dum spiro spero

      Йеджи чувствовала себя неловко. Они с мамой сидели на диване, соприкасаясь плечами, пока «Ливерпуль» играл за выход в полуфинал с «Тоттенхэмом». Это была игра семилетней давности – одна из любимых отцовских записей, – и Йеджи хотела, чтобы и мама тоже её оценила. Она не пыталась заменить его ею, – это было невозможно, – но ей хотелось отдать отцу дань уважения, поблагодарить за то, как много сделал для неё.       – Подожди, этот парень ведь не был в том белом прямоугольнике? Почему судья поднял флаг?       – Этот белый прямоугольник называется «штрафной». Арбитр поднял флажок, потому что мяч был в офсайде. Это не зависит от штрафной. Это… ох, как бы объяснить… раньше во время игр некоторые футболисты просто вставали у ворот, чтобы принять пас. После этого запретили, потому что игра просто теряла свою зрелищность, и Футбольная ассоциация Англии ввела новое правило. Теперь, чтобы игроки могли продолжить атаку, необходимо, чтобы между атакующим игроком и воротами находилось не менее двух соперников, включая вратаря. Тогда пас будет считаться легальным.       – Я думала футбол легче.       – Большинство правил простые, но офсайд является исключением. Это… странное правило, но оно необходимо, чтобы устроить классную игру.       – А вы с Рюджин…       – Полузащитники, – улыбнулась Йеджи. – Мы выполняем и функции нападающего и защитника. Ну, в зависимости от тактики.       – Я говорила не о футболе.       – О… – тепло подступило к щекам. – Так… хочешь знать, как мы сошлись?       – Только если ты хочешь мне рассказать. На самом деле… нам давно следовало поговорить. Это твой последний год перед колледжем, и я знаю, что ты хочешь уехать. Эта мысль всегда пугала меня, но я старалась отложить её. Думала: «Она же всё ещё моя дочь, что может случиться?». То, что случилось с отцом, ударило по мне, и я растерялась. Я люблю его. Я всё ещё его люблю.       – Я понимаю.       Мама накрыла её руку своей.       – Боли было так много, что я забыла о тебе, и мне жаль. Работа меня успокаивала, а потом ты уехала в лагерь. Дом опустел. Я скучала по тебе. Я до сих пор скучаю.       – Я тоже.       – Больше никаких сверхурочных. Я буду отвозить тебя в школу и забирать, мы будем вместе ужинать, и я проведу всех выходные дома.       – А как же скорая?       – Я нашла отличного доктора, который сможет меня подменить. Не переживай, – она притянула Йеджи к себе, утыкаясь запуская пальцы в волосы. – Прости меня.       – И ты меня.       – О, детка, ты ничего не сделала. Это моя вина. Так… – она отстранилась. – Ты всё-таки расскажешь мне о Рюджин?       – Мам!

***

      Едва Рюджин успела открыть дверь, как Юна с грацией новорожденного щенка набросилась на неё, повисая на шее. Ноги обхватили талию. С трудом удержавшись на ногах, она дошла до своей кровати.       – Йеджи соскучилась по мне?       – И тебе привет, – усмехнулась Рюджин. – Тоже очень рада тебя видеть.       – Ты никогда мне не рада. Так что, Йеджи хотела меня видеть? Она придёт на вечеринку?       – Она поговорит об этом с мамой, но ничего не обещает. У них… эм… возрождение отношений, я думаю.       – Они мирятся?       – Да, – губы Рюджин растянулись в улыбке.       – Ты ей понравилась?       – Думаю, что очень. Я починила их стиральную машинку и немного помогла с машиной. О, а ещё ей понравился мой завтрак.       – Ты приготовила ей завтрак? – Юна сжала её щёки, пристально заглядывая в глаза. – Шин Рюджин, ты что, трахнула её?       – Это не твоё дело.       – Рюджин…       Нежно оттолкнув её на пол, Рюджин удобнее устроилась на кровати. Хотелось забыть об учёбе, тренировках и вернуться к Йеджи. Это были хорошие выходные. Возможно, даже лучшие за всю её жизнь, и Шин с нетерпением ждала следующих.       – Я не спрашиваю, чем ты занимаешься, когда ночуешь у Джису.       – Мы играем в приставку.       Рюджин усмехнулась.       – Конечно.       – Эй! Ты что, не веришь мне?       – Ни единому слову.       – И как я могла прожить с тобой столько лет?       Пожав плечами, Рюджин закрыла глаза. Мысли о Йеджи наполняли голову, перед глазами, словно кадры киноленты, проносились воспоминания об их выходных. Потребность снова прикоснуться к Йеджи, поцеловать её казалось непреодолимой, но она старалась держать себя в руках. Нужно только немного подождать, и они снова увидятся. Пять коротких дней.       Шин отвлеклась только, когда её телефон наконец подал признаки жизни. На экране появился номер Йеджи. Она стояла перед зеркалом в топе, который едва прикрывал грудь. Капли стекали с мокрых после душа волос на шею и ниже, и Рюджин прикусила губу, чтобы не выругаться. Эта девушка сводила её с ума. Йеддон, 21:43. Скучаю по тебе.

Вы, 21:43.

тут только стало горячее?

а, нет, это ты…

я в восторге, детка!

Йеддон, 21:44. Так…

Вы, 21:44.

хочешь моё фото?

уверена, что готова к этому?

