VIII. Домой
30 мая 2023 г., 13:02
— Я так понимаю, пришло время? — Аято отрывается от своих бумаг, когда Тома открывает дверь после стука и разрешения войти, и замечает фигуру Аратаки с поникшим видом.
— Да… — он надувает губы.
Аято выглядывает за спину друга, ловя взгляд Томы на себе, и улыбается ему, тот оживленно кивает и скрывается в коридоре, предварительно закрыв дверь. Видимо, это тот самый случай, когда они поняли друг друга даже без слов: года, проведённые на позиции управляющего клана, дают о себе знать.
— Ты что-то ещё, может, хотел? — Аято встаёт со стула и подходит ближе, заметив, что Итто совсем не в духе.
— Братан! Мы так мало провели с этим очаровательным ребёнком! Я так не хочу, чтобы она уезжала! — в уголках глаз на долю секунды мелькают слезинки, которые Итто спешит утереть.
А потом он и вовсе закрывает лицо руками и как маленький кидается в объятия Аято, что, коротко улыбнувшись, начинает гладить друга по спине.
— Воспользуйся временем, пока Тома оформляет всё нужное, и компенсируй упущенное, — спокойно советует Аято. — Вперёд!
Его тёплая улыбка заставляет послушаться, потому Итто, отстранившись, в последний раз всхлипывает и поджимает губы.
— Ты прав… Да, прав, братан! Я побежал! Спасибо! — тараторит Итто и, даже не попрощавшись, выбегает на улицу, чуть не сбив пару слуг по пути к выходу.
Аято усмехается и коротко машет вслед, после закрывает дверь и садится обратно за стол, беря в руки перо.
***
— Я требую реванша! В прошлый раз мы так и не доиграли! — Итто, вернувшись домой с парочкой оникабуто в руках, указывает пальцем на Кли, вызывая на повторный поединок в жучиных боях. И девочка, выскочив из объятий брата, загорается сама: они же и правда пару дней назад отвлеклись на пришедшую Синобу, что спешила с ужасной новостью, потому так и не известно, кто же победил. Она, кстати, стоит у кухонного стола и режет фрукты, потому и не обращает внимание на буквально влетевшего в дом Итто. В глазах Кли сверкают огоньки, и та с огромной улыбкой устремляется на выход, но вдруг разворачивается. — Братик Альбедо, пойдём с нами! — восклицает Кли. — Да, чувак! Нам нужен судья! — подхватывает Итто, и Альбедо, подняв уголок губ, встаёт. Рана почти залечена: повязку из травы наку сняли этим утром; единственный указатель на то, что раньше она была, — покалывание в районе ляжки, если Альбедо вдруг долго облокачивался на ногу. Всё-таки чудесный и интересный метод лечения у Синобу! Троица выходит из дома и во главе с Итто направляется к тому самому ящику с двумя мешками по бокам. Жуки приземляются на деревянную поверхность, Кли садится на один из мешков, пока Итто тащит третий для Альбедо. Все рассаживаются по своим местам, в глазах у двоих горит огонь азарта. Как и в прошлый раз Итто и Кли выбирают себе понравившихся оникабуто, давая им имена. — Так, Пират был тогда… Назову тебя Громилой! — ухмыляется Итто. — Альбедо! Вперёд! — Кли решает не заморачиваться и даёт сегодняшнему жуку такое же имя. Альбедо вскидывает брови, приятно удивлённый тем, что даже в такой детской игре сестрёнка использует что-то напрямую связанное с ним. — Итак, чувак, правила простые, — обращается Итто к затихшему Альбедо, — мой… Ой! Точнее, любой оникабуто должен перевернуть другого оникабуто, то есть, своего соперника, на спину. Как только так происходит — конец раунда, и Аратаки "Жучиный гладиатор" Итто празднует свою победу! — юноша вскакивает с зажатыми в кулаки руками и начинает танцевать, будто победа уже одержана. — А может, Кли победит! — встревает малютка и встаёт на носочки, чтобы быть выше. — А вот мы и проверим! — Итто тоже встаёт на носочки. Раздаётся тихий смешок Альбедо, и оба оборачиваются на него. — Ну что ж, садитесь, проверяйте. И Итто, и Кли ставят жуков на нужные позиции, одновременно смиряя друг друга косыми взглядами, в их глазах читается: «Ты проиграешь!», лишь Альбедо смотрит на этот