The way you look at me (I don't need to see it to know)

Джисон думает, что любит Минхо. Его брат сказал бы, что ещё слишком рано об этом говорить, но по мере того, как дни становятся холоднее, а раны заживают, он всё больше и больше становится уверен в этом факте. Они спят всё ближе и ближе друг к другу, льнут друг к другу, когда Минхо читает в кровати, и Джисон думает, что доверяет Минхо каждой клеточкой своего тела. Это, должно быть, любовь, не так ли? Что бы это ни было, за последние месяцы между ними установилась глубокая связь, и Джисон не может отрицать, что его чувства сильнее, чем он когда-либо ощущал. На третий день жизни с Минхо Джисон решает, что чувствует себя достаточно хорошо, чтобы больше не быть прикованным к постели, хотя он не возражал против двух с половиной дней, проведённых рядом с Минхо. Он снова может держать что-то в руках и ходить, не испытывая постоянного жжения, так что он может спуститься вниз и снова нормально питаться, а также самостоятельно принимать душ. (Хотя втайне ему действительно нравится, когда Минхо прикасается к нему без слоя одежды между ними.) Вне постели прохладно, но Джисон не возражает против того, чтобы иметь повод держаться поближе к Минхо, например, когда он готовит. Когда Минхо работает в саду, Джисон обнимается с кошками и Ппамой, потому что эта беготня всё ещё тяжела для него в данный момент. Он может носить одежду Минхо, и постоянное присутствие запаха Минхо вокруг него успокаивает, но это также напоминает ему о его чувствах. Минхо почти признался ему две ночи назад. По крайней мере, Джисон думает, что он собирался это сделать. С таким же успехом он мог бы сказать Джисону, чтобы тот отвалил, но Джисон пока не хотел, чтобы иллюзия разрушилась. Он просто не был готов, он чувствовал себя слишком уязвимым из-за своих травм, его дыхание было слишком неустойчивым, чтобы чувствовать, что он может ответить ему должным образом. У него также нет опыта ни в поцелуях, ни в чём-либо, связанном с отношениями. Единственное, что он знает — это описания из книг, но он обнаружил, что в них не хватает слов, чтобы описать то, что он чувствует к Минхо. Тем не менее, он хочет попробовать. Когда-нибудь. Чего бы Минхо ни хотел или чего бы ни ожидал от него, он думает, что сможет ему это дать. Со временем. Прямо сейчас он ютится рядом с Минхо на полу у кофейного столика, чтобы согреться. Они играют в настольную игру, и Джисон не уверен, позволяет ли Минхо ему выиграть или нет, но Минхо очень подозрительно рассказывает о своих собственных ходах, дрожь в его голосе заставляет Джисона усомниться в его честности. — Хорошо, дай мне проверить кости, — настаивает Джисон, протягивая Минхо руку, чтобы помочь ему найти кости. Вместо этого Минхо хихикает и хватает Джисона за плечо. — Хён! Не обманывай! — он старается не смеяться, но ничего не может с собой поделать, смех Минхо слишком заразителен. В конце концов он слишком много смеётся, чтобы самому искать кости. —Ты мне не доверяешь? — спрашивает его Минхо сквозь хихиканье. Джисон крепко обнимает его, чтобы удержать. — Доверяю! Просто недостаточно, чтобы поверить тебе прямо сейчас. Ну, дай мне проверить, — говорит он, слегка ёрзая, когда волосы Минхо щекочут его шею, а пальцы вцепляются в свитер Джисона. Минхо смягчается и позволяет Джисону контролировать игру в кости. — Ладно, значит, Минхо-хён не бросил тройку, но эти холодные кости... — он бросает их, внимательно прислушиваясь к тому, куда они приземляются, чтобы оценить результат. Ему требуется некоторое время, чтобы понять, что показывают кости, поскольку его руки всё ещё перевязаны, но в конце концов он догадывается. — Восемь! Так волнующе. Я надеюсь, на этот раз ты не будешь жульничать. Минхо может только задыхаться от смеха, но он перемещает своего игрока по доске, и Джисон может только надеяться, что он не сжульничает. — Ладно, твоя очередь, Джисон-а. Это уже почти не настольная игра, и Джисон думает, что Минхо просто случайным образом передвигает фигуры в данный момент и что он, возможно, просто хочет послушать Джисона, не понимающего, что происходит. Это не имеет значения, Джисон