Благими намерениями вымощена дорога в ад

Натаниэль всегда был беспорядком, а его действия оказывались разрушительными как для него, так и для окружающих. Словно эдакий Бермудский Треугольник — и сам буянит, и несчастные корабли затягивает в свой бушующий танец. Этот раз должен был стать исключением. Когда Нат с садистским наслаждением свернёт бледную шею Рико, то последствия затронут только его. Его одного, и точка. Тот факт, что Натаниэль Веснински являлся просто божественной иконой стиля, никто даже и не пытался оспаривать, но «стильно» не всегда синонимично слову «практично», и теперь, борясь с тугой шнуровкой своих новомодных армейских ботинок, рыжий Ворон с горечью это осознавал. Параллельно с истеричной борьбой с одеждой парень уже в сотый раз пытался дозвониться до закреплённого контакта «Багет» и постоянно вздрагивал, слыша до боли знакомый голос по ту сторону линии, но мгновенно разочаровывался, понимая, что над ним снова рофлит тупейший автоответчик: Привет, это Жан Моро. Я сейчас немного занят, так что, если вы по делу — то перезвоните позже, а если вы Натаниэль — то сходите на хуй. A tout a l’heure! — Дерьмо, дерьмо, дерьмо… О! — блестящий шнурок наконец-то сподобился превратиться в идеальный бантик. — Дерьмо, но с прояснениями. — Ты, как всегда, оригинален в выборе своих выражений, — скучающе констатировал Миньярд, уже пару минут наблюдая за чужим копошением из дверного проёма. Чёрт… Натаниэль настолько сильно погрузился в пучину истеричных догадок и предположений, что даже и позабыл главную причину своего появления посреди грёбанной Колумбии. Ну, он-то, может, и позабыл, зато его всё ещё пульсирующий член весьма неплохо помнил. — А, Эндрю, — Нат попытался убедительно сделать вид, что всё заебись, но вышло у него, мягко сказать, паршиво. — Спасибо, всё было очень круто, но сейчас я должен спешить, чтобы напомнить одному сказочному долбоёбу, что его истинное место в глубокой сточной канаве. — М, — Миньярда не особо впечатлила сия банальнейшая отговорка. — Пташки в гнезде подрались из-за червячка? — Блять, в том-то и прикол! — возбуждённо воскликнул защитник, нисколько не смущаясь из-за непривычной волны их разговора. Обычно всё ограничивалось простыми: «да или нет?», «я кончил», «ебать, ты идиот»… Но на этот раз Нат был слишком взволнован, чтобы париться о раскрытии конфиденциальной информации. — Жан не дерётся. Он всегда довольствуется объедками. — Так может он впервые решил приподнять голову из дерьма? — апатично предположил блондин. — Маловероятно, — заключил Нат, накинув любимую джинсовку и ухватившись за глянцевую ручку двери. — Ну, до следующей победы Лисов, Эндрю. — Бывай, — тихо произнёс Миньярд вслед убегающей рыжей катастрофе. Квартира вновь опустела, и мирную тишину помещения нарушали только всплески воды из капающего крана. «До следующей победы Лисов…» Эх, до этой маловероятной победы Нату нужно было ещё дожить.

