Всецело буду вам служить

Выходя из квартиры напарника, Дазай лишь обернулся и с грустью одарил дверь квартиры печальным взглядом. Ему не хотелось уходить отсюда, но сидеть на шее Чуи нельзя, поскольку это может принести ему очень много неприятностей, как уже случилось. Осаму это понимал, поэтому и совершил такой необдуманный шаг. Ему было просто очень больно осознавать, что всё, что натерпелся рыжий от Огая, по сути по его вине. Собрав немногочисленные вещи он переоделся в черную, слегка окровавленную на рукавах рубашку, прикрыл ее плащом, сложил выданную ему футболку на кровать и вышел, думая над тем, что делать дальше и как дальше жить. Ещё он позаимствовал мази из аптечки Накахары, поскольку ему нужнее, а он ещё может у Мори попросить при серьезной необходимости. Идя в сторону лифта, он принимает решение зайти в старый бар Люпин, вспомнить друзей и решить, что делать дальше, чуть расслабившись от алкоголя. Зайдя в лифт, вызванный им несколькими секундами ранее, он вспомнил, как шел сюда несколько дней назад за информацией. Его передёрнуло, а за тем и вовсе перекосило от отвращения. Нормальная реакция на подобные события. Нажав кнопку первого этажа, он снова задумался о тех охранниках на входе. Дазай надеялся, что их сменщики не узнают шныряющего туда сюда человека. Его надежды подтвердились, поскольку выходя из лифта он увидел других людей в охранной рубке, и те не проявляли к нему никакого интереса. Выходя из осточертевавшего ему за эти дни здания, Осаму почувствовал облегчение, но оно давалось ему не легко, так как присутствовала и трагедия. Ему не хотелось покидать это место так быстро, он хотел ещё побыть с человеком, которому он нужен. Дазай давно уловил, что как бы Чуя не старался скрыть свою привязанность к Осаму, у него не получалось прикрыть это жестокостью, которую получалась довольно хорошо играть. С годами у Чуи в этом больше опыта, и все талантливей получается выказывать ненависть к людям, как бы сильно он их не любил. Ступая на грязноватый асфальт, он направился в сторону бара, в руках держа телефон, перебирая номера в голове, что стоило занести в контакты. Зайдя в бар он понял, что денег у него нет, есть только та сумма, что он снял с карты Накахары для похода в магазин. Там оставалось 570 йен, этого хватит на 3 стакана виски. Осаму хотелось напиться, хоть он и был устойчив к алкоголю, но его организм мог себе позволить напиться с двух стаканов виски, а тут аж на три хватит. Зайдя в бар он аккуратно присел на излюбленное им место. Посетителей было не много, только 2 человека, обсуждающих что-то между собой и знакомый бармен. — Виски, пожалуйста.– спокойным тоном сказал Дазай, протянув на данную стойку 150 Йен. —Вот, – сказал вежливый человек, стоящий за стойкой, уже поставивший стакан на стойку перед Осаму . — Спасибо.– протянул Дазай и притянул стакан с обжигающей жидкостью к своим губам. Стоило алкоголю лишь коснутся языка, как весь рот зажёгся в прекрасном жжении, что приносило громаду удовольствия не только полости, но и израненному языку, что не переставая болеть, отменно продолжал чувствовать вкус « горячей» жидкости, со льдом круглой формы в стакане. Подержав привычную жидкость во рту, он глотнул и почувствовал, как сорванные голосовые связки охлаждает жгучий виски, плавно текущий по пищеводу вниз. Неприятное ощущение головной боли наступило сразу после попадания чарующей жидкости в пустой желудок. Пить на пустой желудок означало для него быстрое пьянение и головную боль, но это было не страшно, а даже ожидаемо приятно. Сделав ещё один небольшой глоток прохладной жидкости, его озарила идея. « А что, если мне вернуться в мафию? Ну что, тогда Чуя будет счастлив, а я... А мне уже все равно нечего терять, всех кого можно потерял. О боже, о чем я думаю, какая мафия? Мне бы сейчас на дно залечь, а не портить свою жизнь мафиозными страданиями и делами.». Столько мыслей в раз накрыли Осаму после второго глотка. После не самых продуктивных размышлений, он решил отложить их на потом. Ему вновь не о чем думать. Воспоминания накрывают его с головой, как обычно, при потере контроля в алкоголе. Это трудно описать, но при этом воспоминания кажутся такими реалистичными. Он начал вспоминать их посиделки по вечерам, в этом же баре, благо обстановка помогала вспоминать всякие разные детали. Прокручивая в голове их последнюю встречу здесь, у него вырвалась невольная слезинка, что собралась уже падать на стойку, как ее резким движением смахнули и продолжили настольгировать. После трагичных воспоминаний, связанных с Одой и его смертью, у Осаму на лицо спустились маленькие и до жути холодные слезинки. За барной стойкой пусто, последние посетители уже ушли. Сейчас день и никого почти нет. Заметив за собой скатывающиеся на шею слёзы, он поднял руку со стаканом и залил в себя ещё один глоток, что своей горечью спровоцировал ещё один слезной поток. Глаза и не думали сдерживаться, как бы им не приказал мозг. Дальше по воспоминаниям он продвинулся к первой встрече с Ацуши, вспоминая он невольно обранил смешок, которого так не хватало его состоянию, но быть клоуном ещё и для себя просто не было ни сил, ни даже желания. Вспоминая свои многочисленные попытки суицида, он задавался вопросом: почему он ни разу не умер, и до этого не замечал, что везде присутствовали детективы, которые то спасут его, то просто будут находиться рядом. Он понял, что жизнь ему ещё тогда говорила, что он должен жить для этих людей, но, к сожалению, тогда он не понимал собственного счастья, а сейчас вынужден пить в одиночестве без вещей и даже места жительства. Он вспомнил тот инцидент, когда Ацуши впервые спас его от болезненного суицида в бочке. Ну и забавно же было, это опять заставило его улыбнуться. Но в памяти опять всплыл тот грандиозный взрыв, что был увиден им с Чуей, а дальше все как в тумане: истерика, руки Чуи, машина, они оба едут и плачут, за тем помощь того же Чуи. То, что он не отнес его к Огаю, к тому моменту сильно удивило Осаму, это было приятно, что он не будет в рабстве, пока не согласится на контрактное рабство. Обнимашки, кино, сон вместе. Все эти воспоминания отдавались радостными и приятными отголосками по телу. Он был благодарен ему. Вспомнив Ацуши, тому пришло в голову, как они спасались из леса, как купались вместе, как смеялись с того же Ацуши, у которого не было плавок, и тот купался в бриджах. Это все забавно, но кома.... Он даже выбраться бы не смог, он просто умер во сне, надеюсь, что он ничего не почувствовал, потому что гореть заживо - это ужасная смерть. Опять вспоминая беспомощного ученика, что казалось недавно лишь был вжат в собственного учителя, у Осаму опять слёзы накалились, но не лились. Лишь глаза опухли и покраснели. Почувствовав резкий прилив эмоций, он допил виски. Посидев ещё несколько минут, он попросил только пришедшего бармена налить ему ещё, за ту же сумму. И снова все по накатанной дорожке. Воспоминание, опухающие глаза, глоток обжигающей холодом и горечью жидкости, отпустило... Через час закончился и этот стакан, что был пущен уже на воспоминания, не давая им влиять на данные эмоциональные точки. Когда ему поставили третий стакан, он уже не стал церемониться, возможно потому что и так был пьян. За один глоток, выпив пол стакана, он скривился от жгучей жидкости, что казалось прошла сквозь стенки пищевода. Это было приятное чувство, что не давало ему окончательно забыться в лабиринте собственных мыслей и размышлений. Долив в себя третий стакан он посидел и подумал. «А и ладно, будь что будет! Мне уже все равно, что со мной будет, уже нечего терять! Пусть хоть Чуя будет счастлив от моего существования!». Он встал и пошел обратно в сторону мафиозного центра. Он решил вернуться в мафию, чтобы быть поближе к Чуе. Он пытался себя заверить, что Чуя ему важнее его бренного тела или чего-то ещё, но он понимал на что идёт. Ему снова хотелось быть частью чего-то большего. Поскольку агентства больше нет, с криминальным прошлым можно идти только в мафию, а там и Накахара будет счастлив, хотя бы немного. И какая разница, что с ним будут делать, все равно хуже уже не будет. Подойдя к механическим дверям он прытко забежал внутрь, чтобы никто и не заметил его проделки, он быстро заскочил в лифт и нажал на кнопку верхнего этажа. Лифт поехал, а Осаму думал, что и как будет говорить Мори. План отступления при отказе и при соглашении были готовы ещё по пути к черным многоэтажным офисам. Остановившись, он резко и борзо подбежал к двери и дёрнул ее за ручку. Алкоголь давал свое, и сознание немного помутилось, но это не мешало ему вести себя здраво, при этом на все решения в голове влиял алкоголь, а это уже страшнее. Огай, увидев бывшего подчинённого на камерах, очень удивился, но пустил ломящегося к нему человека. — Привет, Мори-сан!– радостно воскликнул он, войдя в тот же продолговатый кабинет, в котором жил три дня назад.— Я тут обдумал твое предложение, и я согласен! — О, Дазай-кун, я за тебя рад, но как ты знаешь организация, в которой ты работал, была взорвана, поэтому твоя ценность как сотрудника сильно упала.– спокойно с подъёбом в сторону Осаму высказал тот вою точку зрения. — Ох, я понимаю, но все же....– протянул Дазай длиннющую паузу и сказал.– Я всецело вам послужу!