Пуговицы

Люциус расхаживает по дому, очевидно, радуясь спектаклю, что устроился практически без его участия. «Взятки гладки» — как говорит его новый, но уже не такой наивный, приятель — мистер Поттер. Он гадко ухмыльнулся, взял бокал недопитого вина с каминной полки, затем крутанулся и прошествовал на балкон, где расположился на гладких перилах. «Хорошее поместье» — хмыкнул он, отпивая из гладкой посудины и смотря на упавший вниз пару часов назад кусок мрамора. Ещё пару часов назад в этом доме гремел приём знатных особ, где присутствовали такие именитые гости как богач Диккенс, Бенедикт Боунс с парочкой доверенных лиц (в числе которых был и великий Гарри Поттер), старина Снейп, а также, вишенкой на торте был его собственный сын с женой. Только Люциусу могло взбрести в голову так изысканно поставить точку в этом порочащем честь Малфоев браке с маглорожденной: всего-то стоило подкупить Северуса перспективой собственничества над одной симпатичной Грейнджер. Кстати, сейчас по лицу её можно было понять, что: 1. она недовольна мрачной атмосферой Мраморного поместья, 2. она долго упиралась, открещивалась, но пришла, 3. была огорчена, что Поттер тоже попал на подобного рода вечеринку, 4. Драко приложил неимоверные усилия, чтобы притащить бывшую супругу на ярмарку тщеславия. Разодетая миссис "Хмурые брови" стояла у стола с напитками, сложив руки на груди, в элегантнейшем приталенном серебристом платье из гардероба Нарциссы, под стать настоящей леди. — Лицо попроще сделай, миссис Малфой, — оскалился он, вставая рядом, — ты что, слизняков наелась? — Нет, Люциус, меня от тебя тошнит. И почему ты удивляешься, у тебя точно такое же мерзкое лицо. — Туше. — О чем болтаете? — Драко подошёл к столу, одной рукой скользнув по обнажённой руке жены, другой поднимая бокал с вином, — ммм, неплохое. — О том, как твой отец «невообразимо» рад моему приходу, дорогой. У него на лице буквально написан очередной коварный план, — волшебница зло сверкнула глазами в сторону предмета разговора. — Я был бы посвящён, если бы отец придумал очередную интригу, а потом посвятил бы в нее тебя, ведь, как хороший муж, я помню, что ты не любишь сюрпризы. У тебя, кажется, ресничка упала, — он нежно провел большим пальцем по ее щеке. В эту минуту бездушному отпрыску чистокровного рода показалось, что мир остановился, но тактичное покашливание сзади запустило глупый шарик в обратную сторону. Молодые волшебники обернулись, чтобы поприветствовать очередного гостя. — Северус, старик, — Люциус бесцеремонно подошёл к приятелю, похлопывая того по предплечью, — я рад, что ты все-таки принял приглашение и пришёл на наш семейный вечер. Почему ты не ответил на письмо с моим выгодным предложением? — Северус помнил, как расколол вчера вечером деревянный кофейный столик, прочитав это «предложение». Люциус мог ловко торговать людьми, подчинять их своей воле и жестоко манипулировать, но идея «отдать Грейнджер за соблазнение ее на торжественном ужине, на глазах у всех», как обозначалось в письме, вывело его из себя. Такому зельевар не мог позволить случиться, поэтому и пришел, — В последний раз тебя смог заставить только тёмный лорд, а что на этот раз повлияло? — Снейп не сводил блестящего взгляда с молодой девушки рядом с блондином, — о, понимаю, ты, как и все, пришёл полюбоваться на юную леди Малфой. Не буду тебя осуждать. — Отец, — перебил Драко, — не смущай мою жену. Крестный, хочешь выпить? — Я вас оставлю, — кивнула она мужчинам. Среди незнакомых людей, сгущающих пространство комнаты с высокими потолками и мраморными колоннами, едва ли хотелось дышать. Гогот и звук бокалов порождали в ней поистине омерзительные ощущения. Подобные почести дому Малфоев оказывались всегда, и ей приходилось бывать с благодарными клиентами Люциуса на приёмах, но никогда ради удовольствия, лишь ради закалки и приличий. Будь она глупее, отец семьи уже продал бы её очередному спонсору его свершений, но она умела кусаться, чем вызывала уважение даже у аристократического слизня. Гарри был также мрачен и собран, не отступая ни на шаг от болтливого Боунса, хорошо проводившего время за беседами. Конечно, друг написал накануне, что они могут столкнуться на банкете по случаю приезда Малфоя, но не столько из-за любви к их дому, а из соображений безопасности магического сообщества. Он невербально пытался донести подруге, что что-то вынюхивает, что что-то тёмное происходит, и что вот-вот ловушка захлопнется, но вслух лишь пронзительно смотрел на неё и с нажимом произносил ее имя. — Даже не в аврорской форме? — она вновь сложила руки на груди, подойдя к другу. — Не хочу спугнуть, — маг даже не улыбнулся при виде подруги, — пусть думают, что я тоже разбогател благодаря Малфою. — А ты нет? Гарри посмотрел на неё коротко, непонятно и строго. Будто раздражаясь. — Хватит нести чушь. Почему ты не с мужем? — Пришёл Снейп и все усложнил. Как там Джинни? — Возится с ребёнком, слава Мерлину. И что, будет драка между твоими любовниками? — Хотелось бы, чтобы выжил один, облегчив мне душу. Выбирать не очень хочется. — Кто за двумя зайцами… — Тот глуп. Гермиона наблюдала за Бенедиктом