step into the abyss

      За всю ночь Сону не может нормально заснуть. Мысли не раз прерывают его сон. Ещё присутствует волнение и это «что-то» находится где-то в области грудной клетки и приятно щекочет внутренности. Похоже на бабочек, голодных бабочек, которые пожирают изнутри, заставляя тебя чувствовать некомфортно. За три часа после отбоя, сомкнуть глаза так и не получается. Когда-то давно, Ким в американском мультфильме увидел, что тёплое молоко помогает уснуть, поэтому, решив, что двадцать лет — не помеха для познания нового, парень аккуратно выходит из своего уголка и направляется на кухню.       Обычно холодильник наполнен самыми разными продуктами и блюдами, благодаря их домохозяйке, которая работает в этом доме со времен Ким Тэмина, который, кстати покинул их всего лишь через года три после рождения Сону. Мать почти сразу нашла себе нового избранника и через некоторое время на свет появился Ян Чонвон, более подходящий, по мнению Кима, наследник компании.       На самом деле, брак между Чхве Джиу и Ян Хангёном был исключительно по расчёту и из-за выгоды, дабы создать союз между двумя состоятельными семьями и в ходе объединить бизнесы. Может, у господина Ян и появились какие-либо чувства к матери Сону, но у этой женщины до сих пор сердце мечтала лишь об одном человеке. Причины разрыва отношений между Кимом и Чхве неизвестны Сону даже после стольких лет; ни одной фотографии, ни одного письма, только память и мелодия, которая всё время играет в художественной студии матери. прекрасная музыка, исполнитель которой был профессионалом в своём деле. Возможно, именно по этой причине мать настояла на том, чтобы Чонвон научился играть на столь прекрасном инструменте — фортепиано. Кстати, у него это хорошо получается, правда, до его уровня ещё далеко.       На часах около трех ночи, возможно, уже четыре, но пара людей в этом доме не спит. Оба ещё не догадываются об этом.       В горле безумно сушит, голова побаливает из-за неудобного положения, а глаза покраснели из-за отсутствия сна. Сону поднимается с небольшого мягкого дивана и бесшумно выходит из комнаты, оставляя приглушённый свет гирлянд и ночника позади; из-за небольшого страха темноты, Ким не может засыпать без света, Ники-Рики узнал это каким-то образом и на совершеннолетие подарил рыжий ночник — настольный светильник в виде лисички. Почему он выбрал этого зверя, совсем непонятно, сколько бы парень не задавал вопросов, ответа он ни разу не получил. Сейчас узнавать уже бесполезно.       Даже ночью в доме светло, так как мама Сону любит работать в своей студии, вырисовывая очередные шедевры. Это её хобби — рисование. Множество картин продано, множество отдано галереям, школам и приютам. Дорога до кухни, куда как раз направляется Ким, идёт мимо небольшого белоснежного зала, в котором можно разглядеть деревянные мольберты и холсты, на некоторых уже виднеется какая-то композиция, а другие ждут, когда до них дойдёт очередь и кисть из-под руки прекрасной Чхве Джиу прикоснётся к белой поверхности. Комната с хорошей шумоизоляцией, поэтому музыка, а в частности «Революционный», который когда-то играл по всему дому из того фортепиано, на котором теперь занимается Чонвон, не мешает никому.       