Лето перед концом света

      — Это неплохо, — сказал Майк с набитым ртом, чуть покривив душой.       Он, избалованный маминой готовкой, да и вообще не большой фанат выпечки в принципе, взял второй кекс из вежливости. У Эл азартно горели глаза и обижать ее точно не хотелось. Уилл был более деликатным, но врать не умел совершенно.       — Для первого раза очень хорошо, — кивнул он. — Но с содой немного переборщили.       Дженнифер от этого комментария понурилась даже больше, чем Эл — надула губы и вздернула нос, что на вкус Майка смотрелось слишком комично.       — Спасибо, что сказал, Уилл, — улыбнулась Эл брату. — Теперь вторая партия получится лучше. Можно будет печь их регулярно и передавать в приют.       — Отличная идея. Я могу как-нибудь присоединиться к вам.       — Да? — воодушевился из собравшихся почему-то только Майк. — Я бы посмотрел на тебя в фартуке и в муке.       Уилл смущенно опустил глаза, пряча улыбку и зарумянившиеся щеки, а Эл вопросительно глянула на Майка, но промолчала.       Вдруг зашипела рация, с объемными наклейками-цветочками на корпусе, и раздался голос Лукаса:       — Эл! Прием!       — Да, Лукас? Прием! — она схватила рацию быстрым движением, а Майк и Уилл тревожно переглянулись. Шутливое настроение сразу сошло на нет.       — Не смог связаться ни с Майком, ни с Уиллом. У меня важные новости, прием.       — Они оба здесь. И Дженнифер с нами, — добавила Эл, чтобы он знал, что не стоит говорить напрямую, если речь о Векне. — Прием.       — Макс вернут в Хоукинс завтра. Предлагаю пойти к ней после обеда. Прием.       — Скажи, что мы в деле, — закивал Майк, что Эл и сделала.       Они завершили связь и на кухне повисла нервозная тишина.       — Сколько ее не было? — спросил Уилл тихо.       — Три месяца. Ты был на курсах, когда ее увезли.       — Почему сейчас? Именно тогда, когда св…       — Уилл! — Эл еле успела его прервать — за новостями они забыли о Дженнифер, что внимательно разглядывала их лица.        — Я так понимаю, речь о Мейфилд? — спросила единственная не просвещенная. — Я думала ее уже отключили от аппарата или что-то вроде того.       — Не говори так. Она очнется, — спокойно, но уверенно сказала Эл, а Уилл сразу же потянулся взять ее за руку.       Уже в спальне Уилла Майк не стал садиться — засмотрелся на тяжелеющее косматой черной бурей небо сквозь окно. В комнате теперь царил сумрак, но никто из них не стал включать свет, оставаясь в объятьях тишины и полумрака. Уилл присел на край своей кровати, беспокойно покачивая ногой, взволнованный новостью. Вкупе с непогодой, и внезапно оборвавшаяся связь с Векной, и возвращение Макс в город складывались в тревожную картину, которая словно знаменовала что-то нехорошее, но долгожданное. Неужели осточертелое ожидание завершилось, и вот-вот их снова затянет водоворот боев, смертей и опасностей? Иронично, что Майк только сейчас, впервые за годы простоя, начал наслаждаться жизнью и делать то, что хотелось.       — Тебе тоже не нравится, что это все происходит сейчас? Словно бы неспроста?       — Надеюсь, что это совпадение, — Майк сел рядом, возможно, чуть ближе, чем требовалось.       — Я не верю в совпадения. Не в этом городе. Не после всего, что было.       — Тоже верно.       Они замолчали. Майк украдкой разглядывал профиль Уилла, замечая и нахмуренные брови, и крошечную, притаившуюся в уголке губ крошку от кекса. Неуместно захотелось разулыбаться от такой глупой мелочи или вовсе протянуть руку и смахнуть. Конечно, это было бы слишком, и чтобы не зацикливаться на этой мысли, он поднял глаза с губ выше и проследил, куда направлен чужой взгляд.       Черт. Бонг.       — Ты хочешь покурить? — догадался Майк.       — Нет, — Уилл словно очнулся. Может быть, он просто задумался глубоко совсем не о травке. Или все же нет. — Просто привычная реакция на стресс. Но мне не нужно, я в порядке.       — Учти, я тут до вечера.       — И что это значит?       — Ты обещал не курить при мне.       — Не было такого! — возмутился Уилл. — Мой дом, моя комната и я буду накуриваться, когда захочу.       — Если Джойс и Хопа нет дома, ага.       — Подловил, — кивнул он с усмешкой. — В любом случае, я не собирался курить.       Майк помнил, о чем они договорились до импровизированной дегустации кулинарных шедевров, но знал, что неправильно будет поднимать эту тему самому, особенно после того, как между ними повисло изнаночное напряжение, наверняка выдуманное. За окном ветер завывал так гулко и пронзительно, что он немного поежился, хотя в комнате было тепло.       Уилл продолжал молчать, и оставалось только гадать, собирался ли он с мыслями, чтобы поведать какую-то, как он сам сказал, не очень приятную историю, или же и думать забыл об этом, а сам перебирал собственные тревоги.       — У тебя холодные руки, — вдруг Уилл нарушил молчание таким неожиданным образом. Их локти едва соприкасались. — Может, сделать какао?       — И толкаться там с девчонками? Нет, спасибо.       — Как хочешь, — он пожал плечами.       — Дженнифер, кстати, спрашивала, встречаешься ли ты с Крис, — сказал Майк. — Забавно, что ты так нравишься девушкам.       — Иронично, я бы сказал, — фыркнул он. — И странно. Не понимаю, в чем дело.       — Ты серьезно? — если бы он не знал Уилла, то подумал бы, что друг набивает себе цену. — Ты симпатичный, широкоплечий, от тебя приятно пахнет, к тому же ты художник. Так что это не странно, это закономерно.       — С-спасибо, — тихо ответил Уилл, отводя глаза. — Только с парнями это, видимо, не работает.       — У тебя просто маленькая выборка! — уверенно заявил Майк. — Вот уедешь в большой город, когда все это кончится, и будешь отбиваться от поклонников. Взять хотя бы этого Брайана — через пару лет будет локти кусать!       — Он красавчик и знает об этом, так что, думаю, он даже не помнит моё имя.       — Красавчик?       — Ну да. Невысокий, голубоглазый, улыбчивый. Вполне себе красавчик, — Уилл встал с кровати и принялся перекладывать что-то на полках стеллажа, явно скрывая неловкость.       — То есть, тебе нравятся низкие парни?       — Ты сам сказал, что у меня маленькая выборка, — он обернулся, все же встречаясь взглядом с Майком, и неловко дернул плечом. — Не уверен, что у меня есть типаж или что-то в этом роде.       — Черт! А я так надеялся, что я твой идеал, — пошутил Майк, чтобы чуть-чуть сгладить неловкость этого разговора.       Правда добился он совершенно противоположного эффекта. Уилл покраснел молниеносно, ярко даже в полумраке комнаты, и так, что у самого Майка заалело лицо. Словно смущение — это какая-то болезнь, передающаяся воздушно-капельным путем. Это напряжение уже нельзя было разрешить неловкой шуткой — слишком густое, неловкое и нелепое. Он решил, что сказал что-то неуместное — вдруг существуют правила, что о подобном нельзя шутить с друзьями-геями? Извинения застряли где-то в горле, а Уилл так и стоял напротив, широко раскрыв глаза, смотря куда-то в стену за его спиной, и с пылающими краснотой щеками. Майк почти взмолился, чтобы их прервали девчонки, телефонный звонок — ну хоть что-нибудь, но тишину нарушали лишь завывание ветра и пока далекие раскаты грома со стороны изнаночной бури. Уилл словно отмер, придал лицу отрешенное выражение и шумно выдохнул. Неужели он задержал дыхание?       — Это было неуместно? Я тебя задел? Расстроил? — Майк отмер тоже.       — Нет, все в порядке, — ответил он, снова возвращаясь на кровать и устраиваясь поудобнее. — Я удивлен, что ты так легко об этом шутишь. Да и вообще! Ты буквально обсуждаешь со мной парней.       — И что? — не понял Майк. — Я так понимаю, с Крис вы именно этим и занимались обычно, но она теперь далеко. У тебя должен быть кто-то, с кем можно говорить обо всем. И так удачно совпало, что я с пяти лет привык слушать тебя, более того, это одно из моих любимых занятий. Поэтому я могу говорить с тобой о чем угодно. Кроме твоих наркотиков, разве что.       — Не называй травку наркотиками! — Уилл легонько ткнул его в плечо.       Майк выразительно приподнял бровь, оставляя сказанное без своих комментариев. Он тоже уселся удобнее, разве что придвигаясь к Уиллу ближе.       — Мы с Крис не только обсуждаем парней, вообще-то. Она не из таких девчонок, что только о парнях треплются. На Хэллоуин в прошлом году она со своим парнем наряжались Четвертым Доктором и Романой! Она очень крутая!       — Кем-кем? — не понял Майк.       — Герои британского сериала, не бери в голову.       — Британского? — притворно скривился он. — И ты все еще считаешь ее крутой?       — Судя по всему, ты не хочешь услышать, как мы с ней подружились? — Майк чуть не подпрыгнул от радости, что Уилл сам поднял эту тему.       — Манипулируешь, Байерс? Ладно-ладно, я буду вести себя хорошо, — для наглядности он сложил руки на коленях и выпрямил спину.       — Мы с Крис познакомились все на той же вечеринке.       — Какой насыщенный вечер. Там же еще была какая-то девушка?       — Да, — Уилл вздохнул. — С нее я и начну. Я уже говорил, что Тереза — а я знал ее имя, потому что на перекличке она во всех списках прямо передо мной — полезла ко мне целоваться. Мы едва парой слов перекинулись, я этого не ожидал, замер, но не отстранился — сначала от неожиданности, а потом подумал, что будет интересно сравнить. Я был очень пьяным.       — Сравнить? Типа отличается ли поцелуй с парнем от поцелуя с девушкой? — это предположение кольнуло Майка внезапным любопытством. Действительно, а отличаются ли они?       — Да, мне самому бы в голову не пришло целовать девушку, а тут раз представился шанс, я стал ей отвечать, — он снова начал перебирать рукой ворсинки пледа, и этот простой нервный жест сигнализировал, что Майку нужно слушать внимательнее. — Тем более, спасибо Брайану, я хоть примерно понимал, что надо делать. Наверное, не стоило ей отвечать. Может быть, если бы я продолжал просто стоять, она бы ушла, но когда я ответил, я дал ей зеленый свет. Люди ведь не целуются с кем-то, кто им не нравится.       — Еще как целуются. Даже семьи создают, — горько усмехнулся Майк, но вдруг спохватился, что перебил. — Продолжай.       — Как я уже говорил, она сунула мою руку себе под юбку, а я даже не сразу это осознал, а когда понял — то как-то отстраненно, словно это не моя рука вовсе. И она не дала мне ее убрать, — он сглотнул и замолчал на некоторое время. Майк ждал, пока Уилл соберется с мыслями. — Я понял, что произошло только когда она ушла. Я стоял там, посреди коридора, чувствовал запах, и мне стало так противно, словно я весь был липким, но не потому что, она девчонка, а потому что… потому что…       Уилл замолк. Майк очень живо представил его таким — потерянным, с расфокусированным от выпитого алкоголя взглядом, ошарашенным тем, что произошло. Наверняка, больше половины мальчишек на той вечеринке мечтали бы о таком маленьком эпизоде со случайной девушкой, но Уилл никогда не был таким, как большинство. Дело даже не в том, что ему не нравились девушки — это здесь совершенно не при чем. Для человека, не заинтересованного в сексе с конкретным человеком, или вообще, или в данный момент, подобное, как ни крути, — принуждение. Майк с досадой подумал, что должен был осознать это раньше, еще в тот раз, как впервые услышал краткую версию этой истории.       — Потому что ты не хотел этого, — закончил он за Уилла, и перехватил теребящие покрывало пальцы своей ладонью, чуть сжимая.       — Я и целоваться с ней не хотел, но с этим я готов был смириться. Но остальное! Я не должен был ей отвечать, я сам виноват, что не прекратил все сразу.       — Нет, Уилл! — решительно прервал его Майк. — Ты не виноват. Ты ни на что не давал своего согласия. Эта девушка поступила неправильно.       — Крис так и сказала, — он кивнул, смотря на их руки. — Она видела все, поняла, что произошедшее, ну, неправильно, и пошла меня искать. Я сам не помню, как ушел из того коридора, но она нашла меня в ванной, трущим руки под краном до красноты.       — Я рад, что она была там. Правда. Боюсь представить, что бы ты там напридумывал о себе, если бы остался один.       — Я боялся, что ты скажешь, что любой на моем месте радовался бы, — признался Уилл, поднимая глаза. — Или что мне так повезло, а я не смог оценить свою удачу, потому что я гей.       Майк нахмурился. Нет, он знал, что бывает идиотом, но эта тема — слишком важная и тонкая, чтобы даже он понимал, что к чему.       — То есть, если бы какой-то парень, не спрашивая о твоих желаниях, просто засунул твою руку себе в штаны — ты бы прыгал от радости? Не думаю! Дело не в том, кто это был, а в том, что это случилось против твоей воли!       — Я рад, что ты меня понимаешь, — улыбнулся Уилл уголками губ, чуть сжимая пальцы Майка в ответ.       — Скажи, ты в порядке? Понимаю, что прошло уже — сколько? — три месяца, но это… Не знаю, как бы я чувствовал себя в такой ситуации.       — Ты?       — Понимаю, что это не то же самое, — выдохнув, тихо начал Майк. Теперь пришла его очередь отводить глаза. — Я же говорил, что у нас с Эл ничего не было. Но она-то хотела и всегда пыталась перевести нас с одной базы на другую. Разница в том, что у меня всегда была возможность отказаться, что я, собственно, и делал.       — А почему?       Майк просто пожал плечами — он не готов был озвучивать свои предположения о причинах даже перед Уиллом. Эту тему и в размышлениях он подымал украдкой и в контексте чего-то другого. Встретиться с этими не озвученными даже самому себе опасениями, он еще не был готов.       — И тебе пришлось два месяца учиться с этой девчонкой в одной группе? — Майк вернул разговор обратно, потому что чувствовал, что озвучено еще не все. Он надеялся, что если Уиллу будет слишком неприятно говорить об этом — он даст знать.       — Да, и она даже продолжала свои поползновения, — казалось, Уилл наоборот расслабился, когда убедился, что Майк действительно его понимает и не осуждает. — Не как это делают девушки, которым ты нравишься — никаких приглашений на кофе или что-то в этом роде, нет. Она просто вешалась на меня, лезла целоваться, подкарауливала у комнаты в общежитии. Хорошо, что Крис придумала выход.       — Но почему этой девчонке одного твоего «нет» было не достаточно? Или ты не говорил этого прямо?       — Не сразу, но довольно скоро. Есть такие люди, с которыми бесполезно разговаривать, так что спектакль Крис пришелся как нельзя кстати.       — Еще один преследователь в твою коллекцию, — ляпнул Майк, до того, как осознал, что именно сказал. — Черт! Извини. Об этом не стоит шутить.       — Но это правда смешно, — улыбнулся Уилл, размыкая их пальцы и проводя освободившейся рукой по волосам. — Если не шутить над всем происходящим — с ума можно сойти.       Буря на улице только набирала обороты. Уже совсем стемнело, и Майк едва различал лицо Уилла, пусть тот и сидел не слишком далеко. Полоска света из-под двери — как из другого мира — свидетельствовала, что девчонки переместились в гостиную. Уилл встал включить свет, когда раздался звонок телефона — так неожиданно и оглушительно. Они оба вышли в коридор, когда Эл уже скрылась на кухне, чтобы взять трубку.       — Да, папа, — слышался ее голос. — Да, думаю, это не проблема. Дженни только рада будет. Не знаю, он с Уиллом. Хочешь поговорить с ним? Майк!       Удивленный, он вошел в кухню и взял протянутую трубку, глядя на Эл с немым вопросом. Она не стала ничего пояснять и отправилась обратно в гостиную к Дженнифер.       — Уилер? Тебе лучше остаться у нас сегодня, — голос Хоппера звучал, как всегда слишком повелительно, и Майк уже хотел по привычке начать возражать, пока не осознал, что именно ему сказали. — Сможешь уладить этот вопрос с родителями?       — Конечно. Что-то случилось?       Уилл вошел в кухню тоже, налил себе воды и прислонился к столешнице, внимательно смотря на Майка и вслушиваясь в разговор.       — Пока не понятно, мы пытаемся разобраться, — не стал юлить Хоп. — Может быть, даже все в порядке, кроме этого проклятого дождя — краска на капоте аж пузырится. Если что, Уилл знает, где лежит оружие.       — Оружие? — почти выкрикнул он, широко раскрытыми глазами глядя на Уилла.       — Не думаю, что вам оно понадобится. Просто предосторожность.       — Ладно, — протянул Майк, не слишком успокоенный. — Джойс тоже не приедет?       — Она останется в ратуше. Лох-Нору и все в окрестностях Брайарклифф обесточило, поэтому она не сможет позвонить.       — Я понял, Хоп. Дать Уилла?       — Не нужно. Давайте, не засиживайтесь допоздна. И даже не думай ночевать в комнате моей дочери!       — Я и не собирался! — выкрикнул Майк, но трубку на той стороне провода уже повесили. Впрочем, он был уверен, что Хоппер сказал это специально, чтобы его позлить. Или даже снять тревожное послевкусие от этого звонка, что даже в некоторой степени помогло (пусть Майк бы в жизни не признал это вслух).       Он передал Уиллу суть разговора, а затем быстро поговорил по телефону с мамой. Дженнифер тоже оставалась у Байерсов на ночь, поэтому они вчетвером поужинали вчерашним мясным рулетом и расположились в гостиной, чтобы посмотреть какой-нибудь фильм. Хейс настолько очевидно и неловко старалась сесть рядом с Уиллом, что Майк с каким-то почти злобным удовольствием утянул его с собой на пол. Ему самому не хотелось весь остаток вечера провести на этом диване, с которым были связаны не самые приятные воспоминания краха его отношений. То, как Эл легонько пинала его в плечо после неуместных комментариев, лишний раз убеждало его, что они теперь в порядке и без романтических отношений. Смотрели Бинго-бонго — Дженнифер обожала Адриано Челентано, а Майк и Уилл, не любившие такие фильмы, просто не стали спорить.       Проблемы с электричеством добрались и до них — свет сначала замигал, знакомо и тревожно, а потом и вовсе потух. Проклиная собственную недальновидность, — знали же, что часть города обесточило, можно было хоть фонарики заранее достать — парни на ощупь стали пробираться кто куда: Уилл на кухню, где точно были свечи, а Майк в комнату, где оставил свой рюкзак. Без бормотания телевизора буря за окном звучала слишком громко, а в полной темноте дома сердце забилось быстрее.       Он вернулся с двумя фонариками как раз вовремя — Уилл не мог в темноте найти спички. Дюжину зажженных свечей-таблеток парами расставили на тарелки для удобства. Гостиная осветилась мягким теплым светом.       — Хорошо, что мы не дети и не боимся темноты, — усмехнулась Дженнифер.       Майк бросил на Уилла обеспокоенный взгляд. Тот не боялся темноты, нет, но его отношения со всеми теми ужасами, что могли в ней скрываться были слишком сложными. Конечно, этот дом — самое безопасное место в Хоукинсе, потому что с ними Эл, а значит беспокоиться не о чем. Тем более Хоппер не стал бы скрывать, если бы что-то действительно случилось. Оставалось надеяться, что дело действительно только в буре и дожде.       Они немного поиграли в скраббл. Майк не мог не отметить успехи Эл в составлении слов, сам он лажал раз за разом, упуская удачные комбинации, отвлекаясь то на ее прогресс, то на странную досаду от того, что Уилл больше не сидел под боком. Когда Дженнифер предложила поиграть во что-нибудь поинтереснее — вроде «Правды или действия», — он отказался наотрез. Эта девчонка так усиленно пыталась обратить на себя внимания Уилла, что с такой игрой наверняка бы поставила его в неловкое положение.       Решили укладываться. Эл предлагала подруге лечь с ней, но та со смехом заявила, что им не тринадцать, чтобы спать в одной постели в грозу, поэтому ее разместили в комнате Джонатана. Для Майка полагался спальный мешок и пол в спальне Уилла, и он совершенно не возражал — в былые времена так много ночей они провели вот так.       — Жаль, у тебя больше нет той лягушки, — шепнул он, не уверенный, что сквозь звуки бури его голос будет услышан.       