Всецело буду вам служить

— Ну все, я пошел к Мишитаве-куну! — крикнул Дазай, обувшись и уже выходя из квартиры. — Ага, – ответил в знак одобрения Акутагава. Дазай направился к лифту и спокойно, не торопясь, он зашёл в него и нажал кнопку, которая отвезла его на первый этаж. Стоя в лифте и скучая, Осаму взглянул на время. 19.37. Он все так же скучая едет, думая, что взять Ятодео. Остановившийся лифт распахнул свои двери, открывающие отличный вид на первый этаж роскошного здания. Выйдя, он как обычно направился в уже потихоньку закрывающееся кафе, желая взять какую-то еду с собой. Зайдя в него, он видит Чую, что сидит и засыпает перед кружкой чуть остывшего кофе. Подойдя ближе к столику с рыжим, он окликнул его. — Что ты здесь так поздно сидишь? Что, домой не хочется после трудового дня? — ехидно продолжил Осаму, после окликания полуспящего напарника. — Пф. И тебе привет, Дазай. Я просто устал за день, после похорон пришлось ещё поработать, в отличии от некоторых.– сострил Накахара, не подумал, что это может задеть его. Осаму это уже не волновало, ведь судя по всему гробы пустые. — Ой! Прости, я не подумал. Как ты себя чувствуешь? — начал беспокоится Чуя, осознав свою обшивку в начале разговора. Дазай хоть и знал что все они живы, но Накахара ведь не знал, а значит нужно не подавать виду, а то он может и догадаться. Хотя… Нет. Не с мозгами Накахары, у него очень плохо развиты дедукция и логическое мышление, не смотря на это он продолжал удивлять Осаму своим актерским мастерством, и когда все же разгадывал кое какие выданные им дела в одиночку. — Эх…– тяжело вздохнул Дазай, не выдавая свои эмоции, а делая из них грусть и печаль. В этом Осаму всегда преуспевал, об этом даже никто не догадывался, кроме, как не странно Огая, который читал даже такого актера как Дазай, словно открытую книгу.— Ну… Тоскую, как ты видишь. Но мне правда плохо. Ты семью когда нибудь терял? — с возмущением продолжил Осаму, решив выразить более высокий спектор эмоций. — Нет. Не знаю…– ответил Накахара, перед этим чуть призадумавшись, но не менял нахальный тон на заботливый, как это было, когда они с Дазаем оставались наедине. — Ну чего стоишь? Садись, раз пришел.– сказал Накахара, чтобы хоть как-то развеять бесячую, неловкую тишину. Осаму аккуратно сел, оперев руку на стол, а голову на руку. — Неужели все так плохо? — спросил уже сильнее, допуская в голосе беспокойство, Чуя. — Да.– тихо шепнул Осаму. — Это пройдет, завтра будет легче.– сказал рыжий, положив руку на кофейную шевелюру парня, зарываясь в приятных на ощупь волосах рукой. — Знаю.– сказал Осаму уже громче. Чуя вынул руку, сокрытую в перчатке, из головы шатена, давая тому выдохнуть. К ним подошёл официант, который хотел принять заказ у Дазая. — Доброй ночи, что будете заказывать? — Две порции жареной картошки по-домашнему, салат капуста/огурец и два бургера с куриной котлетой, солёными огурцами и помидорами. — Хорошо, ожидайте 10 минут.– сказал официант, ушедший сразу после записания в блокнот предпочтения клиента. — А ты всё-таки чего домой не идёшь? — столь же грустно спросил Осаму, поглядывая на декорации кафе. — Да я ж говорил. Вот только сейчас закончил работу, сижу здесь откисаю.– сделав вид, что разозлился, сказал Накахара, снова упрекнув словами собеседника, мол тот не слушает. —Хочешь сегодня у меня сватов (название сериала) посмотрим? — с той самой своеобразной заботой и лаской спросил он Дазая. Подумав пару секунд, Осаму согласился, ему скучно будет сидеть в одиночку, поскольку Акутагава, скорее всего, у босса надолго, так как, судя по количеству не переданных копий отчётов, он давненько не приходил для того, чтобы лично отчитаться перед боссом. И Осаму отдыхать от работы как то нужно, а это отличный вариант. — Хорошо, будет очень даже кстати.– сказал тот, сделав вид облегчения. — Класс! Ты когда сможешь прийти? — вопросил Накахара для лучшего понимания, когда ему ждать Осаму в свои объятия. — Сейчас мне принесут еду и я пойду к одаренному. Тот самый с которым мы вчера сидели. Занесу ему еду и сразу допрошу, поговорю с ним. На это уйдет около 4 часов. Получается, где-то в 12 ночи жди меня к себе, я буду со вкусняшками к фильму.– дорассуждав, Дазай вынес вердикт. — Эх. Ладно, буду тебя ждать.– Накахара явно погрустнел, но виду успешно не подал, от чего вызвал у Дазая уважение к себе. — Ну сильно не расстраивайся, Чиби.– сказал он, заостряя внимание на том, что мафиози и вправду заметно изменился в лице. — Я не сильно расстроился, а чуть-чуть, да и вообще, с каких пор тебя это стало волновать? — опять обидел рыжий шатена вопросом. Шатену казалось, что он всегда волновался и заботился об неопытном напарнике. Всегда выручал и даже телом своим не раз его покрывал. Неприятные воспоминания о детстве стали давить на болевшую голову. Он заметно изменился в лице, когда они стали выступать наружу. Давно сокрытые от сознания воспоминания начали проявляться, проэктируясь в голове Осаму, что даже не думал, как выглядит это со стороны. Их первая встреча с боссом, соглашение, бесячий напарник, который все время подгаживал Дазаю, которому по его вине жилось и без этого ужасно. И вот он снова сидит перед ним, но это уже не тот Чуя, или я все то время знал не того Чую? Сидел и думал он не долго, так как пора было идти к одаренному, и еду ему уже принесли, упакованную с собой. — Ты чего молчишь? — спросил Накахара, когда увидел, как напарник беспокойно, пошатываясь, встаёт и берет свой заказ. — Мне пора.– нелюдимо сказал Дазай и направился к выходу. — Стой! Я тебя чем-то обидел? — встав, за ним побежал Чуя. — Нет, я просто тоже очень устал.– сказал Дазай, у которого начинали заметно трястись руки, рыжик тактично сделал вид, что ничего не заметил и продолжил: — Так мне ждать тебя сегодня вечером? — Да, я приду.–ответ, как обычно, не заставил себя долго ждать. Отпустив похолодевшую бинтованную руку, он взглянул прямо в глаза, сквозь которые можно было лицезреть все то беспокойство, что Осаму умело скрывал за безразличным выражением лица. Воспоминания заставляли его сердцебиение очень сильно ускорятся, а дыхание заметно, под стать пульсу, увеличиваться. Он не мог остановить мозг, который судорожно вспоминал не самые удачные кадры из жизни тогда ещё подростка Дазая, которые не мучали хозяина до этих пор, пока не были разбужены. « Я всегда заботился о тебе, глупый ты Чиби!» кричал Дазай у себя в голове. Он словно мыслями пытался донести до стоящего рядом обеспокоенного собеседника, насколько тот его защищал, выгораживал, да и сейчас он иногда это делает, даже после того, как ушел из мафии. Из мыслей его опять вырвали, но на этот раз он был благодарен Чуе за это, поскольку их содержание разъедало мозг чайной ложечкой. — Дазай, ты такой холодный.– сказал Чуя, все так же не выдавая беспокойства. Но что же выдернуло Осаму из таких плотно засевших в голове мыслей? Теплая, даже горячая перчатка, положенная в ладонь Дазая, вместе с рукой, что сама по себе была очень горячей. Рука в перчатке была настолько горяча, что обжигала, или у Осаму руки заледенели. Скорее и то и другое. Он хотел что-то ответить, но попросту не успел, так как кисть стоящего рядом вышла из ладони и крепко ухватилась за локоть Дазая. — Идём.