Из светлого коридора можно рассмотреть всю студию. Этому позволяют прозрачные стекла, которые окружают всё помещение; Сону на цыпочках проходит мимо, не догадываясь о том, что никого не разбудит.       — Сону? — из приоткрытого помещения слышится голос мамы. — Почему не отдыхаешь?       Что-что, а застать мать бодрствующей в такое время — в новинку для него, обычно она не засиживается до трёх ночи, работая над картинами, сегодня исключение?       — Что? — Сону немного пугается такого резкого вопроса. — Я не могу уснуть, — пожимает плечами.       — Пошли перекусим? — мама поправляет пучок на волосах и поднимается из-за мольберта.       Сейчас она какая-то нежная, домашняя. Вместо той женщины в строгом тёмном костюме с красиво уложенными волосами и подведёнными глазами, немного неотёсанная из-за долгой работы мама, с небрежным пучком на волосах и остатками туши после смывания макияжа. Вокруг тепло или аура Джиу изменилась?       Ким не боится маму, он боится с ней разговаривать, контактировать, потому что понимает, что от него нужно только получить компанию и отправить матушку на пенсию. «Лучше молча выполнить работу и жить спокойно», — раньше думал Сону, что было огромной ошибкой. Понял он это после запрета об общении с Нишимурой, мол, «он на тебя плохо влияет!», — это пошло после того, как он совершил каминг-аут перед мамой и братом. Это считать ошибкой парень не собирается. Сообщать о своих предпочтениях — норма, ну так как минимум сам Сону думал.       Взяв из холодильника конфеты и заварив чай, мама с сыном садятся за барную стойку, каждый думает о своём. С чего следует начать? Что сказать? Как же давно Ким не разговаривал с собственной матерью лично, без присутствия отчима или Чонвона. Ему сейчас безумно сложно, если ещё считать и мозги, которые отказались работать сразу после предложения перекусить.       — Завтра… точнее сегодня, — Сону устало трёт глаза. — У Сонхун-хёна день рождения, — может, начинать личный разговор в обстановке явно не из приятных на эту тему — не очень хорошее решение, но лучше хоть что-то сказать, чем сидеть в неловкой тишине.       — Будешь с ним праздновать? — мама делает небольшой глоток горячего чая.       — Вообще, мы с общим знакомым договорились устроить ему сюрприз, — Сону чувствует, что напряжённость испаряется. Сейчас перед ним сидит мама, а не Чхве Джиу — президент компании Чхве.       — Ты подготовил уже подарок?       — Да, — заметив заинтересованный взгляд, Сону продолжает, — подарю ему варежки, чтобы руки всегда были в тепле.       — Ты мне скажи, у тебя со сном проблемы? — не совсем ловко, но переводит тему женщина.       — Нет, мам, у меня правда всё отлично.       Можно сказать, что Сону доволен. Ему приятно беседовать с мамой ещё на протяжении некоторого времени, не считая то, что всё рано или поздно сводится к деньгам и разным покупкам, что безумно бесит его. Давно он не чувствовал материнского тепла, хоть оно и слабое, но этот ночной разговорчик влияет на их взаимоотношения.

