step into the abyss

'сause I’m stuck in my brain again

потому что я снова застрял в своём мозгу

      Проходит неделя со дня рождения, казалось бы, всё должно быть прекрасно, но на душе у Сонхуна какой-то ураган. Он буквально разрывается на части от нарастания чувства симпатии к Сону. В последнее время Сонхун ходит как ошпаренный, что ему безумно не нравится. Парень даже старается избегать друга, и это выходит не очень хорошо. Откуда оно вообще взялось? Неужто младшему удалось приворожить его, но зачем ему это? Жизнь Пака когда-нибудь будет лёгкой? Он уже много натерпелся, за что ему трудности, да ещё и такие?       До зарождения чувств Сонхун всегда думал о том, что спутником по жизни, с которым он будет провожать остаток жизни, должна быть женщина, в которой он найдёт родственную душу и будет любить до потери пульса. Сейчас же парень понимает, что ошибался. Если тебе комфортно с человеком, ты ждёшь каждое сообщение, новые посты в социальных сетях, твоё состояние зависит от его настроения, нужда в постоянном тактильном контакте с этим человеком, даже просто возможность взглянуть в его глаза-омуты — может ли это перерасти во что-то большее, чем просто благосклонность к нему?       Не раз Сонхун задумывался о том, что не надо было подходить к этому парню с темной макушкой и попросить пересесть, заходить воскресным днём в пекарню и получать заказ, соглашаться компании Сону в автобусе и вообще разговаривать с ним. Неужели Ким будет инициатором его душевных проблем? Нет, винить его нельзя. Сердце Пака само освободило для младшего место в нём, а заодно и мысли, сгруппировав все и создав папку под названием «Ким Сону, зачем ты вошёл в мою жизнь?»       Паку также усложняют всю эту ситуацию слова мамы, когда парню было тринадцать лет.       Двадцать первое сентября, годовщина смерти. Ровно восемь лет назад отец скончался из-за рака поджелудочной железы. Это был самый обычный день. Никакого сочувствия и тому подобного у Сонхуна не было. Просто воспоминания из рассказов Ким Джису о том, что Пак Ючон был неблагодарной скотиной, что он просиживал одно место изо дня в день, пока его жена работала в мастерской и старалась прокормить двух мужчин. Из-за того, что никакой поддержки со стороны мужа не было, и колоссальной нагрузки состояние матери стало ухудшаться.       После его смерти наступили сложные времена: мастерскую пришлось закрыть, соответственно, семья лишилась основного заработка. Они жили на пособие по потере кормильца — смешные деньги, но хоть какие-то.       Самый обычный солнечный день, но погода никак не отражается на жильцах ненавистной квартиры. От вида горько плачущей матушки у Сонхуна сердце сжимается, он не может смотреть на такое состояние родной, поэтому подойти к ней, крепко обнять — самое лучшее решение.       — Не люби никого. пусть лучше любят тебя, а если не найдётся такого человека, то не огорчайся, перестань чувствовать что-либо, — влажная от слёз рука медленно поглаживает Сонхуна по спине. — Любовь принесёт тебе мучения, прошу, не влюбляйся в человека, который не способен тебя уважать и воспринимать не как тряпку.       Он запоминает эти слова навсегда, и поэтому не подпускает к себе человека слишком близко, чтобы не почувствовать осколки разбитого сердца, приносящие колоссальную боль повсюду.       «Но ведь это неправильно», — пролетает в мыслях. — «Есть и нормальные люди, которые способны хорошо воспринимать человека, уважать его. Только мамин глаз мог позариться на таких дураков, как Пак Ючон. Ей никогда не везёт», — Сонхун способен здраво мыслить и понимает, что эти слова — полнейший бред.       Да, они сказаны на эмоциях, но оставляют огромный шрам на душе тринадцатилетнего мальчика.       Весь день сонхуна преследует головная боль. Ночью у него не получилось нормально поспать, утром повздорил с матерью, раздули конфликт из пустяка, после чего Пак чувствует себя ужасно виноватым, так как на эмоциях наговорил всего лишнего, а зная состояние мамы, можно вообще из-за чувства стыда провалиться под землю и не вылезать оттуда, пока всё не забудется.       Походу, единственный свой выходной Сонхун проведёт в раздумьях о том, как извиниться перед матушкой и избавить свои мысли о Сону и его голосе.       Совсем недавно парень узнал о том, что в первых числах января состоится концерт, на котором он просто обязан присутствовать, а это означает, что этот выходной последний перед многочасовыми репетициями в театре. Хоть и коллектив дружный, понимающий, но сама верхушка — администраторы, безжалостные… Сонхун даже не знает, как будет правильнее выразиться; в общем, люди ужасные. Начиная с неуважения, заканчивая упрямством — это всё заведующий Шин. Ничего, кроме как непочтения, Паку в голову не приходит, когда упоминается этот человек. Он сам себе подрубил репутацию лучшего пианиста театра на данный момент.       На улице холодно, даже тёплый пуховик, купленный на распродаже недавно, не спасает от лютого мороза. Снег ещё держится, правда, таких сугробов, как раньше, уже нет, но это не мешает наслаждаться зимой, ожидая предстоящий праздник.       Почему-то такого азарта, как раньше, уже нет, в прошлом году Сонхун чуть ли не дни до нового года считал, а сейчас, кроме как желания избавиться от всех проблем и оставить их в прошлом, ничего нет. Такое чувство, что что-то обязательно случится.       Сегодня утром Джейк ездил в аэропорт встречать свою знакомую из Австралии. По историям и постам, просмотренным ранее, Сонхун понял, что они прекрасно провели время вместе. Следить за жизнью лучшего друга через социальные сети — то ещё занятие; если захочет рассказать, то пусть пишет сам.       Но, признаться, девушка, которая присутствует на фото, очень даже симпатичная: у неё длинные темные волосы, которые выглядывают из-под шапки, по внешности можно заметить, что у неё австралийские корни — в общем, они с Джейком максимально гармонируют; на каждой выложенной фотографии Шим смотрит на неё очень тёплым взглядом, Сонхун это сразу же подмечает. Похоже, они хорошо сблизились за год обучения по обмену в Австралии.

