GO FUCK YOURSELF

«Сначала человек убивает что-то в себе, потом он начинает убивать других», — Вильгельм Райх

Eyes on fire — Blue Foundation

      Марго Миллер стала чемпионкой всештатных соревнований за неделю до щелчка. Золотая медаль на её груди выглядела как что-то родное, природное. В двадцать один год не каждая гимнастка могла достичь таких вершин. Это был самый упорный труд, стоящий ей нервов, бессонных ночей, индивидуального обучения и проблем со спиной. В школе она появлялась только на экзамены, и как-то ей получилось попасть в компанию неудачников, как их именовал Флэш. Собственно, Марго было комфортно. Она знала, что ею никто не пользуется, и при этом, появляясь в коридорах школы, привлекала чужое внимание. Где бы девушка не находилась — везде была в центре внимания.       Исключение было лишь в сборной штата Нью-Йорк. В основном в старшей группе были девочки с прекрасно расписанным будущим, им было от четырнадцати до восемнадцати лет, и ни одна из них не считали её конкуренткой. За что можно было бороться с той, у которой уже начинали леденеть мышцы, застаиваться соли в спине. Только и всего, что Марго была мастером спорта по художественной гимнастике и её знали многие судьи. Яркая внешность, прекрасные выступления уже были позади. Теперь девушка не чувствовала былого воодушевления, выходя на арену; знала только, что один промах сведёт её живую в могилу. И только поэтому выгрызла себе первенство на чемпионате с минимальным отрывом от той, на кого возлагали большие надежды.       Марго делала это не для себя, а для матери, которая хотела себе чемпионку. Но это точно не стоило всех мучений, которые переживала девушка начиная с четырёх лет. С отцом постоянные разногласия во всём, что касалось гимнастики; тренера менялись как перчатки: недостаточно квалифицированные, недостаточно строгие. Это было тем самым страшным сном для Миллер. Пусть у неё и было всё то, что она только желала, родители любили её до кончиков волос, себя Марго считала несчастной. И, когда случился щелчок, на секунду даже была рада этому.       Вот только за пять лет спорт кардинально изменился. Те, кто остался, ушли из большого спорта, завели семьи, детей, а тем, кто пропал, предстояло строить всё с нуля. Многих судей не было в живых, тренеров теперь не было общих. И в спорте Марго не было смысла оставаться. Родители приняли её решение о завершении карьеры и подготовке к тренерству. Детской мечтой её были Олимпийские игры, или хотя бы международные соревнования. Конечно, ей хотелось показать себя миру, вот только у мира были свои заботы. Тренерство было единственным путём в её дальнейшей жизни.       Вот только мастера спорта теперь снова нужно было подтверждать, сдавать сотню экзаменов, вновь ходить на тренировки и принимать участия в чемпионатах. Её пропуски в колледже закрывались справкой от персональной тренерши, выбивающей из неё последний дух. Она считала, что имя Марго Миллер должно быть услышано прежде, чем девушка станет в состав тренеров сборных. И Марго это не нравилось. Она тренировалась из-под палки, частенько прогуливала собрания, и получала нагоняй от матери. Ей двадцать один год, а она все ещё не могла избавиться от гадского влияния родни.       Тридцать первого октября, в Хэллоуин, в Мэдисон-сквер-гарден состоялся всё те же штатные соревнования. Одинаковое количество натренированных девочек, некоторые из них были в младших группах, когда Марго получила первенство. Это было так дико, стоять рядом с теми, кто априори не мог соревноваться с ней в одной категории. Она окидывала девочек взглядом, каждая из них разминалась, повторяла связки с предметами и без. Марго же, облокотившись на ненавистный обруч, тянула стопу. — Спину выровняй, — с резким русским акцентом и хлопком по лопаткам. Миллер тут же поняла, что это была Светлана — её очередной тренер. Она была победительницей из всех, с отвратительным характером и советской закалкой. Высокая, тощая, с длинной, как у жирафа шеей, и тонкими губами, подведёнными красной помадой. Светлана Баитова была двухкратной чемпионкой по спортивной гимнастике, за глаза Марго называла её мадам «Б», а ещё понятия не имела, каким боком та была к художественной гимнастике.       