– сказал Накахара, потягивая за собой Дазая как тряпичную куклу. Не жалея сустава, он буквально тянул весь его вес за один локоть. Он завел его таким образом обратно в кафе, а затем направился к какой-то двери. Открыв ее свободной рукой, Чуя затолкал туда уже начавшего сопротивляться Дазая. Рыжий зашел туда и закрыл за собой дверь, а пока Осаму стоял в комнате до него дошло, что это туалет. Развернувшись лицом к Дазаю, Чуя стал снимать свои перчатки, оголяя бледную кожу ладоней. — Чуя! Что ты делаешь? — начал беспокоится Осаму, смотря на угрожающе подходящего Накахару. — На! — резко сказал Чуя и протянул Дазаю снятые с обоих рук перчатки.— Надевай, а то совсем руки окачанеют. — Ох. Спасибо, а ты? — сказал Осаму, думая при этом, как же рыжий угадал? У него руки и вправду уже замёрзли и обветрились, ну оно и понятно, октябрь уже близится к концу. — А мне уже не нужно, я сейчас домой пойду, руки в карманах подержу, а тебе ещё 4 часа работать в холодном подвале. И тебе ещё за вкусности к фильму идти, руки совсем отмерзнут и кожа полопается, уж поверь, я знаю, со мной не раз было.–довольно быстро протараторил Чуя, развернувшись к умывальникам. — Спасибо ещё раз, есть какие-то пожелания к еде? — спросил Осаму, как бы благодаря Накахару за отданные на время перчатки, что для Чуи, как в принципе, очень много значат. — Ну прям конкретных нет, но хотелось бы чего-то сладкого, а то я уже давно его не ел, последний раз с тобой, ещё попкорн.– задумавшись сказал Чуя, продолжая смотреть на себя в зеркало и иногда поправлять что-то. — Хорошо, я уже пойду. Верну перчатки как приду.– Осаму выходит из уборной кафе, и из него самого. Надевая перчатки, он чувствовал тепло, что осталось там ещё от Чуи. Ему было очень приятно, что о нем заботятся, и приятные размышления о том, что детективы остались живы, очень радовали Осаму, он даже подумал, что стоит уйти из мафии, но потом, подумав ещё раз, понимает, что это не выгодно, да и просто по какой-то причине не хочется уходить, что-то вновь держит его на этом месте, но что? — Блин! Точно, нужно предупредить Акутагаву, что я не приду, а то он может меня пойти искать, зная его, он именно так и поступит… Звонить ему нельзя, так как если он возьмёт трубку, он покажет, что он не уважает босса, а не взять он просто не сможет, потому что звоню я. О, придумал! Напишу ему, как выйдет из кабинета сразу увидит.– размышления вслух всегда помогали Осаму думать лучше и быстрее. Достав телефон, он так и не сбавил темп ходьбы. Раскрыв его, он находит контакт «Расёмон» и понимает, что надо бы сменить название, потому что раньше он позиционировал его по-другому, но сейчас он для него больше, чем просто способность, он для него, скорее, непослушное дитя, которое оказалось очень эмоциональным и привязанным к нему. Осаму даже не думал, что Акутагава ему хоть как-то дорог, но после открытия у него эмоций он увидел в нем былого себя и начал ценить, да и любить ученика куда сильнее. Поэтому сейчас он и беспокоился о нем. 19.57 Дазай: Акутагава, я сегодня иду в гости с ночёвкой, меня не жди. Расёмон: Был в сети в 19.23. Пользователь «Расёмон» был переименован на «Рюноске». У Дазая в телефоне мало кто был записан по имени, обычно так было только с дорогими ему людьми. Таковыми являлись Ацуши, Куникида, Кёка и, что очень странно для самого Осаму, Чуя. Он сам не знал, почему он подписан у него по имени, просто так хотелось и все. Но так было до подрыва Детективного Агентства, а сейчас в телефоне Дазая были только номера высокопоставленных членов Портовой Мафии, и только Чуя и Рюноске были подписаны по имени. Переименовав номер Акутагавы, он уже как раз подходил к двери в пыточную. Его несколько минут не хотели пускать, так как охранники сменились, а у Дазая была слишком низкая должность для того, чтобы его пускали в такие места. Все решилось, когда дверь пыточной открыли стоящие за ней охранники, те как раз и опознали Осаму и сообщили, что этот человек работает на Акутагаву, и что его трогать не стоит. Осаму холодно поблагодарил выпустивших его охранников, а на выходе он решил, что проучит тех двоих, чтобы знали, кого положено впускать в пыточную без оговорок и тому подобного. Подойдя к двери, за которой уже целые сутки скучал эспер, он открыл ее и увидел радостное лицо, что встречало его приветливой улыбкой. — Привет, Мишитава-кун, прости, что сегодня не пришел, дела.– Ятодео резко подорвался с кровати и стал ждать, пока Осаму сам подойдёт. Дазай не стал долго думать и присел на стул, который занимал по обычаю, когда приходил к эсперу в комнату. — Привет, без вас здесь очень скучно.– отозвался Мишитава, аккуратно садясь напротив Осаму. — Да, прости, я знаю, что скучно, но помочь ничем не могу.– сказал Осаму, вынимая из пакета их еду. Он решил опять поесть с ним, поскольку есть в кафе он не хотел, а придя сюда за компанию можно. Дазаю было очень непривычно чувствовать, что его ладони что-то сжимает. Перчатки пришлись ему по размеру, не смотря на визуальную разницу, они были идеального размера для рук Осаму. — Спасибо.– грустновато сказал мальчик, подтягивая к себе жареную картошку и открывая контейнер с салатом. — Ты какой-то грустный, не расскажешь почему? — спросил Дазай, так же открывая контейнер с картошкой и подтягивая к себе столовые приборы. — Я мёрзну здесь, поговорить не с кем, просто скучно.– говорил, не переставая есть, подросток. — А, я знаю, что тебя обрадует. Дай угадаю.– весело вскрикнул Осаму, начиная свою трапезу. — Ну попробуйте угадать.– Мишитава уже накидал несколько вариантов, что с ним может сделать этот таинственный человек. — Хорошо. Прогулка на свежем воздухе.– услышав это, парень выпучил глаза на спокойно евшего Осаму. — А как… Как вы это провернете? Чтобы я не увидел где нахожусь или какие-то другие детали. Или что убегу от вас? — начал удивлённо спрашивать его, продолжая поедать поставленную перед ним еду. — Ох. Ну что за глупые вопросы. Глаза я тебе завяжу, а второе можно исправить наручниками, тебе и мне на руку.– все так же не отрываясь от еды, ответил Дазай. — А если честно, то меня бы это очень обрадовало.– продолжил мальчик. — Я знаю, поэтому и придумал небольшой план, как нам поднять твой боевой дух перед работой. И да, я дам тебе листок и ты напишешь всю информацию о себе, типа возраст, день рождения и тому подобное. Это нужно для новых документов. — Так про то, что я перейду в мафию, это была не шутка? –снова удивился пацан. —Нет. Неужели было похоже? — Ну я подумал, что вы так хотите поиздеваться надо мной.– Мишитава виновато посмотрел на своего единственного знакомого человека, имени которого все так же не знал. — Я понял, значит доедай, пойдем тебе за одеждой, а завтра или послезавтра уже будут готовы твои документы.–он перевел взгляд на подростка, что благодарно смотрел на Осаму. Он старался быстрее напихать в себя еду, чтобы уже быстрее выйти из этой насточертевшей комнаты. Он не хотел убегать от этого незнакомца, он стал ему тем единственным знакомым, что не использовал его и которому можно было рассказать все, даже не можно, а нужно. Это был его билетик в более менее счастливую жизнь. Осаму тоже знал, что мальчик ему верит и никуда не сбежит, а наоборот, скорее, попытается сблизиться с ним для дальнейшего общения. — А куда мы пойдем? — спросил Мишитава, зная, что ему скорее всего не ответят на его вопрос. — Мы? Да в ближайший магазин одежды. Закупим тебе два комплекта одежды и вернёмся, а потом уже буду думать, куда тебя поселить. Кстати, у тебя самого нет конкретных пожеланий в одежде? — Да нет, мне бы хоть что-то, а не обноски.