Могу я попросить, чтобы Вы посидели с моей сестрой?

Кли медленно открывает глаза: вид комнаты смазывается, но перестаёт, когда её кулачки протирают лицо. Под телом чувствуется мягчайшая кровать, на которой вчера она стояла, когда красила рожки приютившего её Итто. Значит, не приснился этот беззаботный весёлый óни? Это же хорошо! Значит, и Ёимия не была сном? Это же хорошо в степени хорошо! Такого облечения Кли давно не чувствовала.  Появляется огромное желание, чтобы Альбедо как можно скорее закончил свою работу, тогда Кли обязательно познакомит его с теми, с кем он сначала не хотел её оставлять, и попросит Ёимию запустить самые-самые красивые фейерверки в его честь!  До носа доходит вкусный аромат, и она сползает с кровати. Взгляд цепляется за её отражение в зеркале Итто: как пошла гулять, так и уснула в той же одежде, разве что обувь была снята и волосы расплетены. Стоп… А где сам Итто? Неужели этот запах, что летит аж в комнату, — его рук дело? Так он, получается, самый лучший и всемогущий! Не врал ведь!  Кли обувается и быстрыми шажками доходит до гостиной, но замедляется, когда слышит приглушённый разговор Синобу и Итто. Стена становится неким укрытием от их глаз.       — Синобу! Прекрати!        — Да что "прекрати"? Ты просто не понимаешь, что ей придётся вернуться в свой город, а то, что ты из неё свою дочь как будто сделать пытаешься, что аж спишь на полу, — ненормально! С другими детьми ты такого не практикуешь, знаешь ли. А ещё, ты не досолил.  Синобу неодобрительно смотрит на босса, опираясь на кухонную столешницу и пододвигая солонку ближе.       — Потому что меня попросили посидеть с ней! Я что должен делать, по-твоему? Ей надо наслаждаться каждым днём, особенно в компании с таким неотразимым человеком, то есть óни, как я. И я всё сделаю для этого! Синобу хочет ещё возразить, но Итто сразу шипит, аккуратными движениями посыпая блюдо солью.       — У нас сегодня планируется бой оникабуто! И ты нам не помешаешь!        — Какой же ты… невыносимый, — выплёвывает Синобу и рассерженно движется на выход из дома, не заметив малютку у стены, что после хлопка дверью решает выйти из "укрытия".  Итто сжимает руку в кулак, шёпотом произнося победное: «Оу, да!», и оборачивается, будто хочет проверить, правда ли Синобу ушла, но взгляд цепляется за вставшую посреди комнаты фигурку Кли.       — Ребёнок, ты проснулась! Твой непревзойдённый шеф-повар Аратаки Итто уже почти закончил делать завтрак!  Он улыбается и жестом подзывает Кли к себе, та сразу подбегает. Глазам младшей предстаёт жареная в кусочках овощей лапша: вот он — источник манящего аромата! Аж слюнки текут, в животе урчит, но Кли не спешит даже спросить, скоро ли можно будет покушать: Итто лучше знает, и ей он обязательно всё скажет самой первой, когда сочтёт нужным.        — Я вижу в твоих глазах огонь, о да! Именно так ты должна смотреть на фирменное блюдо Аратаки!  Итто треплет Кли по голове, и та смеётся.        — Садись пока за стол. Кли кивает и сразу же приземляется на стул, болтая ножками в ожидании завтрака. В голове проносится мысль: «Интересно, Альбедо покушал?» Ему же гораздо полезней! Он и так жертвует нормальным сном и приёмом пищи, чтобы добиться каких-либо результатов в исследовании чего-то, не хватало ему ещё и в этой поездке быть не накормленным! Остаётся надеяться, что Сахароза предложит что-нибудь поесть…  Почему-то именно в этот раз воспоминания о брате возникают гораздо чаще, чем обычно. Скучает, конечно… Может, это связано с тем, что до этого Кли привычно оставалась с кем-то, с Сахарозой, например, в родном городе, а не с незнакомым, но уже таким близким человеком, как Итто, в Инадзуме.  Кли мотает головой, прогоняя мысли, в тот же момент Аратаки ставит перед ней тарелку, на которой располагается разрезанный батон, умещавший на себе ту лапшу с овощами.        — Приятного аппетита! — улыбается Итто и плюхается на стул напротив, с нетерпением глядя на то, как Кли пробует его фирменное блюдо.        — Спасибо! — она сияет. Да, выглядит и впрямь аппетитно, только проблема в том, как это съесть: кусок хлеба слишком огромен, поэтому Кли несколько раз поворачивает тарелку в поисках удачного места для укуса.       — Ой, прости! Я привык есть это руками за один раз, — уж явно преувеличивает Итто, вскидывая брови. — держи палочки.  Кли кривится: легче не становится, она же совсем не умеет обращаться с палочками! Глянув за спину Аратаки, она не замечает на столешнице что-то похожее на вилку и снова косится на два отполированных куска какого-то дерева. Итто хмурится.       — Ты не умеешь есть палочками?.. — удивляется он, забирая их. Кли кивает, урчание живота слышится снова. Аратаки переводит взгляд с малютки на палочки, пока в его голове не проносится идея, что он сразу озвучивает:       — Тебя покормить? Уголки губ Кли устремляются вверх.        — Да! — восклицает она и кивает ещё интенсивнее.  Итто поджимает губы от умиления, аккуратно берёт палочки как подобает и, накрутив на них лапшу и проткнув парочку овощей, протягивает руку ко рту Кли, что открывает его.  Первая проба фирменного блюда Итто: на языке чувствуется ни капли не проигрывающий исходящему запаху вкус, этого явно мало, чтобы насытиться, поэтому Кли съедает с рук Итто ещё, и ещё, и ещё… Пока тарелка не становится пустой, а живот полным.  Итто готов запищать от радости, что впервые покормил кого-то сам.       — Это очень вк…       — Да! — Итто резко встаёт со стула, победно подняв руки вверх и тем самым заставив тарелку подскочить. — Я знал, что тебе понравится! Неповторимый рецепт непревзойдённого Аратаки Итто ещё никогда не был провалом. Юху!!!   Кли довольно улыбается и растирает ноги.        — А когда мы пойдём играть с жуками? — спрашивает она, оборачиваясь на ту полку, куда вчера Итто клал насекомых. Правда, их там уже нет.  Итто садится обратно на стул и чешет затылок, губы застывают в ухмылке, что говорит о растущем внутри желании азарта: да хоть сейчас! Бои оникабуто — самое лучшее соревнование, которое когда-либо в принципе существовало! Особенно, учитывая то, сколько побед было одержано Итто: возможно, именно из-за этого же им с Синобу пришлось делать ноги от какого-то мужчины, которого Кли видела вчера.        — Скоро! У меня сейчас по расписанию полюбоваться собой в зеркало и уложить волосы, — выдыхает Итто и движется в сторону комнаты, за дверью которой малютка ещё не была, вероятно, за нею располагается ванная. Остановившись уже тогда, когда его ладонь легла на ручку, Аратаки поворачивается к Кли.       — Ребёнок! Моя комната в твоём распоряжении, не скучай здесь! Хотя, конечно, без меня везде скучно будет, ха-ха, — последнюю фразу Итто говорит уже больше себе, чем Кли. А что делать в четырёх сиреневых стенах? Тоже себя в зеркало рассматривать? Скука в бесконечной степени, поэтому Кли, спрыгнув со стула, пробегается до ванной, откуда уже доносится шум напора воды. Итто, умываясь, не замечает того, что находится здесь больше не один. Когда же он отнимает руки от лица и тянется, чтобы вытереться, взгляд его цепляется за макушку Кли.       — А! — от неожиданности кричит Итто, хватаясь за сердце. — Не пугай так! Других людей, я имею в виду. Как же хорошо, что бесстрашный Аратаки Итто ничего не боится! — он тут же принимает уверенный вид и легонько тыкает указательным пальцем Кли в её крошечный носик. Мысли тут же капают в воспоминания: точно так же Альбедо всегда делал, когда успокаивал сестрёнку, тем самым как бы говоря не вешать нос и быть спокойной. Практически всё напоминает о брате, заставляя отрываться от реальности. Да когда ж такое было? Почему именно сейчас?        —…и я вот не понимаю, почему Синобу вечно ворчит! Всё ей не так! Эй, ребёнок, ты слушаешь? — Итто, держа прядку в одной руке, а в другой расчёску, поворачивается к Кли. Малютка мотает головой и кивает, Аратаки тут же возвращает взгляд в зеркало и продолжает возмущаться на Синобу:       — Почти никогда меня не слушает! Перечит! Но да ладно, ей простительно это только потому, что все проблемы решает именно она. И из тюрьмы вытаскивает… Последние слова Итто произносит уже шёпотом, вскидывая брови и надувая губы.  Он открывает какой-то флакончик, этикетку которого Кли, в силу своего роста, не видит, выдавливает его содержимое в руку и, растерев между ладонями, аккуратно наносит на покрашенные рожки несколькими вкручивающими от основания к кончикам движениями.        — Мы пойдём играть с жучками? — ещё раз интересуется она, держа руки за спиной и чуть покачиваясь в стороны.        — Конечно, ребёнок! Готовься к поражению, никому ещё не удавалось обойти Величайшего Аратаки Итто в этом бою! — бахвалится Итто, в последний раз смачивая руки, а после закрывая кран.  Кли заметно оживляется, когда шум напора воды прекращается и Аратаки только вытирается белым полотенцем. В один миг он выбегает из ванной, успев крикнуть: «Кто последний, тот противная тэнгу», и Кли устремляется следом, даже не понимая, что такое «тэнгу». Оказавшись в гостиной, откуда Итто уже, вероятно, убежал на улицу, на небольшом столике Кли замечает деревянный молоточек с привязанным шариком. Догонялки как-то отходят на второй план: уж очень интересно, что это за игрушка такая! Маленькая ладошка аккуратно прикасается к рукоятке, Кли ловко снимает шарик со штыка, разматывает нитку, намотанную на клин. Сразу находит понимание, что к чему: бойки округлой формы и в них имеются выемки, в которые шарик и надо было поймать после того, как подбросил.        — Эй, ну ты где там?! Я, конечно, знаю, что всегда выигрываю, но я не хочу, чтобы ты становилась противной тэнгу! — Итто открывает входную дверь с наигранно-злым лицом. Но Кли уже во всю увлечена процессом игры в этот молоточек с шариком, потому не обращает на Аратаки никакого внимания.       — Эй! Игнорировать Величайшего Аратаки Итто запрещается законом! — он оказывается близ малютки, замечая игрушку в её руках, на лице его читается удивление. — А я смотрю, ты времени зря не теряешь! Но, могу огорчить, никто ещё не побеждал Непревзойдённого Аратаки Итто в кэндаму! Кли поворачивается на подошедшего, в ту же секунду накидывает шарик прямо на штык. Глаза Итто округляются, он поджимает губы.       — Не глядя?! — Итто кашляет, придавая своему лицу горделивое выражение, — Точнее, я тоже так могу, я просто немного удивлён, что такой ребёнок вроде тебя может делать так.        — Доброе утро, босс! — хором произносят Акира, Гэнта и Мамору, выходя из своей комнаты в гостиную.  Итто машинально разворачивается и лучезарно улыбается.       — Утро, парни! Вы только посмотрите! — Аратаки поднимает Кли за плечи, показывая подошедшим. — Что этот ребёнок может!  Кли гордо улыбается, протягивает кэндаму ближе к лицам парней.       — Босс! Она закинула шарик прямо на штык?!        — А то! И Синобу ещё считает, что она не моя потерянная дочь!       — Эта очаровательная девочка и впрямь твоя! — заверяет Гэнта, стукая кулачок Кли.       — Вы даже внешне похожи! — поддерживает Мамору и треплет малютку по голове, отчего её и так запутанные с утра волосы становятся ещё более взлохмаченными.        — Ты когда только зашёл с ней, я сразу подумал, что это твой ребёнок! — подхватывает Акира, и втроём кивают, соглашаясь с каждой сказанной фразой. Итто опускает Кли на пол, застенчиво, но одновременно довольно улыбается и приглаживает белые пряди.        — Смущаете, парни! Ладненько, этот ребёнок идёт со мной соревноваться в боях оникабуто, поэтому мы пойдём! Если Синобу вернётся, то она снова за главную, если нет, то… — Итто задумывается, прикладывая кулак к губам, а после резко устремляя указательный палец в полненького из членов банды, — Акира, ты за главного!  Акира сияет, его лицо принимает шутливо-надменное выражение, и он оглядывает своих друзей.       — Почему он?! — спрашивают Гэнта и Мамору, складывая руки на груди.       — А… Потому что я так сказал, парни! Не кричите на меня! — Аратаки в растерянности резко снова берёт малютку на руки, таким образом как бы прячась за её спиной от недовольных возгласов членов банды, та роняет кэндаму из ладошек. — У меня ребёнок, ей опасно слышать крики!        — Есть, босс… — поникают Мамору с Гэнта, переглядываясь.        — Без меня будет скучно, но старайтесь не скучать! — напоследок бросает Итто, достаёт из-под картуза Кли, снятого ею вчера, с тумбы кулёк с жуками, и дверь за ним закрывается.        — До встречи, босс! — кричат парни хором.  Взгляд Гэнты цепляется за упавший игрушечный молоточек, в который Кли играла буквально пару минут назад, рука его тянется к рукоятке. Осмотрев, он снимает шарик со штыка, после подбрасывая его.       — Ну что, ребят, устроим соревнование по игре в кэндаму?        — Конечно! — подхватывает Мамору с Акирой, плюхаясь на диван.        — О, какая шапка, — Акира берёт с тумбы красный головной убор, примеряя на себя. — Маловата, правда.

***

      — Ах, ребёнок! Наконец-то ты поймёшь настоящий вкус жизни… Ты же готова? — Итто чуть-чуть закидывает голову, будто удостовериться, что Кли ещё с ним, но так, чтобы она, как всегда сидевшая на его шее и державшая в руке кулёк с оникабуто, не свалилась назад.       — Конечно! — радостно восклицает Кли. Она-то всегда ко всему готова, даже не расчёсанные волосы ей отнюдь не мешают.  Аккуратно сняв её с шеи, Итто пригласительным жестом указывает на два деревянных ящика с двумя огромными мешками по обе стороны, которые, видимо, выполняют роль своеобразных стульев. Вприпрыжку Кли преодолевает маленькое расстояние, плюхаясь с кулёчком на мягкое сиденье, Аратаки садится напротив, от нетерпения хлопая в ладоши.       — Давай же!  Кли послушно разматывает кулёк и кладёт на поверхность ящика, лицезрея огромные сиреневые панцири нескольких оникабуто. В Мондштадте даже похожих не сыщешь! Один же жук всё-таки отличается окраской: из всех четырёх, что собрал вчера Итто, самый массивный на вид на спине имеет красивый красновато-перламутровый цвет.       — Это мой малыш! — Итто мигом берёт в свои большие ладони отличающегося оникабуто, прижимая его к щеке как какого-то домашнего питомца.  Кли надувает губки и осматривает других, более мелких по сравнению с тем, что только что забрал Аратаки. Хрупкая девичья ручка тянется к жуку среднего размера, на его, как и у всех, голове и спине виднеются рожки, в которые Кли осторожно тыкает пальцем, отчего насекомое вмиг барахтается в её ладонях и выпадает обратно на ящик.       — Осторожнее! — Итто отрывается от нежностей с выбранным оникабуто, смотря на то, как малютка изучает своего.        — Они такие красивые!!! — пищит от восторга Кли и берёт жука в руку.  Итто выдыхает, ставя оникабуто на деревянную поверхность.       — Правила помнишь? — удостоверяется он.       — Конечно! Кли всё помнит! — её жук тоже приземляется на ящик, и Кли, схватившись за его край, заинтригованно прижимается к нему.       — Отлично! — аккуратно убрав остальных насекомых на землю, Итто начинает: — Раз, два… Стой! Аратаки тут же замолкает, Кли непонятливо смотрит на него и отодвигается от ящика.       — Мы не можем соревноваться без судьи! — восклицает он и чешет затылок, но тут же меняется в лице. — У меня идея!  Отойдя на некоторое расстояние, Итто упирает ладони в колени и крепко их сжимает, ставит ноги на ширине плеч. Кли медленно переводит взгляд с него на жуков, не понимает, что Итто пытается сейчас сделать.        — Уа-а-а-а! — кричит Итто и топает, отчего Кли аж рот раскрывает в удивлении. — Уси, появись!  Громкий хлопок в ладоши, и на траву приземляется бык, даже, скорее, бычок, ведь он маленький, зато на вид грозный. Кли поднимает брови и хватается за щёки, разглядывая, как она полагает, того самого "Уси".       — Какой он красивый!!! — пищит она.       — Я знал, что тебе понравится! Это внештатный боец нашей непревзойдённой банды Аратаки — Уси! — представляет Итто. — Сегодня он будет нашим судьёй, так что скорее садись! Кли спешит снова взяться за край ящика, устремить взгляд в жуков, но любопытство получше рассмотреть Уси наравне с желанием боя, оттого она боковым зрением всё же поглядывает на бычка, что, вероятно, радостно мычит.       — Раз, два, три! — кричит Итто и пододвигает своего жука ближе.  При всей своей красоте, оникабуто Итто решает первым не нападать, зато тот, что принадлежит малютке, уже размахивает своим рогом, двигаясь к сопернику.       — Вперёд, мой грозный Пират! — Аратаки отзеркаливает положение Кли, нагибается и тоже прижимается носом к ящику, чтобы над его поверхностью были видны лишь глаза.        — Давай, Альбедо! Ты сможешь! — радуется Кли, наблюдая за тем, как её оникабуто, названный в честь любимого брата, продолжает атаковать жука Итто. Итто и Кли вжимаются в деревянные стенки ящика всё сильнее, неотрывно наблюдают за боем, точнее, за тем, как "Альбедо" тыкает своим рогом в голову "Пирата", пока второй просто стоит на месте и даже отбиться не пытается.        — Эй! Ну что это! — Аратаки, не выдержав, тыкает пальцем в спину своего оникабуто, и тот, встрепенувшись, делает шаг вперёд. — Вот так-то! Уси, ты ничего не видел! Бычок согласно мычит. Теперь уже этот бой больше походит на бой, а не на обычное тыканье рогом одного жука в другого. Оба оникабуто начинают толкаться, пытаются перевалить друг друга на спины, но пока что всё безуспешно. И вот только когда "Пират" встаёт на задние лапки, сбоку доносится звук быстрых шагов и шелест травы. Итто резко и раздраженно оборачивается, глазам ему предстаёт грозная, чем обычно, Синобу с какой-то бумагой в правой руке.       — Эй! Уйди! Не видишь, я побеждаю этого ребёнка?!        — Не надо таким тоном со мной разговаривать, — выплёвывает Синобу и кидает на ящик газету. Итто тут же смахивает её на прямо на Уси, продолжая неотрывно следить за своим жуком, который вот-вот, он уверен, перевернёт жука Кли.        — У нас бой!       — А у неё брат пропал! — повышает голос Синобу, поднимает многотиражку и насильно всовывает в руки Итто. Итто усаживается на мешок и делает вид, что вчитывается.       — Что с братиком Альбедо?  От радости и заинтересованности в бое Кли вмиг не остаётся и следа, она подбегает к Аратаки, чуть не задев Уси, и прижимается к его плечу, пытаясь разглядеть, что написано на листах.  Прокашлявшись, Итто начинает читать по слогам:       — Вни-ма-ни-е. Эй, какое внимание?! Внимание должно быть только на мне! — сразу же реагирует Итто на одно прочитанное им слово. — В пещерах Инадзумы случился серьёзнейший обвал… — брови ползут на лоб, но голос не сбивается. — В ходе данного проишествия группа алхимиков из Мо… Мондштадта? Оу, ребёнок, гляди, тут название твоего города! — указательный палец Итто ложится на слово "Мондштадт", а сам он переглядывается с малюткой. В глазах Кли застывает ужас, теперь в них не рассыпаются привычные фейерверки и искры. Сердце начинает очень часто биться, а руки трясутся так, будто до этого пришлось стоять пять минут на планке.        — Братик Альбедо, он… — запинается Кли и выхватывает газету из рук Итто, отворачиваясь. — Он в порядке?  