поединок с улыбкой и теплотой. Оба оникабуто, в отличие от прошлого боя, сразу начинают шевелиться, подползая ближе друг к другу и пытаясь боднуть соперника. Итто и Кли вжимаются в ящик, словно бы передавая свою уверенность в победе жукам, чтобы те приложили больше усилий для неё. Сбоку раздаются шаги, и Альбедо коротко оборачивается на их источник, понудив обоих игроков тоже оторваться от боя: из дома выходит Синобу, слава Архонтам, не раздражённая и без всяких газет в руках. Под выжидающими взглядами она близится к Итто и, сказав что-то ему на ухо, чем вызывает у того улыбку до ушей, ловит на себе глаза чуть испугавшейся Кли. — Не волнуйся, сегодня без новостей, — лишь произносит она и без лишних объяснений уходит в сторону города. — Ай, обожаю её! — улыбается Итто. — Опа, кстати, гляди, ребёнок, а кое-кто уже победил! Взгляды Альбедо и Кли возвращаются к ящику: и правда, «Громила» перевернул «Альбедо» на спину, и второй барахтается, изо всех сил пытаясь встать на лапки. — Эй! Это нечестно! Кли отвлеклась! — сразу оживляется девочка. — В правилах надо просто перевернуть соперника на спину, оникабуто Итто это сделал, — спокойно проговаривает Альбедо, вскидывая бови. — Кли, не расстраивайся, это же всего лишь игра, — он гладит её по плечу, замечая её надутые губы. — Кли хочет… — фразу прерывает урчание живота, не прошедшее мимо ушей как Итто, так и Альбедо. — Кушать? — предполагает Альбедо, по-доброму усмехаясь и прикрывая ладонью рот. — И это тоже! — обиженно отвечает Кли и складывает руки на груди. — Тогда Величайший шеф-повар Аратаки Итто приглашает к столу! Синобу как раз закончила с завтраком… И перечить, кажется, бесполезно: есть-то правда хочется, а жуки могут и подождать. Кли убегает вперёд самая первая, задрав подбородок, как бы показывая, что она самостоятельная, Альбедо и Итто переглядываются, пожимая плечами и уходя следом за девочкой. Дверь только открывается, а за столом уже сидит малютка, болтающая ножками в ожидании старших: через мгновение перед ней появляется тарелка с салатом из фруктов, Итто уже собирается снова протянуть палочки, как вспоминает, что Кли не умеет ими пользоваться. — Чувак, ты умеешь есть палочками? — обращается Итто к только подошедшему Альбедо. — Конечно, — кивает он и тоже садится за стол. — Вот и отлично! — юноша кладёт на стол две пары приборов, ещё одну полную фруктов тарелку и идёт ко входной двери. — Я прошу прощения, мне ненадолго надо будет уйти! Но вы кушайте, приятного аппетита! Я скоро вернусь! — не дожидаясь ответа, он выбегает на улицу. Альбедо поворачивается к сестрёнке. — А где Сахароза и Тимей? — спрашивает та. — Ушли к госпоже Нанацуки, поговорить им надо, — Альбедо зажимает кусочек фиалковой дыни между палочками и протягивает ко рту Кли. — Как вкусно! — улыбается девочка после того, как проглатывает фрукт. Спустя несколько минут в тарелке становится пусто, и Кли встаёт, думая, как бы ещё развлечься, пока Итто не вернётся. Альбедо кладёт посуду в лохань и поворачивается к сестрёнке, будто бы обдумывая какой-то вопрос: та замечает на себе спокойный взгляд и улыбается, задорно махая ладошкой. — У Итто рога были другого цвета, как я запомнил… — Это Кли красила!!! — перебивает девочка и улыбка становится шире. — Красками как у тебя! Кли тоже художник!!! — продолжает она. — Ты умница, Кли, — тепло произносит Альбедо. — Не хочешь сейчас тоже порисовать? Глазки малютки загораются. — Хочу! — Тогда жди здесь. Альбедо уходит в комнату, в которой лежит его рюкзак, а после прошествия буквально пары секунд выносит почти полностью изрисованный альбом и карандаши. Кли берёт в руки всё нужное, а после начинает перелистывать страницы: тут и закаты, и реи кораблей, и стены пещеры, и… портрет Кли. — Это Кли!!! — радуется девочка, тыкая пальцем в поверхность листа. Пролистав ещё, чуть дальше середины Кли находит пустой разворот, где уже сразу знает, что