– Ятодео позорно отвёл взгляд от спасителя. —Это к лучшему. Готов? –радостно огласил тот, облегчённо подумав о том, что не придется долго выбирать вещи. — Ага, – уже с меньшим интузиазмом ответил подросток. Шатен, довольно улыбнувшись, открыл дверь и выпустил счастливого Ятодео за пределы комнаты. Мальчик сверкал от счастья. Но, идя по местам, где обычно пытали людей, мальчик вдруг спросил: — А сколько людей вы убили? Вопрос, заданный Мишитавой, поставил Осаму в тупик. — А тебе зачем? — возразил тот. — Просто очень интересно.– ответил Ятодео. — Ну в досье сказано что 138, но на деле около двух сотен.– сказал он, смотря очень внимательно на эмоции выражаемые пацаном. — Да. Это очень много. А меня заставят убивать? — спросил мальчик, не особо удивляясь. — Не знаю, наверное нет. А ты сам кого-то убивал? — Да. Одного человека.– Дазай удивился, но продолжил спрашивать. — Когда? — Ой. Ну так сразу и не скажу..... Не помню сколько мне было...... В приюте, когда на моих глазах забили насмерть ребенка, я не выдержал и ночью пришел в комнату к воспитательнице, которая мучала нас всех, и уменьшил ей шею. Она умерла от того, что воздуха не хватило. Я не жалею об этом, возможно, мне даже понравилось.– Дазай подозревал о подобном, но не был уверен на 100 процентов. — Я очень рад, что ты поделился со мной такой сокровенной информацией, но тебе бы не следовало делиться подобным с каждым мафиози, что втёрся к тебе в доверие. — Дазай решил немного поумерять пыл Мишитавы.– Ты не бойся, я отдам тебя в хорошее руководство, сейчас я тебя не могу к себе под руководство нанять, слишком должность мала, но потом, если захочешь, перейдешь ко мне в отряд. Сам-то ты хочешь работать у меня в отряде? — Я… Наверное да.– неуверенно ответил он. —И правильно, это будет трудно, и ты очень востребованный станешь как работник, поэтому решать только тебе.– они уже подходили к огромной железной двери, что толщиной была не меньше полуметра. — Я вам очень благодарен. — Замолчи.– гаркнул на него Дазай, подходя к двум охранникам, пустившим его сюда. — Простите, не могли бы вы нас выпустить на час, может два? — спросил Дазай, очень угрожающе смотря прямо в глаза одному из охранников. Авторитета у него не было, но угрожающий вид остался. При таком заявлении охранники растерялись, а тот, на кого смотрел Осаму, вообще тихо паниковал. —Н-нет. Запрещено. После нежелательного отказа, Дазай резким движением подлетел к одному из охранников, нажал на 7 «волшебных» точек на его теле, и один из охранников упал без сознания. Мигом увернувшись от нападения второго, он столь же грациозно и незаметно достал нож из портупеи и лёгким движением руки приставил его к горлу огромного двухметрового мужика. — Давайте это останется нашим секретом. Вы нас спокойно выпустите, а я ничего не сделаю с вами и вашими друзьями, договорились? — сказал Осаму, все тем же спокойным, но угрожающим голосом. — Да, давайте так.– сказал охранник. Его отпустили из захвата, убирая лезвие от горла, Осаму сказал: — Ваш напарник очнётся через 2 часа, когда я вернусь. И если об этом узнает хоть кто-то, то боюсь, что вас больше никогда не увидят живым. Я надеюсь, что я доходчиво объяснил. —Да, я все понял. Дазай опять понял, что в нем просыпается былая жестокость, он сразу понял, что бороться с ней смысла не имеет, лучше просто выпускать ее в нужных случаях и в нужной мере, но не злоупотреблять ей. Это было единственное правильное решение, что помогло бы ему не потерять человечность и не вернуться к своей мафиозной личности, что ему, новому, совершенно не нравилась и не нравится до сих пор. Оставшийся охранник открыл дверь перед людьми, они вышли, а он объяснил двум другим, что Дазая нужно впускать безоговорочно. Идя в сторону выхода из подземной парковки, они оба шли молча, не упоминая только что произошедшие события. Дазай в это время думал, к кому в отряд можно поставить новенького с приемлемой способностью, при этом не навредив ни самому одаренному, ни командиру отряда. —Дазай-кун, если нужна будет помощь, любая, звони.–... «Точно, Озаки, она хороший командир, работа у отряда не пыльная, да и она будет рада, и в долгу передо мной.» идея Осаму была и вправду не плоха, но согласится ли сама Кое? И есть ли у нее места и желание обучать новобранца? Это позже, сейчас нужно узнать, согласна ли она вообще. Дазай молча, с таким же каменным выражением лица, достает телефон и ищет номер с подписью «Кое Озаки». Найдя нужный контакт, он думает, что, во-первых, сейчас она может быть занята, а во-вторых, не стоит при мальчишке, а то услышит чего лишнего, и тогда точно умрет. Поэтому он нажал на кнопку «написать». Открылся классический мессенджер. В перчатках было очень неудобно писать, но снимать аксессуар он не спешил, даже не хотел, руки сильно мёрзли, даже не от мороза, а от того, что нормальная температура крови у него ниже, поэтому руки мёрзнут так сказать изнутри, обычно перчатки ему не помогают, это и логично, но сейчас они продолжали греть руки не смотря ни на что. 20.10 Дазай: Добрый вечер, я не знаю, заняты вы или нет, поэтому когда освободитесь, наберите меня, если это случится раньше 22.00, то перезвоните мне в это время, тогда я освобожусь. У меня для вас очень интересный разговор, который принесет пользу вам. Кое Озаки Была в сети 18.39. Написав, он положил телефон в карман и мимолётно посмотрел на Мишитаву, что, съёжившись, очень неуклюже шел. — Холодно? — спросил Дазай столь же сухо и холодно, как было на улице. Не дождавшись ответа, он снял с себя плащ и накинул его на паренька, что обернулся и благодарно посмотрел на него своими серо-голубыми глазами. — Спасибо.– шепнул он, просовывая руки в рукава плаща. Этот плащ был ему дорог, но не так как бежевый, конечно, но все же. Он доверил подростку такую вещь как плащ, для него это показатель доверия, пусть Дазай и не так ему доверял как показывал, но малец понял, что ему показали жест доверия, и даже не понял, что это доверие не целиком правдивое. Выйдя с парковки, они направились к так называемому корпусу 2 — здание в собрании Портовой Мафии, что было вторым по важности. Оно содержало в себе торговый центр, магазины одежды, так же кафе, гостиницу и химическую лабораторию, во главе с больницой мафии. Будучи ещё в Портовой Мафии, Дазай часто гостил там после неудачных попыток суицида, или после очередного задания с Чуей, или очередного неудачного для Осаму визита к Огаю. Зайдя в него, они устремились к лифту. Первый этаж не представлял из себя ничего особенного: кафе, пост охраны и магазин фирменной одежды. Поскольку Осаму не мог себе позволить спустить там всю зарплату с оперативного задания, они и поехали на верхние этажи. Там располагались вещевые магазины, почти в два раза дешевле. Доехав до нужного этажа, они вышли и направились ко входу в один из магазинов с цветными вывесками. Зайдя в него, Дазай сказал: — Можешь идти и выбирать себе два комплекта одежды, и домашний сразу выбирай как третий. Она должна быть для оперативной работы и один для офисной