Save me

Ким шагает по квартире, распугивая всех спящих в доме, доходя до комнаты, где спят Юнги с Хосоком. Он обижен, что тот слинял с вечеринки куда-то в укромное место и уснул, поэтому без капли стеснения он распахивает дверь в комнату, настолько сильно, что та ударяется ручкой об стену рядом, и кричит: — Чон Хосок! Ты предатель! Громкий шум пугает Мина, который секунду назад лежал в объятиях Чона. Он снова прижимается к подушке и большими глазами, полными страха, смотрит на Тэхена в дверном проёме. — Оу, черт, прошу прощения. — теперь ему стыдно, он не знал что с ним кто-то есть, а уже тем более не думал, что с ним рядом находится младший. — Тэ, ты совсем больной? — Хосок поглядывает на наручные часы, которые показывают 8:46. Для человека, который лёг спать поздней ночью — это слишком рано и хотелось бы получить покой, хотя бы, на ещё несколько часов. Вскидывая бровь, он видит шею парня, усыпанную яркими бордовыми кровоподтеками и следами от зубов. «Зрелище мерзкое» — думает он. — Я же извинился, что не так то? — Вышел из чертовой комнаты! — Хосок уже готов кинуть в Кима подушкой или чем-то более тяжелым, что попадётся под руку. В ответ на это Тэ быстро скрывается за дверью. Он потирает слипшиеся ото сна глаза и зевает, пытаясь окончательно проснуться, ведь оставаться спать тут — одно мучение. Мин сидящий рядом, пытается начать диалог. С момента как он ушёл, прошло немало времени, а то как он это сделал — было слишком грубо. Он хочет извиниться, хочет поговорить, и… вернуться? Он не уверен, но желание есть. Его мысли прерывает Чон: — Это Тэхен, мой лучший друг. Учится с нами в одном университете. Может ты видел его… — Сонбэ… Я. — ему сложно подобрать слова, особенно, когда на него смотрят, что и делает Чон. — Я хочу извиниться. «Извиниться? За что?» — мысли наваливаются на старшего. И вправду, он ведь ничего не сделал, это было желание младшего… Он и сам виноват в случившемся, не нужно было обещать то, с чем он не всегда может справиться, нужно было его защитить, держать глаз до глаз, особенно с ним. И кто же прав, кто виноват? Сейчас уже не важно. Младший поджимает губы и опускает взгляд на свои же руки, пальцы которых запутываются от нервов. Ну не молчи же ты, Хосок… — Ты меня прости, я был слишком резок. Я правда не хотел сделать тебе больно, и желаю тебе только лучшего. — он снова слишком болтлив, в то время как, Юнги немногословен. Они такие разные. — Не хочешь вернуться ко мне? Я имею ввиду… Нет, ты не подумай, я… — волнение настигает Хосока, он боится сказать что-то не так, что снова сильно оттолкнёт парня, но выглядит он лишь глупее перед ним. — Ах. Просто возвращайся. Я хочу знать что с тобой все хорошо. Я обещаю, такого больше не повториться, я буду защищать тебя, и убежусь, что Сончан тебя точно не тронет. Он не представляет как сложно Мину довериться, а сейчас он выглядит таким жалким… Мольбы о том чтобы тот вернулся, и ради чего? Он так привязался к этому мальчишке, он ведь толком его не знает. Он хочет иметь кого-то рядом, в такие моменты как несколько недель назад. Хочет иметь кого-то близкого… Не такого, как Тэхен, но и не такого, как Намджун. Что-то между? Он сам и не знает чего хочет, но точно знает, что ему нужен Юнги. Его тянет к нему, будто бы они соулмейты которые потерялись давным давно в другой галактике, и нашли друг друга в этой. Он застрял с этой мыслью, и не может отпустить Мина. Его бы уже давно прозвали чудилой, странным за такие мысли и желания… Да тут и до звания маньяка недалеко. — Я не знаю… Мне нужно время. Я хочу обдумать это сейчас. Он выбегает из комнаты в поисках Чимина. Ситуация напряжённая, поэтому он хочет поговорить об этом со своим единственным другом. Последний раз он видел его где-то… «Здесь» — думает Мин, смотря на Пака сидящего в гостиной, и рассматривающего засосы Кима, попутно хихикая. — Кхм, Чимин. — зовёт младший, стоящий у входа в комнату. — Доброе утро, Юнни. — обратив внимание, с улыбкой здоровается парень. — Я хочу поговорить, отойдём? — Юнги уходит в сторону и за ним тут же решает идти старший. — Что такое? Что-то случилось? — берет за руку Мина. — Хосок… — делает протяжную паузу — Хочет чтобы я вернулся жить к нему. Я не зна- Парень не успевает договорить и его перебивает Пак. — Хосок? Как он тебя нашёл? Он сделал тебе больно? Юнги? — Чимин