всё равно никогда не заботился об игре. Смеяться и шутить с Минхо — это всё, что сейчас имеет для него значение. Но как бы тепло ему ни было от этого, он не может отрицать, что ему становится прохладно. — Мне холодно, — говорит он, слегка прижимаясь к Минхо, пока они медленно отказываются от настольной игры. Минхо закидывает руку ему на плечо и крепко прижимает к себе. — Я могу разжечь камин, если хочешь, — предлагает Минхо, но Джисон быстро качает головой, его сердце сжимается от беспокойства. — Нет, в этом нет необходимости. Может быть, мы можем просто, хмм, закончить на этом? — он не думает, что пока сможет выдержать сидение у зажжённого камина, даже если Минхо будет рядом с ним. Звук потрескивающего огня — даже мысль об этом —заставляет его вспотеть. — Хорошо. Конечно, мы можем завершить, — голос Минхо звучит немного виновато, но Джисон надеется, что он не чувствует себя слишком виноватым из-за того, что заговорил об этом. Он не хочет, чтобы Минхо чувствовал себя так, будто ему приходится ходить по тонкому льду с ним. Они вместе моются, и когда снова оказываются в большой и удобной кровати Минхо, Джисону всё ещё прохладно. Он уже давно хотел кое о чём спросить Минхо, но, возможно, сейчас самое подходящее время. — Хён? — спрашивает он, когда слышит, как Минхо ворочается под одеялом. Минхо хмыкает, чтобы показать, что он слушает, и Джисон мысленно готовится спросить, что у него на уме. — Может, ты хочешь прижаться ко мне? Минхо удивленно выдыхает, но на этот раз он не оставляет Джисона в подвешенном состоянии слишком долго. — Да. Я хочу, — отвечает он, и Джисон чувствует, как его руки прикасаются к его талии. Джисон поворачивается, чтобы Минхо мог обнять его, крепко обхватив руками. — Нормально вот так? Или ты хочешь развернуться? — Джисон в любом случае не возражает. Ему нравится спать, держась за что-нибудь, и он также чувствует себя в безопасности в крепких руках Минхо. — Это прекрасно. Это мило. Ты кажешься таким маленьким, — шепчет Минхо с явной улыбкой в голосе. Джисон фыркает, но он не возражает. Он знает, что он худощав по сравнению с Минхо, но ему нравится это ощущение, что его окутывает тело Минхо, безопасное убежище, комфортный дом. — И ты тёплый, хён, — признаётся Джисон, запечатлевая поцелуй на руке Минхо. Он чувствует биение сердца другого напротив точки пульса на своём запястье, ускоряющееся по мере того, как Джисон говорит. Джисон надеется, что Минхо понравится комплимент, но если судить по тому, как он крепче сжимает Джисона за талию, то это определённо так. Джисон просыпается, лёжа на Минхо, руки последнего обхватывают его талию. Нечасто он просыпается раньше Минхо, но старший мирно дышит, его руки безвольно обнимают Джисона. Джисон позволяет своей руке ощупать твёрдую грудь Минхо, добраться вдоль шеи до подбородка, прежде чем украдкой поцеловать Минхо в щёку. Он находит любопытным, как кожа Минхо немного нагревается, даже когда он спит. Это мило. Джисон удовлетворённо вздыхает и кладёт свою голову Минхо на грудь. Он бы уснул снова, если бы его руки не пульсировали. Они больше не болят, и ему больше не нужно носить повязки по ночам, но они всё ещё чувствительны, поэтому он не может делать многого. Хотя, что он может делать, так это трогать мягкие вещи, как волосы Минхо, поэтому он нежно проводит пальцами сквозь локоны, чтобы успокоить себя и, надеется, его хёна. Минхо шевелится под ним, и Джисон останавливается, не желая разбудить его. — Продолжай, — сонно шепчет Минхо. Джисон хихикает и продолжает свои движения. Минхо хмыкает, устраиваясь поудобнее и крепче обхватывая Джисона за талию. — Доброе утро, хён, — говорит Джисон со смешком. Он немного похож на кота, думает Джисон, но Минхо тоже сравнил его с котом, что является некоторой загадкой. Минхо больше похож на кота, например, он хитрый и независимый, но также любит привязанность, если это на его собственных условиях. Утро выдалось немного ленивым, а поскольку идёт дождь, им не нужно выходить на улицу. Вместо этого Минхо берёт его с собой, чтобы вместе заняться деревообработкой. Это значит, что Джисон слушает, как работает Минхо, пока они