работы. — Ясно. — ответил Мишитава на совет и пошел выбирать себе вещи, предварительно отдав гревший его до этого плащ обладателю. Он долго блуждал по магазину в поисках подходящих вещей. Набрав, он пошел мерять их, а Дазай все это время сидел, попивая чай, который заварили ему приветливые работники магазина. Все это время он думал, что будет делать дальше. Впринципе он может сейчас уйти из мафии и снова перейти к детективам, но он сейчас не знает, где они. Но этого как-то не хочется, сейчас он не знает куда идти, но у него здесь и сейчас место есть, которое он уже не очень хотел покидать, прото уходя в никуда. Сейчас ещё рано, да и мафия заподозрит что-то неладное. И все же его держало не все это, а что-то другое. Неуверенность. Это вполне нормально после случившегося, это один из лучших вариантов развития событий. Да и это временно, пока моральные раны не затянутся, а потом все вернётся обратно. У Осаму подобное насилие было не впервые, он проходит через эту неуверенность достаточное количество раз, чтобы выучить итог, к которому он приходил всегда - все возвращалось в норму. Но, подумав ещё немного о мафии и его положении в целом он понял, что его держало. До него дошло, что Огай оставлял ему всяческие намеки на то, что он сделат с Накахарой, если тот дернется. То чувство, что не давало ему сорваться к детективам - это был страх. Неосознанный страх за Чую. Его сознание говорило ему, что не надо этого делать, даже не понимая причины. Но сейчас картина в голове сложилась воедино, Мори чуть ли не прямым текстом говорил Осаму, когда тот ещё был у него в плену, что он сделает с Чуей, если тот сорвётся и убежит, а тогда Дазай намеков не понял. И та излишняя эмоциональность Чуи...... Это последствия решения Осаму убежать. Его просто побили, Мори собственноручно избивал Накахару в подобных случаях, а зная, что способность Чуи при сильном страхе сводится буквально к нулю, это было вполне ожидаемо, Накахара ужасно боялся Огая, хоть и не показывал этого, об этом знал только Мори и Осаму. Теперь он понял, что Мори связал ему руки уже давно, просто сам шатен это понял только вдоволь подумав. Посмотрев на время он обнаружил, что ему вот вот должна была набрать Кое. Он, выйдя из магазина, решил постоять на площадке, на которой не было ни души. Он как предчувствовал, что она вот вот ему позвонит. Раздался ожидаемый звонок, посмотрев на экран, чтобы удостовериться, что звонит тот, кого ждут, он поднял трубку. — Дазай-кун, что у тебя там за предложение, мне уже так интересно, я освободилась раньше, сидела и ждала, когда настанет нужное время. — Ну да, предложение и впрямь отличное. У меня есть одаренный, которому нужно вступить в мафию, чтобы выжить, он очень способный, ещё и эспер, есть заметное желание и я подумал, что это тебя заинтересует. Ну что скажешь, не прогадал? — Да, пожалуй. Очень интересное предложение, я согласна. Что ты хочешь взамен? — Да пока ничего, потом сочтемся. — Отлично, тогда когда ты мне его передашь? И можешь чуть по подробней про него рассказать? — Конечно. Мишитава Ятодео, 17 лет, способность уменьшать и увеличивать предметы, размер которых не привышает 2 на 2 метра. Передам завтра. Жилья нет, нуждается в обучении боевым искусствам и технике владения оружием, может убивать и умеет, но не сильно к этому готов. — Поняла, спасибо за информацию, когда сможешь передать? — Завтра, в 10 утра устроит? А то мне на 11.00 в офис. — Конечно устроит, а у него документы есть? — Нет, но завтра появятся. — Хорошо. Ещё раз благодарю за отличное предложение и до завтра.– владелица Золотого демона сбросила трубку. Вот и хорошо. Дазай пошел обратно в магазин, где его уже ждал Мишитава с полными пакетами покупок. Все это вышло на сумму в 15000 Йен. Ятодео шел с улыбкой до ушей и не мог нарадоваться этой прогулке, которая подходила к концу. — Мишитава-кун, завтра к 9.30 ты должен быть в костюме, я за тобой зайду и мы пойдем к твоей начальнице, которая будет тебя курировать первое время, а потом будешь у нее в отряде, она хороший человек. — Уже? Так быстро? А мы с вами можем видится? –с грустью посмотрел мальчик на полюбившегося ему незнакомца. — Думаю да, а там посмотрим.– ответил Дазай на вопрос радостного, а вроде уже и нет, подростка. Они подходили к подземной парковке, это значило, что они вот вот зайдут в пыточную, где располагался временный дом Ятодео. — А можно я у вас кое что узнаю напоследок? — спросил мальчик, заглядывая в лицо загадочному человеку в черном костюме. — Ну почему же напоследок? Я буду иногда приходить смотреть за тобой, да и так будем пересекаться.– ответил Дазай, задрав голову вверх от усталости. — Значит не напоследок, я же теперь член Портовой Мафии? — Как бы да, но по документам ещё нет. — Так, раз я теперь с вами в одной организации, то можно узнать ваше имя? — Дазай Осаму.– сказав свое имя, его обладатель почему-то сам немного дрогнул. — Спасибо, я обязательно вас найду, когда буду свободен от работы.–паренек улыбнулся и замолк. — Обязательно сможешь, только работать придётся много для того, чтобы чего-то добиться.– Дазай прекрасно знал сколько труда и сил ему нужно вложить в мафию, чтобы продвинутся по карьерной лестнице, поскольку ему самому предстояло пройти этот трудный путь заново. — Я знаю, зато я буду жив и среди своих. Они подходили к большой, железной двери, которая вела их туда, откуда обычно не выходят больше живыми. Охранники пустили их без проблем, только охранник внутренней стороны двери получил на себя очень не добрый взгляд, что мог значить только одно – «Не вздумай ослушаться». Мишитава шел спокойно, как к себе домой. А Дазай, лишь время от времени, поглядывал вокруг. Вся эта обстановка навивала ему не самые лучшие воспоминания, он не понимал, как ему могло нравиться так сильно мучать людей. Сейчас он тоже может пытать людей с тем же усердием и талантливостью, но уже он будет делать это без странного садистического удовольствия. Пройдя к камере, в которой жил Мишитава, он зашёл в нее, чтобы попрощаться с пацаном, но у него зазвонил телефон, опять заставив его обладателя подпрыгнуть от неожиданности. Посмотрев на экран телефона, он прочитал надпись, которую, идя сегодня в пыточную, он сменил. «Рюноске». Он не стал бы звонить ему без причины, поэтому Осаму незамедлительно взял трубку. — Алло, Дазай-кун, у меня для тебя новости. Завтра тебя ждёт к себе Мори-сан, с личными отчётами. Телефон выпал из ослабевшей руки и ударился о бетон, прямо на глазах у стоявшего позади Мишитавы. Средство связи никак не повредилось, только пара незначительных царапин. Осаму стоял в очень странной позе, пытаясь сообразить что ему делать дальше. Он стоял и понимал, чем ему грозит подобная встреча с боссом, поэтому рука начала подрагивать, а глаз неврастенически задёргался. Придя в сознание он присел, и снова взял телефон, из которого уже слышались слова обеспокоенного ученика, который через телефон не понял, что произошло. — Все хорошо, я просто телефон выронил. Я тебя понял, значит я приду сегодня домой. Если ты не против, то ты расскажешь мне чуть подробнее.– все это он говорил с паузами, которыми пользовался, чтобы перевести дыхание и для обдумывания дальнейших слов. — Конечно, ты когда будешь? — сказал Рюноске, явно выдохнув. — Я? Ну где-то через 5-10 минут, я как раз уже заканчивал. — Буду ждать.