изобразить: конечно же, банду Аратаки и её саму рядышком! Альбедо и Кли снова садятся за стол, вторая, по привычке весело болтая ножками и напевая какую-то мелодию, начинает рисовать. Альбедо, подперев голову рукой, внимательно наблюдает за каждым движением грифеля по листу, не мешая сестрёнке погружаться в рисование. — Кли с Альбедо лучше всех, это всем известно… Будем вместе мы всегда, это… — Кли замолкает, осекаясь на рифме, которую не может придумать. — …столь чудесно? — подхватывает Альбедо, следя за реакцией. — Да! — смеётся она, беря в руки красный карандаш. — У нас такая классная песня получается! Альбедо кивает и бросает взгляд на часы: почти час дня. В небольшой скуке, что потихоньку накатывает, он начинает постукивать пальцами по поверхности стола, а Кли в такт качать головой, высунув язык и проведя линию зелёным карандашом, таким образом изобразив траву. Через несколько минут входная дверь открывается, и внутрь заваливается банда Аратаки в полном составе: у одного из парней в руках явно чем-то наполненный бумажный пакет, но все втроем скрываются в своей комнате, пока Итто и Синобу подходят к столу, за которым сидят Альбедо и Кли. — А вот и мы! — Итто разводит руки в стороны. Малютка вскакивает и подбегает к нему, поднимая альбом с рисунком как можно выше. — Это Кли рисовала!!! — она радостно подпрыгивает. Взгляд Синобу переходит на стол, на котором вразброс лежат карандаши, что сейчас убирает Альбедо обратно в коробочку. Итто берёт в руки альбом, изучая изображённую на листе картинку. — Воу! Это же я! И Синобу! И Гэнта! И Акира! И Мамору! И, ребёнок, даже ты!!! — приятно удивляется он и вскидывает брови. — Крутой семейный портрет! — Может, повесим в гостиной? — предлагает Синобу, рассматривая детский рисунок: никаких анатомических пропорций, у Итто рога гораздо длиннее, чем в жизни; сама она вообще изображена в фиолетовом платье, которого у неё нет: всё в совокупности выглядит мило и забавно — сразу видно, что выполнено ребёнком. — Точно! Синобу, ты гений! Альбедо кивает и тянет руки, чтобы аккуратно вырвать листок из альбома, после протягивает его Итто, и тот сразу побегает к дивану, думая, как лучше повесить над ним. — Дай я гляну, найди пока гвоздь, — Синобу забирает рисунок и ровно прикладывает к стене, — Может, так? — Здесь, я думаю, будет лучше, — Альбедо, подойдя, осторожно, будто спрашивает разрешения, берёт Синобу за запястья и чуть опускает их. С кухни слышится голос Итто, что заканчивает копошиться в полках и приближается к остальным: — Доверимся художнику! — в руках виднеется гвоздик, и юноша, воткнув его в середину верхней части листа, ударяет по нему кулаком, тем самым забивает в стену, а после встряхивает рукой, чтобы избавиться от небольшой возникшей боли. Кли сияет и хлопает в ладоши, в этот момент из комнаты парней выходят они же в полном составе. — Акира, Мамору, Гэнта, смотрите! — Итто указывает на рисунок. Вся троица спешит подбежать поближе, тыкнуть в самого похожего на них нарисованного человека и произнести: «Это же я!» — Мой ребёнок — настоящий художник!!! — бахвалится Итто и треплет малютку по голове. — Самый настоящий! — начинает Гэнта. — Как же реалистично! — поддерживает Акира. — Эта девочка такая талантливая! — заканчивает Мамору. Итто на каждую сказанную парнями фразу одобрительно кивает и повторяет: «Да!» Тёплая улыбка Альбедо не сходит с лица, пока он наблюдает за тем, как в банде каждый его член относится к Кли: доброта, любовь, прямо как в настоящей полной семье. Взгляд переходит к Итто с Синобу, внутренний голос твердит: «Поговори с ними», и Альбедо кивает самому себе, а после подходит к паре. — Извините, я бы хотел с вами поговорить наедине, — спокойно произносит он. Итто тут же загорается таким же желанием. — Конечно! Гэнта, Мамору, Акира, поиграйте с ребёнком на улице, пожалуйста! Нам тут надо обкашлять пару вопросов. Акира тут же