– это был явный намек на необычные отношения между ними, что были раньше, и у них есть шанс возродиться и сейчас. — Знаешь, Дазай-кун, какой бы ты должности в мафии не был, это и так разумеется.– ответ Мори ввел в ступор Дазая, такого исхода он не то что не ожидал, но надеялся на то, что такого не будет. — И ты знал о таком исходе, поэтому...– Огай аккуратно встал и начал движение к опешевшему ученику, как тогда, 5 дней назад.– Я предлагал тебе хорошую должность, но ты отказался в пользу Детективного Агентства, а сейчас просишь об твоём возвращении на нее, да ещё и так необычно.– Огай подошёл и встал сзади заторможенного алкоголем ученика. Прижавшись головой к побитым ключицам того, он сладко прошептал тому прямо на ухо. — Место уже занято, и если ты хочешь что-то изменить, нужно меня хорошо попросить.– не выдержав подобного, Осаму вырвался из непонятных полуобъятий, которые явно были не просто так, а с не приличным намеком. — Нет! Мне первого раза за 4 года хватило, и будет хватать ещё месяц, минимум!– крикнул Дазай, сорвавшись. — Ну, там ты сам виноват.– спокойно, растягивая каждое слово, сказал Огай идя к ученику вновь и вновь, а тот отходил все дальше и дальше. Он забыл план отступления.«Проклятый алкоголь!» пронеслось в голове ругательство. Когда испуганный ученик уже упёрся еле сросшейся задницей в стол, от боли он вспомнил код от двери и снова, как тогда, резко рванул в ее сторону, не смотря на подкашивающиеся ноги. Подлетев к двери он опять не успел затормозить и разбил себе нос, но, успешно введя код, это отошло на второй план. Опять почувствовав сзади приближение, он дернул ручку двери и выбежал на встречу идущему к боссу человеку. Сложно было представить себе его замешательство, когда они столкнулись. Оба отлетели подальше. Открыв глаза от страха, он увидел под собой своего рыжеволосого напарника, который очень болезненно постанывал, но тоже открыв глаза был в не меньшем шоке. — Д-Дазай? Что ты здесь делаешь? И почему ты ушел?– выползая из-под ещё более шокированного напарника спрашивает Чуя, не обращая внимания на распространяющуюся боль. — Я.... Я...... Не знаю, – сказал Осаму и, судорожно встав, снова убежал в сторону лифта, так внятно ничего и не ответив. Чуя был в шоке и, заприметив кровь из носа убегающего напарника, он забеспокоился и разозлился одновременно. Накахара не договаривался заранее о встрече с боссом, поэтому, можно сказать, что он оказался спасением для Осаму, при других обстоятельствах его могли снова захватить и ломать, пока от того не останется лишь прямая подстилка босса, ни на что другое не способная. Чуя был в ярости, забежав в открытую дверь, он явно не подумал о том, что это лишь случайность, ну тут и так думать было не о чем, кроме очевидного. Зайдя в кабинет он закрыв дверь громким хлопком, и обернулся. — А на этот раз что не так?– крикнул рыжий в сторону спокойно стоящего Мори.— На этот раз что не так?– — Чуя-кун, тебе не кажется, что ты начинаешь забываться, кто есть кто?– подловив того на ярости, спросил Чую, прожигающий взглядом Огай. — Я... Я..... Я все равно не понимаю, что не так? Мы же договаривались, но с каждой встречей я вижу нарушения договора? Что я делаю не так? — Ты совсем от рук отбился, забылся похоже?– Чуя резко замолчал и испуганными округленными от страха и удивления глазами пялится на так же подходившего к нему Огая.— Ничего... Я тебе напомню.– крик разрезал тишину, стоящую на протяжении 3 секунд в продолговатой комнате. Забегая в лифт Осаму застыл в ступоре, не зная, куда ему ехать, а главное зачем. Ему хотелось уже доказать, что он чего-то стоит, во-первых себе, во-вторых Мори, который уже похоже начал считать его любовником, который не способен ни на что больше, о как же он ошибается. «Да и желание стать частью чего-то большего с проведенным временем никуда не делись, а значит нужно доказать Огаю, что я не просто коврик, а чего-то стою, и это что-то не грязные шмотки после ночи любви.» сказал Осаму у себя в голове, помогая себе, становясь уверенней. Пока он решается на отчаянный ход, проходит не мало времени, которое он мог для этого выделить, находясь в спускающемся лифте. Его решение было довольно непредсказуемым. Он решил вступить в мафию через своего бывшего ученика. Остановившись на этаже для крупных шишек, он вышел из надоевшего за последние дни лифта, и проходит вдоль коридора, в сторону кабинета Акутагавы Рюноске. Доходя до последней двери он прилежно стучит в нее трижды. Его пускает приветливый женский голос. — Доброго вечера вам, Хигучи, можете передать Акутагаве, что я хотел бы с ним поговорить?– девушка до сих пор сидела в ступоре от происходящего, но продолжала внимательно слушать до конца фразы. — Эм, конечно сейчас, присаживайтесь на стул.– сказала девушка, заметно беспокоясь. — Акутагава-сан, к вам Дазай-сан пришел поговорить, мне его пустить?– спросила девушка в передатчик. —Дазай-сан? Конечно пускай!– раздалось из прибора, после непродолжительного шипения. — Он сказал конечно впустить вас, проходите.– Дазай неторопливо встал и направился в сторону кабинета Рюноске. Зайдя в него, он сделал самое доброжелательное лицо и начал. — Акутагава-кун, добрый вечер, не мог бы ты мне помочь? — Если вы про совместную работу с тигром, то хорошо, только скажите когда.–взволнованно сказал Акутагава. — Нет...– лицо некогда лучшего мафиози икозилось в разочарованной улыбке и спущенной голове.— Неужели ты не знаешь? Агенство подорвали несколько дней назад.– серьезно сказал Осаму, стараясь не выдать ни грамма разочарования, но с этой задачей справляется его ученик. — К-как? Все погибли? И тигр тоже? — Никто не выжил, а тигр лежал в коме и умер в ней же.– ранее ничего не выражающее лицо Рюноске залили слёзы , он не боялся плакать при учителе, потому что самое страшное, что могло произойти, уже произошло. — Тигр.... Как ты мог...– слёзы заливали опухающие глаза и заставляли захлебыватся. — Я не успел.... Я не успел сказать самое важное... — Акутагава.... Неужели ты был к нему не безразличным?– удивлённо спросил Осаму, походя к ревущему без голоса Рюноске. В ответ послышался лишь тяжёлый для восприятия всхлип, ознаменовавший согласие с мыслями учителя. Подходя к мягкому диванчику Дазай сел на него болящим местом. Далее он указал Акутагаве сесть рядом, тот послушно встал, закрывая зареванное лицо руками, он подошёл и сел. — Давай ближе.– тихо скомандовал шатен. Акутагава подсел ближе, и был рукой уложен на колени своего бывшего учителя. Оказавшись верхней частью тела на руках у того, кто его по его мнению недолюбливал, он остановился плакать. Рюноске ощутил теплые прикосновения по спине, его поглаживали, сигнализируя, что плакать можно и никто не узнает. Акутагава был ему благодарен за такую моральную поддержку. А Осаму видел в разчувствовавшемся ученике Ацуши, которого он любил как сына. « И почему я так плохо воспитывал Акутагаву, он же такой же ребенок как и Ацуши, или кто-то иной?» « Каким же я был чудовищем!», эти мысли не давали ему покоя, пока он пытался успокоить расслабившегося у него на коленях Рюноске. — Ничего, я тебя понимаю. У меня там была семья, но сейчас я так же стал одинок.– сказал Осаму в поддержку ослабевшему от слез ученику. — Знаете, Дазай-сан, я ведь понял, что люблю его совсем недавно, только две недели тому назад, я поэтому и согласился на двойное задание с ним, я без него жить не мог, следил.– продолжая заливаться в слезах исповедовался Рюноске. — Да. Я тоже понял, что они моя семья лишь неделю назад, и что было сил старался проводить как можно больше времени, но как видишь я не успел донести нужную информацию, я был так близко, разница всего в пол часа...–сказал Осаму и склонился над ним в полной мере и сам начал похныкивать. — Д-Дазай-сан? Вы плачете? — А что, я не могу, ты же плачешь, тебе очень плохо, этих всех людей я любил, они моя семья! Неужели ты этого не понимаешь? — Понимаю, Дазай-сан, у меня была семья, состоящая из друзей. Помните нашу первую встречу? Я пришел убить тех людей, что убили мою семью, а там и вы меня встретили. — Да, я помню, очень сожалею, но поделать ничего не могу. — Дазай-сан– поднявшись сказал Акутагава, уже завершив свою исповедь.– Что вы хотели, когда пришли сюда? — А, я хотел чтобы ты принял меня в свой отряд рядовых, я хочу обратно в мафию, Детективного Агентства больше нет, у меня остались только ты, Чуя-сан и Мори-сан. Чуя мне уже помог чем мог, Огай, можно сказать, прогнал, а ты, я знаю, что ты мне поможешь, правда? — Конечно, я помогу чем могу, я согласен на вас в моем отряде, только я хочу, чтобы вы повторили или усовершенствовали свои навыки боя, пройдете дополнительную подготовку, чтобы я был за вас спокоен, хорошо? — Спасибо тебе, Акутагава-кун, я тебе благодарен.– Рюноске впал в ступор, когда его бывший начальник признал его сильнее и выше, он понимал, что это как бы из-за должности, но все равно это было для него шоком. — А вам есть где жить сейчас? — Нет, и вещи нужно забрать из общежития, пока полиция все не изъяла. — У меня есть дополнительная комната в здешней квартире, можете пожить у меня, пока я не найду вам комнату в этом здании. — Я очень благодарен тебе Акутагава-кун, ты меня очень выручил, можно я попрошу тебя не указывать мое имя, когда пойдешь требовать квартиру для меня у Мори, скажи просто для нового сотрудника. — Хорошо, так и сделаем, а сейчас мне стоит провести вас до вашего временного места жительства. Сейчас вы сможете? — А у меня что, есть куда идти?