–отозвался Акутагава, и из трубки телефона и послышались гудки. Вызов сбросили, а Осаму продолжал смотреть в пол, стоя спиной к Мишитаве. — Тогда до завтра? — голос мальчика вернул его в сознание. — Да, я завтра за тобой зайду в 9.30. Дазай встал и быстрым шагом направился к выходу из комнаты для одаренных. Закрыв дверь на ключ, он так же быстро прошел все пространство. Подходя к охранникам, он снова сделал угрожающий вид, а те его выпустили. Выйдя из пыточной, он направился наверх, ему нужно было занести перчатки Чуе, а потом на этаж ниже, домой к Акутагаве. Выходя из подземной парковки, он думал о том, что ему делать и как быть. Ответ напрашивался сам собой: « Чтобы не произошло, нельзя подать виду, что он был сломлен, или что агенство выжило. И ещё… Лучше отдаться боссу во всех его желаниях или… Он может навредить единственному человеку, что был близок ему всегда, даже когда не был рядом 4 года. Накахаре. Скорее всего, там мы будем заключать повторное соглашение об их ‹ отношениях», если их таковыми можно называть». Дазай всегда верил Чуе, а Чуя Дазаю. Это можно было видеть буквально где угодно, даже в той миссии во время конфликта с Гильдией. Чуя использовал порчу, потому что верил Дазаю, и не прогадал. Их доверие было тем, что не привышает рамки доверия никогда. Дазай всегда старался помочь Накахаре, даже когда тот этого и не понимал, даже сейчас, в этот самый момент он его оберегает, и как бы Чуя не хотел его подколоть, унизить, выиграть, сам он никогда не перестанет ему верить, и защищать «ублюдка Дазая». Чуя всегда его так называл, ещё даже до прихода в мафию, а потом как-то закрепилось и эти слова перестали нести в себе оскорбительный смысл, скорее погоняло, как у Чуи, скажем «гном» или «рыжик». С этими мыслями он успешно прошел весь хол первого этажа мафиозного центра и зашёл в лифт. Нажав нужный этаж, он стал подниматься и думать, как бы так сказать и не обидеть рыжеволосого. Остановившись на классическом варианте, он стал аккуратно снимать перчатки с уже очень даже теплых рук. Ему очень понравился этот аксессуар, но носить его всегда он не будет, так как это не его вещь, он может лишь попросить Накахару о паре таких же, или чтобы тот сказал место покупки и уже после купить самому. Доехав до нужного этажа, двери лифта распахнулись. Выходя, он сразу зрительно искал дверь бывшего напарника. Найдя, он быстрым шагом направился к ней. Подойдя к двери вплотную, он чуть не врезался в нее носом, уже третий раз в этом здании. Дазай успел вовремя среагировать и остановиться прямо в сантиметре он железной двери. Осознав, что произошло, на его лице выступила милая улыбка. Он нажал на звонок, что было слышно даже через дверь. Ее, к слову, почти сразу же открыли, так же подлетая к двери, судя по всему, так же чуть не врезавшись в нее носом. — Привет, проходи! — сказал парень, энергично хватая Дазая за рукав и затягивая внутрь уютной квартиры. — Прости, Чиби, у меня не получится посмотреть фильм, на меня навалилась тонна работы по пленным.– он виновато опустил голову перед человеком, которому больше всего доверял в этом здании. — Блин..... Ну ладно, а завтра сможешь, или нет? Когда сможешь? — сказал парень, опираясь о стенку. Он с обидой смотрел на Осаму, необычно оперев ногу на стену. Он был в красной длинной футболке, почти до колен, и в милых носках по щиколотки, с принтом котиков. — Даже не знаю, думаю завтра-послезавтра, может получится. Давай я тебя завтра наберу, ближе к вечеру, и скажу как с работой. М? — смотрел Осаму на задумчивого парнишку, чей взгляд был направлен в пол. — Да… Давай так.– ответил тот, оторвав взгляд, и перевел его на Дазая, что стоял и мило улыбался стоящему перед ним коротышке. — Ах, да. У меня твои перчатки.– сказал Осаму, протягивая теплое изделие. Рыжий посмотрел сначала на черные, теллые, замшевые перчатки, а потом на Дазая. — Удобные? — спросил тот, вглядываясь в глаза стоящему напротив. — Ага. И очень тёплые.– Дазай решил добавить от себя, подходя к Накахаре, чтобы вручить вещь. — Я так подумал… Руки, зная твои особенности, мёрзнуть будут всегда, а потом лопаться. У меня таких ещё 5 пар, а у тебя пусть будут хоть одни. Забирай.– сказал рыжий коротышка, когда Дазай был готов в руки вложить черное изделие. — Спасибо. А то, честно говоря, я и сам не хотел бы их отдавать, но они твои, но раз ты мне их подарил, буду носить их, когда руки будут замерзать.– сказал шатен, закрывая глаза. — Ну вот и носи на здоровье! — Накахара ответил очень мягко, не желая задеть напарника неприятной речью, без переносного смысла. — Мне правда жаль, что так получилось... Тогда до завтра? — снова с виноватым видом он посмотрел на парня в красной футболке. — До завтра.– сказал Накахара и пошел на кухню, ожидая, что друг и сам найдет выход,— а дверь за мной закрыть не хочешь? — напомнил ему Осаму, да так, что тот начал разбег ещё с кухни. — Бли-и-и-ин, – протянул Чуя, выбегая из кухни в сторону коридора и входной двери.— Прости, забыл совсем.– сказал Исполнитель, открывая дверь. Выпустив Дазая, они снова попрощались и дверь была заперта на ночной замок, который можно было закрыть только с одной стороны. Выйдя, Дазай ощутил, что ему очень хорошо и даже весело. Он забыл о проблеме и снова зашёл в лифт, нажимая кнопку 67 этажа, что находился всего на один этаж ниже квартиры Чуи. Осаму стал спускаться в ненавистном ему лифте, но хорошие ощущения, после отличной беседы, замечательно компенсировали ему неприязнь к кабине лифта. В здании было 70 этажей. На самом высоком располагался кабинет-квартира босса, в которой он жил со своей дочерью-способностью, даже не знаю, как назвать, скорее и то и другое в одном непослушном ребенке, что раз за разом бесила Дазая при встрече с Мори, но ещё присутствие этой чертовки означало, что сегодня не будут исполняться некоторые условия договора. Доехав до своего этажа, Осаму устало зевнул и стал выходить из лифта. Не смотря на то, что он проспал пару часов до встречи с Мишитавой, ему все равно хотелось спать. Это не удивительно, ещё и глаза болели, так как сегодня они выплакали реально всю воду из организма, и без того уставшего от постоянных тренировок. По пути к квартире, что он делил с Рюноске, он встретил Тачихару, что направлялся в соседнюю квартиру с двумя тарелками риса с мясом, и в домашней одежде, что была довольно необычной для лейтенанта Черных ящериц. Это была кофта с длинным рукавом, пушистая и с принтом обезьянок, и штанами из этого же комплекта, только они не были пушистыми, а были просто свободными, заканчивались чуть ниже колена, и в домашних тапках. Увидев Осаму, он сразу насторожился, так как они были знакомы только когда Дазай был уже детективом, и он не знал его как мафиози. Осаму пришлось начать не очень желательный разговор. — Привет, Тачихара, я ваш сосед. Сейчас живу с Акутагавой, а потом съеду и вы меня здесь пока что не увидете. После слов Дазая парень чуть подрасслабился и ответил: — Буду знать. Только хочу спросить: как вас зовут и почему вы временно проживаете у моего коллеги? — Ну, я перешёл в мафию и мне пока не освободили комнату. Меня зовут Дазай Осаму, я раньше тоже работал в мафии, решил перейти обратно к вам.