удивлённо разворачивается. — Босс, вы заболели?! — удивляется он, и Гэнта с Мамору навостряют уши. — Э… Нет-нет-нет! — Итто отмахивается руками. — Это такое выражение! — Фух, — выдыхают они втроём. — Тогда держи, — Гэнта, достав что-то из кармана и стараясь спрятать это "что-то" между ладоней, отдаёт в руки босса, а после выбегает самый первый. Мамору и Акира берут Кли на руки, и под её искренний смех выносят из дома: интересно, они опять будут играть в юлу? Синобу пригласительным жестом указывает на диван и после Альбедо располагается на нём сама, Итто же плюхается на пол, перед этим вложив в карман вещицу, которую передал Гэнта. — О чём ты хотел поговорить? — сразу начинает Итто, сев в позу лотоса. — Как нога? — спрашивает Синобу, кивнув на место ранения. — Всё в порядке, спасибо, — Альбедо на долю секунды задумывается, но после продолжает: — я хотел бы ещё раз вас поблагодарить за всё, что вы сделали. Для меня и для моих коллег это точно далеко не обычная помощь, вы рисковали собой, чтобы найти нас и спасти. Итто смущённо чешет в затылке, в то время как Синобу протягивает руку Альбедо, чтобы пожать. — Всё хорошо. — Да, и об этом, кстати… Мне очень нравится атмосфера вашего дома, отношение членов вашей банды друг к другу… Честно, я даже не знаю, что бы вы могли такого сделать, чтобы были основания верить слухам, которые расползаются по городу. Синобу выгибает бровь и переглядывается с Итто, что неловко усмехается. — Просто… да, бывают случаи, когда эти слухи оправданы, — лишь произносит Синобу. — Но мы семья! — встревает Итто и кладёт ладонь на сердце. — Каждый здесь любим и ценен! — Это я заметил, — улыбается Альбедо. — Ещё, это, наверно, обычные переживания, но всё-таки я боюсь, как бы Кли не загрустила после возвращения домой. Ей в Мондштадте такого отношения явно не хватает, нет, я не говорю, что у нас происходит сущий кошмар, это не так, Кли любит остальных, остальные любят её, но свободы… да, наверно, свободы в том же увлечении пиротехникой ей точно не хватает. Я стараюсь её поддерживать во всех её успехах в выведении новых формул пороха, иногда помогаю с чем-то, но из-за собственной занятости порой мне сложно оказывать ей должное внимание... Спасибо, что вы ей его даёте. Мне, как её старшему брату, очень приятно осознавать, что у неё появились такие замечательные друзья вне родного города. — Спасибо и Вам за такое нелицеприятное отношение к нашей банде… Учитывая то, что, я так понимаю, с некоторыми слухами Вы были знакомы, — во взгляде Синобу можно прочитать непривычное тепло, которое видело прежде очень малое количество людей — только банда, если так подумать. Итто хочет улыбнуться каким-то своим мыслям по поводу сказанного, но его смущает слово "нелицеприятное", употреблённое Синобу. — Кли была очень убедительна в тот вечер, я бы не смог отказать ей при всём желании, — тихий смешок. — Её чутьё не подвело, я ни разу не пожалел, что отдал свою сестру на ваше попечение. Опять же, учитывая то, что мы даже не были с вами знакомы. — А я-то как рад! — после недолгого молчания восклицает Итто и оголяет крепкие ряды зубов в лучезарной улыбке. — Босс любит детей, дети любят его, — разводит руками Синобу. — А для чего вы вообще приезжали? — интересуется Итто. — Да, кстати, Кли мне говорила только про то, что вы по работе, успела нахвалить Вас, — улыбка возникает на лице Синобу, чего из-за маски не видно. — Это она умеет, да, — Альбедо прикрывает глаза. — Нам поступило сообщение о том, что в тех пещерах, где мы застряли, возникло опасное вещество, которое вполне себе может привести к летальному исходу… Лицо Итто вытянуто, брови вскинуты. — А… как оно выглядит? — вырывается вопрос сам собой. — Как светящиеся голубые крошки, если говорить простым языком, мы успели взять образец ровно до того момента, как на нас напали. Пазл в голове Итто складывается, его лёгкое беспокойство можно прочитать