***

      Сегодня стоит пропустить пары и выспаться, здоровье важнее. Весь день никого не будет: Чонвон в школе, после уедет к друзьям, мама с господином Яном уехали куда-то рано утром. Дом сегодня полностью в его распоряжении; надо не забыть написать старосте и попросить сегодняшние конспекты, он же прилежный ученик, старается, да так, что появились проблемы со сном. Позже он напишет Джейку и поедет помогать ему с подготовкой. Сегодняшний день обещает быть насыщенным.       Десять часов утра — не очень рано, но и не слишком поздно, есть время, чтобы убраться в своих комнатах, привести себя в порядок и избавиться от тёмных овалов под глазами. До запланированной встречи остаётся около пары часов, он точно успеет вовремя.

***

      — Добрый день, Сону! — голос Шима доносится где-то со стороны пекарни, где сам Сону раньше подрабатывал. — Я тебя не видел сегодня, что-то стряслось?       — Плохо себя чувствовал утром, решил остаться, — говорит Ким, пожимая руку знакомому.       — Сейчас всё хорошо? — старший приглашает Сону за собой. — Надеюсь, ты не умрёшь в день рождения Сонхуна?       — Это неудачная шутка.       Оказалось, Пак живёт не так уж и далеко от парка, где они гуляли. Какой же Сонхун дурак, заставил своего младшего ехать чуть ли не с другого конца Сеула, ведь сам живёт рядом, спасибо, что не опоздал хотя бы. Низкий поклон.       Идя на подработку в пекарню, в магазины недалеко отсюда, Сону любил медленно прогуливаться по этому скверу. Раньше, как только он познакомился с этим местом, пейзажи здесь были огненно-рыжими, с многих деревьев на асфальт падали листья, почти как снежинки недавно — кружась в вальсе. Сейчас же от прекрасных деревьев с множественной листвой разных цветов остались только голые стволы, потемневшие от влаги снега.       Всё это время Джейк не отрывается от телефона, ходит весь счастливый, печатающий какое-то сообщение, отчего чуть не чувствует единство с деревом. Руки у него уже трясутся от холода, но почему-то это ему не мешает общаться с кем-то.       — Ты прям светишься, — Сону поднимает взгляд на Шима, и парни сворачивают во дворы многоэтажек.       — В каком смысле? — Джейк сводит брови к носу и опусаетк взгляд на дисплей телефона. — Ты про это, — понимает парень, — переписываюсь со знакомой, с которой в Австралии учился по обмену, она тоже из Кореи, скоро прилетает и просит, чтобы я её забрал.       — Как её зовут?       — Даниэлль, а что? — ребята уже подходят ко входу на лестничную площадку. Сону пожимает плечами. — Проходи.       Миновав пару этажей, парни останавливаются около белоснежной двери, после чего Джейк убирает всё лишнее из рук и нажимает на левую сторону от входа. Буквально через пару секунд дверь открывают, и в проёме появляется низкая женщина с тёмными волосами, собранными в пучок, с небольшими морщинами на лице, скорее от стресса, нежели из-за возраста, ведь на вид ей было явно чуть меньше пятидесяти лет. Домашний фартук, который свисает с её руки, измазан в муке, походу, на кухне готовится что-то вкусное.       Оба парня одновременно глубоко кланяются в знак приветствия, после чего проходят в светлую квартиру.       — Здравствуй, Джейк, а ты…? — госпоже немного неловко, ведь когда Шим звонил ей в последний раз, он не упомянул имя другого знакомого, который должен прийти с ним.       — Ким Сону, госпожа, — Сону снимает свои меховые наушники, которые до этого времени не давали замерзнуть ушам, что было возможно, ведь на улице лютый мороз.       — Ну же, зови меня просто «тётушка Ким», нам так обоим будет удобнее.       Квартира у семьи Пак не очень большая, но с высокими потолками и просторными комнатами, скорее из-за иллюзии, которая создаётся малым количеством вещей в комнатах. В зале, который соединён с кухней, рядом с кожаным диваном цвета слоновой кости стоит фортепиано. По его состоянию можно понять, как о нём печётся хозяин: его корпус глянцевый, клавиши идеально чистые — ни одной пылинки. Сону на секунду представляет, каково вечером сидеть на просторном диване с хорошим настроением, чашкой любимого американо и слушать, как из-под тонких пальцев Сонхуна будет исходить прекрасная музыка и ласкать слух своей мелодией.       Недавно Сону просматривал множества концертов, выступлений оркестров, отдельную игру пианистов, но он не нашёл там чего-то особенного, все были неподдельно одинаковые. Только Пак смог навсегда изменить представление Кима о классике. Это случилось из-за того, что он правда профессионал, или причина этому — неравнодушие Сону к нему?       Сложно? Возможно.       Из столовой пахнет выпечкой и ароматным кофе. Много сладких булочек, торт и соки разных вкусов уже стоят на столе и остывают, до прихода Сонхуна остаётся примерно час, есть время чтобы расположить голубые шары, надутые гелием и развесить на окнах надпись: «С днём рождения, ледяной принц!»       — Тётушка Ким! — Сону, запутавшийся в ленточках от шариков, зовёт на помощь единственного адекватного человека в доме, пока Джейк смеётся и фотографирует друга, проговаривая о том, что он главный подарок на сегодня.       Шим готовится к приходу друга, он кладёт футляр с скрипкой на стол и раскрывает его. Инструмент подарен ему отцом, который навещал бабушку с дедушкой в Австралии несколько лет назад. Там он проходил мимо музыкальных магазинов, где на витрине заметил эту белую скрипку и решил, что Джейку она точно понравится.       Сону знает, что его знакомый играет на скрипке, знает, что каждый день рождения играет Сонхуну поздравление. Сегодня как обычно, но планы немного изменены.       Из коридора слышится скрип белоснежной двери, именинник приходит.       — Мам, — кричит Сонхун, — я дома.       Сону кивает Джейку, Джейк кивает Сону и представление начинается: зажав деку подбородком, Шим проводит пальцами по грифу и зажимает нужные струны, вторая рука со смычком начинает плавно двигаться, и волшебная музыка разливается по всему дому. После вступления Ким присоединяется к приятелю и поёт поздравительную песню в унисон белоснежной скрипке.       Сонхун отдал бы всё, чтобы услышать это пение ещё раз.