истерично осматривает, будто у того приступ. Младший стряхивает с себя руки Пака. — Ничего не произошло, дослушай же ты меня! — вздох. — Мы встретились с ним тут, вчера и… Я захотел извиниться, а он в свою очередь предложил вернуться. Я не знаю что мне ответить, я вроде бы хочу, но вроде… — ему нечего сказать. Он смотрит на друга глазами полными озадаченности и безысходности в ожидании ответа, помощи. — Оу… Юнги, я. — тот закатывает глаза и сильно вздыхает. — Неужели не знаешь чем помочь и не хочешь решать за меня…? Это ты хотел сказать? — рот парня напротив открывается, и тот озадачено хлопает глазами пока между ними повисла тишина. — Ты постоянно это говоришь, когда не хочешь мне помогать. А ты даже не представляешь что произошло сегодня ночью, конечно, тебя же это не волнует. Иди дальше к Тэхену, с ним тебе явно веселее. — отталкивает с пути Чимина, он направляется обратно к Хосоку. Он зол, или ему грустно… Или все сразу. Он наконец-таки понял что его лучший друг, давно не хочет помогать ему с проблемами. Ну…или же только сегодня. Несмотря на это, ему все также больно. Сильно.

***

Хосок кидается на гостиный диван совсем без сил. Тэхен прервал весь его сон из-за чего тому пришлось уезжать домой. Одно радует — дома Мин. Нахождение младшего рядом, куда лучше чем осознание что он с кем то другим, там где он не сможет контролировать его. Нет, не в негативном ключе, а страх что тот может быть в опасности. Знать что он прямо здесь, в его квартире и никто не сможет причинить ему боль — лучшее что мог знать Хосок. Этот парень так сильно влияет на него и его состояние… Ему наконец то не одиноко, как было раньше, но даже у этого есть минусы. Как бы Чон не радовался, он знает что довериться младшему будет очень сложно. Он скорее всего боится, что тому навредят или чего похуже. В любом случае, он не знает что творится у него в голове и насколько сильно там засели его травмы. Юнги некомфортно. Он чувствует будто снова навязывается, чувствует будто извинений не хватило, а Чимин решивший забить на его проблемы оставил большой отпечаток на весь оставшийся день. Ему не грустно и не радостно, ему… никак? А нет, забудьте. Скопившиеся внутри слёзы тут же хлынули как тот попал за дверь своей комнаты. Ему снова хочется кричать и реветь так сильно что перепонки лопнут, но его скованность не может допустить этого, а старший за стенкой ещё одна причина. Он как никак не у себя дома, а лишняя забота Чона ему точно не нужна. Ему нужно понимание и чьи то крепкие, тёплые объятия которые как в детстве успокаивали его пока тот ревел от сломанной игрушки, кто то кто поцелует в лоб и скажет что все будет хорошо, что нечего волноваться. Быть маленьким так просто, никакие взрослые проблемы не настигнут тебя, ты никогда не поймёшь что такое взрослая жизнь и никогда не узнаешь. Но жизнь не стоит на месте. Ты растёшь, и познаешь больше дерьма будучи взрослее и умнее. То что раньше тебе казалось проблемами родителей, проблемами старших — теперь стали твоими, и ты никак не избежишь этой судьбы. Он закусывает губу вспоминая все что с ним происходит за последние 5 лет его жизни, пытаясь сдержать отчаянный и усталый крик. Чимин. Неужели и он его бросил? Тот в кого он верил больше всего, тот на кого мог полагаться, тот кто был для него целым миром, вот так за одну ночь стал никем? Он не хочет в это верить, он все ещё надеется что тот ему позвонит. Может хотя бы напишет? Время идёт, но ничего из этого так и не произошло. Последняя надежда угасла так же быстро как и спичка в его руках, поджигающая сигарету. Он выдыхает дым в открытое окно комнаты. На улице мокро и сыро, только что прошёл дождь. Он любит наблюдать за людьми. Кто-то спешит на работу пытаясь удержать важные документы которые вот-вот высыпятся из рук. Кто-то веселой походкой вприпрыжку идёт с мамой за ручку. Кто-то идёт с любимым парнем на свидание держа над головой массивный зонтик. А кто-то он. Парень который прожигает свое время и «лучшие года» в нескончаемом аде называемым жизнью. Но ведь все решаемо? Главное захотеть! Звучит как бредовые мотивационные рекламные щиты которые пытаются призвать людей покупать их продукт только за счёт красивой фразы и толчка к мотивации что то сделать. Смешно, не так ли? Смешно, если бы не обратная сторона медали. Если твоя жить катится в пропасть