– опять Осаму пришлось назвать свое имя и вновь объяснять людям, какого чёрта он здесь находится, раз он из Детективного Агентства. — Ясно, с новосельем! — очень приветливо сказал парень, мило улыбнувшись.— Рад, что вы снова с нами, пусть я вас и не помню. — Да вы и не можете меня помнить, вас приняли сюда, когда меня уже не было как пол года. — Мм, ну теперь понятно. Ладно, хорошего вам вечера, а я уже пойду.– ответил красноволосый и направился в квартиру, что находилась по соседству с квартирой Акутагавы. Постучав в нее, ему открыла милая девушка, что позже впустила парня с ужином. Это была Гин Акутагава — сестра Рюноске. Похоже у них с Тачихарой что-то есть. Его настроение совсем не упало после не желательной беседы, а даже наоборот, поднялось. Он, с былым энтузиазмом, постучал в свою дверь, а потом вспомнил, что у него есть свои ключи. Тихо посмеявшись над собственными действиями, он выудил ключ из кармана и повернул его в замочной скважине. После, он плавно открыл дверь и тихо вошёл. Разувшись, Дазай проскользнул в свою комнату, наспех переодевшись в домашнюю одежду, он пошел на кухню, где его ждал уже готовый к разговору Акутагава. Осаму, за все это время, успел забыть о цели их разговора, но пришлось вспомнить. Хорошее настроение исчезло, его как и не бывало. — Итак, подробности..... Что тебя интересует? — серьезно спросил Акутагава. — Что ты рассказал боссу про меня? — Дазай сел напротив Аку и серьезно посмотрел на него. — Я сначала рассказал ему о том, что ты сделал, а уже потом назвал твое имя. Ещё я рассказал ему о том, что все отчёты делал тоже ты. Про твою нарастающую боевую подготовку и что ты у меня в отряде.– говорил Акутагава, отведя взгляд, попутно вспоминая детали.— Ах, да, точно. Он ещё спрашивал, о чем мы тогда на лавочке говорили, ну я ему ответил, что мы с тобой говорили о прошедшем задании. Правильно сделал? — Да. И ещё тоже вопрос, с какими целями он зовет меня к себе, можешь чуть подробнее? –сказал Дазай, отвлекаясь на поставленный перед ним чай, сделанный Расёмоном во время беседы. — Спасибо.– быстро сказал собеседник и отхлебнул в горло только что сделанный, очень горячий чай. — Так вот. Он хотел, чтобы ты лично пересказал ему всю информацию от допроса и чтобы ты рассказал ему о планах на этого человека. — Ясно, Акутагава, я тебя понял. Спасибо за информацию, и во сколько он завтра меня ждёт? — В 11.00 утра, в идеале с отчётом о дополнительном допросе подростка. — Ух, похоже работы мне прибавилось на ночь. — Ага. Тебе кофе заварить, пока я ещё тут? — Да, было бы не плохо. После этих слов из домашней кофты Акутагавы полезли черные ленты, что взяли чашку, из-под допитого только что чая и начали мыть объект. Закончив, снова поставили чайник и засыпали растворимый кофе в кружку. Залив его кипятком, ленты потянулись к банке с сахаром. Докинув в кофе 3 ложки, чашка с кофе была поставлена перед Осаму, который уже ни капельки не удивлялся проделываемой Расёмоном работе. — Спасибо, я очень рад, что тебе лучше.– приветливо улыбнулся Дазай, притянув кружку к себе, он посмотрел на Аку, который тоже заулыбался искренне. — Я тоже очень рад, что «он» жив.– Рюноске обратил внимание на одно конкретное слово, которое и понимать не надо было. Оно означало Ацуши. — Это да, я тоже очень рад, что все так произошло.– сказал Дазай, отведя взгляд от улыбающегося ученика. — Зная это, я могу быть спокоен и снова вернуться к работе. — Я тоже — подтвердил Осаму. —Вы планируете и дальше остаться в мафии? — спросил Рюноске, удивлённо посмотрев на учителя. — Да. Поднимусь по карьерной лестнице, все равно я не знаю, где скрываются детективы. Скорее всего, они даже не в Йокогаме, они уехали, но скоро вернутся и будут продолжать возобновлять свою работу. Но пока в подполье, не вызывая ни у кого предположений, что эта организация выжившие Детективное Агенство. Пока меня туда и не примут обратно, это слишком подозрительно, да и я пока хочу остаться здесь с тобой и ещё кое с кем. Так выгодней.– весь этот рассказ был от начала и до конца аргументирован, но Акутагава не знал главного. Дазай уже не мог уйти, так как руки ему сковал Мори и договор, который они завтра будут обсуждать с Огаем. Казалось бы, почему бы не скрыться сейчас? Деньги есть, все есть. Но нет одного - уверенности, что после очередного побега не убьют сильно ослабшего Чую. Мори был способен на все. Дазай знал, что при страхе способность Чуи сводится почти к нулю, и ещё он знал, что в тайне Накахара настолько сильно боится Огая, на сколько это возможно, только вот причина была скрыта очень глубоко внутри подсознания. Это становилось проблемой. Мори манипулировал Дазаем всегда через то, что навредит Накахаре, он знал о его единственной слабости - это Чуя, со временем появился и Ода, но Чуя всегда был на ступеньку выше, это даже сам Осаму не осозновал, а Огай этим успешно пользовался и отлично знал, на какие кнопки нужно жать. Как любой сильный лидер, он пользовался этим и в целях для улучшения организации, и для личных целей, но это уже на угоду себе, поскольку Осаму был ему интересен с самого начала их общего пути. — Ясно, приму это как комплимент, что я тебе дорог! — пошутил Акутагава для того, чтобы хоть как-то развеять абсолютную тишину, что заставляла в ушах звенеть. — Да, можно и так сказать.– они оба посмеялись, Дазай взял чашку с кофе и пошел к себе. — Ах да, совсем забыл. Когда я рассказал о тебе боссу, я сказал, что ты живёшь у меня, а он ответил, что найдет тебе жилье получше, поэтому завтра ещё и об этом поговорите.– говорил Акутагава, потирая ладонью свою шею. — Эх. А жаль. Я так к тебе привык. Ну ладно, это должно было когда-то произойти.– грустно сказал Дазай, закрывая дверь спальни. Пройдя вглубь неосвещенной комнаты, он наткнулся на стол, к которому так активно шел. Включив на нем настольную лампу, он посмотрел на время. 23.03. «Уже очень поздно, стоило быстрее идти и меньше трепаться.» подумал Дазай, грустно перебирая бумажки. Он уже был уверен, что завтра на встрече не будет никакого секса. Даже орального, так как босс вызвал его реально обговорить дела и времени на все вышеперечисленное просто бы не хватило. Это облегчило состояние Дазая, так как он уже мог спокойно выдохнуть без всякого беспокойства. Ему оставалось только бумажная волокита и сделать документы Мишитаве. На первое уйдет максимум час, с его привычным темпом работы. А вот с остальным придется повозится подольше. Достав бумагу и ручку из переносного портфеля, который он носил в офис, он начал писать отчёт о дополнительном допросе, записывая туда все дополнительное, что узнал от Ятодео. На это ушло даже чуть меньше времени, чем планировалось. Оставалось самое проблематичное - документы. Их можно легко подделать, позвонив ещё одному члену Портовой Мафии, который тоже не спит в это время. Человек, знакомый ему ещё с давних времён работы здесь, в Мафии. Они были хорошими знакомыми. Этот человеку работал в компьютерно-технологическом отделении, и не раз выручал Дазая с подобными делами. Вздох. Телефон. Поиск контакта. Звонок. — Привет, Дазай. Как давно ты мне не звонил. Чего надо? — донесся уставший, но радостный голос из трубки. — И тебе добрый вечер. Тут одному мальцу нужно документы сделать, их изначально никогда не было. — Ага, я тебя понял, а какие конкретно? — Паспорт, свидетельство о рождении. Все. — Понял, на мою почту перекинь все, что есть на это мальца. Почта моя ещё у тебя? — Не знаю, сейчас, повиси, посмотрю.