***

      Последние недели пролетают как по щелчку пальцев. Уже двадцать пятое декабря, до Нового года остаются считанные дни, голова больше не забита возможной симпатией к Сону, Сонхуну остаётся только смириться с этим, что он и делает.       Самый лучший выход из этой ситуации — пустить всё на самотёк, так, как минимум, считает сам парень, возможно, это неправильно, но если как-либо вмешиваться, можно всё испортить, верно?       Приходится отменить занятия с Чонвоном. Сонхун предлагает возобновить их уже после праздников, но когда узнал, что это не требуется, облегчённо вздыхает. Конечно, у парня хороший потенциал, но он слишком ленив и упрям, не выполняет задания, не учит теорию, что очень бесит Пака. Полное неуважение к музыке.       Сонхун до сих пор не высыпается — волнуется. Не из-за концерта, не из-за симпатии, виной такого состояния становится то самое чувство, отнюдь не положительное. Сердце сжимается лишь от мысли о том, что если не сделает шаг, то останется в таком положении навсегда, будет винить себя за неслучившееся, за то, что не сказал когда-то чего-то. Это изнуряет: тревога, паника, — хоть за волосы хватайся.       Личные дела не должны мешать работе, поэтому Сонхун в очередной раз трясёт заполненной разными мыслями головой и с позволения дирижёра начинает игру заново. В последнее время ошибок больше, но это норма, каждому свойственно ошибаться, во всём мире невозможно найти человека, что идеально исполнит любое произведение. Но даже если ты не идеален для других, это не должно значить, что ты не идеален для себя. Почему все постоянно носятся за другими, пытаются угодить им, совсем забыв про то, что человек в первую очередь должен думать о себе и принять как и свои сильные стороны, так и самые ужасные недостатки. Это совсем не эгоизм.       Сегодня домой Сонхун вернётся поздно — не в восемь часов вечера, что для него уже несвоевременно, а намного позже.       Может, добить себя окончательно и написать Сону по поводу встречи, о которой они договаривались ещё пару недель назад? Пак чувствует стыд перед Кимом за то, что заставил того ждать немалое количество времени, зная, как долго может течь время в ожидании. В любом случае встреча состоится около университета после репетиции сонхуна, так как младший как обычно сидит за длинным столом огромной библиотеке за скучной, по мнению Пака, книгой про психологию. Зачем ему это сдалось? Неужели с самого детства Ким растёт самым настоящим манипулятором?       Или не с детства.       Сону никогда не упоминал, почему и когда стал интересоваться этой наукой, для чего ему подобные знания, но волноваться не стоит, есть ещё много времени, чтобы поинтересоваться жизнью возлюбленного друга.       Взор со сцены на зрителей порядком надоедает Сонхуну. Это из-за того, что на протяжении каждой недели он сидит за лакированным фортепиано и играет своё соло на повторе до того момента, пока не наступит восемь часов вечера или пока исполнение не понравится даже пылинкам, поддавшимся броуновскому движению. Юноша уже считает минуты до конца репетиции, чтобы выбежать и успеть на один из последних автобусов по маршруту, который проходит через СНУ и наконец за долгое время увидеться со знакомым.       