рассказывают истории из своего детства. Минхо учит Джисона вырезать своё имя на доске, держа руки Джисона вокруг инструментов, когда он стоит позади него и направляет его. Джисон понятия не имеет, что он делает и как на фигурах, которые он создает, пишется его имя, но пока Минхо обнимает его и гордится им, Джисону это нравится. Так проходит ещё пара дней, и, несмотря на холод, который переносит их в зиму и новый год, и несмотря на бинты на руках, Джисон счастлив. Они более ласковы, в том числе и в мелочах. Касания их рук, соприкосновение коленей, когда они сидят, и лёгкие поцелуи с пожеланием доброго утра и спокойной ночи. Джисон не пугается, когда Минхо прикасается к нему без предупреждения, скорее он ценит это. Он хочет этого, и иногда он всё ещё немного зациклен на своих собственных привычках, но Минхо терпелив с ним. — У тебя есть причина иногда закрывать глаза? — спрашивает его Минхо однажды, когда Джисон помогает ему в саду, одетый в толстое пальто и шарф Минхо. Сейчас у них перерыв после того, как они пропололи посевы и собрали урожай с нескольких деревьев. Минхо подползает к нему поближе, и как только Джисон чувствует дыхание Минхо на своей щеке, он инстинктивно закрывает глаза, показывая именно то, что Минхо, вероятно, имеет в виду. — Я имею в виду не только то, что нужно следить за тем, чтобы у тебя не пересыхали глаза, — добавляет Минхо. — О. Ну, я просто предполагаю, что никому не нравится видеть их вблизи, — тихо признаётся он, немного прячась под шарфом Минхо, — это привычка, когда кто-то оказывается рядом со мной. Мои глаза… они отвлекают, не так ли? Люди говорят, что они постоянно ходят туда-сюда, и что я, кажется, всегда смотрю на что-то другое. На них тоже может быть неприятно смотреть. Ничего страшного, если ты так думаешь, мне же не нужно держать их открытыми. — Я не думаю, что это неприятно. Я думаю, у тебя красивые глаза, — говорит ему Минхо, его дыхание касается челюсти Джисона. Джисон удивлённо вдыхает, его щёки становятся тёплыми от холодного воздуха. Минхо снова делает паузу, как он делает всякий раз, когда наблюдает за ним, или когда собирается сказать что-то невероятно милое себе под нос. — Я думаю… Я думаю, ты становишься красивее, когда тебе комфортно. Когда ты не прячешься. — Прекрати... — Джисон хватает Минхо за пальто, чтобы притянуть его ближе, не решаясь прикоснуться к его коже своими холодными руками, улыбка расползается по его лицу. На самом деле он не хочет, чтобы Минхо останавливался. Он хочет, чтобы Минхо продолжил и рассказал ему всё, что ему в нём нравится, пока Джисон больше не сможет сдерживаться и не поцелует его. Минхо прикасается к руке Джисона так нежно и осторожно, несмотря на то, что его кожа зажила довольно хорошо. Прошло уже больше недели с момента пожара, больше недели с тех пор, как Джисон сказал Минхо "ещё нет", и он начинает задаваться вопросом, подходящее ли сейчас время. Минхо берёт руку Джисона и подносит её к губам, чтобы поцеловать тыльную сторону его пальцев, прежде чем повернуть ладонь вверх и слегка чмокнуть его в неровную кожу. Джисон чуть не задохнулся от такого милого жеста, но Минхо продолжает. — Ты действительно хочешь, чтобы я остановился? — спрашивает Минхо, в его голосе слышна улыбка, но в то же время чувствуется дрожь, выдающая его скрытые нервы. Джисон привык к мелким деталям манеры Минхо говорить, и ему становится легче от осознания того, что он может сказать, что чувствует Минхо, даже не видя его. — Нет, — говорит он, и когда Минхо медленно отпускает его руку, он позволяет своим пальцам ползти всё выше и выше к челюсти Ли. Теперь, когда он избавился от бинтов, он, наконец, может как следует прикоснуться к Минхо. Он скучал по этому, скучал по прикосновению к коже Ли, но теперь, когда Минхо проявил к его рукам столько любви, он чувствует уверенность, что сможет сделать это снова. Он хочет сказать что-нибудь в ответ, но это трудно — он не знает, какой комплимент Минхо будет иметь тот же смысл. Он не может сказать ему, что он симпатичный или красивый, это просто будет неискренне. — Если ты мне не лжешь, я хочу, чтобы ты продолжал. Мне это