На глаза наворачиваются слёзы, Кли судорожно переводит взгляд с конца на начало этой короткой статьи, пытаясь понять, что случилось с её любимым братом, но про состояние хоть одного члена группы абсолютно ничего не написано, да и всё смазывается по мере льющихся слёз, поэтому разглядеть вообще хоть что-либо становится невозможным.       — И что же делать, куда я тебя верну, ребёнок? — Аратаки сам пугается, пододвигается ближе к малютке и смотрит в газету, запуская пятерню в волосы и сжимая их, будто таким образом он пытается унять свой нарастающий страх.  Итто быстро всматривается в текст, ровно так же, как и Кли, пробуя разглядеть что-либо ещё, пока не поворачивает голову к ней: глаза сразу вперяются в солёные капельки, что скатываются по лицу, кажется, нескончаемым потоком.       — Эй-эй-эй, ребёнок, только не плачь! — Итто разворачивает Кли к себе, хватая её за щёки и вытирая слезинки большими пальцами. — Мы найдём его, слышишь?  Он прижимает Кли к своей груди и гладит по голове, чтобы та перестала плакать. Аратаки чувствует, как по его оголённому участку кожи на уровне лица малютки стекают слёзы, как её тело дрожит, отчего его сердце будто бы на части рвётся, либо же по нему кто-то водит ножом: как бы то ни было, ощущение неприятное и до жути колючее. Газета выпадает из маленьких ручек, которые в ту же секунду обвивают торс Итто. Даже Синобу, что всегда держала холодный вид, застывает: не знает, как реагировать на детские слёзы? Возможно, ведь всегда привыкла видеть только радость на лице всех, кто находился в компании Итто. А сейчас и сам он затих, пытаясь успокоить малютку после такой отвратительно-недосказанной новости.        — К-Кли, успокойся, прошу тебя, — она садится на одно колено, прикасаясь к спутанным светлым волосам. — Нам надо что-то… — начала Синобу, переглядываясь с Итто.       — Надо что-то делать, — заканчивает Итто, сглатывая. — Если это всё произошло в какой-то пещере, то шансы найти их крайне малы. Откуда нам знать, куда они направлялись? Аратаки кусает губу и жмурит глаза, таким образом пытается сформировать в голове блистательную, а главное хорошую идею.        — Кто-то же их посылал туда, верно? Значит, у этого кого-то должны быть сведения и маршрут, как минимум. Если бы я захотела отправить группу алхимиков в другой регион, я бы сообщила им местонахождение того, что они хотят изучить.       — Слишком сложно, — Итто мотает головой и встаёт, беря Кли на руки. — Надо посоветоваться с…       — Если ты хочешь поговорить с нашими парнями, то сразу говорю — бесполезно. В отличии от нас с тобой ни у Гэнты, ни у Акиры, ни у Мамору нет Глаза Бога, брать их в такую "экспедицию", — Синобу два раза сгибает указательные и средние пальцы, — очень опасно. Ты же не хочешь, чтобы от "Великой банды Аратаки" осталась только я? Итто тут же замолкает, брови нахмуриваются.       — Когда ты стала такой расчётливой и умной? Синобу стукает себя по лбу, неслышно выругивается.        — Я промолчу, пожалуй.        — В любом случае! Нам надо домой хотя бы для того, чтобы оставить моего ребёнка с парнями, если уж мы вдвоём собираемся найти её брата, — Итто переходит на шёпот, — Мне будет жалко, если он умрёт! Он первый взрослый, кто правильно обратился ко мне! По руке прилетает шлёпок от Синобу.       — Нашёл что сейчас говорить! "Твой" ребёнок тут успокоиться не может, а ты на смерть её брата уже заходишь! — так же тихо огрызается она, таща за собой Итто.       — Стой! Мы что, уйдём без Уси? А вдруг он не найдёт дорогу домой! — вздрагивает Аратаки и оборачивается на бычка. Синобу буркает под нос что-то вроде: «Дурацкий бык», берёт того на руки и с полным раздражения лицом движется к пристанищу их банды. Итто замолкает и ещё сильнее приобнимает Кли, которая даже за время небольшого диалога, в который не вникала, главаря и Синобу не успокоилась. Конечно! А кто так быстро сможет взять себя в руки, когда дело касается единственного, кто всегда рядом, члена семьи? Кли искренне хочется верить в то, что его пропажа — всего лишь сон, кошмар, не имеющий никакого отношения к реальности, что вот прямо сейчас она откроет глаза и проснётся в своей комнате, а затем зайдёт Альбедо и пожелает доброго утра.  