Каждый в колледже знал, что Марго представляла штат Нью-Йорк, поэтому все доступные экраны были переключены на соревнования. Флэш позволил поставить на неё ставку в сто долларов, настолько был в ней уверен. А, если Миллер проиграет, потребует у неё свои деньги. Паркер с Лидсом сидели на заднем дворе, подперев головы руками. Сегодня пар не было, каждый помогал украшать и готовить спортзал к предстоящему балу. Вот только работа застопорилась из-за чемпионата. Выступали по штатам от младших к старшим. Нью-Йорк был последним, а значит Марго закрывала соревнования. Она нервничала, крутя перед собой обруч. — Марго Миллер. Нью-Йорк. Обруч, — все камеры перевелись на девушку, уверенно шагающую на центр арены.       Паркер на секунду отвёл взгляд от экрана, замечая подъехавшую ауди, из которой выбежала Мишель. Она держала в руках папку с документами, которую тут же отдала ректору колледжа. Он не слышал их разговор, видел лишь то, как девушка сжимала челюсти, слушая мужчину. Кратко кивнув, она двинулась по направлению к их столику. Кинув одно лишь «привет», Мишель, тяжело дыша, тоже устремила взгляд в экран телевизора. О выступлении Миллер девушка узнала в субботу, когда та предложила ей пойти вместе на Хэллоуин. Одной проблемой меньше.       Выступала Марго под песню Адель «Set fire to the rain» в оригинальном исполнении. Девушки, что были вместе с ней в команде по чирлидингу, завистливо шептались, наблюдая за прекрасно поставленной программой. Не зря говорили, что советское воспитание растит победителей. Марго должна была победить. В этом были уверены все. Разговоры прекратились, и все затаили дыхание. Шло к припеву, к самой сложной связке. Марго подбросила обруч вверх и вошла в поворот в заднем равновесии. Тогда-то всё для неё и остановилось. — Твою ж… — послышался голос сзади.       Мишель прикрыла рот рукой, а на экране повторяли кадры падения Марго. Её колено подкосилось, головой она вжалась в пол и, кое-как повернувшись, не смогла даже подняться. Оператор взял ближний кадр, и теперь все видели, как девушка рыдала, держась за колено. На арену выбежала бригада медиков, что тут же погрузили её на носилки. Томпсон материл всех и каждого из-за проигранных денег, а Паркер уже звонил на телефон Марго, думая, что она в ту же секунду ему ответит. Это был гребанный прямой эфир. Они дождались результатов и, несмотря на падение Миллер, она заняла второе место с отрывом в полбалла от финалистки, которой стала Эвита Грискенас. — Паркер, — Мишель дёрнула парня за руку, обращая его внимание на себя. — Автобус себе вызываешь? Поехали.       Этот день начинался слишком странно, чтобы быть правдой. Утро Мишель было неоднозначным. Отец не здоровался с ней, лишь кивнул, показывая, что заметил её. Он вручил ей папку с документами, которую она должна была отдать ректору. Это были квитанции про проплату и многочисленные разрешения на выезд из города для экскурсий и подобного. Ректор же позволил указать Мишель на её успеваемость, и девушка, поджав губы, всё это выслушивала. Теперь — они были на пути к Мэдисон-сквер-гарден, рядом с которым находилась больница Пресбитериан.       