Через пару минут высокий парень с высветленной макушкой стоит у остановки, вид которой портит слякоть, которая тает из-за тёплого дня. Сонхун надеется, что завтра этой грязи уже не будет и на улице станет намного приятнее ходить. Автобус подъезжает почти сразу, что безумно радует, ведь музыка, которую он будет там слушать, поможет скоротать время и уже без фанатизма наслаждаться дорогой.       Если бы счастье было человеком, то Ким Сону прекрасно подошёл на эту роль. Глаза, которые устали за чтением огромного романа, вновь начинают блестеть, когда на остановке появляется его друг, а руки — мёрзнуть, поэтому, чтобы не испортить бледную кожу, парень надевает купленные недавно им перчатки.       Совсем неожиданно видеть настолько растерянного Сонхуна; обычно с него не сползает порой надоедающая маска хладнокровного человека, поэтому настолько открытый Пак очень напрягает Кима.       Что-то здесь не так.       — Здравствуй, хён — ладошки, укутанные в белоснежную пряжу, машут, приветствуя Сонхуна.       — Добрый вечер, — оглянувшись назад, будто на него кто-то смотрит, начинает Пак, — долго ждёшь?       — На самом деле да, — чего тут скрывать, как только Сону увидел сообщение от парня, что симпатичен ему, гласящие о том, что он уже в автобусе, тут же начал собираться и прибирать за собой, чтобы уборщицы меньше напрягались. — На самом деле, мне нужно тебе кое-что сказать.       Тут Пак уже настораживается, готовится слушать внимательно и натягивает маску безэмоциональности, чтобы не спугнуть Сону своими вспыхнувшими, как яркий огонь, глазами, наполненными надеждой. Кивнув в знак того, что парень весь во внимании, указывает рукой в похожей варежке в сторону университетского сквера, приглашая пройтись по нему.       — Я скоро уеду.       Вот оно. То, что не давало уснуть Сонхуну, терзало его мозг, душу и сердце, то, что он скоро потеряет, если не осмелится на шаг в бездну.       — Когда? — юноша чувствует себя максимально неоднозначно: буквально пару недель назад он мечтал о том, чтобы его ничего не связывало с этим парнем, а сейчас готов ухватиться за любой конец, чтобы не упустить что-то важное, например, Ким Сону.       — Пятого января, в шесть часов вечера у нас посадка, — парень говорит это намного спокойнее, нежели как думал старший.       — Ты ведь, — делает небольшую паузу, — успеешь на концерт, верно?       — Боюсь, что нет.       Сонхун резко останавливается и решает, что ему сейчас нужна таблетка снотворного и крепкий сон, чтобы забыть всё на секунду и во сне увидеть идеальную версию свой жизни, как он делал это раньше. Бросив что-то о «планах на вечер», парень прощается с младшим и идёт в сторону остановки.       Ночной Сеул безумно красив и ярок, но юношу это совсем не привлекает. Ему нравится спокойный сквер, приглушённый свет фонаря, под которым распологается старая деревянная скамейка и зелень, тускнеющая день за днём.       Ещё ему нравится Ким Сону.