– сказал Осаму, снова опустил голову, и пустил слезу, что капнула с глаза на брюки. — Дазай-сан, у вас есть я, пожалуйста, не плачьте! Давайте, вставайте, пойдем, если и плакать, то сразу, чтобы этого никто кроме меня не видел и не слышал.– он поднял его и повел в коридор, прикрыв лицо учителя плащом, он вывел его из кабинета. — Хигучи-кун, запиши на повышение квалификации нового участника, имя Дазай Осаму, и запиши его в наш отряд. И сделай все, что нужно для встречи с боссом, причина: добыча жилья для подчинённого, имя не указывай.– отдал жёсткий приказ он своей подчинённой. —Поняла вас, Акутагава-сан!– бойко отозвалась девушка.— Остальная информация про человека потом?– — Да, – выходя сказал он, и повел Осаму к тому проклятому лифту, который Дазай ненавидит. Проехав на два этажа выше, они вышли и направили вдоль по коридору. Проходя мимо дверей, они неловко помалкивали. Дойдя до середины коридора, они остановились напротив двери. — Это наше жильё, – он открывает двери ключём. Заходя, Осаму удивляется, как чисто у его ученика. — Проходите, это ваша комната.– указывает он на закрытую дверь, открывая ее по мере приближения Осаму. В комнате находилась кровать, стол, шкаф и две книжные полки. — Спасибо тебе, Рюноске, я понимаю, что для тебя это не обычно. — Да чего там... Вы меня почтили у себя, а тут такое. — И да, про это... Я очень хотел перед тобой извиниться, обучая Ацуши я понял, что к тебе просто нужен был подход помягче, если бы я знал об этом раньше, но прости меня. — Я не держу на вас зла, вы вырастили меня таким, какой я есть, и за это как минимум я уже благодарен вам! — Я очень рад. —Пойдемте дальше...– выходя из временного жилища, Осаму дальше показывали квартиру. Все было простенько, уютненько. Небольшая кухня, смежный санузел и небольшой коридорчик. — Если ты не против, то я уже пойду к себе. — Нет, я не против, ужин будет готов через 2 часа, выйдем поедим? — Да, спасибо. Дазай прошел в выделенную ему комнату осматриваться. Зайдя, он посмотрел на кровать, постельное белье было постелено, полки шкафа пустовали, а стол стоял не тронутый, как из магазина. Посмотрев на себя в небольшое висячее зеркало он увидел, как видно кровь на рукавах черной рубашки, да и ее давно уже пора постирать. Сняв плащ, он повесил его на рядом стоящий стул, и снова осмотрел себя, за воротником ничего не видно, лишь рукава чуть выдают его недавние порезы, сокрытые в привычных бинтах. Он понял, что нужно попросить сменную одежду. Выходя из своего временного места жительства, он подходит к другой двери, ведущей в комнату Рюноске и тихо тихо стучит, в ответ не замысловатое «Заходи». — А можно я попрошу кофту и штаны на время? — А, да конечно, сейчас иди к себе, я сейчас найду по размеру и принесу. Осаму вышел с чувством облегчения и направился к себе. Через 3 минуты зашёл Рюноске и отдал в руки два комплекта сказав: — Тут один для тренировок и боевой подготовки, а один домашний. — Большое спасибо, я завтра пойду к себе домой и заберу все свои вещи, могу захватить тебе что-то на память о Накаджиме. Нужно! — Дазай-сан, если вам не трудно, то, пожалуйста, да! — Для тебя не трудно.– сказал Осаму, снова взгрустнув. Увидев это, Рюноске захотел уйти, но понял, что нужно бы поддержать учителя, но как? Он сам никогда никого не поддерживал. Решившись подойти ближе, он сел на кровать и также слегка приобнял своего учителя, все равно немного побаиваясь его реакции. — Все будет хорошо, у вас есть мы с Чуей-саном, мы всегда вам поможем! —Точно.– посидев так ещё 5 минут он совсем успокоился и ему уже пора было делать перевязку, он уже сам с этим мог справиться. — Спасибо за поддержку.– сказал Осаму, и Акутагава вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Когда ученик вышел, Дазай стал расстёгивать рубашку и, когда окончательно снял ее, он потянулся к плащу, в кармане которого находилось две мази. Достав их он нащупал застёжку на шее и отцепил ее, кладя на быльце кровати. Бинты ослабли, снимать их в ручную было очень неприятно. Сняв с себя эту тяжесть, он снова подошёл к зеркалу, осмотрев себя увидел небольшие улучшения. Пройдя на кровать он не услышал, как его сосед по комнате подошёл к двери, желая что-то сказать, но как увидел синюшное тело учителя, не смог вновь пошевелится. Акутагава вспомнил, что его туловище выглядело так же, когда он очнулся из комы после битвы с тигром на корабле, и опять в голове этот тигр. К тому моменту Осаму уже начал заливать мазью туловище и размазывать ее по сине-черной поверхности. Закончив, он снова замотался в бинты и осматривал одежду, принесенную учеником, среди них были: огромные, свободные, серые штаны, черная кофта, черные лосины, судя по всему по форме для тренировок и белой футболкой. Выбрав для домашней одежды свободные штаны и кофту с длинным рукавом, он переоделся и пошел к двери, Акутагава на носочках тихо побежал в свою комнату, прикрыл и лег на кровать, смотря в телефон, обдумывая кто его так? Осаму прошел мимо его комнаты, направившись в ванную. Там он проделал очередную махинацию с мазью и кольцом заживающим мышц, он вышел и взял телефон, написал Накахаре на единственный номер, что был у него в контактах. 20.27 Дазай: Я сейчас у Акутагавы, за меня не беспокойся, и ещё я вернулся в мафию, я позже тебе все расскажу. Чуя: Нет уж, рассказывай сейчас, пока есть возможность. Чуя: Дазай, даже не смей пропадать, иначе я сам прийду и выведаю все, что мне нужно, ты меня знаешь. Дазай: Я пришел к Акутагаве и попросился к нему в отряд, так как Мори-сан отказал мне в должности члена И.к. Чуя: А, так вот что ты там делал, а почему кровь из носа лилась? Дазай: Я быстро убегал и врезался в дверь. Чуя: Я заметил. Чуя: У тебя все что нужно есть? Дазай: Да, меня Рюноске отправил на дополнительные боевые искусства, сказал для проверки моей квалификации и для личного спокойствия. Чуя: О, класс передай от меня привет Поль Верлену, хорошо? Дазай: Ок. Чуя: Буду с тобой прощаться, а то у меня отчёт. Дазай: Пока! 20.59 После этого разговора у Дазая упал камень с души, он так резко исчез и так резко появился, что аж стыдно стало. Дальше делать было нечего и он пошел к Рюноске, чтобы спросить, что нужно будет делать, имеется в виду не оперативные задания, а бумажная волокита. Пройдя к его двери он не решается постучать ещё раз, а идёт на кухню, там он без зазрения совести роется и ищет зелёный чай, найдя ставит чайник и ищет в холодильнике лимон, что хранился у Акутагавы всегда не долго, поскольку тот любил его в чае, и даже просто с сахаром иногда. Заварив отменный чаёк он идёт к своему начальнику взять каких-то отчётов или бумажек для работы. Заходя к нему он спрашивает, чем можно помочь, нет ли каких-то отчётов. — Да такой работы всегда навалом, вот, бери в шкафу, если хочешь могу ещё принести, у меня в офисе есть дела на изучение, тебе может пригодиться отчёты о всех делах мафии, что протекали без тебя. — Да, было бы неплохо их всех изучить, и да, спасибо, как закончу, верну отчёты уже готовыми, и ещё можно ручку и карандаш? — А, да, бери.– Рюноске протягивает ему письменные принадлежности и тот уходит с не маленькой стопкой бумаг на руках. Донеся эту кипу к себе, он вывалил ее на стол, бумажек было в высоту сантиметров 10, не меньше, а то и больше. — Нет. Я знал, что Рюноске ненавидит отчёты больше чем я, но не настолько же? Их здесь наверное за месяцев 3 накопилось.– пробурчал тот, достав лампу и вставив шнур в розетку включил ее, и начал работать над самым давним отчётом, что датировался тремя с половиной месяцами назад. Проработав без перерыва 1,5 часа, Рюноске позвал его есть, при этом зайдя в комнату, он удивился продуктивности активной работы своего бывшего босса. За это время он успел сделать 6 отчётов, это было огромное количество даже для офисных клерков. Проходя мимо двери в собственную комнату, его голова была заполнена следующим по счету бумажным делом. Садясь он, не переставая, изучал его, и сразу ставил заметки как и где написать, при этом иногда поедая положенную на тарелку курицу с макаронами, было очень вкусно не смотря на простоту блюда. Посуду так же мыл Акутагава, поскольку Дазай оказывал ему невероятную, по его мнению, услугу, делая за него те отчёты, которые он задолжал Мори-сану ещё 3,5 месяца назад, что уже заметил Дазай по первым отчётам. Проходя дальше он проработал ещё 1, 5 часа, сделав ещё 7 отчётов. Его клонило в сон, он так давно не хотел спать, но это не мешало ему пойти в душ перед сном, так как день уже завтра был распланирован. Первым делом он, как проснется, доделает ещё 9 бумажных дел, отнесет их Акутагаве на подпись, а потом поедет за своими вещами, потом тренировка на 12.00, до 16.30, а потом Рюноске принесет ему бумажные изложения самых крупных происходящих дел в мафии после его ухода, их там приблизительно около 100, а это 3 дня непрерывного чтения, но в его случае на это уйдет неделя, может меньше, все зависит от усердия. И все же пора в душ. Он взял сменные вещи и пошел в ванную. Зайдя туда он подметил, что она куда меньше чем у Чуи. Начав мыться, он совсем раскис и расслабился, ему