У дежурной медсестры на арене им удалось узнать, что Марго уже была в травматологическом отделении больницы. Уже там им пришлось ожидать, пока родители девушки выйдут из её палаты. И за всё это время ни Питер, ни Мишель не произнесли и слова. Они лишь периодически сталкивались взглядами и тут же их отводили. Девушка вертела в руках телефон, ожидая ответа от Сергея. Она написала ему сразу же, как подруга упала, с просьбой попробовать отделить её кровь от сыворотки суперсолдата. Но Соколов лишь прочел сообщение. Из палаты вышли родители, мать Марго рыдала, и Питер встал её поддержать. Мишель в свою очередь проскользнула к подруге.       Её нога была в гипсе и находилась на вытяжке, сама Марго смотрела на неё и не переставала плакать. — Э-эй, — протянула Мишель, садясь рядом с подругой. — Ты жива — это главное. — Вывих колена и разрыв сухожилия, — продекламировала она, сжимая руки в кулаки. Она уронила голову на подушку, пытаясь успокоиться. — У меня через две недели защита мастера спорта, а это не заживет и за два месяца. Реабилитация не поможет, колено будет вылетать.       Она говорила обречённо, будто от этого зависела вся её жизнь. Правой рукой держалась за ногу, будто пытаясь помочь самой себе. Человек, ненавидящий гимнастику, сейчас рыдал из-за факта, что больше к ней никак не относился. Она всё ещё была в ярком костюме, что переливался всеми цветами радуги от яркого больничного света. — Марго, — отозвалась Мишель и сжала руку девушки. — Слушай, я могу помочь. — Чем?! — воскликнула Миллер и тут же осадила себя, попросив прощения. — У моей матери был открытый перелом бедра, она вообще ходить не могла. У неё был шарнир в бедре, благодаря которому она не просто ходила — бегала, — девушка замялась, взглянув на экран, где высветился ответ от Сергея. — Но есть ещё кое-что, — Марго заинтересованно слушала. — Знаешь же, что супергерои подобные Кэпу, или тому же Человеку-пауку, подвержены ускоренной регенерации? Что если я тебе скажу, что у меня есть эта штука в чистом виде. — Где ты её возьмешь? — тихо спросила Марго, чуть приподнявшись на локтях. — Мой дедушка работает в Щ.И.Т.е, — ответила Мишель, решив умолчать о гребанной принадлежности ко всему этому. — На Хэллоуин сегодня пришкандыбаешь на костылях. — Отмена, мои родители запретили мне вылазить отсюда, — качнула головой Марго, вытирая ладонями щеки и глаза. — Ну, значит, самое время нарушать правила, — девушка подмигнула подруге и, натянуто улыбнувшись, покинула палату.       Была у Мишель эта навязчивая привычка менять ход событий. Несколько часов назад она буквально подписала сделку с дьяволом, позволила Г.И.Д.Р.е начать развиваться в мире, словно злокачественной опухоли в здоровом организме. А сейчас хотела помочь Марго вновь встать на ноги. Ведь немцы действительно могли дать человечеству необходимое, хоть и держали бы каждого на привязи. Если бы только тот же Щ.И.Т нашёл правильный к ним подход, возможно, лекарство от многих болезней уже было бы изобретено. А так, Мишель приходилось обходиться мизерной возможностью, чтобы достать сыворотку из своей крови.       Она знала, что первыми будут «Разрушители флагов», с которыми пообещал связаться Соколов. На него легло огромное количество обязанностей, в то время как Мишель освободила собственные руки. Ей приходилось лишь находить необходимую информацию и передавать её по нужному каналу. Доктор Зола работал отдельно от всех. Сергей загружал в него новые данные, тот их обрабатывал и добавлял дополнительный сервер в собственном интеллекте. За несколько часов Г.И.Д.Р.А. стала могущественнее, чем Щ.И.Т. за многие годы.       