по чёрной полосе хватая за собой все печальные события, то тут никакое желание что то изменить не поможет. Ты стоишь на краю бездны и кажется ещё чуть чуть и ты упадёшь вниз и всё. И дальше только гибель, дальше только конец, тьма, пустота, называйте как хотите — смерть. Но что то тебя останавливает. Неужели страх? А ведь и вправду… Что будет дальше? Что за жизнь после смерти? Никто не знает, это и страшно. Это неимоверный страх. Что если дальше хуже? Что если умерев ты только и будешь что страдать за все свои грехи, за все содеянное варясь в котле преисподней? Уж лучше жить. Жить пока есть время, пока есть хоть какое то желание, жить пока есть надежда. Надеяться на лучшее — и есть выход. Верить во что то, полагаться на кого то, просто ждать хорошего это именно то что может тебя спасти когда ты на волоске от конечной. И этот путь выбирает Мин. Он хочет быть сильным, хочет перестать быть размазней и взять себя в, хоть и дрожащие от страха, но руки. Но это сложно. Но это трудно. Но это долго. Сто и одно «но» которое остановит его от нахлынувшей после очередного нервного срыва-переосмысления жизни, волны мотивации. Юнги снимает кофту оголяя своё тело. Он смотрит в зеркало видя хрупкое «что-то», покрытое белыми полосами по всему периметру. Дотронувшись оно отвратительно выпуклое. Это мерзко, это жалко. Но он не жалеет. Это такой же опыт и такая же история, такое же воспоминание которое останется навсегда с ним, и к счастью это больше не делает тому больно. Он привык и пережил, забыл. Раньше, это причиняло ему только боль, поэтому он прикрывал своё тело несколькими слоями одежды что бы никогда не видеть эти отвратительные шрамы. Шрамы наполненные болью и ужасными воспоминаниями которые помимо этого преследовали его и в кошмарных снах. Сон был тем ещё адом, поэтому выходом было не спать до потери сознания а потом просыпаться в горе энергетиков, вредной еды, грязных кружек из-под кофе, что тот никогда не убирал, и с сильной болью в голове. Если бы не мысль в голове о том что это нужно решать, он бы явно так умер. Если бы не он сам. Он вспоминает как в то время Чимин только и делал что тусовался с их общими друзьями, пока тот валялся на полу в слезах от очередной панической атаки. Ему больно. Очень больно вспоминать это и осознавать как к нему относился Пак. И ведь кажется, такой хороший и близкий человек, но на деле… Ему казалось. Он не хотел принимать его таким из-за своей привязанности к нему. Он так отчаянно не хотел терять единственного друга что закрыл глаза на все поступки. Хочет ли он иметь рядом с собой такого человека? Нет. Больно ли ему, неприятно? Несомненно да. Хочет ли он разорвать всю дружбу с ним? Нет. К сожалению или к счастью, но нет. Этот человек сделал слишком многое для него чтобы просто взять и бросить его, но больше ли чем плохого? Он не знает. Он не хочет забивать голову этими мыслями, но без них он заведёт себя в тупик размышлений которые будут причинять ему страдания, поэтому он решает забыть про это, отложить на время и перевести внимание на что то другое. Мин подходит к старшему в гостиной прикрывая верх снятой кофтой. — Сонбэ… Мои вещи, они… — разворачивает смятую одежду. — Они грязные… Могу ли я. — Ему так страшно просить что то у Чона. Социализация и общение с новыми людьми — вечный страх Юнги. Он запинается и смотрит в пол не хотя любого зрительного контакта. — Тебе нужна одежда? — отвлекаясь от работы за ноутбуком, на младшего стоящего в нескольких метрах от него. Он кивает в ответ все также опустив глаза. Так стыдно. Он накручивает себя, боясь что снова доставляет ему неудобства, Но не все так плохо? — думает Мин. Тот стоит один сжимая кофту, в ожидании старшего который через пару минут возвращается с кучей одежды в руках и тепло улыбаясь. Такое чувство будто Хосок принёс ему весь свой гардероб. Он забирает пару футболок и толстовок которые оказываются на пару размеров больше, но зато он теперь сможет носить пока его вещи в стирке. Чон такой добрый и отзывчивый, никогда не откажет, всегда рядом… За все время которое они знакомы, тот всегда был открытым, честным и хорошим. Его не покидают мысли о том, можно ли ему доверять. Он боится повторить ту самую ошибку ещё раз, а после пожалеть. Ho- Новые друзья это хорошо, правда? У него никого нет рядом кроме старшего. Может стоит?