Пламя двух свечей плясало бликами и тенями, причудливо раскрашивая стены, потолок и лицо Уилла. Один фонарик Майка остался у Эл, а второй на полу между спальником и кроватью, чтобы любой из них мог дотянуться одним движением.       — Какой лягушки? — не понял Уилл.       — У тебя раньше была такая мягкая игрушка. Я всегда использовал ее в качестве подушки, когда оставался у тебя.       — Точно. Ну, мы отдали ее, когда уезжали отсюда, — Уилл лежал уже с закрытыми глазами, но продолжал говорить. — Если хочешь, я могу принести тебе подушку.       — Спи, не нужно.       Он чувствовал себя странно в одежде Уилла. Все пахло свежестью и стиральным порошком, но все равно сохраняло флер запахов своего хозяина, как и все в этой комнате. Майк помнил, как впервые вошел сюда какой-то месяц назад и все здесь пахло Уиллом. Сейчас это не ощущалось так ярко, но лишь знание, что теперь он не чувствует все так остро, потому что привык, окутывало его в кокон уюта. Майк проваливался в сон медленно, ощущая, как подрагивают конечности, слушая дыхание Уилла, различимое даже сквозь завывание ветра и глухой стук тяжелых дождевых капель о крышу и подоконники.       Их разбудил оглушительный звон разбившегося стекла. Они подскочили оба, почти синхронно. Свечи к тому времени почти потухли — фитильки тлели крошечными огоньками, но ничего вокруг уже не освещали, поэтому Уилл схватил фонарик и зашарил ровным кругом света по своей комнате, боясь увидеть что-то ужасное. Он не слышали ни рыка, ни отвратительного, знакомого обоим стрекота, но Майк все равно нащупал в рюкзаке, что и служил ему подушкой в этот раз, нож. Разбилось окно — ветер теперь задувал свистом и холодом, заставляя руки покрыться мурашками. На полу блестели осколки под темными росчерками сучьев и веток с листьями, а из разбитого окна свисала толстая ветка.       — Как это вообще возможно? — просипел Майк низким со сна голосом. — Что за ветер там такой?       — Надо все убрать и чем-то заклеить окно.       — Сейчас? Даже с фонариком можно напороться на осколок, — возразил он. — Это ждет до утра.       — Холодно. Ты не можешь спать на полу, когда из окна так дует.       — Могу лечь в гостиной, это не проблема, — Майк уже стал подниматься, но Уилл перехватил его руку.       — Ложись ко мне, — с легкой улыбкой предложил он. — Мне кажется, нам лучше не разделяться, если что-то случится.       Майк застыл, удивленный. Еще недавно Уилл буквально отказывался с ним разговаривать, находиться наедине в одной комнате, делиться чем-либо о себе, а сейчас уже предлагал лечь в свою постель! Да, они ночевали рядом в подвале, но каждый был в своем спальнике и с возможностью откатиться куда угодно далеко — к противоположной стене. Кровать Уилла была достаточно широкой для одного, но недостаточно — для двоих.       — Черт, извини! Сам не понял, что предложил, — он резко выпустил руку Майка и стал отворачиваться к стене. — Забыл, что ты теперь знаешь, кто я, и тебе может быть неприятно спать со мной в одной постели.       — Чушь! — слишком громко возразил Майк. — Двигайся!       Он даже не подумал о чем-то настолько примитивном и оскорбительном!       — Мы спали в одной постели миллион раз, Уилл! — его возмущению не было предела. — Мы спали даже в одном спальнике!       — Нам было восемь, и я почти не спал, потому что ты дышал мне в лицо своим чипсовым дыханием, а из-за тесноты я не мог отвернуться.       — У тебя тут и сейчас не кровать кинг сайз, так что если повернешься, могу подышать на тебя мясным рулетом твоей мамы!       — Спи, придурок!       — Сам такой! — в качестве доказательства Майк стал отпихивать Уилла к стене, специально стараясь занять как можно больше места.       Они провозились в шуточной борьбе и кое-как улеглись. Не было тесно, неудобно или неловко. Уилл засопел первым, уткнувшись ему куда-то между лопаток только лишь носом, который наверняка замерз от сильного сквозняка.