Под светом Великого круга

      Даки грустно смотрела на серое небо, в котором изредка проскакивали молнии, а чуть погодя раздавался гром, заставлявший её вздрагивать. Великий круг не показывался с самого утра, знаменуя грядущие неприятности, и лишь от горящей расщелины исходило приятное глазу оранжевое свечение, успокаивающее тревогу в душе плавуньи. Спайка пасмурный день не беспокоил, — с привычным аппетитом он доедал оставленные Войдом древесные звёздочки у входа в пещеру и наслаждался тёплыми порывами, идущими из глубины расселины.       — Как думаешь, он прилетит? — наконец не выдержав, спросила плавунья, поднявшись с места и расхаживая из стороны в сторону. Прожевал зелёную пищу, Спайк уверенно промычал:       — А-ага!.. Даки улыбнулась. Всякий раз, когда Спайк произносил хотя бы одно слово, её переполняла гордость за него, и даже плохой день не мог подавить этого искреннего счастья.       — Наверное, ты прав. В подтверждение этому, на фоне серого неба показалась небольшая и шустро махающая крыльями фигура летуна, заметив которую, плавунья окончательно приободрилась.       — А вот и он! Петри! — воскликнула она, привлекая внимание друга. Летун начал снижаться, приземлившись на крупный плоский камень рядом с расселиной и тяжело отдышавшись. Выглядел он сильно растрёпанным и очень встревоженным, каким не выглядел ни в один из предыдущих дней с самого ухода Литтлфута и Сэры. — Я боялась, что тебя не отпустили. Нет, нет, нет…       — Поэтому я и сбежал… — в перерывах между отдышкой протянул летун, — …точнее, улетел из гнезда. Мама будет в ярости, когда вернётся и узнает, но я должен был это сделать. Я… мне нужно вам кое-что рассказать…       — Петри, дыши. Глубоко, — рекомендовала Даки, понимая, что вдобавок ко всему летун ещё и сильно нервничает. — Вдох и выдох. Вот так… Несколько раз повторив за подругой, Петри немного пришёл в себя и нормализовал дыхание. Даже Спайк бросил любимое занятие и подошёл к расщелине, кивком приветствуя молодого летуна и беспокоясь за его состояние.       — Так на чём это я? Ах, да… есть важные вести!       — Они как-то связаны с Литтлфутом и Сэрой? — предположила Даки, не ожидая положительного ответа.       — Да! — выпалил летун. Брат с сестрой дружно ахнули и вопросительно переглянулись. С тех самых пор, как друзья ушли на поиски таинственной земли, про них не было слышно никаких вестей, и даже взрослые старались не поднимать эту тему в присутствии младшего поколения. Вплоть до сегодняшнего дня. — Я слышал обрывки разговора! Моя мама просила помощи у дяди Птерано, — продолжил Петри, бегло озираясь по сторонам и беспокоясь о том, что кто-то из взрослых мог увидеть их за пределами родных гнёзд. — Она ненадолго улетала в Загадочную Даль, чтобы пригласить его помочь нам.       — Ты же не сказал Миссис Летунье про место, куда отправились Литтлфут с Сэрой? — забеспокоилась Даки.       — Нет! — всё также уверенно ответил Петри. Однако уверенность тут же сменилась скепсисом. — Но даже и так, если взрослые будут смотреть с большой высоты, то отыщут Литтлфута и Сэру гораздо быстрее, чем они исполнят желание. Я сильно беспокоюсь… и за нашу долину и за них.       — Я тоже, Петри, — вздохнула плавунья, устремляя взгляд на расщелину. Внезапно из глубин земли с шипением вырвался столб пара, застав Петри врасплох. Вздрогнув, летун отодвинулся подальше.       — Но это ещё не всё, что я хотел сказать… — вздохнув, произнёс он, с опаской поглядывая на расщелину. — Взрослые планируют собрание сегодня вечером. Около больших камней.       — По поводу? — насторожилась Даки.       — Я не знаю! Но… это что-то важное, раз соберутся все жители долины, кроме нас. Летун сглотнул ком, подступивший к горлу.       — Тогда и нам надо туда попасть! Да, да, да! — уверенно заявила Даки, забираясь Спайку на спину. Шипохвост был полностью с ней согласен и потому утвердительно крякнул, поворачиваясь к летуну.       — А если нас увидят? — засомневался тот. — Не хочу, чтобы нас наказали за покинутые гнёзда…       — Никто нас не увидит.       — Откуда такая уверенность? — нервно переспросил Петри, нехотя взлетая на спину шипохвоста и присаживаясь рядом с подругой. Даки вздохнула и приобняла летуна за шею.       — Скажи, ты думал о возможном наказании, когда улетал из гнезда для встречи с нами? Петри уверенно мотнул головой.       — Вот видишь! Что изменилось сейчас?       — Вроде бы ничего…       — Именно! — Даки лучезарно улыбнулась, чем придала другу уверенности. — Если на собрании будет что-то важное, что касается не только нас, но и Сэры с Литтлфутом тоже, мы просто обязаны это услышать. А уж в скрытности нам с тобой нет равных. Петри осторожно согласился, кивнув подруге. В этот же миг Спайк сорвался с места, оставляя пыхтящую расщелину позади и спускаясь в долину по единственной тропе. От неожиданности летун чуть не слетел со спины шипохвоста, но Даки вовремя его удержала и крепче прижала к себе.

***

      Затаившись в высокой траве поблизости от валунов, Петри и Даки внимательно наблюдали за взрослыми, постепенно стягивающимися на Поляну собраний. На глаза плавунье попались сначала Дедушка и Бабушка Длинношеи, а после и подошедшие Миссис Трёхрогая вместе с мужем, появление которых дало старт всеобщему собранию. Последний выглядел на редкость разочарованным и недовольным, но при всём при этом держал эмоции в себе, лишь часто поглядывая наверх. Трия обеспокоенно тёрлась о мужа носом, тем самым успокаивая его гнев, и тоже смотрела наверх, будто ожидая появления кого-то ещё.       Сбоку от друзей раздался шелест травы, словно кто-то пробирался в их сторону, припав брюхом к земле. Даки вся напряглась, ведь она отчётливо просила Спайка остаться в стороне от поляны, — около больших кустов, где никто бы из взрослых его не увидел. Однако, когда сквозь траву показалось что-то розовое и некрупное, беспокойство плавуньи сменилось удивлением.       — Триша? От неожиданности юная трёхрогая сильнее прижалась к земле и замерла, попутно прислушиваясь к голосам взрослых. К счастью, никто из них её не увидел.       — И вы здесь? — вполголоса спросила она. — Небось тоже хотите послушать, что ждёт Великую Долину? Петри с Даки синхронно кивнули.       — Мама говорила, что для продолжения поисков взрослые обратились за помощью к моему дяде, — поделился информацией летун, считая, что от Триши теперь нет смысла что-либо утаивать.       — Как интересно, — юная трёхрогая энергично махнула хвостом, благо трава вокруг была достаточно густой и никто со стороны поляны не обратил на лёгкое колыхание внимания. — А мой папа всё утро злился, что ему приходится идти на сделку с каким-то «клювомозглым предателем» ради спасения Сэры…       — Твоему па-… Мистеру Трёхрогу?       — Ага.       — Вот почему он такой смурной, — переглянувшись с другом, изрекла Даки.       — Смурной? Вы бы видели его на нашей поляне сегодня утром. Брр… Сэре повезло, что она сейчас не дома, — Триша развернулась на брюхе к Поляне собраний, куда продолжали прибывать взрослые, и добавила: — Надеюсь, ей с Литтлфутом сейчас хорошо вместе… Даки тихонько хихикнула.       — В этом можешь не сомневаться. Они только и ждали момента, чтобы побыть наедине.       — Значит, не я одна замечаю между нами какую-то искру? — тут же оживилась Триша. Даки уверенно закивала, радуясь тому, что хоть кто-то помимо неё замечал в отношениях Сэры и Литтлфута нечто подобное. Петри в этот момент чувствовал себя третьим лишним.       — Когда Сэры нет рядом, Литтлфут часто говорит о ней.       — То же самое! Вздрогнув, Триша виновато улыбнулась.       — У нас то же самое, — повторила она гораздо тише.       — Порой я слышу в его голосе столько страсти и нежности, когда он упоминает Сэру, что не могу отделаться от мысли, будто Литтлфут в тайне… ну…       — Влюблён? — с ухмылкой подсказала юная трёхрогая.       — Да, да, да — закивала плавунья. — И если это именно любовь, то мне хочется верить, что у них всё сложится замечательно. И что взрослые их примут. В особенности Мистер Трёхрог…       — Если сестрёнка будет счастлива, то я сделаю всё возможное, чтобы так и оставалось, — гордо фыркнула Триша. — Поговорю с папой. Я пусть и маленькая, но трёхрогая, и меня он послушает. А маму так точно! Даки и Триша уверенно кивнули друг дружке, как вдруг над высокой травой пронеслись две крупные фигуры, приземляясь ровно в центре поляны. Петри внимательно уставился на прибывших, узнавая в них маму и… Глаза подростка расширились, пока он смотрел на собственного дядю. Оба летуна выглядели обеспокоенными, сразу начав разговор с Дедушкой Длинношеем и Толстоносом.       Сквозь голоса собравшихся Петри попытался расслышать, о чём именно идёт речь, но прежде, на всю округу разнёсся яростный возглас Топпса:       — Моя дочь пропадает неизвестно где, вместе с этим плоскоголовым ребёнком, а ты прилетаешь сюда, чтобы сказать про какое-то там стадо?! Триша вздрогнула.       — Узнаю утреннего папу… Троица подползла ближе, чтобы лучше различать голоса и быть в курсе темы собрания.       — Трёхрогий, речь идёт не о каком-то стаде, а о том самом, описание которого вы мне предоставили, — холодно заметил Птерано, поставив крылья в бока. — Мои знакомые летуны сообщают, что Первое Стадо движется в Великую Долину, и что они достаточно близки отсюда. К сожалению, не в моей власти их остановить. Петри и Даки многозначительно переглянулись.       — Ах ты!.. — рассвирепел трёхрог. Трия постаралась угомонить мужа, преградив ему дорогу.       — Топпс, прошу тебя, не начинай, — встала перед братом Мама Летунья. — Дети обязательно будут найдены, нужно только время.       — Друг мой, она права, — произнёс сверху Дедушка Длинношей.       — Нет у нас времени! Топпс развернулся к собравшимся и гневно воскликнул:       — Вот, что бывает, когда за детьми никакого присмотра! Сэра наверняка сбежала назло мне, так ещё и в тот момент, когда Великой Долине угрожает опасность и нужно бросить все силы на создание обороны, а не на рысканье по Загадочной Дали!       — Мистер Трёхрог, долина готова встречать Первое Стадо. Работы почти завершены, — спокойно и твёрдо сообщил пожилой длинношей, окидывая взглядом окружающие поляну территории. — То, что Сэра и мой внук сбежали — наше общее допущение, но, как ты и сказал, сейчас не время для распрей. Мы обязаны сохранять трезвость ума перед лицом вызовов, которые поставил нам Великий Круг жизни. Трёхрог долго смотрел на Птерано и Маму Летунью, пока гнев внутри него принимал тлеющий вид. Тяжело вздохнув, он в итоге кивнул и спросил:       — Сколько ты будешь искать их?       — В зависимости от того, куда дети ушли, — Птерано деликатно откашлялся, заглянув Топпсу в глаза. — Мне известно, что никаких намёков и подсказок они не оставили, а это всё усложняет. Но поверь, трёхрогий, я обязательно их разыщу.       — Поверить тебе?!       — Это было сказано образно. Топпс грозно фыркнул, пустив из ноздрей пар.       — Милый, прошу тебя, — шепнула Трия.       — Я спокоен, дорогая… спокоен.       — Что ж, раз все недопонимания улажены, мы можем вернуться к обсуждению мероприятий, направленных на защиту нашего общего дома, — дождавшись удачного момента, объявил во всеуслышание Толстонос, получив согласные кивки от супругов Длинношеев. Мистер Трёхрог закатил глаза, но ради Трии спор продолжать не стал, а Птерано, перекинувшись парой слов с матерью Петри, взмахнул крыльями и покинул собрание стада.       — Они могут не успеть, — в ужасе прошептала Даки, — нет, нет, нет…       — Не успеть куда? — поинтересовалась Триша. — Так вы знаете, где Сэра и Литтлфут? Даки и Петри снова дружно кивнули. Летун остановил задумчивый взгляд на подруге, вспоминая её слова у расселины, и вдруг нахмурился, твёрдо произнося:       — Если дядя узнает, куда нужно лететь, он сможет найти их и предупредить.       — Да, но ведь… — плавунья ещё раз посмотрела на собрание стада, — …тогда узнают и все остальные.       — Вовсе нет! Я полечу вместе с Птерано. Тогда он не скажет взрослым, а план Литтлфута с Сэрой не провалится, — Петри положил крыло на плечо Даки, пытаясь придать ей уверенности так же, как и она придала ему. — Всё будет хорошо.       — А ты выдержишь? — со скепсисом спросила Триша.       — Ради друзей я выдержу и не такое!.. — Петри запнулся, когда понял, насколько громко он это сказал. Мистер Шишкохвост отвлёкся от разговора и повернул голову к высокой траве, но никого так и не заметил. Успев спрятаться за валуны, троица дружно выдохнула.       — Только будь осторожен, — попросила Даки, крепко обнимая друга. Летун на миг оцепенел, прежде чем обнять плавунью в ответ, и заметил довольную ухмылку на лице Триши.       — Удачи, Петри, — пожелала она.       Как бы Петри не хотел задержать объятия на подольше, — ему нужно было спешить, пока Птерано не улетел далеко.       Никто из взрослых на поляне не заметил маленькую фигурку летуна, выпорхнувшую из-за валуна и взявшую курс на границу Великой Долины. Пролетев над Спайком, увлечённо жующим ветку с сочными листьями, Петри немного замедлился, махнув крылом на прощание, и снова ускорился, окрылённый необычайно тёплым и приятным чувством внутри себя. Все его мысли теперь занимал единственный вопрос: — такое же чувство испытывал Литтлфут, когда думал о Сэре? И неужели они вправду нравились друг другу, а Даки просто заметила это раньше всех…       — Ну вы только посмотрите, кто это тут у нас! Эй, да ты повзрослел! Петри вернулся из мыслей в реальность и затормозил, обернувшись на голос.       — Дядя Птерано! Светло-коричневый летун с широкими перепончатыми крыльями и длинным гребнем пристроился рядом.       — Твоя мама сказала, что Петри безвылазно сидит в гнезде и не может встретить меня, но тем не менее мы встретились. Так что же у вас тут происходит? — старший летун демонстративно нахмурился. — Неужели ты улетел из гнезда без разрешения?       — Да! Вернее… не совсем, — Петри на мгновение замялся, но быстро набрался смелости и пылко озвучил свою просьбу. — Мне нужна твоя помощь, дядя! Речь о безопасности моих друзей и всей Великой Долины!.. В чём-то отец Сэры был прав. Времени не было ни у кого.