Бонусом, пытаясь вычислить, по-настоящему ли готовиться засада или все находящиеся в комнате лишь нити паутины её родственника. Мужчина с грудью колесом смеялся и ел, будто в последний раз, весело здоровался и салютовал бокалам Малфою-старшему в знак уважения. Но пару раз он отворачивался от собеседника, секундно вздохнув, и тогда с его лица спадала гримаса наевшегося кота и появлялся раненный зверь, учуявший добычу: улыбка тухла, глаза сужались, челюсти стискивались. В такие моменты он смотрел на пол или поворачивался к Гарри, и тогда тот ему кивал. — Мне кажется, что я вижу, как у твоего мужа искрятся пальцы. Девушка подобрала подол платья и быстрым шагом, громко стуча каблучками, зашагала к месту, где вели беседу три слизеринца. Аврор также проследовал за ней, оставив наблюдательный пост, но немного приостановился у мистера Диккенса, делая вид, что погружен в беседу. Если понадобится, он наплюёт на задание и унесёт Гермиону подальше от змеиного логова. — О, а вот и моя жена, — предпоследнее слово Драко явственно выделил одновременно с тем прижав Гермиону к себе, — хочешь пройтись, дорогая? — Да, пожалуй, — девушка с надеждой посмотрела на Снейпа, который был настолько бледен, словно увидел боггарта, — как вам вечер, профессор? Но профессор проигнорировал её, изо всех сил стараясь не вытащить палочку из рукава. — Смею предположить, что если продолжите с такой силой прижимать миссис Малфой к себе, то сломаете ей ребра. — Не припомню, чтобы ты о ком-то заботился, крестный, — откровенно разозлился Драко, а затем подошёл к Снейпу нос к носу, и тихо спросил облизывая губы — ты что, глаз на мою жену положил? — И не только глаз, мальчик, — выплюнул профессор, не дрогнув. Глаза блондина налились кровью — он достал палочку и уже собирался ей взмахнуть, как вдруг она выскользнула из его руки. — Это ужасно пошло, устраивать драку из-за девушки, — произнесла гриффиндорка, едва разжимая челюсти, — Северус Снейп — мой большой друг, Драко, и твой крестный, если ты забыл. И хватит вести себя так, будто мы не развелись вчера! — Она все равно тебе не достанется, понял? — побеждённый змей опрокинул в себя щедрую порцию алкоголя и пошёл прочь к выходу, подышать воздухом. — Северус, можно с тобой поговорить? — он ничего не отвечал, делая вид, что её рядом нет, а потом легонько, едва незаметно кивнул. Волшебница сделала знак следовать за ней на балкон, находящийся поодаль от основного зала. — Ты не находила время сделать это в замке, но решила устроить сцену здесь, — профессор гулко прошелся по плитке, все ещё не смотря на неё, — такова сущность женщины? Гермиона встала перед ним, чтобы тот больше не смог уйти, осторожно взяла за холодные пальцы и погладила их, отмечая какое напряжение появляется всякий раз между ними. — Я не думала что ты в открытую пойдёшь на Малфоев из-за меня. Зачем ты пришёл? Ты же знал, что я здесь буду. — Именно поэтому и пришёл, — он свернул глазами, — ради вас, мисс Грейнджер. Я бы мог рассыпаться в комплиментах и клятвах, рассказать что даже во мне вы пробуждаете что-то живое и настоящее, но это ни к чему. Все, чего я хотел, это касаться ваших волос время от времени. — И только? — И только… Но вы предпочли нянчиться с Драко, ноя на каждом углу о том, что не можете развестись. Напоминаете мне, что я трус, и что мне следует облегчить душу, а сами трясетесь от мысли, что потеряете своего ручного зверька. — Думаете, я не развожусь с ним из страха? — Не обманывайте себя, мисс Грейнджер. Я вас знаю. — Сейчас Драко и его отец стоят внизу, у входа в сад. Драко курит сигарету — дурацкая привычка, к которой мы оба прилипли в пабах Парижа. А отец не устаёт ругать его за эту дрянь. Она видела как бровь Северуса едва заметно дрогнула, когда он опустил глаза вниз — с балкона открывался вид на дорожку, ведущую из сада — и увидел все то, что она говорила. Не отрывая взгляда от его сурового лица выточенного из благородной породы камня, она резко вытащила палочку из-под платья, где чулок едва удерживал её, запустила заклинанием в мрамор поместья, чтобы тяжелый кусок упал вниз, а мелкие крошки осыпались на бежевую мантию ее мужа. Странно, но слыша звук падения, её голова была занята только одним наблюдением — Северус Снейп упорно продолжал называть её «мисс Грейнджер». Она мысленно посчитала до трех, давая гостям возможность поднять голову наверх, а затем поцеловала Северуса Снейпа так, как она хотела — грубо доказывая свою смелость. — Я ничего не боюсь, Северус Снейп. Снейп вытаращил глаза, пожалуй, в первый раз оказавшись в настолько абсурдной ситуации, а потом, не выдержав давления, сбежал с балкона, прикрыв рукой рот. Гермиона посмотрела вниз, в серые глаза Драко, который, на удивление, выглядел понимающие, будто знал, что вечер закончится чем-то подобным. Волшебница вспомнила, как он пытался вызвать у неё ревность в Париже, ухлестывая за одной из официанток. Но она не знала ревности, как и холодное сердце слизеринского принца. Ужасно хотелось и ей самой прыгнуть с балкона за камнем, но она точно знала, что даже после поцелуя с профессором, Драко её поймает и унесёт в их тесную французскую квартирку.