***

Хосок обращает внимание на жужжащий телефон лежащий на столе на экране которого написано «Намджунни» и тут же как поднимает трубку слышит родной приятный голос старшего. Он смотрит в экран не переставая улыбаться. Они так давно не виделись и не разговаривали, что Чон и вправду соскучился. Хоть Намджун уже не является для него настолько важным, каким он был раньше, но он все еще для него хороший друг и важный человек в его жизни. Его самый первый парень, первые серьёзные отношения и первый человек который лишил его девственности. Он всегда был нежен, добр и вежлив к нему, и к счастью его первый опыт не стал печальным, за что он так сильно ему благодарен. Когда это все закончится, когда он расскажет о своих настоящих чувствах, он уверен что никогда не прекратит с ним общение. Ким очень образован, с ним интересно и приятно проводить время, у него никогда не заканчиваются темы для разговоров. Его любимое воспоминание за все время их отношений, это то когда младший засыпал на коленях Джуна слушая занимательную историю о его детстве. «Он невероятный человек» — думает Хосок. Но как тогда пропали чувства? Как, ведь этот человек такой идеальный? Он понятия не имеет. Первая любовь, не всегда может быть настоящей, иногда это можно спутать просто с любовью проводить время с человеком, с любовью его компании рядом с тобой. Но Чон не знает что на самом деле послужило причиной того, что его чувства угасли. Ему так жаль признаваться в этом, он не хочет стать разочарованием или огорчить его словами, а может и сделать больно. Нет! Он не хочет этого, но врать о своих чувствах, врать что он все еще его любит, может куда хуже навредить ему, чем горькое признание. «Намджун ведь взрослый, он поймёт…» — мысли не покидают Хосока на протяжении всего видеозвонка с парнем. Он внимательно слушал все что тот говорил, но все равно размышлял, будто бы морально готовился чтобы сказать это прямо сейчас. А он бы и сказал, но говорить это на расстоянии — худшее что можно сделать. Он не хочет разбивать его вот так, это слишком эгоистично, но врать хуже. Он железно решил что расскажет сразу как тот приедет, быстро и без сожаления. Он не может держать все чувства и слова в себе, и это доставляет тому дискомфорт. Каждый день молчать, бороться со своими чувствами — самое сложное что делал в своей жизни Хосок. Смешанный смех двух парней слышен Юнги из другой комнаты. Их разговор звучит таким теплым, наполненным любовью, то что никогда не чувствовал Мин. Сончан тоже был первым парнем Юнги, но в отличии от Чона его первый опыт был куда печальнее. Он познакомился с ним, когда вот-вот был готов поступать на первый курс в университете, тот был старше его на несколько лет и глупый, маленький Мин слепо верил в то, что в этом мире все хорошие люди: без изъянов, без плохих намерений. Как же сильно он ошибался. Его первый удар был прямо в живот, когда он не хотел идти на сомнительные встречи со знакомыми Кана. Он думал что все можно решить простым разговором о том, что тот не хочет этого делать, но не знал, что это не работает с парнем. Но бьет значит любит? Один удар ничего не значит! Так думал Юнги. Но все это чертовый бред и жить по такому правилу — это прямой путь в могилу до которой ему оставалось совсем немного если бы не… Хосок. И он правда ему благодарен. Хотя его все терзают сомнения о том как сейчас Сончан, где же он… Он скучает, ведь среди всего насилия, иногда, был маленький лучик света. Он все еще чувствует как нос зарывался в его шею, а тёплое дыхание грело. Он все ещё помнит какими на ощупь были его приятные кудрявые волосы. Эти воспоминания заставляют его плакать. «Не все так и плохо, все же было хорошо, он меня любит!» Нет. Не любит.