Теперь Мишель оставалось готовиться к Хэллоуину, что станет официальным объявлением войны Барнсу. Заехав на почту, она забрала посылку с костюмом и зашла домой. Время близилось к вечеру, а ей предстояло ещё найти отцовский пистолет, который он прятал где-то в квартире. Девушка знала, что это точно не его комната и не ванная, потому что обрыла там всё, а с собой он его не носил — рука из вибраниума тоже была неплохим оружием. Мишель в своих идеях была безупречна и даже иногда благодарила мир за когда-то существовавших мстителей. Она до самого вечера не выходила из своей комнаты, постоянно что-то меняя в костюме и, наконец когда он стал более-менее похожим на изначальную задумку, девушка вышла на поиски пистолета.       В мыслях почему-то сразу всплыл дом в Норвегии. Джэсс всегда прятала оружие в пазе под обеденным столом, чтобы, в случае чего, успеть его выхватить. Проходя мимо комнаты отца, в щелке она увидела, что отец сидел за очередной книгой, а значит у неё была возможность. Пошарив рукой со всех сторон стола, она всё же обнаружила пистолет, только тот находился буквально в самом центре столешницы. Удобно обхватив рукоять, Мишель дернула вниз, тут же доставая оружие. Это был тот самый советский ствол, пули которого не отслеживались. Барнс всё еще помнил о своём альтернативном «я», раз уж держал подобное в квартире. Проверив магазин, девушка улыбнулась. Не хватало трех пуль.       Костюм, который она назвала костюмом мести, был самым страшным ночным кошмаром Барнса. Она посмела купить экипировку Зимнего солдата. Единственное — автомат был игрушечным. Бионическая рука являла собой что-то типа чехла на руку, который полностью обволакивал от плеча до кончиков пальцев, а красная звезда была такой же, как на фотографиях девяностых годов. Плитоноска и портупеи — увесистые, тоже можно было сказать о кобуре и ремне. Берцы у Мишель были собственные. Она заплела себе косу на одну сторону, а очки и маску взяла с собой. Пистолет, который удалось стащить у отца, засунула между штанами и так называемой броней.       Спускаясь вниз, девушка надела на себя маску, а через секунду предстала перед отцом в полном одеянии. Барнс в очередной раз что-то готовил, мурлыча под нос себе песню. Почувствовав на себе взгляд, он обернулся и тут же рвано выдохнул. — Классно? — послышался голос Мишель, держащей автомат в руке. — Мой костюм на Хэллоуин. — Решила надеть костюм убийцы, — промямлил мужчина, не в состоянии отвести взгляда. — Плохая идея. — Я принимаю наследие в его реальном воплощении, папа, — она сделала реверанс и покинула квартиру, оставив за собой лишь холод.       Для неё всё это было лишь игрой, а внутри Джеймса всё сжалось в один мизерный комочек. Он жил с воспоминаниями о каждом, кого убил Зимний солдат, в том числе и о Соколовой. А Мишель так просто насмехалась над ним, будто не понимая, что это хуже, чем просто какой-то маньяк. У маньяков было заложено психическое нарушение, а у него просто не было выбора. Никакого наследия не было. Была лишь девчонка, считающая, что убийство — это просто уменьшение демографической статистики. Ему больно было вспоминать о звезде на руке, об опытах, о пытках и электрическом стуле. Знай Мишель о том, что Соколова прошла всё тоже самое, не сделала бы то, что сделала. Барнсу оставалось лишь смириться.       Мишель считала, что победа была в её руках. Сев в машину и сгрузив игрушечный автомат на соседнее сиденье, она рванула к больнице, где ждала её Марго. Миллер решила переодеться в Арти Абрамса, из сериала «Хор», только вот коляску ей раздобыть не удалось, поэтому пришлось прыгать на костылях. Мишель с этого знатно посмеялась, потому что косплей у Марго получился что надо, даже усики под носом нарисовала, аргументировав это тем, что всё равно танцевать не сможет, а так к ней никто лезть не будет. Ещё она похвасталась тем, что приложила руку к алкогольному пуншу на дискотеке, чтобы весело было уж точно всем.       