уже не хотелось куда-то идти и что-то делать, но, понимая, что нужно добраться до кровати, шатен домылся и решил поспать без бинтов, чтобы дать поврежденному телу подышать, и ещё наверное спать без кофты. Выйдя из ванной, он не стал одевать что-то кроме штанов, и пройти просто так. Дойдя до комнаты он закрыл дверь, сбросил грязные вещи рядом с рабочим столом, а вещи для тренировки отложил на тумбочку. Заведя будильник на 9.00, он прислонил голову к подушке и уснул от усталости в теле и в голове. Проснувшись не от будильника, Дазай думал, что проспал, но, посмотрев на экран телефона, увидел время.7.34. Спать уже не хотелось, только почему-то все тело у Осаму гудело от неприятной боли, а голова была вполне в хорошем для работы состоянии. Присев на край кровати, он вылез из-под теплого одеяла и ощутил пробирающий до костей холод. Поняв, что тёплого у него ничего нет, кроме плаща, он взял одеяло и замотался в него, в такой небольшой кучке он выходил из комнаты, заранее взяв с собой мазь. Пока шел да туалета, пытался оправдать свое состояние, но хороших идей в голове не появлялось, а за тем он вспомнил три стакана виски, и стало все понятно, как ясный день. Очень необычное похмелье, голова не болит, болит все тело, что только недавно расслабилось целиком, поскольку бывшему ученику тот доверял, спать он при нем не боялся. Дойдя до места назначения он тихо прикрыл дверь, чтобы не разбудить любящего поспать Акутагаву. Зайдя в ванную комнату он, первым делом, посмотрел в зеркало. Там он разглядывал свое лицо, на котором стали появляться щёчки, а порез начинал активно заживать, ранее опухшая щека уже совсем втянулась и стала обычной. Он закончил истощать свой организм и начал нормально есть, буквально со вчера, а результат уже виден, значит тело было в истощении. Переведя внимание с лица на синий живот, он ещё больше обрадовался, потому что порезы почти срослись, а чёрных синяков на животе и ключицах стало по минимуму. Это было очень хорошо, уже с хорошим настроением он присел на опущенную крышку унитаза и стал обмывать выздоравливающие туловище, чуть приспустив с плеч одеяло. Закончив в верху, он начал обрабатывать низ, который с каждой процедурой болел меньше, а стягивался больше. Закончив утренние процедуры, он, выйдя из туалета, посмотрел на часы.08.03. Замечательное время, чтобы позавтракать тем же, что ел и вчера. Осаму двинулся в сторону кухни, зайдя он заглянул в мультиварку, и насыпал от туда макароны, открыл крышку сковородки, и положил оттуда немного курочки. Закинув тарелку с завтраком в микроволновку, он заверил себе зелёный чай с лимоном, а там уже и еда подогрелась. Взяв ее, он спокойно сел за стол и начал трапезу. Потратив на завтрак 10 минут, он оставил тарелку, взяв уже остывший чай в руки, другой рукой придерживая одеяло, чтобы не упало и не переставало греть, он направился в комнату писать отчёты. Закончив 5 бумажных дел у него иссякли запасы чая и он пошел ‹обновить шот›. Подогрев чайник, он так же невольно посмотрел на часы, что показывали 9.47. взяв вновь заваренный чай, он прошел в комнату дописывать остатки работы. Дописав всю эту 10-ти сантиметровую стопку, он встал и понес ее в комнату к Акутагаве. На часах 10.39, уже пора поднимать его. Зайдя в комнату без стука, он аккуратно положил стопку на свободную часть стола, на которой стоял органайзер с ручками и карандашами, фотография Накаджимы стояла в рамочке, судя по всему самодельной, и разбросанные бумажки по делу Детективного Агентства, что пытался изучить Рюноске, но, судя по высохшим каплям на бумаге и столе, у него не вышло. Тихо подойдя к спящему ученику, он присел на кровать и сказал: — Акутагава просыпайся. — Аку-та-га-ва, подъём. — Акутагава 10.40, тебе на работу в офис давно пора.– Рюноске медленно открыл глаза и немного испугался учителя, что сидел у него на кровати. — Я стопку отчётов положил на стол, отнесешь Мори-сану, скажешь, что сам делал. — Ясно.– сонно, но серьезно ответил Акутагава. — Я сейчас уйду за своими вещами, как мы с ключами поступим? Тебе в офис, а я приду через час. — Запасной ключ под тумбочкой в коридоре.– зевнул Рюноске. — Хорошо, тогда я пошел, а потом на тренировку на 12.00. — Угу. Дазай вышел и пошел собираться, взяв самое необходимое, переодев черные лосины и надев черную кофту с длинным рукавом, накинув плащ, он двинулся ко входу, а за тем стукнул себя по голове и вновь пошел к Рюноске. — Забыл спросить, а где будет проходить тренировка? — В специально оборудованном подвале, под зданием 4 корпуса офиса мафии. Понял? — Да, спасибо, я ушел.– Рюноске кивнул и Осаму направился ко входу, обувшись во все те же кроссовки, в которых он убегал из этого здания в прошлые разы, он выскочил за дверь, прихватив заранее взятые ключи из-под тумбочки. Выходя из квартиры он понял, что не очень хочет идти в то место где они жили, он знал, что там ему станет слишком плохо морально, но нужно было забрать вещи и держаться за свое немного улучшевшееся состояние. Осаму прошел к лифту, на пути к которому он встретил Гин, сестру Рюноске. — Привет.– сказал Дазай, натянув какую-то неудачную, радостную улыбку. Ему в ответ кивнули и оставили в одиночестве, продолжая идти в сторону комнаты Акутагавы, судя по всему она шла проведать брата. Продолжив свой путь, он успешно зашел в лифт, нажав кнопку первого этажа, он уже думал какие вещи забирать, и что взять для Рюноске и себя, в память о детективах. Для Рюноске он подумал, что разберётся на месте, а для себя он решил взять плюшевого зайца маленькой Кёки и ноутбук Куникиды, который может пригодиться ему в работе, и ещё наверное галстук Ацуши, или какую-то его другую вещь. Перед ним распахнулись двери лифта, но выходить он не спешил, просто стоял и продолжал думать. Но его думу прервал работник, что зашёл в лифт и уже хотел нажать на кнопу этажа, но Осаму успел выскочить из закрывающегося лифта. Пройдя дальше, к стеклянным дверям, он прямо почувствовал на себе прожигающий взгляд. Осмотревшись он понял, что на него смотрят не из кафе или ресторана, не охранники, а кто тогда. «Ну и бог с ним», подумал Дазай и вышел за пределы черного здания. Общежитие детективов располагалось далеко, а значит нужно ехать на машине. Заприметив машину Чуи, он незамедлительно подошёл к ней, и увидел на водительском сидении ее хозяина. Нагло сев на переднее сидение, он поздоровался с Чуей. — О, какими судьбами?– возмутился тот неожиданному вторжению. — Не подкинешь меня до дома, вещички забрать? — Если перед нами опять будут здание взрывать, то я пас.– сказал Чуя, не подумав, что нажал на больную точку Осаму, в ответ лишь тишина. Осаму склонил голову и спустил проклятую улыбку с лица. — Ладно, подкину, только обратно добирайся сам.– сказал Накахара лёгким и непринуждённым голосом. — Спасибо.– ответили ему уже без былого энтузиазма. — Ну, я не хотел тебя обидеть. —Я не обиделся, а просто вспомнил, очень рад что ты за меня беспокоишься, мне приятно!–ответил Осаму. — Ах ты... Ну ладно, я за тебя и вправду волнуюсь, ты совсем раскис. И как ты так собрался в мафии работать, м? — Ну мне же нужно хоть где-то быть своим, верно? — Верно, очень рад, что ты вернулся к нам.– сказал Накахара и обнял его искренне, даже не смотря на ужасно болящую спину, он прогнулся и обнял того сильно сильно. Осаму удивился, но последовал примеру напарника. — Теперь мы снова напарники, или просто коллеги?– спросил Дазай, у заводящего машину Накахары. — Ну если ты не против, то друзья? — Друзья. Остальная поездка протекла молча и спокойно. Довезя до места назначения приставучего напарника, они попрощались и он пошел за вещами. Проходя по дворику общежития он понял, что полиция ещё не приезжала разбирать вещи покойных. Поднимаясь по лестнице он думал лишь о том, чтобы не заплакать, как дитя малое. Но, подойдя к своей двери, он отпер ее ключами, лежавшими под ковриком, Дазай толкнул ее, она с привычным скрипом отворилась. Зайдя во все тот же коридор, он сразу прошел в комнату, все с тем же стальным выражением лица. Доставая чемодан с верхней полки, он невольно прищемил палец и взвизгнул. Спустив его окончательно он повез его в прихожую, где стоял шкаф, открыв его, он начал кидать в большого размера чемодан свои немногочисленные пожитки. 