нравится. — Я собираюсь поцеловать тебя, если ты будешь говорить такие вещи, Джисон-а, — говорит Минхо со смешком, как будто он шутит, но Джисон не хочет, чтобы это была шутка. Щека Минхо тёплая, и Хан чувствует, как он дрожит под его пальцами. Джисон берёт себя в руки и обхватывает лицо Минхо обеими руками — осторожно, чтобы не пораниться и не поставить Минхо в неловкое положение, — прежде чем наклониться ближе. Он надеется, что Минхо не возражает против неровной кожи на его ладонях, но тот не отодвигается, и он щедро поцеловал его ладони, так что, возможно, это не так. Сердце Джисона подскакивает к горлу, но он заставляет себя заговорить. — Я думаю… Нет, я... я действительно этого хочу. Я хочу, чтобы ты поцеловал меня. — Чёрт, — выдыхает Минхо, слегка стягивая шарф Джисона вниз. — Ты уверен? — Джисон кивает, потому что он решил больше не сомневаться в себе. Минхо никогда не заставлял его чувствовать себя иначе, чем хорошо и комфортно, поэтому он абсолютно уверен, что доверяет ему быть внимательным и к поцелуям. — Да. Пожалуйста, — признается он. Он не уверен, должен ли он заговорить первым или что-то в этом роде, но он тоже не против поговорить о своих чувствах. Он подождёт, если это необходимо. Он думает, что будет следовать всему, что скажет Минхо на данный момент, до тех пор, пока Минхо знает, что он ему нужен. — Хорошо, но... просто... скажи мне, если я делаю слишком много, хорошо? Оттолкни меня или что-то такое, — Минхо заставляет его пообещать, и Джисон так и делает, но он не думает, что в этом будет необходимость. Он хочет, чтобы Минхо поцеловал его совершенно глупо, даже если он понятия не имеет, каково это — по крайней мере, не в губы, не тогда, когда кажется, что его сердце вот-вот разорвётся. Минхо сначала задевает носом Джисона, предупреждая его о том, что будет дальше, но он не думает, что что-то могло подготовить его к тому моменту, когда губы Минхо касаются его губ. Его тело словно наэлектризовано, и он инстинктивно прижимается к Минхо, стремясь ощутить тепло от того, что находится рядом с ним. Губы Минхо такие мягкие, и Джисон помнит его более пухлую верхнюю губу, но теперь он может это почувствовать — почувствовать, как она так хорошо прилегает к его собственным губам. Джисон остаётся неподвижным, потому что, честно говоря, он понятия не имеет, что он должен делать, но ему это уже нравится. Минхо нежно прикусывает нижнюю губу, и желудок Джисона наполняется бабочками. Его руки поднимаются, чтобы запустить пальцы в мягкие волосы Минхо, и ему так сильно хочется поцеловать Минхо в ответ, но он нервничает, поэтому пока ограничивается нежным, но простым касанием губ. Гав! Они отстраняются, ахнув, и Джисон начинает смеяться, когда чувствует, как Ппама прыгает в пространство между ними, радостно обнюхивая всё вокруг. Минхо тоже хихикает, и их руки встречаются в кудрявой шерсти собачки Джисона. — Ты счастлив, Ппама-я? Я тоже, — говорит Джисон, проводя руками по своему любимому питомцу, его ладони касаются ладоней Минхо. Его лицо всё ещё тёплое после того, как он поцеловал его. Он хочет сделать это снова, но у них есть время. Всё это не обязательно должно произойти сейчас. —Пойдем, зайдём внутрь, пока Ппама не замёрз, — тихо предлагает Минхо, и Ппама лает в знак согласия. Джисон позволяет Минхо поднять его, и они заходят внутрь, свободно держась за руки. — Это было нормально? — спрашивает Джисон, следуя за Минхо на кухню, как только они избавляются от верхней одежды. Минхо останавливается и кладёт руки на бёдра Джисона. — Я… У меня нет опыта ни в чём подобном, но… Ты мне действительно нравишься, Минхо-хён. Хватка Минхо усиливается, но он некоторое время молчит, поэтому Джисон снова подносит руки к щекам Минхо. Он проводит чуть менее неровной тыльной стороной пальцев по скулам Минхо, а затем по подбородку. — Мне нравится быть здесь, и с тобой я всегда чувствую себя таким тёплым, таким трепетным, таким защищенным и таким комфортным. Я... — Шш... Подожди, — внезапно шикает на него Минхо и прижимает Джисона вплотную к себе. Джисон ахает от удивления, но расслабляется в объятиях Минхо, ему любопытно, чего он