нужно вот этого, ну пожалуйста. Не могу выносить, когда меня так благодарят. Лучше привезите мне хорошего вина, мяса и специй, и будем в расчёте на всю жизнь. Вэй Усянь неловко почесал затылок и снова попытался поправить одежду, которая и без того уже была в порядке. — Мясом, вином и специями ты будешь обеспечен на всю жизнь, Вэй Усянь. Наш клан в долгу у тебя. Я лично в долгу у тебя. Не спорь. — Нет уж, глава Не, я поспорю! Вы муж моего брата, а значит, мой родственник. Кто бы не сделал этого для своего близкого? — Много кто. Ладно, не стану тебя смущать. Мне ещё нужно найти одного хули-цзина и расспросить. — О чём? — Недавно разнеслась весть о смерти Цзинь Гуаншаня. Хочу понять, знал ли об этом Мэн Яо. — Он умер? — потрясённо переспросил Вэй Усянь. — Как? — Ему перерезали горло в одном из борделей, которые он содержал. Служанка сказала, что это был юный заклинатель в чёрных одеждах, он напугал её и последним видел Гуаншаня. — Сюэ Ян? — Вэй Усянь переглянулся с братом и мужем. — Думаете, Мэн Яо приложил к этому руку? — Как знать. — Глава Не, — Вэй Усянь вцепился мужчине в запястье. — Не тревожьте его, пожалуйста. Он не покидал Облачные Глубины с тех пор, как мы вернулись. Какая теперь разница, знал он про планы Сюэ Яна или нет? Цзинь Гуаншань получил по заслугам в конце концов. — Чего ты зачастил? Я же не убивать Мэн Яо собираюсь. Просто потолкую с ним. — И он совсем есть перестанет из-за нервов, — попытался разжалобить его Вэй Усянь. — Знаете, как он плохо питается? От переживаний даже рис не ест, господин Лань его буквально насильно кормит, чтобы в обморок не падал. — И ведь отказать тебе сложно, да? — рассмеялся Не Минцзюэ. — Ладно, я просто сообщу им новости, без допроса. Резко выдохнув, Вэй Усянь поклонился главе Не. Он был благодарен мужчине за понимание и рад, что тот не станет тревожить Мэн Яо. У того правда были большие проблемы с едой и, как следствие, с Лань Сичэнем, который буквально силой кормил своего беспокойного мужа. На всякий случай, чтобы приглядеть, Вэй Усянь напросился вместе с главой Не, за что тут же получил от брата тычок. — Мэн Яо не маленький уже, если знал про убийство, почему не сказал? Будто кто-то не рад! Вэй Усянь усмехнулся. — Я бы тоже не сказал. Зачем кому-то мараться, если можно сделать всё самому. Но мне не кажется, что Мэн Яо имеет к этому убийству отношение. Дойдя до Ханьши, Не Минцзюэ постучал в дверь и, войдя в покои, застал странную картину: Лань Сичэнь сидел в позе для медитации, а рядом с ним точно в такой же устроился Мэн Яо, который даже глаз не открыл, когда вошли гости. — Проходите. Минцзюэ-сюн, Ванцзи, глава Цзян, господин Вэй, Хуайсан. Простите, мы немного заняты — я учу А-Яо контролировать потоки ци и практиковать инедию. — Будто он и без того много ест! Вэй Усянь ляпнул это и только после подумал, что сказал. — Именно по этой причине мы подбираем для А-Яо разные практики. — Это всё прекрасно, но у нас есть новости, — не стал разводить политесы Не Минцзюэ. — Что-то случилось? — Иначе я бы не позволил себе прервать ваше столь интересное занятие, — в словах главы Не не было и капли раскаяния или смущения. — Цзинь Гуаншань убит в одном из Весенних домов. Мэн Яо резко распахнул глаза, но смотрел строго перед собой, не задавая вопросов. Не Минцзюэ, помня, что обещал не устраивать допрос, тоже молчал. — Убит? — Лань Сичэнь встал и подошёл к гостям ближе, кидая на супруга тревожные взгляды. — Кем? — Судя по описанию, Сюэ Яном. Мэн Яо судорожно вздохнул, но опять не проронил ни слова. Внутри него кипели нешуточные эмоции, но он не мог выпустить их наружу. Это было что-то