3 рубашки, 5 штанов, 3 жилетки, 2 плаща, 4 галстука. Пройдя в ванную, он решил взять с собой на память пластиковую, разбирающуюся тумбочку, покидав все вещи из нее во все тот же чемодан, он увидел, что места в нем ещё очень много. Сложив тумбочку, он положил ее в пакет, и положил его сверху на кучу недавно купленных по скидке бинтов. Дальше комната. Оттуда в чемодан полетели любимые ручки, стопка бумаги формата А4 нераспакованная, его домашний ноутбук, телефон запасной со всеми контактами. А затем документы, удостоверяющие его как личность и заначку, припрятанную в одной из папок, что составляло 850000 Йен и пластиковую карту, на которой была часть сбережений, он копил их всю жизнь. Пачка документов упала в специальный отсек. Его небольшая подушка, подаренная Ацуши, комплект постельного белья от Куникиды, клинок, подаренный Кёкой, иностранные сладости на кухне, и чемодан собран успешно, осталось только посмотреть, что в корзине для стирки. Бежевый плащ, рубашка, штаны и его дорогой костюм. Дазай взял пакет и запихал туда свой дорогой костюм и бежевый плащ. А ещё он вспомнил про нижнее белье, снова идя к шкафу, но за собой везя уже набитый чемодан, он взял 5 комплектов трусов и 3 пары носков, должно было хватить. Вспомнив о ночнике, подаренном Рампо, он пошел в спальню и забрал его. Дальше обувь, две пары ежедневных туфлей, одни праздничные и кроссовки. Упаковав все по пакетам, он расположил их на верхушке чемодана. Выходя, он опять запер дверь, положив ключ под коврик. Дальше комната Ацуши. Осаму толкнул дверь и та открылась. Зайдя в нее, он пошел сразу к месту, где спал Ацуши, он взял небольшую игрушку белого тигра, с которой до сих пор спал его ученик. Дальше игрушка плюшевого зайца, принадлежавшая раньше Кёке, но её не нашёл, это его удивило, но даже и так это поселило в нем надежду, что они могут быть живы. Отбросив по его мнению тупые и гнетущие мысли, он решил взять ее маленькую подушечку. Для Акутагавы он решил взять галстук и отдать ему плюшевого тигра, а для себя взять его плед, который тот обожал и всегда выходил в нем, когда было слишком холодно, чтобы гулять ночью. Еле как протиснув эти вещи, он пошел дальше. Закрыв дверь, он пошел на первый этаж к комнате Куникиды, там он обнаружил лишь его старый ноутбук, но все равно взял его, себе на память и для личных нужд. Отходя от здания их общежития он не сдержался и обернулся, одарив печальным взглядом общежитие, куда он больше никогда не вернётся и не увидит в нем тех, кто был ему дорог. Не выдержав, он пустил слезу такую, что за все время никогда ещё не была такой горячей. Он понимал, что этого не исправить и больше он никогда не встретит их, не обнимет, не поговорит с ними. Он понял, что ему нужно отпустить его прошлую жизнь и начать новую, но сколько бы тот не старался отпустить прошлое, что-то внутри говорило, что ещё рано зажигать мосты, ведущие к прошлому, что нужно повременить с этим, или он просто не мог этого сделать по понятным причинам. Ему некогда было плакать или думать о скорби, так как время поджимало, а ему ещё до 4 корпуса добираться. Он решил вызвать такси, деньги в этот раз были, та почему бы и нет. Сев в заказанное такси, он отдал привычные уже 500 йен, и машина тронулась, и ехала к указанному зданию. Все время поездки Дазай с нелюдимым разглядывал летящие мимо здания, которые нависали ему воспоминания дороги сюда около недели назад, опять того скривило в гримасе отвращения и боли. Стало как-то грустно на душе, он решил, что пора задуматься о тренировке по боевым искусствам, что вел на этот момент лучший учитель и наставник по боевым искусствам, которого только можно придумать, это Поль Верлен. Его сла́ва говорила вперёд его самого. Во-первых, он член И.к., это уже заставляет зауважать его, во-вторых, он лично учил таких убийц как Гин Акутагава и Кёка Изуми. Да, и ещё у них с Чуей замечательные отношения, что было довольно не легко выстроить, зная характер и повадки Чуи. Они уже подъезжали к указанному зданию, Дазай вышел, забрал чемодан из багажника и направился ко входу. Войдя, он заметил, как на него странно косятся охранники. Пройдя немного дальше, они вообще встают с мест и идут в сторону Дазая. Видя, что охранники подходят все ближе, Дазай остановился и повернулся лицом к ним. Два охранника подошли и спросили, не добро смотря на него: — Ты чего здесь шныряешь туда сюда? — Я только недавно сюда устроился и хожу то за продуктами, то вещи как видите перевожу.– ответил Дазай, вежливо улыбаясь, и указывая на едущий бок о бок чемодан. — Ясно, не покажешь содержимое?– спросил все тот же охранник. — Да, хорошо, только можно не посреди здания? — Да, можно. Пойдем в нашу рубку, там мы пересмотрим.– Дазай вновь медленно перевел взгляд, продолжая держать милое личико. Они спокойно прошли на оговоренное место и Дазай дал им досмотреть свои вещи, как бы сильно ему этого не хотелось, вступать в словесные перепалки с двумя людьми с оружием ему не стоило. Досмотрев, они его отпустили и отметили у себя в голове, как нового сотрудника. Осаму после досмотра поднялся на нужный этаж и прошел в квартиру, благодаря взятым заранее ключам. Пройдя внутрь, он завёз чемодан в комнату и сел на кровать, выдохнув. Переведя дыхание он посмотрел на телефон, что указывал время 11.44. Встав с кровати, он опять пришел в прихожую и вышел за дверь, закрывая ее. Он и так был в заранее оговоренной форме. Спустившись на первый этаж, он помахал тем двум охранникам и вышел через стеклянные двери, направляясь к 4 по важности зданию, что называлось 4 корпусом, в котором в основном лаборатория и жилые комнаты. Пройдя к входу в нужную многоэтажку, он зашёл и поинтересовался у охранников, где здесь вход в подвальное помещение. Те указали ему на вход и он прошел по указанному маршруту. Стоя напротив спускающихся вниз ступенек, он подумал о том, что надо бы уже идти, но почему-то так не хотелось. Смирившись с неизбежной тренировкой, он начал потихоньку прыгать по ним, они были довольно резки на спуск, это придавало занятию опасности. Удачно проскакав все ступеньки, он очутился перед двумя людьми, что стояли около двери. Он подошёл и сказал, что он на обучение пришел, его пустили. Он оказался первым пришедшим, за 5 минут до начала. Он прошел в специальную комнату для того, чтобы повесить верхнюю одежду, там он встретил Поль Верлена, что тоже как оказалось пришел недавно. — Добрый день.– сказал из темного угла Поль. — О, я рад вас видеть!– сказал Осаму, повесив плащ на вешалку и подойдя ближе к говорившему. Поклонившись ему, как учителю, он услышал вопрос: — Что, решил подтянуть навыки убийства? — Ох, да. Мы в Детективном агентстве не убивали, а перейдя снова в мафию, стоит напомнить себе азы, или тому подобное. — Хорошо, сегодня мы будем проделывать захваты и перевороты. Надеюсь на тебе нет сильных повреждений, потому что тут кинут либо ты, либо тебя, и уж поверь, это будет больно.– да, у Осаму был синий живот, и он, мягко говоря, надеялся на то, что его не будут сильно бить, или что он будет укладывать прущих на него быстрее, чем они его. — Да нет, только на лице.– сказал Дазай, указывая на заживающую щеку. — Это хорошо. И да... Почему ты решил вернуться в мафию? — А это разве не очевидно? Детективного Агентства больше нет, я один, а все, что и кто у меня есть, находятся в мафии. Вот и все.– спокойно ответил Дазай. — Ясно, сожалею о твоей утрате, но радуюсь новому, отличному сотруднику Акутагавы, надеюсь ты быстро перерастешь начальника и снова станешь самым молодым членом Исполнительного комитета.– сказал Поль Верлен, поднимаясь с лавки. — Ох, да, я тоже на это надеюсь, но для этого придется попотеть, не всегда в переносном смысле.– в шутку сказал Осаму. — Это точно, пока тебя не было, у нас почти вся мафия обновилась, тебя здесь не знают и не боятся, а значит наращивать репутацию придется снова.–предостерег его учитель. — Ага, вот этим и занимаюсь.–ответил Дазай, намеком на свое скорое возрождение. Встав вместе с ним, они оба пошли к залу новичков и просто мафиози, которые хотят либо подтянуть навыки борьбы, либо обучиться ей как в принципе. Тренировка прошла успешно, Осаму сам всех там переворачивал, а под конец он сразился с самим Полем, который его не щадил, так как ему было важно показать того, что Дазай не умеет. Да, битву он проиграл, но он был благодарен своему сопернику за поднятие боевого духа и желания бороться. За оставшееся время он обучил теории некоторых переворотов Дазая, которые тот проворачивал с и без этого побитым учеником. Обучив одному из своих переворотов Осаму, он чувствовал гордость за себя и за него. Тренировка была изнуряющей, ещё ел он последний раз 8 часов назад, и по пути к себе он решил зайти в кафе на первом этаже. Заходя в красивое кафе, заполненное людьми лишь от части, он присел за столик и заказал крабовый салат, картошку пюре и мясную котлету. Да, есть хотелось просто невероятно сильно. Но ожидание, на удивление, прошло быстро, и ему почти сразу принесли его заказ. Он с удовольствием начал уплетать картошку с котлетой, заедая все салатом. Это было очень вкусно. Доев, он оплатил счёт и отправился к себе и Рюноске домой. Зайдя в лифт, он поехал на нужный этаж. Пока ехал, в голову приходит туча разных мыслей, он хотел ещё зайти к Рюноске и взять у него документы на изучение, а потом подумал и решил, что Акутагава сам их принесет, как они и договаривались, а пока Дазай намажет туловище и поспит. Проходя дверь за дверью он понял, что за своими мыслями прошел нужную дверь. Вернувшись, он отпер дверь и зашёл в квартиру, сразу же разувшись. Закрыв дверь на ключ, он выложил его на ту же тумбочку, из-под которой был достан сегодня утром. Пройдя к себе в комнату, он достал из чемодана свое личное полотенце, взяв домашние вещи пошел в душ. После него он, не надевая футболку, намазал ключевые, раненные точки, включая заднюю и пошел надевать штаны. Выйдя из душа, он помчался к себе в комнату, прыгая на долгожданную кровать. Стоило его голове коснуться подушки, как он отрубился от усталости. Проснулся он от лёгкого хлопка. Его бывший ученик пришел и положил огромную стопку с перечнями изложений и поставил на стол. — Добрый вечер, Акутагава-кун, что это? — О, Дазай-сан, вы не спите? Это отчёты самых крупных дел и сделок за время вашего отсутствия, это копии. — Спасибо.