как на открытой книге, но о своих взаимодействиях с этими "светящимися голубыми крошками" решает промолчать, иначе, точно знает, как минимум, получит оплеуху от Синобу. — Госпожа Нанацуки решила обратиться к нашей группе через магистра Джинн, поскольку меня именуют "гением", — Альбедо два раза сгибает указательные и средние пальцы, явно уставший от этого слова, вечно употребляемого по отношению к нему, — и опыты, исследования и эксперименты чаще всего достаются мне по той же причине. — Интересно, — Синобу прикладывает руку к подбородку: разговор напомнил о вчерашней просьбе Альбедо. — Вы просили меня о кусочке травы наку, я чуть позже Вам его дам, хорошо? — Хорошо, спасибо, — Альбедо вновь кивает. Входная дверь приоткрывается, и из-за неё выглядывает Сахароза. Заметив Альбедо на диване, она спокойно выдыхает и проходит внутрь, следом за ней Тимей. — Извините, если помешали, господин Альбедо, Вам госпожа Нанацуки попросила кое-что передать. — Уже иду, — Альбедо, встав, кланяется Итто с Синобу и уходит в другую комнату вместе с Тимеем и Сахарозой. Итто тут же садится на диван рядом с Синобу. — Почему ты на хорошие слова о нас от этого чувака сказала, что это нелицеприятно? Очень даже приятно, между прочим! — он складывает руки на груди, обижаясь. Шлепок по своему же лбу. — "Нелицеприятно" означает "непредвзято", а не "неприятно". Ты правда подумал, что я буду говорить что-то в негативном ключе ему? На лице Итто мелькает осознание. — А-а-а… Стук в дверь, Синобу переглядывается с Итто. — Твоя очередь! — первым произносит Итто. Синобу цокает языком, подходит ближе и открывает. На пороге стоит Тома, за спиной которого виднеются Гэнта, Акира и Мамору, что играют с Кли в мячик. Брови выгибаются, а на лице Синобу читается непонимание: зачем он пришёл? — Добрый день, — придав в голосе уверенности, которую на долю секунды потеряла, здоровается она. — Добрый, я пришёл от господина Камисато передать посадочные талоны на корабль этим вечером, — в руках показывается несколько бумаг, которые Синобу тут же берёт. — Это всё, хех, — Тома чешет в затылке, улыбаясь. — Спасибо, — отвечает она, Тома, кивнув, без лишних слов разворачивается и уходит. Итто подходит со спины, чтобы посмотреть на то, что держит Синобу в руках. — Он уже?! Во сколько у них корабль? — он выхватывает один из талонов, пытаясь найти нужные цифры. — Шесть вечера?! Это же скоро! Синобу, который час?! Синобу бросает взгляд на часы: без пятнадцати два. — Время обедать.***
— Кли победила! Кли победила! Кли мастер! — малютка радостно подскакивает, когда видит, что её оникабуто наконец смог перевернуть соперника. Акира хватается за голову, не в силах признать поражение. — Дай-ка я! — вместо Акиры садится Гэнта, что до этого был в роли судьи, и разминает руки, выбирает понравившегося жука. Бой начинается снова, Гэнта и Кли вжимаются в ящик, следя за каждым движением своих оникабуто, Мамору тем временем записывает их имена в небольшой блокнот, где парни по очереди ведут счёт. Стрелка на часах, если честно, уже подходит к двадцати минутам шестого, но все как будто игнорируют факт скорого отплытия. И нет, не потому, что Синобу не донесла информацию, она это, конечно, сделала за обедом, а потому, что именно сейчас почувствовалась сила времени, которого так не хватало на разные развлечения все эти дни. Синобу вытаскивает кусочек травы наку из своего клинка, и, положив в пакетик, передаёт Альбедо: тот благодарит и встаёт, подходит к сестрёнке, что снова ликует от собственной победы. — Вещички бы уже собрать, Кли, нам ещё успеть дойти надо, — он кладёт ладонь на её плечо, обращая на себя внимание. Разворот, и Кли надувает нижнюю губу, осознавая, что остаётся всего ничего. — А мы можем не уезжать? — в глазах читается жалость, а в голосе слышна наивность, та самая, что присуща только детям. Поджав губы, Альбедо мотает головой: отказывать Кли в чём-то