должен ждать. — Я обещал, что расскажу тебе то, что собирался сказать в тот вечер, и — хотя мне, вероятно, будет трудно — я должен это сказать. Джисон закрывает рот и ждёт, пока Минхо заговорит, молча подбадривая его, поглаживая подбородок подушечками больших пальцев. Он слышит, как Минхо прерывисто вздыхает, поэтому наклоняется, чтобы поцеловать его в щеку, чтобы подбодрить. Он чувствует, как Минхо улыбается, и надеется, что это означает, что он хорошо поработал. — Я… Ты знаешь, как Ёнхён-хён и Чан-хён сказали, что я продолжаю пялиться на тебя? Чёрт возьми, даже ты это заметил. Это не только потому, что ты милый, но и потому, что я... влюбляюсь в тебя, — начинает Минхо, его голос так успокаивающе звучит для ушей Джисона, его слова заставляют его сердце учащённо биться. — Я не знаю, что сказать большую часть времени, и мне жаль, что я всегда молчу, просто это… Я не привык так выражаться, но я действительно хочу, чтобы ты знал, что я чувствую к тебе. Вот... — Минхо берёт одну из рук Джисона и осторожно опускает её к своей груди. Сначала Джисон немного смущён, но он не собирается жаловаться на то, что прикасается к упругой груди Минхо. Через секунду он понимает, потому что чувствует сердце Минхо под своей рукой, бьющееся как сумасшедшее, очень похожее на собственное Джисона. — Как ни крути, вот что происходит, когда я смотрю на тебя, когда ты целуешь меня в щёку, когда ты улыбаешься, — шёпотом добавляет Минхо. У Джисона перехватывает дыхание, и его глаза снова наполняются слезами. — Нет, нет, не плачь. Я не знаю, что делать, когда ты плачешь. — П-прости. Но я благодарен тебе. Я был так счастлив последние пару дней, даже несмотря на свои руки. Ты действительно заставил меня смириться с тем, что иногда я нуждаюсь в помощи. Ты заставляешь меня чувствовать, что обо мне заботятся, хён. И я так многому научился с тех пор, как познакомился с тобой. Я никогда не был так взволнован тем, что просыпаюсь и провожу ещё один день, — говорит Джисон, делая пару глубоких вдохов в перерывах, чтобы убедиться, что он не плачет. Это слёзы счастья, так что он надеется, что Минхо не возражает, если они потекут из его глаз. — Мне всегда было интересно, каково это — влюбляться, и как бы я узнал, если бы был влюблён, но… Мне кажется, я начинаю понимать. — Боже, просто поцелуй меня ещё раз, Джисон-а, — вздыхает Минхо, прижимая Джисона к стойке и задевая носом его щёку. Голове Джисона становится жарко, но он медленно наклоняется вперед и пробует мягко прижаться губами к губам Минхо. — Я не знаю, что я делаю, — признается он, отступая всего на сантиметр или два. Минхо хмыкает. — Не беспокойся об этом. Не то чтобы у меня было много опыта — я просто чудак на ферме. Делай то, что кажется естественным. Мы поймём вместе, — уверяет он Джисона себе под нос, и Джисон чувствует, как жар исходит от его щёк. Он сразу же чувствует себя увереннее и снова соединяет их губы, медленно прижимая свои губы к губам Минхо. Минхо наклоняет голову для поцелуя, и Джисон повторяет это, позволяя Минхо в основном брать инициативу в свои руки, но ему вроде как нравится, когда он это делает. Он позволяет своим рукам опуститься на шею Минхо, прежде чем провести ими по его плечам, в то время как Минхо ласкает его бока, заставляя дрожать с головы до пят. То, как Минхо слегка наклоняется, чтобы поцеловать его, вполне удовлетворяет Джисона, их небольшой разницы в росте как раз достаточно, чтобы это чувствовалось динамично. — Ты молодец, — шепчет Минхо в маленький промежуток между ними, когда они на мгновение переводят дыхание. Джисон хихикает, звук приглушён тем, что Минхо пытается снова поцеловать его, тоже улыбаясь ему в губы. — Хён, я слепой, я учусь, как печатаю. Просто подожди, и я буду целоваться лучше всех на свете, — говорит он в губы Минхо, тихо хихикая. Минхо теперь вовсю балдеет, и их зубы начинают клацать, что заставляет их смеяться ещё сильнее. — Ладно-ладно, это не так приятно. — Не стоило смешить меня своей глупой внезапной уверенностью, — Минхо продолжает хихикать, слабо ударяя Джисона в грудь. — Я позволю тебе попрактиковаться на мне ещё раз позже, давай