– привстал он, но, вспомнив, что он спит без футболки и с синяками, он сказал.— Акутагава-кун, не могли бы вы выйти, я оденусь? —Да, конечно.– сказал он, снова обратив внимание на побитую грудную клетку уже своего подчинённого. Выходя, он закрыл за собой дверь. Дазай быстро натянул футболку, а на руках и так были бинты, поэтому надевать кофту было не обязательно. Одевшись он выскочил и спросил, это все, что ему хотел сказать Акутагава. — Да, это все, но я хотел спросить, вчера вы говорили, что принесёте мне одну вещь на память об Ацуши, вы принесли?– робко спросил его Акутагава. — Да, идём. Все вещи, что я взял у своих друзей на память, у меня в чемодане.– сказал Осаму и повел Акутагаву к себе в логово. — Вот, смотри.– сказал он ему, открывая битком набитый чемодан, и вынимая вещи, что принадлежали Накаджиме.– Этот плюшевый тигр, которого он обнимал, когда засыпал и, к слову, когда я заглянул туда, где он спит, я увидел у него парочку твоих фото из газет и в живую, так что возможно это было взаимно.– с сожалением сказал Осаму, смотря на ученика, который опять, не в силах сдержаться, начал плакать без звука, просто слёзы скатывались из глаз на бледные, немного румяные щеки, потом перетекали на шею, а затем мочили собой необычный воротник рубашки. — Знаете, Дазай-сан, я три дня назад отправил ему в сообщения, что люблю его, а он мне не ответил.– — Знаю, потому что он был в коме.– сказал Дазай, опять ложась на свою кровать, на которой лежал плюшевый белый тигр, и жестом руки подозвал Акутагаву лечь рядом. — Как в коме.... Откуда.... Почему?– тихо спрашивал Рюноске, подходя все ближе и ближе. — Я тебе разве не рассказывал?– спросил Дазай, пока ученик ложился рядом. — Когда мы ездили на пикник, – начал Дазай, прижимая к себе всхлипывающего ученика, а тот не сопротивлялся, так как нуждался в поддержке и отцовском тепле с самого своего рождения, а тут такое счастье.— Мы и ещё несколько человек заблудились в лесу, но Ацуши помог нам выследить нашу дорогу и мы вернулись обратно, когда мы с ним пошли спать в нашу общую палатку, мы вместе заснули, а проснулся только я, да и то потому что почувствовал разницу температуры, случайно прикоснувшись к нему во сне. Он сильно температурил, прямо под 40°, я позвал всех остальных. Оказалось, он использовал слишком много силы тигра и у него был недостаток внутренней энергии, к тому моменту он ещё не впал в кому, но это было дело 1-1,5 часов. Поэтому мы быстро добирались и повезли его в агенство. Он ехал лично у меня, лёжа передней частью тела на коленях. Я сам заносил его в больничное крыло, клал на койку.– Осаму затих и тоже начал тихо оплакивать детектива.— Он просто не смог бы спастись.– продолжил он, сильнее прижимая к себе Рюноске. — Ничего, мы со всем справимся.– сказал Дазай, пытаясь успокоить ученика. — Знаешь, Рюноске, я хочу отдать тебе этого тигра.– он потянулся к игрушке и вручил ее ученику, переставшему плакать на доли секунды. Он прижал мягкого тигра как мог к себе, и заплакал пуще прежнего. Осаму вновь прижал его к себе, не зная, что ещё нужно говорить в таких случаях. — И ещё, я подумал, что тебе будет мало и захватил его любимый галстук.– сказал Дазай, опять протягивая вещь Акутагаве. — Спасибо вам, Дазай-сан, я буду беречь эти вещи.– сказал Рюноске, уже потихоньку успокаиваясь. — А что вы взяли для себя?– поинтересовался ученик . — Я взял себе пледик, которым он укрывался, когда было холодно ходить по улице. А от Куникиды его старый ноутбук, он не ценен, разве что воспоминаниями и нашими общими фото.– рассказал ему Осаму. — И да, что там с жильем?– поинтересовался важным вопросом Дазай. — Ох, да, я сходил сегодня к Мори-сану, про вас ничего не говорил, только сказал, что свободных комнату нет, но появятся через 2 -3 недели, поэтому смело оставайтесь и раскладывайте вещи.– попробовал пошутить Акутагава. — Спасибо, я понял.– Дазай незамедлительно встал и начал раскладывать свои вещи по полочкам шкафа. — Акутагава, нет ли у тебя парочки тремпелей? — Эм.. есть, сейчас принесу.– сказал Рюноске и снова пулей вылетел из комнаты. Принеся их 6 штук, учитель поблагодарил ученика и спросил. — Мне полагается что-то типа места в офисе, или типа того, или я буду только на оперативных заданиях? — Да, место в офисе за вами будет закреплено завтра, или сегодня под вечер, как у Хигучи-кун дела пойдут. На оперативных заданиях вы тоже будете участвовать и иногда исполнять мои личные поручения по типу сходить куда-нибудь, собрать там налог или часть, которая полагается мафии. Угу? —Да, я понял, то есть я завтра выхожу на офисную работу? — Да, первая половина дня в офисе, потом тренировка, потом вы поможете моему отряду и мне на встрече по передаче одаренного мафии. Ваша способность как раз идеально для этого подходит. — Хорошо, на сколько завтра в офис? — 10.00 — А на встречу передачи одаренного? — 18.00 — Ясно, я понял, у меня на 13.30 тренировка, поэтому я уже буду сразу оттуда идти.– утвердил Дазай, докладывая о планах. — Все верно, я иду к себе, вам больше ничего не нужно?– спросил Акутагава, выходя в коридор. — Нет, спасибо, если что-то будет нужно, я попрошу.– сказал Осаму, закрывая дверь за начальником. Продолжив раскладывать вещи, он осмыслил произошедшее и понял, что он Акутагаве и Ацуши как отец, да и сам он себя таковым ощущает. Ему стало приятно, что у него вновь есть хотя бы два человека, которым он хоть как-то доверяет. Закончив раскладывать одежду, он принялся выставлять на стол канцелярию и сразу прикинул размер стопочки бумажек, стоявшей на столе. «Здесь сантиметров 30», посчитал Осаму глазами. Закончив с канцелярией, он убрал пачку с документами и деньгами в нижний ящик прикроватной тумбочки. И пошел просить у Акутагавы утюг. Получив заветную вещь, он направился в комнату гладить рубашку и штаны к завтрашней работе в офисе. Нужно было как-то производить первое впечатление и нарабатывать репутацию. Закончив это, он повесил плод своей работы на вешалку и пошел закидывать стирать свой бежевый плащ, он хотел выделяться сквозь серую, а точнее черную массу работников мафии. Положив в стирку, он направился к себе в комнату, у него оставались любимые медикаменты и складная тумбочка, которая требовала сборки. Собрав ее, Дазай выложил на нее бинты и мази, перекись водорода, что взял дома. Ещё с бинтами он вынул ночник, и поставил его так же на прикроватную тумбочку. Сев за стол, он открыл ноутбук, что принес с собой из дома. Там были некоторые ключевые моменты их работы в Детективном агентстве и некоторые копии документов, да и сама техника была отличной и хорошо работала, идеальная модель ноутбука для работы. Он открыл ноутбук Куникиды и удивился, так как на обоях у него стояло общее коллективное фото детективов. Было приятно. Посмотрев все хранившиеся на технике файлы, он не нашел ничего криминального: пара ссылок на качественное порно - это был максимум странностей на ноутбуке ныне покойного Доппы. Закончив с просмотром файлов, он решил ничего не удалять, это все же техника на память, а не для личных целей. Нет, ну для личных тоже, но это уже не важно. Дальше его ждала работа с переносом контактов на телефоне, что был выдан ещё Чуей. Перенеся такие важные контакты как: Мори Огай, Акутагава Рюноске, Рюро Хироцу, Гин Акутагава, Хигучи Ичиё и другие члены Портовой мафии, что имели хоть какое-то влияние, он снова захотел есть и двинулся к кухне, где что-то делал Акутагава. Пройдя на кухню он сильно удивился, ведь там Рюноске и вправду готовил, но вместо него это делал Расёмон, которого Акутагава гонял и картошку чистить, и мясо помешивать, а сам стоял и смотрел за качеством работы. Было необычно наблюдать такое необычное применение свой ‹убийственной› способности в быту. — Ого, вот это идея!– сказал Осаму, войдя в кухню. — Чайка не сделаешь?– спросил с интересом Дазай. — Сделаю.– сказал Аку и выпустил третью ленту Расёмона. Поставив чайник, лента потянулась к заварке, потом за чашкой и сахаром. Чай был готов и протянут тем же Расёмоном просившему. — Дааа. А мне досталось блокировать такие способности.– с грустью ответил он, садясь, попивая чаёк. Аку сел напротив, делая параллельно чай и себе тоже. — Ах да, хотел спросить, что входит в мои офисные обязанности?– поинтересовался Осаму. — Вы будете делать отчёты о проделанных миссиях, и тому подобное. У этой работы есть один минус, нужно как минимум 2 часа просидеть в офисе, как бы отметиться, что ты что-то делаешь, поэтому не обязательно что-то делать, но желательно. Зато зарплата почти в 2 раза выше. То есть вы получаете зарплату как мой оперативник и ещё одну за работу в офисе. — Ого-го, я знаю, какая зарплата у оперативников, так ещё плюсом и ещё одна, только чуть меньше? Ну вы даёте в мафии, это получается в месяц сколько, примерно? — Ну в сумме где-то 200000 Йен точно будет.– сказал Аку, чуть призадумавшись. — Ничего себе. Я, когда работал в Детективном агентстве, получал максимум 50000 Йен, а я работал там лучшим детективом, после Рампо, конечно. — Да, маленькая у вас была зарплата.– сказал Акутагава, попивая уже успевший чуть-чуть подостыть чай. Перед глазами Дазая пронеслась кастрюля. В прямом смысле, пронеслась на Расёмоне. Попутно в нее летела картошка, чищенная им же. — Я смотрю, Расёмон и вправду губительная вещь, даже когда еду готовишь, есть возможность умереть.