dum spiro spero

      К середине июля Бюли заявила, что хочет изменить план тренировок. Они были талантливыми игроками, да, но результат в футболе зависел ещё и от сыгранности. Она хотела, чтобы её команда понимала друг друга с полувзгляда. Юна получила в пару Черён, Йеджи Рюджин, а Джису досталась сама тренер Мун. Услышав это, Рюджин только сочувствующе улыбнулась и похлопала её по плечу.       – Как долго Бюли тебя тренировала? – Спросила Йеджи, когда они с Рюджин заняли место в самом конце поля.       – Лет семь, думаю. Ну, или восемь. С перерывами.       – Ты много знаешь о её методах.       – Они тебе не нравятся? – Нахмурилась Рюджин.       – Иногда мне кажется, что она обходится с тобой слишком жёстко.       – Бюли знает, чего хочет, – пожала плечами Шин. – И она знает меня. Я уже подводила её, больше она этого не допустит.       – Подводила?       – Личное.       – А… хорошо.       – Давай, сосредоточься на тренировке, Хван.       Йеджи знала, что хороша. Она могла отобрать мяч почти у всех игроков её возраста, но Рюджин, кажется, была вне её весовой категории. Хван пробовала обойти справа, слева, протолкнуть мяч между ног, но Рюджин парировала всё. На её лице не было ни грамма усталости, – только чистое удовольствие от процесса.       – Я лучшая, – сказала Шин, в очередной раз забирая мяч.       – Ты жульничаешь!       – Как? Читаю твои мысли?       – Может, ты на самом деле телепат?       – И трачу свои способности, играя в футбол? Если бы я умела читать мысли, то использовала бы это, чтобы зарабатывать деньги. Типа… не знаю, я могла бы узнать код от сейфа в каком-нибудь банке и украсть пару мешков с долларами.       – Тебя бы поймали.       – Не мешай мне мечтать, Хван, – рассмеялась Рюджин. – Можно подумать, что ты бы не поступила так же на моём месте.       – Я? Нет.       – О, и как бы ты использовала телепатию?       – Я бы прочитала твои мысли.       – Мои? – На секунду Йеджи показалось, будто Рюджин покраснела, но она быстро списала это на оптическую иллюзию. С чего бы Рюджин краснеть?       – Просто хочу знать, что ты обо мне думаешь.       – Ох… ты могла бы просто спросить меня.       – А ты мне ответишь?       – Зависит от вопроса. Ничего слишком личного. Ты ведь помнишь, что в августе мы разъедемся?       – Мы могли бы переписываться, – предложила Йеджи, но Рюджин только пожала плечами.       – Это никогда не работает. Я была в стольких лагерях, и не общаюсь ни с кем из них. После последнего дня все перестают общаться. Это нормально.       Отдав мяч Йеджи, она снова встала в защитную стойку. Хван старалась, правда, но Рюджин в очередной раз оказалась быстрее. Она двигалась бесшумно и ловко, словно кошка, за секунду успевая увести мяч в сторону. В груди закололо, но Йеджи знала, что это не усталость. Ей нравилось наблюдать за Рюджин, ловить каждое её движение и запоминать его до последней детали.       – Какие девушки тебе нравятся? – Спросила Йеджи.       – О, так эту мысль ты хотела прочитать в моей голове? – Усмехнулась Рюджин.       – Не отвечай, если не хочешь.       – Ох… не знаю. Мне нравятся девушки, вот и всё.       – Да, но блондинки или брюнетки?       – Гетеро серьёзно выбирают партнёров по цвету волос? Вау… теперь я многое понимаю.       – Я имела в виду типаж. Тебе нравятся милашки или стервы?       – Стервы. Шэрил Блоссом – мой идеал.       – Серьёзно?       – Да! Она сексуальная, красивая и заботливая. Видела, как она ведёт себя с Тони?       – Но у неё же куча психологических проблем.       – Как и у всех, – пожала плечами Рюджин. – У каждого в башке есть целая куча дерьма.       – Я могла бы тебе понравиться?       – И ты снова это делаешь, – улыбка Шин стала шире.       – Делаю что?       – То же, что и все гетеросексуалки, когда узнают, что я лесбиянка. Зачем тебе знать, понравилась ли ты бы мне или нет? Ты же гетеро, Хван. Девушки тебя не интересуют. Твой вопрос не имеет практического значения.       – Мне просто любопытно.       Рюджин, наклонив голову, смотрела на неё. В чёрных глазах плясали игривые огоньки.       – Иногда мне кажется, что такой вопрос просто относительно вежливый способ убедиться в безопасности. Удивительно, но общество всё ещё гомофобно. Это живёт в человеческом сознании, и, встречаясь с людьми типа меня, они хотят убедиться, что я не прижму их к стене против их воли.       – Я тебя не боюсь.       – Ну, есть и второй тип девушек. Они спрашивают об этом, чтобы поднять самооценку. Ты отвечаешь что-то типа «да, ты милая», а на следующий день она говорит своим подружкам: «о, эта лесбиянка по уши влюблена в меня. я такая секси». Не то, чтобы я против. Круто, когда у человека всё в порядке с самооценкой.       – Я просто хочу сказать, что ты бы мне понравилась.       – Если бы была парнем?       – Если бы была чуть вежливее. Мне нравятся милые.       – О, тогда я в безопасности.       – Я же тебе всё равно не нравлюсь.       – Я этого не говорила, – возразила Рюджин. – Ты похожа на Шэрил Блоссом, и мне нравится, как ты играешь, но у меня просто не хватит ментальных сил, чтобы встречаться с гетеро. Это как сидеть на скамейке запасных и знать, что никогда не выйдешь на поле. Я так не хочу.       – После Минджу?       – Ну, девушка, которую я обожала, изменяла всё время наших отношений, так что… да, после Минджу. Не хочу, чтобы кто-то снова бегал между мной и ещё одним человеком. Проще вообще стоять в стороне, чем терпеть.       – Но, если ты встретишь действительно хорошую девушку…       – Если девушка «действительно хорошая», она не встречается с двумя одновременно, Хван, – улыбнувшись, Рюджин подтолкнула к ней мяч. – Ну, будем тренироваться или продолжим болтать?       – Тренироваться, конечно.

