Forever and always

Они сидят в комфортной тишине уже несколько минут, и Дин, кажется, вот-вот заснет. Тем временем Кас все же размышлял о преимуществах использования Табиты в качестве туалета. Его мочевой пузырь начинает чувствовать себя довольно некомфортно, что, как он полагает, является естественным следствием употребления трех бутылок пива. Тем не менее, он не уверен, что сможет снова посмотреть Дину в лицо, если воспользуется этим вариантом. Через несколько мгновений он сдается и надеется, что Дин слишком сонный, чтобы заметить, как раздается слышимый стон, за которым следует механическое жужжание, а затем мерцание огней. Глаза Дина, которые были закрыты, распахиваются. - Это оно? — спрашивает он, и Кас не уверен, спрашивает ли он, работает ли снова лифт или они вот-вот рухнут навстречу своей преждевременной смерти, но оказывается, ему не нужно уточнять, как с грохотом лифт начинает работать. двигаться в решительно восходящем направлении. Он не движется очень долго, прежде чем снова останавливается, на этот раз с гораздо меньшей суетой. Наступает пауза, и желудок Каса чуть не выпрыгивает из горла, но затем раздается звон, двери разъезжаются в стороны, и ох… поток воздуха, который обрушивается на него, — пожалуй, лучшее, что он когда-либо чувствовал. Быстрый взгляд показывает, что Дин чувствует то же самое, откинув лицо назад, чтобы насладиться прохладным воздухом, дующим на них из ближайшего вентиляционного отверстия. Кажется, он даже не замечает, что на нем все еще нет штанов, его, вероятно, очень жесткие джинсы все еще валяются на перилах. Однако ни один из них не хочет задерживаться в лифте, поэтому они быстро собирают свои вещи и несколько осторожно выходят из лифта. Кас думает, что он не единственный, кто не хочет ничего толкать, опасаясь, что произойдет что-то еще. В коридоре стоят несколько пожарных, один из которых вынимает ключ из панели лифта. Они поворачиваются к Касу и Дину и улыбаются. - Эй, ребята, как долго вы там застряли? - К счастью, ни один из них не упоминает об отсутствии у Дина штанов. Кас сверяется со своими часами. - Четыре часа и семнадцать минут. - Уже почти десять вечера. теперь Кас поражен тем, насколько он голоден и как часто ему еще нужно ходить в туалет. После быстрой проверки, чтобы убедиться, что с ними все в порядке, пожарные прощаются с ними и отправляются в путь. Тогда это просто Кас и Дин, стоящие в коридоре на пятом этаже.. После последних нескольких часов Кас не знает, что сказать, и, судя по выражению его лица, Дин тоже. Но Дин был тем, кто заговорил раньше, тем, кто сделал первые пробные шаги к какому-то разговору, так что Кас полагает, что настала его очередь. - На каком этаже ты живёшь? - По большому счету, это не так уж и много, но лицо Дина немного проясняется. - 10. Будет хреново подниматься с этой мокрой одеждой и этими продуктами, но я думаю, хорошо, что мы выпили много пива, да? — говорит он с нахальной ухмылкой. Ах да, пиво. Дин держит полупустую упаковку из двенадцати штук в одной руке, пакет с продуктами (с виски, хранящимся внутри) в другой. - Я тоже на десятом. Хочешь… прогуляться вместе? — нерешительно спрашивает Кас. Глаза Дина еще больше загораются, и он кивает. — Да, это звучит хорошо. Они вместе направляются к лестнице, все еще слегка влажная одежда, жесткая от холода кондиционера и воды. Кас крепко сжимает Табиту в своих объятиях. - Очень скоро ему придется ее пересаживать, — думает он про себя. Они поднимаются по лестнице в тишине, чувствуя себя комфортно друг с другом так, как не чувствовали себя всего пять часов назад. Когда они доходят до десяти, к ним снова начинает подкрадываться оттенок неловкости. Дин останавливается у своей двери и говорит - Это моя. Но Кас тоже остановился, потому что… - у меня по коридору. Дин смеется. - Ну, дерьмо. Каковы шансы на это? Ни один из них не двигается в течение долгой минуты, не желая, чтобы этот момент закончился, просто улыбаясь друг другу. Улыбка Дина становится мягкой, задумчивой. В его глазах есть намек на что-то неуверенно. - Ты… хочешь зайти выпить на ночь? У меня есть виски, — заканчивает он с самоуничижительным смешком. Кас на мгновение задумается, задаваясь вопросом, что это говорит о нем, что он нервничает из-за того, что это может означать для них. В конце концов, они, возможно, решили проблемы, но это не значит, что они снова сойдутся. То, что у него все еще есть чувства к Дину, а у Дина остались чувства к нему, не означает, что кто-то из них готов сделать еще одну попытку. Но… — Да, — решительно говорит он. — Я бы очень этого хотел. - И улыбка Дина становится ослепляющей, глаза сияют надеждой и обещанием… чего-то, хотя Кас не совсем понимает, что именно. — Ничего не обещаю, — предупреждает он, и Дин кивает. — Мне не нужны обещания, Кас. Я бы не стал просить тебя о них, не сейчас. Просто... выпей со мной. Мы будем действовать шаг за шагом. И Каса переполняет прилив надежды, любви и привязанности такой силы, что он не представляет, как все это умещается в его груди, не понимает, что ему не хватало этого чувства последние пять лет. Но теперь, когда оно вернулось, он эгоистично не хочет его отпускать. И на этот раз, думает он, следуя за Дином в его квартиру, он будет держаться за нее изо всех сил.