***

Если вы спросите, как вместо трёх, необходимых для преодоления расстояния от Колумбии до Эвермора, часов Натаниэль добрался за полтора, рыжий дьявол с гордостью начнёт рекламировать вам железного зверя «Dodge Tomahawk» и его безграничные возможности. Что угодно, лишь бы не сознаваться, что его уже трижды лишали прав, а после последнего раза новые он так и не получил. Дорогу от парковки до входа в замок парень преодолел за три шага, и вот уже огненный вихрь мчится по узким коридором собственного общежития, практически впечатываясь в бетонные стены. За одним из таких поворотов нашу Дашу-Путешественницу уже поджидал Жулик с набором не совсем приятных новостей. Ага, только, чтобы изложить эти новости, Жулику нужно было для начала оторвать смуглые пальцы от своей многострадальной шеи. — Кто тебе позволил трогать Жана, ублюдок? — яростно прошипел Веснински в жалкие несколько сантиметров между своим лицом и тонкими губами Рико. Если не считать покрасневших из-за нехватки кислорода скул, Морияма выглядел вполне себе невозмутимо. Ну, бывают у его собачки весенние обострения. Что уж тут сделаешь? — Никто, — беззаботно отозвался Морияма. — Поэтому я ничего и не делал. Минуточку. Нат мгновенно разжал пальцы и отшатнулся от своего оппонента на пару метров. Синие глаза с хирургической точностью просканировали впалое лицо напротив и остановились на лиловом, особенно выделяющемся из-за бледной кожи, фингале, разливающимся прямиком вокруг чёрного глаза. Минуточки не хватит… — Выкладывай, — в тоне защитника больше не читалась открытая угроза, просто ощутимое напряжение. — Я звонил тебе, чтобы сообщить, что член моей свиты нуждается в небольшой починке, но ты, видимо, был занят более важными вещами, — Рико снисходительно улыбался, но что-то в слегка осунувшихся плечах или в руке, незаметно прижатой к правому боку, выдавало неладное. — Дядя остался недоволен нашей сегодняшней тренировкой, и Жан взял твою работу боксёрской груши на себя. — на последней фразе его высокомерная манера речи дала сбой и наружу вырвались нотки липкого, омерзительного страха. Никаких красочных описаний насилия или бессмысленных жалоб на жестокую верхушку в данном докладе не высвечивалось, но Нат практически с младенчества варился в этом неуправляемом хаосе, так что детальных пояснений ему вовсе не требовалось. Если уж сам Рико — любимчик Тецуи — Морияма находился в таком запущенном состоянии, то о положении Жана даже предполагать было страшно. Страшно, но Нат всё равно предположил. И очень зря… Его глупая сделка начала открыто конфликтовать с его долгом. Что ж, теперь Натаниэль станет более осмотрительным в своих импульсивных поступках. На данный момент оба его брата купались явно не в шоколаде, а в чём-то таком же коричневом, но, к сожалению, не сладком, только вот Жан сейчас был в приоритете. — Обрабатывал? — Нат коротко кивнул на синяк. — А, хуйня, — беспечно фыркнул нападающий. Ну, свои теории Веснински предпочитал проверять методом научного тыка. Невесомое надавливание на пострадавший участок кожи, и Морияма болезненно зашипел. — Лёд, марля, Бадяга. Через час зайду. Закончив инструктаж, Натаниэль развернулся на пятках и побежал в сторону своей комнаты, где его ожидал индивид, для которого мази и кусочка льда явно будет недостаточно. В обычные дни лёгкое усилие для открытия чёрной матовой двери не казалось рыжему чем-то затруднительным или отягощающим. Но сегодня выдался далеко не обычный день. Теперь ручка весила с полтонны, а дверь вообще ощущалась каменной плитой в подземелье, которую возможно открыть, только решив допотопную головоломку. Ну, Нат в своё время задротил и даже преуспел в прохождении с двух рук игрушки «Огонь и Вода», так что в кратчайшие сроки решил головоломку в собственных мозгах и, отворив дверь, ворвался в комнату. Жан бескостной тушей валялся у стены, прислонив голову к горячей батарее, а разбитый вдребезги мобильник покорно умастился у его ног. Лицо четвёртого номера превратилось в красочную композицию из рваных царапин и кровоподтёков, но, учтите, это ведь было всего лишь лицо, а оставшаяся часть француза, скрытая под фирменным спортивным костюмом университета Эдгара Алана, пока ещё хранила завораживающую интригу. — Багет… Вау, Натаниэль даже не утратил способность линейной речи. Успех. Но ему предсказуемо ничего не ответили. Слова здесь были излишни, поэтому парень просто опустился пред братом на колени и мягко потряс его за плечо. Серые глаза открывались настолько медленно и неуверенно, словно к каждому веку было привязано по огромному валуну. — Нат? О, класс, я прав, — губы француза тронула воздушная улыбка. — Ты пропустил тренировку. — Тоже мне новость, — мягко, даже точнее будет сказать ласково отозвался Веснински, помогая брюнету принять полностью лежачее положение. — Причина? — Жан не утруждал себя попытками произносить больше пяти слов за раз, но в этом и не было необходимости. Натаниэль долго раздумывал над тем, стоит ли ему признаваться в порнографической составляющей своих эпических похождений, но, по итогу, остановился на простом: — Обязанности. Только вот Жана не проведёшь. Хуй на ландыш не похож. — Ты больше не работаешь на Господина Ичиро. Выкладывай, куда тебя носило, — Моро подавил зародившийся в глубине голосовых связок крик, когда Натаниэль, чередуя приятное с полезным, уже разобрался с его командным бомбером и уверенно прощупывал посиневшие от нескончаемых ударов тростью рёбра на предмет переломов. — Говори, — с нажимом повторил француз. — Считай, что правда от тебя — моя последняя воля. — Лисы зачастили выигрывать в последнее время, — Нат решил начать издалека. — А, и как же ты приложил к этому руку? Натаниэль хитро усмехнулся, прикидывая, в какую же залупу они в последний раз упрятали аптечку. — Оргазмы помогли. — Блять, — при других обстоятельствах Жан бы сокрушённо откинул голову назад, но на данный момент она была плотно прижата к половице, так что ему оставалось только болезненно стонать. — Ты всё-таки трахаешься с Миньярдом? Bordel de merde! А на что я в общем-то рассчитывал? — Со мной не стоит рассчитывать ни на что хорошее. Садись, — Веснински поддержал чужую спину, чтобы открыть для себя путь к местам наибольшего повреждения. — Сейчас мы тебя подлатаем. Жан окончательно отключил свой разум, позволяя умелым рукам Натаниэля производить любые необходимые по их мнению манипуляции. Последней связной мыслью перед тем, как туманная прострация накрыла его с головой, было обнадёживающее: теперь Кев будет в безопасности…