***

      Тони позвонил вечером, когда они вместе шли на ужин. Юна и Джису понимающе улыбнулись, ускоряя шаг. Рюджин, бросив на неё странный взгляд, отошла к Черён. Они быстро скрылись в темного аллеи, пока Йеджи искала место посветлее.       Тони сидел в комнате для вожатых в лагере, в котором работал. За спиной красовались дипломы и фигурки из дерева. Рубашка-поло обтягивала его сильные плечи. Он загорел, слегка отрастил волосы, и даже его веснушки стали бы будто чуть заметнее.       – Привет, Йеджи. Как дела?       – О, привет. Нормально. Как твои?       – Супер. Я… я вроде как давно не звонил, было много работы. Извини.       – Всё в порядке. Я тоже была занята.       – Тренировки?       – Да, ещё я познакомилась кое с кем.       – О, круто, – он улыбнулся. – Я тоже. Его зовут Колин, такой классный парень. О, а ещё Дерек, Скотт, Айзек, Ноа…       Он почти десять минут рассказывал о парнях, которые учили его управлять каноэ, пока Йеджи старалась ничего не упускать. Он злился, когда она забывала детали, сразу же говорил, что она его не слушала. Тони считал, что в отношениях главную роль занимало общение, но иногда забывал, что говорить должны были двое, а не только он. В любом случае, Йеджи не жаловалась. Они всегда успели бы поговорить позже. Например, когда съехались бы.       Закончив монолог, Тони посмотрел на часы.       – Ох, прости, детка, мне уже пора. Мой отряд должен пойти на ужин через пару минут. Созвонимся позже?       – Да, конечно. Я… и он бросил трубку, – усмехнулась Йеджи. – Так же, как и всегда. Это то, что имела в виду Рюджин, когда говорила о «номере два»?