приготовим что-нибудь на ужин. — Я не это имел в виду! Для меня это не тренировка, хён, —Джисон упрямо качает головой, даже если он совершенно уверен, что Минхо шутит, — и всё же я бы не отказался от ужина. Минхо смеётся и крепко целует Джисона в щёку. — Тогда иди и помоги мне. «Помогать» значит, что Джисон моет овощи и помешивает еду, а также значит, что он может оставаться рядом с Минхо, чтобы постепенно дать своему сердцу успокоиться от нахлынувших эмоций. Он наконец-то признался Минхо, и Минхо действительно отвечает ему взаимностью. Минхо даже целует его, когда наносит какую-то успокаивающую мазь на руки Джисона, чтобы отвлечь его от несуществующей боли. Джисон думает, что в ближайшее время ему не будет достаточно ощущений от поцелуев с Минхо, перспектива целовать Минхо по всему лицу и, возможно, даже по другим местам его тела возбуждает Джисона, заставляет его чувствовать тепло внутри, когда снаружи царят холодные зимние месяцы. Джисону не нравится холод, но он не возражает, если это означает, что он может обниматься с Минхо всю ночь. Зима также означает, что у Минхо меньше работы в саду, земля слишком холодная для выращивания большинства культур, и нет теплицы или животных, за которыми нужно ухаживать. Ему приходится всё собирать и продавать, но скоро у него будет достаточно времени, чтобы провести его с Джисоном, побегать с домашними животными, посетить новые места и насладиться их новыми отношениями. Дом Джисона снова почти пригоден для жилья, но сейчас Джисон не так сильно беспокоится об этом. Потому что, хотя он действительно скучает по уюту своего собственного знакомого дома, он нашёл второй дом с Минхо. И, несмотря на то, что они живут вместе, они не торопятся выяснять свои отношения, не заходя дальше поцелуев, хотя могут заниматься этим часами. Джисону действительно нравится целовать Минхо в лицо, восхищаться им, в то время как Минхо просто держит его. — Я знаю, что последние несколько дней мы уже занимались всякой ерундой, но я думал о том, чтобы пригласить тебя на настоящее свидание, Джисон-а, — говорит Минхо однажды днём, когда они снимают верхнюю одежду после того, как отвезли последний урожай на рынок, — мы закончили подготовку к зиме на ближайший месяц или два, так что у нас более чем достаточно времени, и, так как мы забрали трость из твоего дома, я подумал о том, чтобы пойти и покатать тебя на коньках. — Покатать на коньках? — выражение лица Джисона оживляется, и Минхо хмыкает в подтверждение. — Это звучит немного пугающе, но в то же время весело. Я никогда этого не делал, хотя брат хотел взять меня с собой. Вместо этого он водил меня к пруду в саду, когда он замерзал, и я скользил с ним по льду в ботинках. — Это так мило. Мы могли бы сделать это позже, когда станет холоднее. Каток уже должен быть открыт. Мои бабушка с дедушкой постоянно водили меня туда зимой, у них вкусный горячий шоколад и сладости. Тебе это понравится, — голос Минхо звучит взволнованно, что заставляет сердце Джисона замереть. — Я бы с удовольствием, — Джисон протягивает руки, чтобы обнять Минхо, который соглашается и заключает его в объятия. — С твоими руками всё в порядке? — спрашивает Минхо, когда Джисон в знак признательности прикасается носом к его щеке. — Потому что на катке тебе придётся надеть перчатки. — Да, не волнуйся. Уже какое-то время с ними всё в порядке, — уверяет его Джисон. Он снова может делать почти всё, и хотя иногда это всё ещё кажется немного странным и чувствительным, нет ничего такого, с чем он не смог бы справиться. — Отлично. Я сделаю так, чтобы это произошло. Мне любопытно, что ты подумаешь о том, чтобы встать на коньки? — Минхо целует Джисона в губы, улыбаясь. Джисон тихо хихикает, и он хочет сказать что-то о том, чтобы держать Минхо за руку во время катания на коньках, но его прерывает телефонный звонок в гостиной. — Хм? Ты ждешь звонка от своей семьи сегодня, Сон? — спрашивает Минхо, но Джисон качает головой. Брат сказал ему, что встретится с ним завтра, когда они звонили два дня назад. Минхо берёт его за руку и ведёт в гостиную, где Минхо отвечает на звонок. — Ли Минхо слушает,— начинает он, и