таком невозможно, но сейчас выбора другого нет, талоны уже на руках, как минимум. — Тогда Кли идёт собирать вещи… — поникнув, произносит, освобождая один из мешков. — Ребёнок, ты чего грустишь?! — тревожится Итто, подбежав к ней. Осознание находит почти сразу. — Ребёнок! Ну и что, что вы скоро уезжаете? Мы же будем продолжать дружить! Кли смотрит на него, а после обнимает настолько крепко, насколько может, ответ не заставляет себя долго ждать: Итто берёт девочку на руки и начинает кружиться вокруг своей оси, как в их самую первую встречу. — Вам пора собираться, — напоминает Синобу и оглядывает Сахарозу с Тимеем, что сидят рядом с нею. Итто опускает малютку на землю, улыбается ей, она поджимает губы и уходит вслед за братом и алхимиками в дом. На улице остаётся лишь банда Аратаки. — Босс, они уезжают? — спрашивает Мамору, отрываясь от блокнота. — Да… — расстроенным голосом отвечает Итто. — Через… час? Итто задирает голову и закрывает лицо руками, пытаясь принять факт того, что скоро придётся прощаться. Спустя несколько минут всё тот же состав гостей из Мондштада выходит на улицу, на их спинах виднеются рюкзаки. — Потихоньку пойдём? — интересуется Синобу, глядя на Альбедо. Тот кивает. — Кли не попрощалась с бычком!!! — вдруг возникает Кли и встревоженно смотрит на Итто. — Сейчас! — Итто тут же срывается с места и уносится в дом, пара мгновений, и в руках уже лежит Уси, которого, видимо, только-только разбудили. Уси касается земли копытами и мычит, Кли садится на одно колено и кладёт руку на его маленькую голову, поглаживает, лучезарно улыбается. — Прощай, бычок! Раздаётся длительное: «Му-у-у», явно обозначающее «До встречи» или что-то вроде этого. Кли вскакивает и начинает махать Уси маленькой ладошкой. Старшие тепло переглядываются, наблюдая за девочкой. — Всё, можем идти! — Кли поправляет лямку рюкзака и подходит к остальным. — Держись! — Итто сажает её к себе на шею, та обхватывает руками рога, как всегда и делала, и расцветает в улыбке. Гэнта, Мамору и Акира сразу убегают вперёд всех, посередине идут алхимики вместе с Итто, а замыкает "строй" Синобу: сзади удобнее следить за каждым идущим, если что-то случится — она сможет дать отпор, дабы защитить остальных. Путь до острова Рито сопровождался долгим рассказом Итто о том, какой он мастер во многих играх, правила которых вскользь тоже успел упомянуть. Солнце заходит за горизонт, окрашивая небо в глубокий розовый оттенок, ноги ступают на деревянный причал. Виднеется тот самый корабль, на котором предстоит плыть пару дней до дома. Альбедо тянется за талонами в рюкзак, выходит к одному человеку из экипажа, предоставляя все четыре билета: тот кивает. — Через десять минут поднимаем якорь, — уведомляет он своего, видимо, товарища, одетого в ту же форму. Возвратившись к остальным, Альбедо повторяет им сказанное членом экипажа: у каждого на лице читается своя реакция. Итто осторожно снимает Кли с шеи, Сахароза и Тимей, коротко попрощавшись со всеми и ещё раз поблагодарив членов местной банды, уходят вперёд, к кораблю, только Альбедо медлит, понимая, что его сестричка вряд ли скажет слова прощания быстро: надо же подойти к каждому! — Надеюсь, пяти минут тебе будет достаточно, — произносит Альбедо. Кли оборачивается на всех провожающих: Итто, Синобу, парни… А где Ёимия?! Она опаздывает? Или вовсе не собирается приходить? Короткий кивок, и Альбедо, сняв с девочки рюкзак, сам направляется к кораблю. — Давай, девочка, я рад, что ты приехала к нам! — первым подаёт голос Акира, стукая Кли кулачок, что отрывается от спины уходящего на борт брата. — Пусть мы не так много взаимодействовали, но ты такая крутая! — поддерживает Гэнта. — Приезжайте ещё! — заканчивает Мамору, и все втроём кивают, подтверждая каждое сказанное ими слово. Итто выходит вперёд с выпяченной нижней губой: уж ему-то точно грустно от того, что это последние минуты с малюткой, ставшей