– пошутил Дазай, а Рюноске заржал без памяти, заржал так, что подавился чаем и закашлялся, закашлялся, выкашлял кровь на пол, кашлял, продолжал смеяться, картина не из приятных, но довольно забавная. Пока Дазай ходил за шваброй, Аку перестал смеяться, но все равно его лицо продолжало говорить о хорошем настроении. Лицо Акутагавы что-то выражало. Это было новостью. Пока Дазай быстро вытирал кровь, его опять чуть не убили, проведя лентой с шумовной прямо над Дазаем. Они оба истерически посмеялись и Осаму предпочел выйти из кухни вместе со шваброй, а затем снова вернулся, и они продолжили говорить. Доготовив ароматный ужин, они сели и начали наворачивать еду, оба хотели есть жутко, оно и понятно 23.09. Оба уставшие, голодные, пришедшие с тяжёлой работы, да ещё и эмоционально вымотаны. Поев, оба собрались уходить, но их остановила посуда из раковины. Мыть ее не хотелось никому. Они сошлись на мнении, что Аку помоет ее Расёмоном, пока они поедят тортик с остывшим чайком. Домыв посуду, они разделили остатки тортика и забрали их вместе с чаем по разным комнатам. Дазай свой тортик на утро оставил, а сам лег спать, предварительно перед этим сняв бинты и намазав себя лечебной мазью. Проснулся Осаму опять не от будильника, а от скрипа половиц и открытия двери в комнату, кто-то тихо подошёл и улёгся рядом.« В случае с Чуей все было понятно, но Акутагава, он настолько стал мне доверять? Или что-то я ничего не понимаю!» подумал Дазай и спросил у лежащего под болным животом ученика. — Аку, ты чего? — Д-Дазай-сан, вы не спите?– спросил удивлённо и тихо сдавшийся Акутагава, вот так, лёжа рядом с ним и не скажешь, что этот человек перебил туеву тучу народу. — Мне очень страшно стало, я пришел к вам, думал спите, думал полежу чуток и обратно пойду. А если честно, то меня напугал кошмар, он был такой реалистичный.» – пожаловался Рюноске, как маленький ребенок. —Ладно уже, оставайся.– буркнул Дазай, приподнимая край своего одеяла, давая Акутагаве подкатиться к нему ближе, уперевшись в синее тело уже подчинённого, он сильнее вжался в него, а Осаму накрыл его поднятым краем одеяла, чтобы тот не замёрз. Взяв телефон с тумбочки, он глянул на время 5.15 утра, а вставать ему в 8.00. Решив ещё поспать, он закрывает глаза, прижимая к себе Рюноске, которого изрядно потрухивало, что плохо не от холода, тому было очень страшно. Поняв, что объятия не помогли, он приподнял руку и начал поглаживать его по ручке. Это уже сильнее подействовало и он уснул, переставая трястись, он подарил такую возможность и Осаму. Проснувшись снова от тихого зова будильника, он быстро, но аккуратно, чтобы не потревожить спящего рядом, отключил будильник. Оперев тело юноши на свои руки он привстал, и положил его спящее тело на кровать, вместо себя. Окончательно встав, он взял бинты, футболку, полотенце, и направился в ванную комнату, где уже висел его бежевый плащ. Перевесив плащ на ручку двери спальни Акутагавы, он зашёл в ванную и начал мыться. Закончив, он опять обмазался мазью, замотался в бинты, поверх которых сразу была пущена футболка. Выйдя из ванной, он пошел завтракать. Быстро покидав в рот подогретую еду, он беззвучно направился к себе собирать в сумку ноутбук, и кое какие принадлежности для работы. Зайдя в комнату, он умилился с Акутагавы, он спал, тихо посапывая обнимал ту самую игрушку белого тигра. Ему сразу вспомнился Ацуши, спавший с кошачьими ушками и хвостиком. Но об этом, как всегда, думать некогда, уже 8.34. Собирая ноутбук, он дважды чуть не забыл портативную мышку и зарядный шнур. Упаковывая рабочую сумку, он собрал в ней 2 ручки, карандаш, пачку листов А4, записную книжку и чистый блокнот, подаренный Кенджи.« Вот и пригодился», подумал он. Собрав все вещи, он, с облегчением вздохнув, поставил их у выхода из квартиры. До выходя пол часа, идеально, хватает времени на все. Идти пусть и не далеко, на 5 этажей ниже, но подготовка занимает много времени. Одевшись, он взял с собой карту и немного налички, разложив их по карманам штанов. Одев на себя плащ песочного оттенка он понял, что забыл расчесаться. Да, именно из-за забывчивости в такого плана вещах, он всегда перед выходом оставляет 10-15 минут. Расчесавшись, он аккуратно уложил волосы и почистил зубы, это он тоже забыл. Настало время выходить. Дазай обулся, но, вспомнив про ученика, дремлющего в комнате, он пошел его будить, так как у самого есть особенность не просыпаться пока не выспишься, и без внешнего вмешательства его не разбудить. От прикосновений к холодной коже он начал просыпаться, удивившись, он глянул где находится и со стыдом вспомнил сегодняшнее утро. — Акутагава-сан, мне уже пора в офис, дальше сами. Выбежав, он подхватил вещи и уже выбегал из квартиры и закрывал ее на ключ, вспоминая, какое место было выделено ему в офисе. Забежав в лифт, он спустился и прошел в огромную комнату с кучей столов с перегородками. Там работало неверное человек 50-100. Соорентировавшись, в какую сторону нужно начать движение, он спокойно пошел туда, дойдя до нужного места он сел и распаковал ноутбук. Он пришел ровно вовремя. Открыв технику, он принялся включать его, этот процесс оказался куда больше, чем ожидалось, работы много, а времени перед тренировкой у него было только пол часа. Высветилась иконка для ввода пароля, он выдохнул, и ввел то, что требовалось. Оказавшись на рабочем столе, тот открыл гугл хром и зашёл на свою электронную почту, где Акутагава должен был переслать ему образец документа для отчёта по сегодняшним действиям, о передаче одаренного. Осаму решил начать именно с этого отчёта. Открыв нужное письмо с прикрепленным файлом, он изучил его и начал искать шнур, который при необходимости соединяет офисный принтер и переносной компьютер. Найдя и подключив нужные провода, он распечатал эту бумажку в двух копиях, и принялся заполнять. Написав половину, он отвлекся на телефонное сообщение, он вчера перенес на телефон Чуи все необходимые контакты, поэтому сразу не сказать, кто ему пишет. Взяв устройство в руки, он увидел сообщение от Чуи. 10.24 Чуя: Поздравляю с новым местом работы, офисно-оперативная скумбрия! Дазай: И ради этого ты отвлекаешь меня от отчётов? Чуя: Почти, я сейчас зайду к вам, ты спать хочешь? Дазай: Да. К чему вопрос? Чуя: Вопрос в том, нести тебе кофе или нет. Дазай: Спасибо, а ты зачем идёшь сюда? Чуя: Ну как зачем, угостить тебя и поздравить. Чем угостить, сам увидеть через, примерно, 5-7 минут. Вышел из сети Осаму положил телефон, в попытках доделать отчёты, но Чуя снова прервал его от попыток что-то сделать. — Привет, скумбрия! С новым местом работы тебя!– поиздеваясь сказал Накахара. Он здесь со всеми так общался, кроме Мори и Озаки, наверное, хотя и это не точно. — Вот тебе пару кусочков тортика, твоего любимого.– продолжил Накахара, положив два кусочка тортика перед лицом удивлённого напарника. — Ого, а ты откуда знаешь, какой у меня любимый? — У босса уточнил.– сказав это, Чуя увидел, как лицо Дазая исказила очень пугающая улыбка. Так обычно психи улыбаются. — Дазай, ты чего?– испуганно спросил Чуя, смотря прямо в пустующие глаза напарника. Они буквально ничего не выражали, кроме пустоты. — Я? Пф. Да ничего, просто устал.– остепенившись ответил напарник, словно вернувшись из пучины размышлений. — Спасибо тебе, сейчас как раз один съем, а второй на ланч оставлю. Ах да, ты мне про кофе что-то говорил. Накахара тихо поставил кофе, помахал упрятанной в перчатке ладонью и пошел на выход из этого офисного ада. Осаму правда был ему очень благодарен, именно этого ему и хотелось. Дописав отчёт до момента описки результата, он принялся переписывать написанное на вторую распечананную бумажку. Перенеся все буквально точь в точь, он выдохнул, и с облегчением убрал их в сторонку. Отложив бумаги, он поставил перед собой пакет, в котором находились кусочки, которых оказалось в двое больше запланированных. Там было 4 кусочка, которые были распределены по времени. Один сейчас, с кофе, два на ланч, а последний перед уходом. Открыв неприятно трещащую крышку, он приступил к трапезе, благодаря Чую за то, что он додумался положить внутрь пластиковую ложку. Первым был успешно залит кофе и после прошествовал в желудок, почти незамедлительно. А остальные были оставленны в покое. Протерев руки влажными салфетками, он приступил к распечатке других не заполненных отчётов, полученных на почту. Записав в первый отчёт все, что требовалось, он отложил его в другую сторону, предварительно упаковав его в файл, из заранее положенной стопки. Продолжив работу, он сумел остановится, только во время звонка на обед. Он не стал идти в кафе, а просто дописал 4 отчёт и отложил его к предыдущим, и подтянул к себе остатки тортика. Съев ещё два кусочка, голод совсем отошёл на второй план. Закончив трапезу, он приступил к распечатке других важных документов, оставленных ему на почте. 