Джисон на самом деле не может расслышать, кто на другом конце провода или что они говорят, но Минхо сжимает его руку сильнее, и это немного больно. Джисон вздрагивает, и Минхо быстро извиняется себе под нос, прежде чем отпустить его. — Привет, мам. Не ожидал от тебя звонка. Что-то не так? Джисон замолкает. Он не уверен, должен ли он остаться и послушать или ему следует оставить Минхо наедине. Минхо почти ничего не рассказывал Джисону о своих родителях, так что, возможно, он не хочет, чтобы тот оставался и слушал. Он не может общаться сейчас, когда Минхо занят разговором, поэтому он просто незаметно уходит, предполагая, что Минхо схватит его, если не захочет, чтобы он уходил. — Ладно, что ж… Да, нет, я знаю. Это... Правда? — Минхо слишком сосредоточен на разговоре со своей матерью, поэтому Джисон просто идёт в ванную один. Он немного волнуется и надеется, что с семьёй Минхо всё в порядке, но он уверен, что если Минхо захочет, чтобы он знал, он расскажет ему. Ужин проходит немного неловко, Минхо молчит, и Джисон не думает, что это из-за того, что он снова на него смотрит. Джисон также не слышит, как он ест, и у него скручивает желудок. — Всё в порядке, хён? Ты всё молчишь… И я не думаю, что на этот раз это имеет какое-то отношение ко мне. — Это… Я просто немного не в себе из-за телефонного звонка. Прости, Джисон, — тихо извиняется Минхо, его палочки для еды звякают о тарелку, — мои родители никогда мне не звонят. Они не связывались со мной с тех пор, как умер мой дедушка, а теперь… Я не знаю. Моя мама сказала, что мне следует ненадолго вернуться домой, потому что они хотят меня видеть. Внезапно. Она сказала, что у них с моим папой есть кое-какие новости, которые я должен услышать лично, но… Я этому не верю. Джисон хмыкает, поджимая губы, пока думает о том, что сказать, потому что есть незаданный вопрос "могу ли я?" по словам Минхо. — Я, конечно, не знаю твоих родителей, и ты никогда о них не говоришь, но я слишком хорошо знаю, каково это — не хотеть видеть семью. Ты должен делать то, что считаешь правильным. — Ну, мои родители не похожи на твою семью в том смысле, что они грубы со мной или что-то в этом роде. Они просто... никогда нормально здесь не были, — со вздохом говорит Минхо. — Они хотят, чтобы я приехал на этой неделе, а это значит, что в ближайшее время мы не сможем пойти на свидание. — Может, они хотят восстановить связь? Я не знаю. Если ты не хочешь идти, тебе не следует, но я выживу один, если ты действительно хочешь пойти. Мы всегда можем позвонить, — говорит Джисон, и ему хочется протянуть руку, чтобы поддержать Минхо, но он боится случайно схватить что-нибудь ещё, поэтому он просто кладёт руку на стол ладонью вверх. — Видеозвонки тоже хороши, если ты действительно скучаешь по мне и можешь научить меня использовать телефон или планшет, — добавляет он со смешком. Минхо смеётся, и Джисон чувствует, как его пальцы переплетаются с его собственными. — Ты вообще появишься на экране, если я тебя научу? — дразнит он Джисона, но он прав, Джисон, вероятно, не сможет вовремя научиться делать это правильно, потому что он понятия не имеет, что Минхо имеет в виду под «появляться на экране». — Я подумаю об этом. Я... я мог бы пойти, хотя бы потому что, если я этого не сделаю, а им действительно нужно сказать мне что-то важное, я могу пожалеть об этом. Я всегда могу вернуться, если передумаю, — говорит Минхо, когда они прибираются, подходит к Джисону и кладёт руку ему на поясницу. — Это хорошая идея, — отвечает Джисон, ставя последнее блюдо на решётку для посуды. — Я буду скучать по тебе, но всё в порядке. У нас будет свидание, которого мы будем ждать с нетерпением, когда ты вернёшься, верно? — Да. Именно так, — Минхо гладит Джисона по спине, и его голос звучит немного отстранённо, но он, вероятно, просто думает об этом, — я всё равно не смогу отсутствовать слишком долго, даже если бы захотел, а я этого не хочу. Джисон хмыкает и поворачивается к своему хёну. Он медленно тянется к его щеке и целует её. — Что бы ты ни делал, я буду поддерживать тебя. — Спасибо тебе, Сон. Это просто немного неожиданно, но я предоставлю