ему такой родной. Он усаживается на корточки и треплет девочку по голове, взлохмачивая светлые волосы, пока та по-детски смеётся. — Ребёнок! Только не забывай меня, ясно?! Мы ещё встретимся! Всем рассказывай про то, что ты дружишь с Неподражаемым Аратаки Итто! — в голосе слышится небольшая дрожь, которую юноша пытается скрыть. — Кли поняла! — энергично кивает она, замечая подошедшую ближе Синобу. — Куки! — заключает её в объятия. — Пока-пока, — тепло, но коротко произносит та, пока гладит Искорку. За спинами возникает запыхавшаяся Ёимия, явно бежавшая на остров Рито как только могла: не упускать же момент прощания с такой очаровательной девочкой! Глазки Кли вмиг загораются, как только она отстраняется от Синобу и устремляется навстречу своей подружке. — Я буду скучать! — пылко произносит Ёимия, крепко обнимая малютку и мимолётно целуя в щёку. — Очень-очень! — И Кли будет!!! — так же отвечает Кли и надувает губы. — Прости, что я раньше не пришла! Девушка аккуратно берёт Кли на руки, кружа: обе искренне смеются, хоть и понимают, что вот-вот расстанутся. Эх, было бы больше времени! И без ужасных новостей, что полностью сгрызают это самое время! Так бы, каждый из провожающих уверен, не было бы так грустно прощаться… Они же столького ещё не успели сделать вместе! Раздаются размеренные шаги: Альбедо с тёплой улыбкой подходит снова, Итто встаёт и кланяется. — У тебя замечательная сестра! — он в непривычной для себя манере вытягивает руку для того, чтобы пожать её Альбедо. — Настоящее чудо! — Я знаю, спасибо вам ещё раз за всё, — парень обращается и к Синобу с Ёимией. — И вам, — поворачивается к парням из банды. Кли хлопает ресничками: кажется, уже пора… Альбедо приобнимает сестрёнку за плечи, аккуратно уводя в сторону корабля, на котором уже стоят Сахароза и Тимей, глядя на них. — До встречи, — произносит Альбедо через плечо и кивает. — Пока-пока! — энергично машет Кли. Ёимия, Итто и Синобу в своих манерах говорят прощальные слова, первая спешит удалиться с поля зрения, пока Акира, Мамору и Гэнта из рук собирают сердечко, адресуя это не кому иному, как Кли. Тут же Синобу стукает босса по плечу, шепнув что-то вроде: «Ты отдал?», после чего тот немедленно оживляется и суёт руку в карман. — Стой! Ребёнок! — Итто переходит на бег, Альбедо и Кли одновременно оборачиваются. Из кармана он достаёт небольшой, но наполненный чем-то конвертик, немного помятый, от него отдалённо пахнет какими-то цветами, запах от которых прежде не был слышен. Кли, поджав губы, принимает подарок и выжидающе смотрит на Итто. — Открой его… э-э-э… как только будешь дома! Да, ни секундой раньше и ни секундой позже! Поняла? — Поняла! — кивает она, обнимая друга: тот, вытерев нос, отвечает на объятия. — Ну всё, ребёнок, до встречи! — Пока! — с улыбкой говорит Кли. Ноги касаются палубы, и накатывает необъяснимая грусть: взгляд снова возвращается к ещё оставшимся ребятам, да, Кли только сейчас в полной мере осознаёт, что, скорее всего, больше не увидит тех, в чьей компании проводила время. Они такие крутые! Настоящая удача, что пару дней назад именно Итто с Синобу пробежали мимо алхимиков, что именно на их попечение Альбедо согласился отдать Кли, что именно с ними было так прекрасно и легко… Одинокая слеза скатывается по щеке, которую сразу же замечает Альбедо. — Ну ты чего, солнышко? — садится на колено, вытирая пальцем капельку. — Кли уже по ним скучает! — хнычет она, кусая нижнюю губу и смотря на отданный Итто конверт. Альбедо кладёт руку поверх зажатого подарка, понуждая сестрёнку посмотреть на него. — Это нормально, Кли, но… давай думать о хорошем? Может, они сами захотят приехать к тебе, в Мондштадт? Там тоже повеселитесь от души. Ну… если только магистр Джинн вас не поймает, — на последних словах уголок губ поднимается вверх. Она шмыгает носом, но кивает, подходя к перилам: на причале всё ещё стоят Итто, Синобу и парни… А