– сказал Дазай, открывая стоящий на столе ноутбук, что был почти напрямую связан с его рабочим. Зайдя в нужный аккаунт, он просмотрел почту, найдя нужный номер, он продиктовал его в телефон, оттуда донесся утвердительный ответ. Звонок сброшен, а вся информация о Мишитаве печатается на почту старому знакомому. Имя, возраст, дата рождения, место рождения, на родителях он поставил прочерк, так как он сирота. Отправив всю эту информацию, он сразу перезвонил. — Ну что, справишься? — Да, просто, завтра к 9.00 все будет готово в лучшем виде, подпись отнесешь мальцу, пусть сам поставит. — Да, это я и так знаю, спасибо за помощь, удачной работы. Снова гудки. Дазай устало выдохнул, взглянув на часы он понял, что справился очень быстро, так как на часах было 00.57, а это значило, что на всю эту возню ушло около 2 часов, а это вполне по-божески. Взяв нужный реквизит, Осаму направился в ванную, ему нужно было помыться и намазать остатки ран и синяков, что все ещё не затянулись. Помывшись, он быстро намазался и пошел спать, поскольку завтра ему очень рано вставать и работать не покладая рук. Первым делом ему нужно будет забрать документы у знакомого, потом зайти за Ятодео, потом встреча с Кое и передача пацана под ее опеку, затем встреча с Мори, а потом тренировка на 14.00, там будет учение по холодному оружию, и еще он хочет попробовать расширить действие способности сквозь одежду и некоторые предметы. Это будет не лёгкое и долгое обучение, но результат будет ощутим. Тренировка закончится в 18.30, а потом он обещал с Чуей посмотреть фильм, это будет в виде отдыха, ведь с Накахарой он может немного расслабиться, ведь даже от него исходит опасность и расслабиться полностью не выходит пока что. Дойдя до кровати, он сбрасывает вещи и падает на нее, но приходится вставать и идти выключать настольную лампу, что так настырно бьёт в глаза своим светом, не давая расслабиться уставшим за день глазам, что выплакали много много слез. Выключив злосчастную лампу, он прошел к кровати и упал на нее, без сил сдвинутся с места. Все, на что ему хватило сил, это подтянуть к себе одеяло Ацуши и замотаться в него, чтобы этой холодной ночью не замёрзнуть. Открывая глаза, его как обычно поприветствовала темнота. Потянувшись к телефону, Осаму берет его в руки и включает. На экране высвечивается время 6.18. Спать уже совсем не хотелось, не смотря на то, что он довольно поздно уснул. Ну раз спать не хочется, значит нужно уже вставать, правда чем можно заняться в это время? Чуя ещё спит, Акутагава тоже, кафе закрыто, Мишитаве тоже стоит дать выспаться. Он решил, что подумает об этом, когда будет мыться, или одеваться, или завтракать. Присев на кровать, он улыбнулся и встал с неё полностью, принял вертикальное положение. Подойдя к своему гардеробному шкафу, он начал выбирать одежду. Выбор пал на белые штаны, белую рубашку, бежевый галстук и его любимый плащ песочного оттенка. Он решил, что хочет выделить свою светлую сторону, что в данный период времени главенствовала в его сознании. Он совершенно не хотел отпускать ее, ведь ему по истине нравилось помогать людям и пока не говорят откровенно убивать, Дазай будет стараться делать это по минимуму, а лучше вообще без убийств. А там как выйдет. Сложив одежду на кровать, он пошел в душ. Он всегда мылся перед работой, даже если разница во времени между помывками будет пара часов, он все равно пойдет, так как это помогает ему полностью расслабиться и опустошить голову от тревожащих размышлений. Его радовало то, что он был совершенно спокоен и не волнуется, хотя из-за последних событий стал довольно тревожным, это значило лишь одно - он начинает восстанавливаться и восстанавливать свою уверенность и решимость. А уже это значило более продуктивную работу. Взяв нужные вещи для душа, Дазай, не парясь по поводу того, что он без футболки и штанов, идёт в ванную комнату. Зайдя туда, он смотрит в зеркало на все свое тело, что, казалось, только недавно было украшено синими, фиолетовыми и черными «цветами», а сейчас же все стало куда лучше, кожа преобрела свой, бледноватый оттенок, оставались только почти зажившие порезы, корка которых вечно отрывалась от бледноватой кожи на груди и животе. Мазью уже просто незачем мазать, осталось только ждать. Мыться ему пришлось не долго, так как телефонный звонок удивил Осаму не слабо. « Кто может звонить в пол седьмого утра?» пронеслась краткая мысль в голове у удивлённого парня. Он всегда брал телефон с собой в ванную, поэтому не пришлось бежать в комнату. — Привет, документы готовы. Прости, что так рано звоню, разбудил? –голос из трубки звучал устало, похоже знакомый провел ночь без сна. — Пф, да нет, я уже минут 15 как не сплю, давай тогда встретимся через пол часа в кафе на первом этаже главного здания, чтобы раньше передать документы? –предложил Дазай альтернативу, для скорейшей передачи документов. — Да, давай, а то они мне глаза мазолят, а мне через пару часов на работу, спать уже поздно ложиться.–сказал ему в ответ вздохнувший собеседник. — Да, у самого та же фигня, тогда давай встретимся в кафе.–Дазай бросил трубку, положил телефон на раковину и начал смывать с себя мыло, так как время на сборы уменьшилось. Выйдя из ванной в нижнем белье, он пошел к себе в комнату, так как ему ещё рубашку гладить. Достав утюг из ящика в шкафу, он поставил его нагреваться, а сам в это время застелил постель и положил на нее рубашку, как на гладильную доску. Утюг нагрелся, его подхватили сильной рукой и лёгкими, извилистыми движениями начали возить по рубашке, разглаживая ее как можно ровнее. Закончив это опасное дело, он стал одеваться. Первой вещью на нем стали бинты, затем рубашка. Застёгивать пуговицы бесит, да ещё, похоже с просонья, застегнул так, что оказалось неправильно и на одну пуговицу выше, пришлось переделывать уже думая от том, что делаешь. Закончив это противное дело, Дазай стал натягивать штаны, белые, чистые, красивые штаны, по типажу напоминающие джинсы, а по цвету чисто белые, из приятной на ощупь ткани. Дальше он взял черную портупею, что хорошо подчеркивала образ своей четкостью и цветом, он застегнул её на поясе, и вложил туда ещё один пистолет и нож. Дополнив ассортимент оружия в портупее, настало время галстука, но, посмотрев на него, он подумал и решил, что хочет надеть галстук, что носил, когда работал в Агентстве, этот вид галстуков называется галстук Боло. Он идеально подходил к этому светлому образу. Остался только песочный плащ, что покорно висел на вешалке и ждал своего часа. Натянув его сверху, он сразу собрал вещи для тренировки и решил взять их с собой, подумав, что после встречи с передачей документов он пойдет потренируется в развитии способности, как и хотел. И ещё было принято решение сразу там поесть. Выходя он взял ключ, что лежал на тумбе и временно принадлежал Осаму, он тихо закрывает дверь и смотрит на время. 