Когда они приехали, всё только начиналось. На входе стояло два переодетых в охранников парня, которые и проверяли приглашения. Марго протянула два билета и те, кратко качнув головой пропустили их внутрь. Было у Мишель небольшое предчувствие, что металлоискатели сработают, но те были выключены. По всей школе была развешана паутина и летучие мышки, слышался ужасающий смех, а на полу были лужи крови и кости. Те, кто занимался здешней обстановкой, постарались на славу. В зале играла какая-то медленная композиция, потому что включать что-то драйвовое пока что не было смысла. Марго уселась на диванчик и вытянула ногу. — Три стакана сразу, хочу надраться, — проговорила девушка, и Мишель, расплывшись в улыбке, удалилась к столу с пуншем. — Три? Дай угадаю, Миллер? — парень, услышав количество стаканов, рассмеялся. Видимо, здесь все знали, что Марго была неравнодушна к выпивке и развлечениям. Поэтому, всё также продолжая смеяться, парень налил три стакана и протянул их Мишель.       Девушка давала их Миллер по одному, а та глотала содержимое так быстро, что вряд ли даже вкус чувствовала. — Всё, Мишель, — та качнула головой отдавая последний пустой стакан. — Подожду здесь Лидса, раз девочки мне сегодня не светят, — Марго грустно улыбнулась. — Намёк на то, чтобы я ушла? — хохотнула Мишель и показала себе за спину. Миллер кивнула, и девушка, выставив руки в капитуляции, ретировалась обратно к столу с пуншем.       Теперь надраться хотелось ей. Алкоголь по вкусу был слишком приторно-сладким, но даже это не перебило стойкого запаха водки, перемешанной с малиновым вареньем. Тот, кто готовил это, явно не был гением вселенского масштаба, но зато напиться можно было. Вкинув в рот желейную конфету в виде глаза, девушка поморщилась, от кислоты во рту. Здесь явно было всё то, чем можно было запросто отравиться. Обернувшись, Мишель заметила рядом с Марго того самого Нэда, одетого в ковбойскую шляпу и замшевую кожанку с бахромой, на его ногах были сапоги со шпорами. Они о чем-то оживленно говорили, и Миллер явно было не скучно. — О, Паркер, — послышалось справа, и парень, стоящий на разливе пунша, пожал руку парня, стоящего рядом.       Мишель медленно обернулась. Питер не узнал её. Она впервые так сильно накрасила глаза, впервые заплела волосы, да ещё и маску надела, что открывала только её глаза. Девушка не сводила взгляда с Питера, который в ней не был заинтересован в тот момент. И это жутко понравилось Мишель. Они могли кидать друг на друга лишь короткие взгляды, но даже не говорили, словно и вовсе друг друга не знали. Она не решалась заговорить, будто боялась, что секрет её личности раскроется. Девушка вернулась к Марго и, сложив все свои примочки, в том числе и маску, удалилась на танцпол, где уже танцевала толпа. Вечеринка только начиналась.

Only girl — Rihanna

      Двигаясь в такт музыке, Мишель, слившись с толпой, аккуратно запустила пистолет к самой стене под стулья, где были коробки от декораций. Вряд ли туда кто-то полезет до конца вечера, а ей он будет мешать. Музыка была хорошей, скорее всего из-за того, что за диджейским пультом наконец-то стояла девушка. Мишель дёрнула с косы резинку, позволяя волосам локонами упасть на плечи. Плевать на образ, ей нужно было привлечь внимание, и это у неё прекрасно получалось. Паркер, стоявший всё это время спиной к танцполу, наконец обернулся, уперевшись бёдрами в стол с закусками. Со стаканом у губ он замер, вглядываясь в толпу. Питер наконец увидел её и, поставив стакан на стол, удалился из зала.       Он сделала это в тот момент, когда Мишель обернулась в его сторону. Она видела, как он невесомо указал кивком в сторону выхода. Вот только девушка не собиралась ему подчиняться. По крайней мере в тот момент. Дотанцевав песню, она снова наспех заплела себе косу и двинулась к столу, закидывая в рот желейного мишку. Вот только теперь Мишель вышла из зала. Она не знала, куда её несет, ощущая тяжесть на языке. Всё-таки, тот стакан пунша был лишним.