Страх, что она не вернётся домой, не увидит Альбедо, Сахарозу, сковывает тело и заставляет слёзы политься новым потоком.        — Тише, ребёнок, мы всё сделаем, — шепчет Итто, когда слышит детские всхлипы.  Входная дверь мигом открывается, сидящие в гостиной парни сразу чуть ли не подпрыгивают. Кэндама снова упала на пол, и Гэнта поспешил её сразу поднять.        — Босс, Синобу, вы быстро как-то, — отмечает Акира и выходит навстречу.       — Это Уси?! На руках у Синобу?! — сразу реагирует Гэнта, не веря своим глазам.       — Ребят, не сейчас! Нам с Синобу надо привести моего ребёнка в чувства, — обеспокоено говорит Итто, пока кладёт Кли на диван.       — Забирай, — Синобу впихивает бычка Гэнте и вытирает ладони о свою одежду.        — Есть, босс, — хором отзываются Мамору, Гэнта и Акира и покидают гостиную.   Синобу молча подбегает к столу: глаза цепляются за стоящую на нём пустую грязную тарелку, из которой малютка с утра ела; на секунду она вскидывает брови и морщится, но тут же наливает в стакан воды и, снова оказавшись около Кли, приставляет стеклянный краешек к её губам.       — Пей, — Кли трясущимися руками аккуратно придерживает стакан, делает глоток и тут же кашляет. Итто хлопает малютку по спине и кусает губу, садится в позу лотоса. Будто не зря в голове всё утро возникали воспоминания об Альбедо, не давая тем самым покоя. Сколько уже прошло с пропажи их группы? Если в газетах уже с утра была напечатана статья, то сколько времени потребовалось, чтобы об этом хоть кто-то да узнал, чтобы об этом доложили и выпустили? Неужели, пока Кли веселилась, смотрела на фейерверки, завтракала вкусной едой, приготовленной Итто, Альбедо всё это время пребывал и до сих пор пребывает в опасности, и никто с этим ничего даже сделать не может? Кошмар.        — Кли, нам надо понять, где искать твоего брата. Кто точно может знать, куда они пошли? — спрашивает Синобу, садясь на колено перед ней.  Итто аккуратно проводит пальцем под глазками малютки и стирает слезинки. Глубоко вздохнув, Кли находит силы заговорить после рыданий:       — Кли думает… Джинн знает, — давит из себя Кли и хлопает глазками, переводя взгляд с Синобу на Итто. Аратаки обменивается удивлённым взглядом с сосредоточенной Синобу.        — Джинн, значит? Кто она? — продолжает спрашивать.       — Главная в Ордо Фавониус, апчхи! — Кли ёжится и отпивает ещё водички из стакана.  Синобу кусает щёку с внутренней стороны, прикладывая руку ко лбу.        — Значит, можно ей написать и спросить! — додумывается Итто, но Синобу тут же осаживает его взглядом, а-ля "всё не так просто".       — Нет… До Мондштадта письмо будет идти не менее трёх дней… Мы не можем так долго ждать. Как-то я об этом не подумала… — она запускает руки в зелёные пряди, крепко сжимая их.  Аратаки тут же перехватывает запястья Синобу, чтобы она ненароком не вырвала свои волосы, и медленно опускает их.       — Не глупи. Надо думать ещё… Ненавижу думать! — Итто поджимает губы и хмурится.  Воцарилось молчание, шмыганье Кли — единственный звуком в комнате, пока Синобу с Итто пытаются что-то придумать. Инадзума слишком огромна! Каковы вообще шансы, что группа алхимиков не плыла на волноходе к какому-либо острову, что они всё ещё в пределах того же Арауми, около Рито или в пещерах близ храма Наруками?       — Мы точно найдём… — в глазах Кли вновь застаиваются слёзы и почти сразу же скатываются по щекам, заставив голос сбиться, — братика Альбедо?.. Синобу с сожалением оглядывает лицо малютки и снимает маску, кусает нижнюю губу почти до крови.        — Мы всё сделаем для этого, да? — она поворачивает голову к Итто, ожидая поддержки сказанных ею слов. Аратаки кивает.       — Абсолютно. Поспи просто, ты как только проснёшься — твой брат уже будет здесь!  Но фраза Итто не радует Кли, та даже хмурится и снова шмыгает носом, но будто ещё более обиженно.        — Я не оставлю его! Кли тоже хочет пойти! Кли хочет спасти Альбедо! — восклицает она и складывает руки на груди, выплеснув на себя воду из стакана.        — Исключено, там опасно! — Синобу встаёт и качает головой.        — Кли не боится! — не унимается малютка и тоже встаёт на ноги, чуть не упав из-за бессилия.  Итто вжимает голову в плечи и обводит девчонок пугливым взглядом.        — Прекратите! — встревает он, выпрямляясь. Вот Итто-то гораздо больше и выше их обеих, потому Синобу после замечания своего босса раздраженно отворачивается, а Кли наконец ставит стакан на тумбу, на которой какое-то время назад лежал и её картуз. — Синобу, не начинай опять!       — Чего "не начинать"? Она ещё совсем маленькая! И то, что у неё… — в голову резко ударяет воспоминание о том, что в свои восемь лет Кли уже имеет при себе Глаз Бога, и Синобу, дабы удостовериться, кидает взгляд на неизменно лежащий у стены рюкзачок, на котором висит "подарок Барбатоса", — точно…        — Ты чего? — Итто вопросительно поднимает бровь, глядя на Синобу.  Она, всё ещё нехотевшая принимать факт силы Кли, разворачивается с раскрытым ртом, оглядела её лицо, что все ещё красное.        — Глаз Бога, — слетает с губ Синобу, она стукает себя по лбу кулаком и тяжело вздыхает.        — Да! У Кли есть Глаз Бога! Кли полезна! — сердито отмечает малютка. Итто запускает руки в волосы.       — Глаз Бога?! У моего ребёнка есть Глаз Бога?! — удивляется он и губы вздрагивают в улыбке.       — Да, но это неважно! — восклицает Синобу.        — Ещё как важно! Нас уже как минимум трое! — Итто складывает руки на груди и гордо глядит на Кли. — Просто смирись, Синобу, что ты не всегда можешь быть права. Синобу раздувает ноздри и сжимает руки в кулаки: явно хочется ударить главаря, но тут-то он и правда сказал то, что оспорить сложно. Она смолкает, снова надевает маску и отворачивается, чуть ли сама не начав плакать от того, что её предостережения не были услышаны.        — Только Альбедо запретил Кли брать с собой бомбы, с которыми я очень хорошо обращаюсь… — поникает малютка и усаживается обратно на диван.  Итто прикладывает руку к лицу, задумываясь. В голове пролетают тысячи мыслей, даже не относящихся к проблеме, и всё-таки понятно, почему практически все планы составляла Синобу: у неё с концентрацией внимания всё намного-намного лучше, да и связей явно больше… и репутация тоже…        — У госпожи Наганохары, та, которая ответственна за фейерверки в Инадзуме, явно будет что-то, что позволит тебе создать их, — подаёт голос Синобу после того, как собралась с силами оставить свои "детские" обиды при себе.  Аратаки вскидывает брови, поворачивает голову к ней.       — Синобу! Ты гений! Даже я про неё забыл уже! Синобу мотает головой и проходит к выходу из дома, но тут же останавливается, когда взгляд цепляется за набитый вещами красный рюкзачок.        — Кли, ты водой на себя плеснула, у тебя есть сменная одежда? — не глядя на малютку, спрашивает она. Кли кивает.        — Переоденься, и мы пойдём.         — Да, ребёнок, мы смущать не будем! — Итто плотно закрывает ладонями лицо и отворачивается.  Кли сияет: наконец-то они начнут действовать! Осталось только надеть другое платьице и тихонечко молиться Анемо Архонту, чтобы тот охранял Альбедо и Сахарозу до тех пор, пока малютка вместе с Синобу и Итто не найдёт их!       — Твои волосы… Аргх, давай я расчешу тебя? — выдыхает Синобу, когда малютка подходит к своему рюкзаку.