***

Пускай на первый взгляд и могло показаться, что стоит только дать Эндрю Миньярду крупицу мотивации, и команда Пальметто легко и играючи выйдет в полуфинал, это было не так. Команда, в первую очередь, должна быть единым, слаженным механизмом. Короче, именно тем, чем Лисы никоим образом не являлись. Одержать победу в матче с Красными Пандами оказалось выше их полномочий. Да, Эндрю отбил пару невозможных голов. Да, Кевин закидывал мячи в ворота чаще, чем слышал собственное имя. Да, да, да… Бесконечность тупых и бессмысленных да, но остальная команда не смогла угнаться за безудержным темпом своих лидеров и безнадёжно сдалась под напором соперников. Мышцы ломило и каждое, даже самое невинное движение отдавало пульсирующей болью во всём теле. Эндрю ненавидел каждую секунду пребывания в настолько разбитом состоянии. «Ради чего он, спрашивается, вообще мается этой хуйнёй? Чем хуже Роланд этого своенравного долбоёба? Чем хуже сотни тысяч других симпатичных, легкодоступных геев?» Перед глазами уже в миллионный раз за прошедшее после заключения сделки время всплыли бездонные синие глаза и косая ухмылка на правый бок. Изначально Эндрю искренне пытался воссоздавать в своей голове образ идеального накаченного пресса, длинных ног, большого чле… Одним словом, всего возбуждающего. Но, по итогу, все эти вещи отодвигались на задний план, а на смену им приходили совершенно тупейшие, крайне далёкие от пошлостей вещи, и это просто неимоверно… бесило? Да, именно так. Натаниэль ничто. И периодически случающаяся между ними разрядка происходит исключительно в рамках взаимовыгодного соглашения. Точнее, Эндрю очень хотелось в это верить. Они проиграли, а до следующего матча оставалось ещё целых две недели. Две недели без возможности ощутить на кончиках пальцев чужие заманчивые изгибы и услышать колкие насмешки от главного раздражающего фактора в его жизни. Повторяюсь, Эндрю совершенно не считал данную неурядицу проблемой. Но, несмотря на умелое самовнушение, он всё равно мгновенно схватился за телефон, стоило ему зажужжать, извещая о новом уведомлении. Уведомления о сообщениях он оставил только для одного контакта… Вы проиграли

поразительная сноровка, Шерлок

Мне показалось, что ты приложил даже более, чем минимальные усилия для желаемого, но несбывшегося, результата

тебе показалось

Как насчёт утешительного приза?

это не является частью сделки

Верно Но это является моим личным побуждением … Да или нет?

да

Эндрю уже упоминал, что Натаниэль Веснински стал главным раздражающим фактором в его жизни?