Between two points — The Glitch Mob

      Идя по коридору, девушка слышала отголоски музыки, а в полумраке могла лишь разглядывать объявления и доски почёта. Она остановилась рядом с дверью, за которой услышала шорох, и тут же пожалела об этом. Паркер схватил её за запястье, и тут же затащил внутрь. Мишель распылалась в улыбке, встречаясь со взглядом парня. Теперь ей это нравилось — вот так в темноте встречаться. Питер вновь прижимал её к стене, а она вновь не сопротивлялась. — Бонд? — уголки её губ дернулись вверх. — Джеймс Бонд, — кратко ответил Паркер. — А ты? Зимний солдат?       Мишель тихо рассмеялась, качая головой. Тон у Питера был игривый, словно он флиртовал с ней, что довольно странно. Скорее всего, во всём виноват был пунш, потому что в нем было слишком много сахара, из-за чего язык и мысли становились ватными. — Женская версия, — ответила Мишель, упираясь затылком в стену. — В две тысячи семнадцатом я дрался с ним в Берлине, — проговорил Паркер, а девушка попыталась заблокировать эту информацию. Ей нельзя было вспоминать всё, что происходило до смерти матери. Но этого она не знала. Поэтому, когда её брови немного дрогнули, парень добавил: — Я Человек-паук, не забывай об этом.       Мишель кивнула, тут же доводя до мозга информацию. Его стажировка заключалась в помощи Мстителям, вот и вся связь со Старком. Ей жутко хотелось ему сказать, что она дерётся с Барнсом каждый божий день и постоянно выходит победительницей, но решила умолчать. Всё же, девушка не хотела, чтобы на неё повесили очередной ярлык. — В две тысячи семнадцатом мне было пять, — отрезала Мишель и, оттолкнув Паркера от себя, хотела было пройти внутрь кабинета, вот только в ногах запуталась, и полетела вниз.       Питер одной рукой предотвратил её неминуемое падение, и теперь девушка, сидя на полу, не могла перестать смеяться. Парень тоже не смог сдержаться. Уж больно смешно это выглядело со стороны. Она упиралась одной рукой в пол, всё еще не чувствуя уверенности в ногах. А в следующее мгновение, когда подняла взгляд на Паркера, коварно улыбнулась. Он вопросительно окинул её оком и понял, куда та смотрела. — Не-ет, нет-нет-нет, — залепетал он, когда Мишель всё же поднялась на ноги. — Да ладно, Паркер, — её рука остановилась на его паху, — говоришь нет, а у самого стоит.       Парень закатил глаза, облокачиваясь бёдрами на стол. Теперь очередь Мишель добиваться своего. Она медленно поглаживала его член через ткань брюк, слыша сдавленный вздох Питера. — Когда ты рядом, у меня всегда стоит, — Паркер резко притянул её за шею, впиваясь в губы.       Он не позволит ей управлять им. Поэтому они поменялись местами. Теперь он коленом раздвигал её ноги, позволяя девушке дальше водить рукой по его члену. Оттянув её губу, Паркер почувствовал металлический вкус во рту и, ухмыльнувшись, взглядом указал Мишель опуститься. Она не хотела поддаваться. На её губах играла улыбка, а сама девушка перекатывалась с пятки на носок. Тогда Питер вновь взял её за шею и, услышав сдавленный стон, направил её самостоятельно: взяв за макушку, опустил на колени. Черт бы его побрал с этой доминантностью.       Мишель, быстро справившись со штанами, взялась зубами за резинку боксеров, стягивая их вниз. Уперевшись руками в бедра парня, она подняла на него взгляд и медленно прошлась языком по члену, заостряя внимание на головке и уздечке. Девушка чувствовала, как орган набухал ещё сильнее, а на языке появился солоноватый вкус. Паркер вновь подталкивает голову Мишель к члену, и она наконец обхватывает его губами, беря до самого основания. Из рта парня вырвался сдавленный стон, ласкающий слух девушки. Причмокивая, она стала помогать себе рукой, периодически полностью отстраняясь и убирая ниточку образовавшейся слюны. Паркер ускорился, стоны стали порывистее и, задержавшись на несколько секунд, кончил. Он еще какое-то мгновение держал голову девушки, а затем медленно отстранил.       