им возможность сомневаться. В конце концов, я их на самом деле не знаю, — говорит Минхо, прижимаясь к Джисону. — Ты ведь подождёшь меня, да? — Да! Что ещё я должен делать? — Джисон хихикает и нежно сжимает щёку Минхо. Минхо насмехается и ударяет его головой. — Я не знаю. Заблудиться где-нибудь с Ппамой и быть спасённым прекрасным принцем? — последний шутит, хотя его голос невозмутим, и Джисон удивлённо смеётся. — Хм, мне нравится эта идея, но я думаю, ты сможешь убедить меня остаться, если поцелуешь меня на прощание, — говорит он со смешком. Минхо тихо фыркает тем особым образом, который говорит Джисону, что он сдерживает смех. — Тебе так легко угодить, — Минхо целует Джисона в щёку мягко и нежно, прежде чем отпустить его, двигаясь дальше, как будто говоря "Вот твой прощальный поцелуй, прощай". И, может, Джисону легко угодить, но он не собирается жаловаться, когда Минхо внезапно берёт его за руку вечером перед уходом и тянет на кровать, прежде чем забраться в его личное пространство и притянуть к себе в обжигающем поцелуе. Джисон задыхается у губ Минхо, его щёки горят из-за интенсивности того, как Минхо прижимается губами к губам Джисона. — Хён, — выдыхает он в промежутках, его желудок сжимается, когда он слышит, как Минхо хмыкает, вибрации отражаются от его горячих щёк. — Притормозить? — спрашивает он, но Джисон качает головой, обхватывая ладонями тёплую кожу Минхо. — Я просто был немного удивлён, — шепчет он в ответ, чувствуя, что у него немного перехватывает дыхание. — На сегодня это моё прощание, чтобы тебе было что вспомнить. Может быть, есть что-то, чего стоит ждать с нетерпением, если ты этого хочешь. Я верю, что ты скажешь мне, когда остановиться, — Минхо снова целует его, как будто его не будет целый год, а не неделю или две, три. Если говорить честно, Джисон немного нервничает из-за того, что снова остаётся один, потому что привык к тому, что может навещать Минхо, когда ему захочется, и он боится, что если Минхо выйдет из их маленького пузыря на ферме, то в городе поймет, что упускал что-то важное. Но то, как Минхо наклоняет голову, чтобы углубить поцелуй, лаская шею Джисона большим пальцем, заставляет Джисона поверить, что он вернётся за большим. Джисон обнимает Минхо за грудь, нежно поглаживая его по спине. Хотя, возможно, это ошибка, потому что Минхо прижимает его вплотную к себе, и сердце Джисона замирает. Становится ещё хуже, когда Минхо проводит языком между губами Джисона. Тепло разливается внизу его живота, но он позволяет их языкам переплетаться, позволяя своим чувствам к Минхо указывать ему, что делать. Большие пальцы Минхо ласкают пространство под ушами Джисона, и это заставляет его вздрогнуть. Он чувствует себя немного чувствительным, его тело реагирует на каждое лёгкое прикосновение, каждый раз, когда их груди касаются друг друга, или Минхо что-то хмыкает ему в рот. Джисон сводит ноги вместе, сворачиваясь в попытке сохранить самообладание. Его нервы словно в огне, в хорошем смысле этого слова, но чем больше они целуются, тем глубже Джисон чувствует, что проваливается в яму, откуда не выбраться. Когда им требуется ещё секунда, чтобы отдышаться, Джисон замечает, что он сильно запыхался. Минхо должен рано встать, но даже если бы он этого не сделал, Джисон не уверен, что был бы готов продолжать это дальше. — Хм, давай притормозим? — шепчет он, и стук сердца отдаётся у него в ушах. Минхо утыкается носом в щёку и кивает. — Да, извини. Я немного увлекся, — он целует Джисона в висок. Джисон улыбается, когда огонь в его животе немного утихает. Он крепко обнимает Минхо, когда они ложатся. — Всё в порядке. Мне это нравится, но не на сегодня. Я... Когда у нас будет больше времени, — обещает он, давая понять Минхо, что обязательно будет его ждать. Они всё равно позвонят, но Джисон будет напоминать ему о том, как сильно он заботится о нем и ценит его снова и снова, если это необходимо. И как бы сильно Джисон не хотел, чтобы Минхо уходил, будет хорошо побыть врозь какое-то время. Заниматься своими делами и вернуться более уверенными в том, что хотят быть друг с другом. Хотят выбрать быть друг с другом.