я выгляжу очень горячо

Йеддон, 21:44. Удиви меня.       «Ты сама этого хотела», – подумала Рюджин.       Наклонив голову, Шин выставила вперёд челюсть и скосила глаза. Это был её любимый вид фотографий, – глупые и странные, хотя Джимин продолжала считать их милыми. Большинство из тех, кто пытался завязать с ней секс-переписку, сбегали после первых же таких фото, остальные отшучивались, но больше не пытались намекать на что-то эротическое. Рюджин казалось, что это забавно.

Вы, 21:46.

как тебе?

Йеддон, 21:46. Никогда не думала, что тройной подбородок может так возбуждать Кажется, мне нужен холодный душ Или пара холодных душей

Вы, 21:46.

горячо?

Йеддон, 21:47. О, да! Подожди, посмотрим смогу ли я сделать своё фото горячее       Рюджин не сдержала смех, когда увидела новое фото. Йеджи лежала на кровати, положив подбородок на одеяло и надув щёки. Она напоминала щенка. Шин хотелось расцеловать её лицо, прижаться к губам, обнять так крепко, чтобы кости затрещали.

Вы, 21:47.

я скучаю по тебе

хочу обнять тебя

Йеддон, 21:47. Я тоже

***

      – У этой девушки были отличные выходные! – Рассмеялась Джису, как только закончила целоваться с Юной. – Ты улыбаешься в понедельник. Йеджи что, использует магию вне Хогвартса?       – Думаю, она скорее Эльза, – усмехнулась Черён. – Ну, знаешь, волшебные руки.       – Заткнитесь, – беззлобно огрызнулась Рюджин.       – Думаете, мы сможем немного поиграть на большой перемене? Я хочу побить рекорд Юны.       – Я буду счастлива, если ты сделаешь это, детка, но, – оставив нежный поцелуй на щеке Джису, Юна зарылась носом в её волосы. – Я не собираюсь сдаваться.       Поправив рюкзак, Рюджин покачала головой.       – Ты на первом месте только потому, что в тот день меня с вами не было. Этот рекорд мой.       Черён рассмеялась, обнимая их за плечи. Шин почувствовала, как тепло расплылось по телу. И насколько давно ей начали нравиться чужие прикосновения?       – Моя очередь, лузеры.       – Мечтай об этом!       – Запомни этот совет, Ю, потому что это то, что тебе придётся делать, когда я побью твой рекорд.       – Сперва поцелуй мою задницу.       – У тебя есть девушка, чтобы заниматься этим. Без обид, Джи.       – Ничего, – улыбнулась Джису. – Это хорошая шутка.       Они шли по коридору, болтая и смеясь, словно подростки из сериала на Нетфликс. Рюджин скучала по Йеджи, но разум напоминал, что совсем скоро они обязательно увидятся, – если не на вечеринке, то в её доме. Если Йеджи, конечно, захочет.       – Че, выходит, ты единственная, кто свободен? Может, найдём тебе кого-нибудь?       – Только не ты, Юна. Я не доверяю твоему вкусу.       – Я встречаюсь с Джису!       – Потому что она первой позвала тебя на свидание. Не ты выбрала её, а она тебя. Тебе повезло.       – О, круто, – фальшиво обиженно ответила Юна. – Тогда, может, Рюджин сможет найти для тебя идеальную девушку?       – Только не она!       – Почему ты в нас не веришь?       – Потому что вы все, кроме Джису, отстой в отношениях. Без обид, но…       Рюджин подняла руки вверх, признавая своё поражение.       – Она права. Ты встречалась только с Джису, а я… ну…       – Твоё «ну» прямо сейчас на два часа.       Черён кивнула в сторону компании Минджу. Шесть пар пристальных глаз остановились на Рюджин, заставляя мурашки пробежать по коже. Злость неприятно обожгла лёгкие. Она попыталась пойти быстрее, но Минджу вдруг оторвалась от своей группы и встала между ней и входом в класс.       – Серьёзно? – Пробормотала Черён. – Мы опаздываем.       – Ты в другом классе.       – Ну, я всё ещё могу быть со своей подругой до звонка. Отойди.       – Мне нужно поговорить с Рюджин.       – Но… – Рюджин остановила Юну лёгким прикосновением.       – Идите, до звонка не так много времени. Встретимся на перемене?       – Напиши мне.       – Конечно.       Шин думала, что придёт в ярость, но даже те искры злости, которые горели минуту назад, исчезли, когда она вспомнила о Йеджи. Минджу сделала ей больно? Что ж, это в прошлом. Сейчас её сердце занято другой девушкой, – той, чья улыбка заставляет её чувствовать себя лучше даже в самые дерьмовые дни.       – Я просто хотела извиниться за то дерьмо, которое устроила. Мне жаль.       – Ладно.       – Только «ладно».       – А чего ты ждала?       – Я волновалась за тебя.       – Спасибо, наверное.       – Я…       – Слушай, Минджу, давай просто забьём. Это было неприятно, но я уже не думаю об этом.       – Может, попьём где-нибудь кофе? Ну, чтобы окончательно закрепить мир.       – Нет, спасибо.       – Покурим?       – Бросила, – отрезала Рюджин, оценивая, как может пройти в класс, не толкая Минджу.       – Серьёзно?       – Да. Дай мне пройти, пожалуйста.       – Конечно.       Рюджин чувствовала на себя пристальный взгляд Минджу, но старательно отгоняла плохие мысли. У неё была Йеджи.

Вы, 08:05.

я люблю тебя