Любовь, тепло и свечи

~       Гарри тяжело вздохнул, как только ступил на порог собственной гостиной. Десятки его однофакультетников с первого по седьмой курс весело переговаривались во время выполнения домашнего задания или простых посиделок.       Поттер-Малфой с радостью бы составил им компанию, но после того… как Реддл пригласил его на свидание, он находился в полнейшей прострации; еле как добравшись до комнаты Драко, Поттер облегченно вздохнул. Ему чертовски сильно хотелось выговориться близкому другу. Ещё, конечно, был Альфард Блэк, с которым Гарри на удивление быстро нашел общий язык и темы для обсуждения. Но Блэка не было в гостиной, а в комнату, которую Блэк делил с Лестрейнджем, с которым у Поттера, к слову, совершенно не сложились отношения, Гарри соваться не хотел. Поэтому он решил рассказать обо всём именно Драко в надежде на то, что получит хотя бы какой-то совет, как действовать в подобной ситуации.       Как только рука легла на холодную серебряную ручку и слегка надавила на неё, дав возможность открыть дверь, Гарри замер. Глаза распахнулись в удивлении, представленная картина его мягко говоря шокировала. Было достаточно и доли секунды, чтобы Поттер-Малфой с оглушительным хлопком закрыл дверь комнаты Драко и Абраксаса. Ведь там, за дверью, буквально в паре метров от Гарри, Малфой и Малфой… совокуплялись. Проще говоря — трахались.       Гарри направился на выход из коридора, где находились комнаты мальчиков. Увиденная картина застыла перед глазами, сколько бы Поттер не пытался проморгаться от образа двух тонких, идеально светлых и таких одинаковых тел, что слишком правильно смотрелись вместе… во время такого… контакта, ничего не получалось.       Гарри был слишком поглощен своими мыслями, поэтому и не заметил, как врезался во что-то, а точнее, кого-то. Этим «кем-то» был Том Реддл. Человек, который спас нос Гарри от столкновения с холодным мраморным полом подземелья. Поттер запнулся и чуть не полетел на пол, но его бережно уловили сильные руки Тома и тут же прижали к себе.       «Слишком… близко», — единственная мысль, что так настойчиво пульсировала в голове Гарри. Даже образы Малфоев вылетели с головы, к счастью. — Ты чего так летишь? Что-то случилось? — встревоженно поинтересовался Том: он не понимал, почему Гарри так мчался, словно Грин-Де-Вальда увидел. Что его могло так взбудоражить. — Я, конечно, знал, что Драко самовлюблённый… но не настолько же. Да и Абраксас, видимо, тоже, это у них семейное, походу, — выдохнул Гарри, стараясь не вдыхать терпкий и головокружительный аромат одеколона, исходящего от Реддла, который словно специально пытался проникнуть в его лёгкие. Встретившись с открытым непониманием во взгляде, Гарри вздохнул, покраснел и тихо сказал: — Они там в комнате… сексом занимаются.       Реддл буквально на мгновение задумался, а потом, осмыслив сказанные Гарри слова, громко расхохотался и притянул в крепкие объятия ничего не понимающего Малфоя. — Вот поэтому, мой милый Гарри, всегда, всегда, когда ты заходишь в слизеринские комнаты, нужно обязательно стучаться, — Том с довольством отметил, как Гарри замер в его объятиях, но, к счастью, даже не попытался отстраняться. — Разве это нормально? — все так же тихо поинтересовался Гарри: его очень сильно удивила реакция Тома на подобную информацию. — А разве нет? — Том нехотя отстранился, бросил взгляд на Гарри, пожал плечами и зашагал по длинному коридору. — Я вообще-то забыл тебе сказать время и место нашей встречи, поэтому пришел сюда. Но, в принципе, мы можем отправиться на наше… свидание прямо сейчас, если, конечно, того хочешь ты. — Хорошо. ~ — Почему… ты обратил на меня внимание ещё в первый день? — с трудом поинтересовался Гарри — от выпитого алкоголя язык заплетался, мысли путались.       Единственное, что хоть немного спасало его, так это холодный ветер, который приятно трепал его волосы. Никогда Поттер и подумать не мог, что у него будет свидание с Реддлом под покровом ночи в компании дорогого огневиски, да еще на самой верхней части Астрономической башни. — Тебе правду сказать или соврать? — Том был менее пьяным в силу того, что алкоголь он употреблял и ранее, в отличие от Гарри. — Конечно, правду! — воскликнул Гарри и тут же зажал рот ладонью, чтобы спустя мгновение громко расхохотаться. — Если правду, то, — Реддл замолк и с улыбкой наблюдал за веселым Гарри, в ярких глазах которого плясали искорки. — Меион действительно обладает даром пророчества: еще в августе я получил от него письмо, в котором он рассказал о своем новом видении. Я узнал, что в Хогвартс должен был прийти новый ученик, кровь которого самая светлая и в то же время самая темная. Магия которого ласкова и разрушительна. Облик которого двояк. Именно этот человек, по словам Забини, должен был привести меня к триумфу. Сначала я просто хотел обезопасить тебя, а потом это превратилось в… навязчивую идею и буквально — зависимость. Потому что я влюбился в тебя.       Гарри, кажется, после этих слов даже протрезвел. От удивления он распахнул глаза, а потом, словно решив что-то для себя, потянулся за поцелуем, перед этим тихо шепнув в самые губы Реддла: — Идиот.