где опять Ёимия?! — Господин Альбедо, Кли, смотрите! — Тимей устремляет указательный палец в небо, в этот момент корабль дёргается от начала движения. Названные поднимают головы вверх: разноцветные искры, сплетаясь между друг другом, взрываются, завораживающе расползаясь по небосводу. И Кли сразу понимает, чьих это рук дело, в глазах начинают сверкать огоньки, и вызваны они далеко не фейерверками. Кли вспоминает, как одним вечером на острове она вместе с Итто и Ёимией любовалась похожим представлением. Сердце буквально трепещет, отрываться от неба вообще не хочется, пока к нему летят самых разных цветов искры, рассыпаясь. Рот раскрывается в удивлении, девочка поворачивается к Альбедо — он неотрывно смотрит ввысь и улыбается. — Твоя подружка постаралась? — спрашивает, когда замечает, что на него смотрит сестрёнка. — Да! — восклицает она и облокачивается на перила: корабль успел уже отойти на достаточное расстояние, чтобы фигуры членов банды уменьшились в размерах. Впереди всех на причале продолжает стоять Итто, безостановочно махая вслед уплывающему кораблю, чуть в стороне — Синобу, а рядышком Акира, Гэнта и Мамору, что обнимаются, тем самым пытаясь успокоить друг друга и не позволить плакать. Улыбки от фейерверков Наганохары скрыть уж никто не может: даже местные жители, знать не знающие о гостях из Мондштадта, которым и посвящено представление, глядят в небо, радуясь вылетающим огонькам. Под шумок, будто из ниоткуда, возникает Хэйдзо сзади Синобу, приобнимая вмиг удивлённую ту за плечи, и наклоняется, чтобы посмотреть на оставшийся после заживления шрам. — Я рад, что рана зажила, — как-то отстранённо произносит он и устремляет взгляд к небу. Непонимание появляется на лице Синобу: откуда Хэйдзо знает о том, что её ранили? Вопрос не озвучивает, лишь уворачивается из-под руки парня, чтобы подойти к совсем затихшему Итто. Кладёт ладонь на плечо, обращая на себя внимание. И только когда он поворачивается с поджатыми губами, девушка понимает, что тот чуть ли не плачет. — Босс, ну ты чего? — Такая хорошая девочка… — голос сбивается. — Ах, Синобу! Что я буду делать без неё?! — Итто кидается на неё с объятиями. Синобу, опешивши, обвивает его руками в ответ и гладит, словно маленького ребёнка. — Ты сам ей сказал, что вы ещё встретитесь. Мир тесен, так что я не думаю, что ты соврал. Всхлип, и Итто отстраняется, Синобу вытирает вырвавшиеся из глаз слезинки с щёк и хлопает по голове. — Ты права. Величайший Аратаки Итто наведается в Мондштадт! Да, Синобу! Мы поедем! И парней возьмём с собой! Та вздыхает и с улыбкой закатывает глаза, указывая пальцем на всё ещё искрящиеся огоньки. Всю дорогу до родного города Кли с пылкостью рассказывает о том, чем она с членами банды занималась, пока алхимики находились в пещере: успевает разными словами сказать про то, какой "высокий двойник Рэйзора с рогами" крутой, несколько раз нахвалить Синобу, без имён поведать о неповторимых Гэнте, Мамору и Акире, и, засмущавшись, о сделке. Альбедо слушает и не перебивает, явно приятно удивлённый в очередной раз тем, какие же люди из банды Аратаки прекрасные, несмотря на то, какие слухи про них можно услышать. Сахароза и Тимей улыбаются каждому слову Кли, смеются в нужных моментах и сочувствуют на рассказах о переживаниях. Как же хорошо, что Альбедо всё-таки взял сестрёнку с собой в эту поездку, что им посчастливилось познакомиться с Аратаки Итто, что он доверился ему — без всего этого одни только Архонты знают, что бы было: сколько бы алхимики сидели в темени, в ловушке из камней и своих собственных страхов, и как бы потом излечивали свои полученные раны. Качка волн всё так же отражается на девочке тошнотой, а закаты и рассветы вытаскивают Альбедо на палубу с альбомом и карандашами. Но главное, что всё вернулось на круги своя, и теперь чуть ли не каждый житель Мондштадта услышит о похождениях юного рыцаря Искорки в Инадзуме.