Теперь переведя взгляд вниз, он видел, как Мишель слизывала с уголков губ его сперму, полностью глотая её. Одна рука девушки находилась у неё в расстегнутых штанах. Паркер тихо рассмеялся и, проведя пальцами по её подбородку, надел штаны обратно. Он, наклонившись, стал рассматривать её лицо, а в следующее мгновение поднял за шею, заставив девушку взвизгнуть и снова рассмеяться. Теперь она грудью лежала на парте. Ему не составило никакого труда спустить с неё штаны с трусиками. Он развел коленом её ноги и провел пальцами по влажным половым губам, специально легонько цепляя клитор. Мишель сдавленно замычала. — Такая мокрая… — прошептал Паркер над её ухом, и девушка, не понимая почему, зарделась. Он скользнул пальцем по клитору, двигаясь сначала медленно, а следом набирая темп. Из рта девушки вырвался стон, и она схватилась руками за стол. — Будь тише, иначе я остановлюсь.       Девушка показательно накрыла рот рукой, решив, что играть в данный момент не стоило. Паркер ввёл первый палец, тут же чувствуя, как стенки влагалища сжались вокруг него. И практически сразу ввёл второй, слыша писк девушки. Питер бы не отказался слышать её полностью, касаясь каждого сантиметра тела, но приходилось обходиться так. Он наклонился, оставляя на ягодице девушки укус, и стал двигать пальцами быстрее, слыша хлюпанье. Её колени задрожали, и Паркер решительно мазнул пальцами по клитору, заставляя девушку забиться в конвульсиях оргазма. Он подождал пока пульсация внутри неё стихнет, и достал пальцы, тут же облизывая их. — Знал бы, что ты решишь воспользоваться моментом, взял бы защиту, — проговорил Питер, помогая девушке одеться. — А так тебе не понравилось? — она ухмыльнулась, наблюдая за тем, как Паркер ловко застегнул пуговицу и ширинку её штанов.       Он поднял на неё изумленный взгляд, в котором можно было прочесть риторический вопрос. Уже второй раз подряд он убеждался в том, что Мишель была хороша во всем, кроме математики. Её глаза цвета океана были настолько убедительны и невинны, что Питер поверить не мог, что она только что стояла перед ним на коленях. До чего же девушка была неизведанной для него книгой. Буквально ведь не знал о ней ничего, а уже успел забраться в трусы. — Не говори своим милым ротиком глупостей, Мишель, — он вновь дотронулся её подбородка и был награждён уставшим блестящим взглядом. — Нужно возвращаться.       Она и вовсе забыла причину, по которой сюда пришла. Кратко кивнув. Мишель покинула кабинет первая. В зале тут же свернула направо и, нащупав пистолет под одной из коробок, тут же вернула его в место под плитоноской и штанами. Оставалось дело за малым. Ей нужен был виновник всего этого, виновник пробуждения её тёмного «я». Они с Паркером разошлись в разные стороны: он — к Марго и Нэду, она — к Флэшу, хлестающему в себя пунш стакан за стаканом. Он был в задницу пьяным, поэтому Мишель не составило никакого труда вывести его из зала под предлогом «пообщаться поближе». Вот только она не учла, что в зале был Питер, не сводящий с неё взгляда.       Мишель завела Томпсона в первый попавшийся кабинет и, закрыв дверь на замок, расплылась в улыбке. Через несколько секунд Флэшу будет не весело. Это сейчас он качался из стороны в сторону, надеясь на секс. Девушка же прожгла его взглядом и, ловким движением руки вынув пистолет из-за спины, направила его на парня. Тот рассмеялся, думая, что это муляж. — Теперь тебе не смешно? — девушка сняла предохранитель, звонко щелкнувший. Её палец задержался на курке. — Или ты всё ещё хочешь, чтобы я проверила твое достоинство?       