13.00. Пора идти... Но перед этим доесть последний кусочек тортика, и сразу выкинуть упаковку. Доев он встал, собрал нужные ему вещи, ноутбук, и вышел из небольшой, огороженной комнатки. Он вышел в большой рабочий зал, в котором располагалась ещё сотня таких же комнаток. Выйдя к лифту, он поехал к себе на этаж, чтобы переодеться к тренировке. Зайдя в квартиру, он разулся и выгрузил то, что ему не пригодится. Забежав к себе в комнату, он судорожно стал переодеваться в спортивную форму, сразу попутно стараясь складывать сумку с одеждой для оперативной работы. Сложив все, что нужно, он взял сумку и пошел к лифту добираться до 4-го корпуса. Добравшись, он быстро забежал на место ежедневной тренировки, он опять был первым, если не считать учителя. Они опять поговорили и Поль рассказал Осаму, что сегодня, после разогрева, они пойдут в стрельбище, что находилось в соседнем подвальном помещении, а значит денёк будет не простым. Зато ему напомнят, что такое стрельба, перед первым оперативным заданием в группе. Это хорошо, сразу после практики это будет вполне нормально восприниматься организмом, как продолжение тренировки. Потом пришли другие ученики и началась подготовка к бою и повторения пройденных захватов и переворотов. После они и вправду пошли в стрельбище. Оказалось, даже спустя годы, он не растерял форму в стрельбе, как всегда попадая в цель без единого промаха. Это радовало Осаму, так он чувствовал себя защищённей. С тренировки он отпросился пораньше, так как у него первое оперативное задание по защите начальника, его отпустили. Он, быстро переодевшись в одежду для оперативной работы, что представляла из себя черные, плотные, но при этом тянущиеся штаны, удобную черную кофту и черный плащ. Выходя из стрельбища, он направился прямиком к главному зданию, ему нужно было успеть зайти к Акутагаве, пока он не пошел на место встречи с отрядом. Дойдя до его кабинета, он заходит и спрашивает у Хигучи, можно ли ему войти. Та положительно кивает, похоже, ее предупредили о приходе подчинённого заранее. — Добрый день, Акутагава-кун, где я могу получить удостоверение мафии? — Привет, я тебя ждал и сразу попросил Хигучи-кун, чтобы она передала мне твое удостоверение, и справку о разрешении ношения оружия.– сказал тот, указывая на место на столе, чуть дальше от себя. На том месте лежали удостоверение с фотографией и подтверждением его принадлежности к мафии, разрешение на ношение оружия и специальная портупея на таз для ношения с одной стороны ножа, а с другой сторону пистолета. — Спасибо, когда планируете выдвигаться на место встречи с отрядом? — Да, сейчас, только тебя ждал, по пути зайдём к контроллеру и выдающему оружие, на первое время там нужно будет мое присутствие. — Ясно, я здесь портупею сразу прицеплю. — Хорошо, выходим.– нацепив портупею, он скрыл ее под плащом. Выходя, он сразу распихал по карманам удостоверение и разрешение, чтобы при необходимости быстро извлечь их. Зайдя в лифт, они молча поехали на 3 этаж, для выдачи оружия Осаму. Выходя, они столкнулись с двумя охранниками склада. Те без зазрения совести сразу пустили их двоих, зная, кто такой Акутагава. И снова чудеса репутации. Взяв два пистолета и нож, они сразу скрылись в портупее, а запасные магазины были вставлены в заднюю часть этой вещи, специально предназначенной для этого. Пройдя на место встречи, Рюноске познакомил всех с Дазаем и все вроде хорошо, но что-то мешало так думать. Они сели по двум машинам. В отряде Акутагавы было не очень много людей. Два физически сильных человека, один, явно профессиональный убийца, а третий хорошо и быстро стреляет. Вот и все члены команды, не считая Хигучи, что ехала в машине с Рюноске. Доехав до места назначения все они, как один, повыскакивали из машин, став рядом с друг другом. И вообще это было очень странно, обычно Акутагава сам ходил на подобного типа встречи, и даже если что-то шло не так, то он сам справлялся, но сейчас он взял с собой целый отряд, а значит, предполагается облава, или что-то походящее на нее. И вот из тени показались силуэты, ведущие под руки связанного целиком одаренного. Впереди этой процесси шел, судя по всему, главарь-зачинщик обмена. — Добрый день, как вы видите, наша часть сделки на месте.– сказал этот неизвестный, указывая на человека, стоящего связанным перед членами мафии. — И вам вечер добрый, мы видим.– сказал Рюноске, ступая вперёд на один шаг.— Наша часть сделки у меня в руках.– сказал тот, поднимая чемоданчик перед лицом зачинщика. — Хорошо, сколько там, не напомните?– ехидно спросил тот незнакомец. — 10000000 Йен. — Вы не находите, что это маловато за такого одаренного, вот у вас в отряде есть одаренные?– снова спрашивал человек, возглавляющий процесс передачи. — Да, есть.– когда Акутагава ответил, то Дазай понял, что говорят о нем, и немного напрягся от происходящего. — Ну вот, так давайте произведем взаимовыгодный обмен людьми, я вам его, а вы нам своего?– уверенно сказал зачинщик. — Нет. Либо деньги, либо никак.– так же спокойно ответил Рюноске. — Хорошо.– грустно хмыкнув сказал этот человек, а затем резко крикнул: — Режьте Никто сразу не понял, о чём идёт речь, лишь Осаму ломанулся вперёд к неизвестному одаренному. Прикоснувшись к оголенному участку кожи, он сразу заломал только освобождённого от терзающих пут одаренного. Как только тот был обезврежен и скручен, на них посыпался шквальный огонь, а сам Дазай резко повалил на землю одаренного, прикрыв его своим телом, одновременно с этим блокируя его способность, которую тот очень хотел использовать, но у него не получалось из-за Дазая, который блокировал ее. Одаренный в панике, он не понимал, почему не действует его способность. Поняв, что способность не подействует, он сдался и перестал бороться. К тому времени течки Расёмона уже сжимали всех оставшихся троих людей. Это было в принципе продумано заранее, но при этом все равно застало ученика врасплох. Когда огонь автоматов совсем стих, Осаму, держа за снова связанные руки одаренного, понес ослабшего на руках к своему отряду. Все удивились тому, что они оба живы. Акутагава тут же скомандовал отнести одаренного в машину и вколоть ему снотворное. Осаму так и поступил, взяв аптечку из одной из машин, он нашел нужную ампулу и сделал нужную инъекцию уже не сопротивляющемуся пареньку, что спокойно лежал и ждал своей участи. Ту же процедуру проделали и с остальными членами вражеского отряда. Акутагава отдельно похвалил Осаму за такую инициативу, а остальной коллектив был до сих пор в шоке от поступка новичка. Но подходить с вопросами никто не решался. Доехав в машине с тем одаренным, он в мимолётном свете осматривал паренька каждый раз, когда представлялась возможность. Это был худющий блондин с округлым лицом. Одет был в рубашку, такие же белые брюки. Приехав к подвалу главного здания мафии, им было приказано перетащить всех четверых туда, а одаренного еще сильнее напихать снотворным, чтобы тот не проснулся, способность его не была известна никому, даже Акутагаве. Прицепив всех цепями к разным стенам, они вкололи им дополнительное снотворное, чтобы те проспали ещё до утра, а потом где-то в 9-10 часов они проснутся, и рядом будет уже Дазай, сидеть и держать за руку одаренного для успешного допроса. Все отчёты по этому делу были сделаны до момента описи результата, и пока тот все отчётливо помнил, он планировал прийти и сразу дописать, чтобы на завтра у него не было бумажной волокиты, и он мог просто просидеть два часа в офисе просто так, или, если захочет, сделать пару отчётов на перед. Но для начала стоило добраться до квартиры. Это было нужно в первую очередь, потом душ, лечебные процедуры и уже после - отчёт. Выходя из пыточной номер 1, они с Акутагавой шли и говорили об этом деле аж до самой прихожей из общей квартиры. Осаму пошел в душ первый, быстро закончив там, он выскакивает и бежит на перевязку. Начав мазаться, он вспоминает про зад и мажет его тоже, для профилактики, а задняя часть уже зажила и чувствовала себя превосходно. Домазав туловище, он надел сверху домашнюю футболку и пошел дописывать отчёты, было уже к слову 23.06 и нужно бы до 00.00 закончить, а то ему вставать в 8.00 и идти в пыточную, допрашивать находящихся там бедолаг. Написав все это на скорую руку, он упаковал бумаги в заранее взятые файлики и пошел относить. Ещё стопку документов, среди которых так же были отчёты о сегодняшних событиях. Зайдя без стука он извинился, положил бумаги на стол и уже собирался уходить, как был остановлен. — Что мне боссу говорить, по поводу устранения одаренного? — Правду говори, ты когда идёшь ему докладывать? — А.. да он вызвал меня на после завтра. — Ясно, мне сообщили о похоронах детективов на местном кладбище, ты пойдешь? — Д-да, я с вами, на когда? — Послезавтра, утро. — Да, конечно, я пойду. —Хорошо, тогда завтра вечером обсудим подробности. — Да. — А сейчас спокойной ночи, на завтра вставать рано, у нас ещё допрос в пыточной. — Точно! Спасибо, что напомнили. Дазай вышел и нелюдимо пошел к себе в спальню. Зайдя к себе, ему вновь сильно захотелось выплакаться, он сильно устал за сегодня, и эмоции бьют через край. Убрав со стола, он сел за него, достал ноутбук Куникиды и открыл фотографии на нем. Просматривая их совместные фото он радовался, смотря на эти беззаботные лица, а потом начинал плакать, понимая, что больше никогда их не увидит. Окончательно устав, он выключил настольную лампу и прошел к кровати, положив голову на подушку, было уже не так легко заснуть. Слёзы все продолжали и продолжали течь неприкращающимся потоком. Он уснул от усталости, не в силах больше двигаться.