сродни нездоровому перевозбуждению, когда не знаешь смеяться тебе или плакать. Снова прикрыв глаза, Мэн Яо использовал технику дыхания, которой научил его муж и, немного успокоившись, заговорил: — Этого следовало ожидать. Отец поступил глупо и опрометчиво. Нельзя оставаться так близко к врагу, которого не смог достать. — Ты про Сюэ Яна или про себя? — Не Минцзюэ не сдержался от едкой реплики. Но Мэн Яо отреагировал спокойно. — Это явно была инициатива Сюэ Яна. Я лишь сообщил ему, что отец сбежал. Мне было не до поисков. Не знаю, стал бы я искать позже или нет, теперь это не имеет значения. Кивнув, Не Минцзюэ показал, что удовлетворён ответом. Лань Сичэнь же тяжело вздохнул. — Нужно сообщить дяде. Боюсь, на Сюэ Яна теперь ополчится весь мир Заклинателей. — С чего бы это? — возмутился Вэй Усянь. — Он, конечно, парень не из самых приятных, но мне кажется, что исправится. — Откуда такие выводы, господин Вэй? — уточнил с улыбкой Лань Сичэнь. — Ну, он отдал нам осколок Железа тьмы, избавил от мерзкого старикашки и вообще умный парень. Мы бы с ним обязательно подружились, если бы не его пагубная любовь к сладкому, — он улыбнулся своей остроте и потёр нос указательным пальцем. — Ай, не смотрите так. Будто вы не думаете так же, как и я. Он оказал нам всем услугу, если это действительно он прикончил Цзинь Гуаншаня. Сколько он бы ещё вредил людям? — Заклинатели не могут опускаться до мести ради собственного развлечения, — возразил Не Минцзюэ. — Ай, ну считайте, что он сожалеет о своём поступке. Какая теперь уже разница? И вообще, у нас сегодня примерка свадебных нарядов. — Я всё равно должен сообщить дяде, как Верховному заклинателю ему придётся решать судьбу Сюэ Яна. Вэй Усянь вздохнул, но поделать ничего не мог. Внутренне он был благодарен Сюэ Яну за смерть Цзинь Гуаншаня и плевать хотел, что это порицалось остальными. Этот негодяй ещё дёшево отделался. Мэн Яо, косившийся на приятеля, но молчавший, думал примерно то же самое. Но вступать в дискуссию не хотел, слишком шатким сейчас было его душевное равновесие. — Ладно, давайте сперва займёмся нарядами, а уже потом этим вашим остальным. Лань Цижэнь точно никуда не денется, сообщим ему и посмотрим, что он скажет. Но я бы не стал верить слухам, тем более доказательств, что это именно Сюэ Ян убил, нет. Вэй Усянь остался крайне доволен своей речью и обвёл всех торжествующим взглядом. — Цзэу-Цзюнь, вам, как жениху, и неважно, что уже мужу, А-Яо в наряде видеть пока не полагается. Так что давайте разделимся и каждый займётся своим делом. — Хорошо, господин Вэй, — согласно кивнул Лань Сичэнь. — Как прошёл ваш эксперимент? — Лучше, чем все предполагали, — скромно похвастался тот. — Вэй Усянь сотворил чудо, — громогласно сообщил Не Минцзюэ, демонстрируя другу Бася. — Я полностью контролирую свои духовные силы и дух сабли не требует от меня крови. Мне кажется, что я был так безмятежен только в годы юности. — Ты даже помолодел, Дагэ, — вмешался Не Хуайсан. — Вэй-сюн станет самым известным заклинателем, я уверен. Он уже столько всего придумал. Жду не дождусь Ночной охоты в честь свадьбы. — А-Сан, что я слышу? Ты собираешься на Ночную охоту? — Не Минцзюэ шутливо схватился за сердце, чем вызвал смешки всех окружающих за исключением Лань Ванцзи и Мэн Яо. Цзян Ваньинь, глядя на мужа влюблёнными глазами, просто сиял от счастья, и Вэй Усяню хотелось заобнимать брата до полусмерти, так он был за него рад. Но приближаться к А-Чэну было опасно, так что Вэй Ин выбрал следующую жертву. — Мэн Яо, хватит сидеть здесь будто монах, идём со мной, ткань, примерка, подготовка к свадьбе! Это же так весело!