Она опустила дуло пистолета на уровень паха парня. — Нет! — взвизгнул он, закрывая себя руками и приседая к полу, как самый трусливый мальчишка из всех. — Встань! — скомандовала Мишель, и тот тут же подхватился, выставляя руки в капитуляции.       Девушка не медлила. Она наблюдала за тем, как тряслось его тело, как набухла венка на лбу, и слышала, как громко стучало его сердце. Он действительно думал, что останется безнаказанным за собственный поступок. Если правосудие его не настигло, тогда настигнет мисс «Б». Мишель опустила дуло пистолета чуть ниже и выстрелила по коленям Флэша. Он заорал, тут же падая на пол, и хватаясь ладонями за ноги. Девушка присела рядом и, взявшись рукой за место попадания пули, со всей силы надавила, буквально слыша, как кровь обволакивала кожу. Томпсон затрясся от боли. — Скажи спасибо, что не в голову, — бросила девушка и, нащупав пальцами в ноге парня пулю, вынула её.       Всё же, привязывать неприятности к их семье ей не хотелось. Она вышла из кабинета, закрыв дверь бедром, и прошла в уборную. Мишель пробралась в последнюю закрытую кабинку, где туалет был сломан, и, завернув оружие в зип-пакет, положила его в сливной бочок. Беспроигрышный вариант хранения стволов и наркотиков. Не одна она блистала таким умом. Смыв с рук кровь Томпсона, Мишель, как ни в чем не бывало, вернулась в зал, где всё также гремела музыка.       Натянуто улыбнулась, замечая на себе пьяный взгляд Марго, что, стоя на костылях, пыталась танцевать. Мишель тихо рассмеялась и, пошарив в карманах, нашла новую пачку сигарет. Она ещё полностью не осознавала, что натворила, и вряд ли осознает. Человечности в ней не было ни капли. Внезапно из колонок послышался писк, и студенты пригнулись, прижимая руки к ушам. А в следующий момент произнесли объявление: — Остаемся на своих местах, в колледж прибыла полиция.       Начались разговоры, а Мишель качнула головой собственным мыслям. Надо же… Флэш был настолько оперативен, что сообразил вызвать полицию и скорую помощь. Одно лишь Мишель пугало — возможность того, что её отец появиться здесь. Она, почувствовав на себе взгляд, обернулась к Паркеру, прожигающему её взглядом. Он всё знал — и говорить не стоило. Питер был слишком умным, а паучье чутье это еще и преумножало. Вот только Мишель было абсолютно плевать на то, что он скажет. Оставаться она не собиралась.       Двинувшись к выходу, девушка в который раз была поймана за запястье. — Куда ты собираешься? — прошептал Паркер и почувствовал, с какой силой Мишель тянула руку на себя. — Сказали же, оставаться на своих местах. — Домой, Паркер, — отрезала девушка, выбираясь из хватки парня. — Передашь Томпсону мои глубочайшие соболезнования. — Что? — уже в пустоту спросил он, провожая её взглядом.       Но Мишель не ответила. Она позволила себе уйти еще до приезда полиции и скорой. Уехала так, словно была призраком. Что мог сказать Флэш? Что его попыталась убить первокурсница? Но ведь, если бы Мишель хотела, она бы действительно его убила, ей это ничего не стоило. А он, словно девчонка, сидел в луже собственной крови и мочи, потому что от страха не смог сдержаться. Каков вариант того, что Мишель была первой девчонкой, над которой он попытался надругаться. Только и всего, что она выглядела, как та, кто мог бы быть объектом издёвок, а на деле таковой не являлась. Он не докажет её виновность. Никто кроме Паркера не видел, как они выходили, камер в коридорах и классах не было, выстрелы никто не слышал. Одно лишь показание Томпсона — ничего не сделает. А у неё в кармане был Питер, который запросто подтвердит любое её слово. Вот и всё.       Молодец, Барнс. Ты облажался по полной программе. Мишель убила в себе человека. Хреновый из тебя отец получился — больше ничего не скажу.