06.55. Времени ещё было в запасе, поэтому он не спеша направился к лифту. Заходя в него он вспомнил, что забыл перчатки, подаренные Чуей, прикоснувшись к холоднейшей кнопке вызова лифта он понял, что без них сегодня не выдержит. Вернувшись, он тихо зашел и взял нужную ему вещь, попутно надевая ее на руки, он снова вышел из квартиры, закрыв дверь он мчится к уже приехавшему лифту. Заскочив в него, он нажимает кнопку первого этажа. Спускаясь вниз он понимает, что в ладонях опять теплеет. Это очень приятное чувство теплоты разносится по телу, заставляя конечности прогреваться. Доехав до низу, он понял, что вернуться за перчатками была очень хорошая идея, так как в холле было очень холодно, тело было отлично защищено от холода, а вот голые ладони быстро бы закоченели. Подойдя к закрытым дверям кафе, он отодвинул стеклянную дверь рукой и она открылась. Пройдя внутрь, он сел за свой любимый столик, возле панорамного окна, с мягкими диванчиками. Сел и наслаждался видом сверкающих черных зданий, что давали отблеск из-за того, что на них светило восходящее солнце. — Простите, Сер, но мы ещё закрыты.– голос симпатичной девушки менеджера вывел его из наблюдения за этим интересным видом — Доброе утро, простите за вторжение, но вы открываетесь в 7.00, я просто посижу здесь, а закажу уже после прихода всех сотрудников, хорошо?–вежливо ответил Дазай симпатичной девушке. — Могу ли я увидеть ваше удостоверение о работе здесь, или удостоверение личности? — спросила девушка, с той же милой улыбкой. — Да, конечно.– ответил ей шатен, ища в кармане пальто удостоверение о работе в мафии. Нащупав его, он подал его удивленной девушке. — Спасибо.– ответила она, отдавая удостоверение парню.— Вы просто совсем не похожи на мафиози, простите. — Да ничего, я знаю.–выдал Дазай девушке, что уже отходила от столика. — Можно будет заказать что-то ближе к 7.10.– сказала она ему напоследок и скрылась за дверями в кухню. День начался вполне хорошо. Через 10 минут пришел его знакомый. Как обычно, опоздав на 5 минут. Он передал документы в лучшей форме, что только можно было представить. Осталось только фото и подпись. Заплатив ему немного денег, как бы в благодарность он ушел из кафе, а Осаму остался сидеть. Ему нужно было позавтракать и взять чего-нибудь подростку. Над заказом долго думать не пришлось. Он заказал кофе, два круассана с шоколадом, что идеально подходили по вкусу к кофе. Ещё яичницу с беконом. А для Мишитавы взял апельсиновый сок, это его любимый, гречневую кашу с куриными сердечками в подливке. Все это ему принесли через 10 минут. Быстро поев, он собрал все, что для Ятодео, а затем пошел в тренировочный зал. Его пропускали туда без проблем, так как знали, кто он и чему он здесь обучается. Зайдя в одинокий зал, он пошел переодеваться, времени было навалом, поэтому можно было не особо спешить. Переодевшись, он провел разминку для всего тела и стал повторять специальные движения, что разогревали нужные мышцы для работы с холодным оружием. Взяв нож из портупеи, он продвинулся по специальным приемам, повторяя их по памяти, затем он шел за здешними перчатками, боксерскими, и стал поколачивать грушу, это тоже частично входило в его план подготовки. Потом он спокойно сел и расслабил мышцы тела. Он недавно прочитал небольшое учение про то, как можно развить более большое поле действие не боевой способности. Это специальная книга для эсперов, которые не имеют боевой способности, но развить ее на должный уровень нужно, это такие эсперы как Дазай, Танизаки, Куникида. Таких на свете не мало, просто способности разные. Но, например, для развития боевой способности нужно много практики, как у Чуи и Акутагавы или Ацуши. А для развития не боевой способности нужна скорее сила духа, чтобы отдать ее на выход способности за пределы тела. Как говорилось в том учении, нужно расслабить все тело по максимуму, после представить дар, какого он цвета, возможно запаха или консистенции. Потом представить, как он выходит из тебя, такую процедуру нужно повторить раз 10, чтобы она вошла в более менее привычное состояние для непривыкшего к усиленной способности, организма. Сделав это в первый раз, Дазай и правда ощутил слабость после 3 секунд держания способности за пределами тела. Это было очень не легко. Способность по-настоящему не выходила из него, она просто создала небольшое пространство длиной максимум в 1 сантиметр от кожи, даже не дошла до одежды в некоторых местах. Это нормально, со временем это станет привычней и можно будет увеличить это пространство на 2-3 сантиметра, и когда у него это получится, он сможет аннулировать способности через одежду свою и противника. Это очень полезно в некоторых случаях. Пустив это пространство в себя, он чувствовал нереальную слабость во всем теле, но сдаваться так просто нельзя. Он сделал второй такой заход. Дазай не стал увеличивать и так маленькое пространство между кожей и краем способности, так как это по сути бесполезно, только больше утомит его. Второй заход был подольше. Он занял 5 секунд и ощущения после него были полегче предыдущих. Третий раз получился уже совсем с трудом. Это пространство было меньше сантиметра, а держалось хорошо если 3 секунды. Четвертый раз выдался совсем тяжело. Выход способности был все тот же сантиметр, а время достигал 5 секунд. Пятый раз был уже куда легче третьего, но все равно не лёгкий, его стоит сделать последним, так как и энергии уже не оставалось. Но только в душе, а физическая сила лишь немного поубавилась. Закончив этот непростой обряд, он встал, но пришел в сознание в тот момент, когда уже падал на пол, в полете. Его тело даже не сопротивлялось падению, оно слишком сильно ослабло. Ударившись о пол, он так же пришел в сознание, ещё чётче осознавая происходящее. Лёжа на полу он решил, что стоит немного отдохнуть от своих «джедаевских» тренировок и немного полежать. Переведя взгляд на часы, висевшие на стене, он различил на них время 08.03. У него был ещё час до того, как он планировал уже идти к Мишитаве. Полежав в этом положении 10 минут, он окончательно пришел в себя. Тело уже послушно выполняло команды мозга. Присев на мягкое место, он понял, что тренировки этого плана очень изматывающие, но не стоит из-за этого ими пренебрегать. Ведь результат есть, его просто нужно развить на должный уровень. Встав полностью в вертикальное положение, он пошел в часть зала, где распологались мишени для ножей. Достав нож из ящика, который был отведен на хранение ножей для набивания руки, для попадания в цель, Дазай начал раз за разом кидать их в мишени разными известными ему способами. Попав во все 5 мишеней, он с грустью вздохнул и пошел собирать их. Было как-то скучновато, он проделал все, что только можно было, а было ещё только 8.30. Ну и ладно. Он пошел переодеваться в рабочую одежду. Как с утра, только менее энергично, так как его сильно измотала эта тренировка. Потратив на переодевания 10 минут, он вышел из зала и направился к одежному магазину, в котором они вчера вечером закупались для Ятодео. Ему нужна была теплая домашняя одежда, так как в бриджах и футболке своих он уже мёрз. Зайдя в тот торговый центр, он опять прошел к лифту, на котором устремился на этажи повыше. Зайдя в тот магазин, он оставил сумку с тренировочной одеждой в камере хранения. А сам пошел вдоль полок с теплой одеждой. Там были свитера, кофты, даже комплект милой пижамы, на которую Осаму сразу положил глаз, так как она ему прямо в душу запала, но он отговаривал себя, мол он взрослый человек и ему незачем покупать теплую пижаму со всякими милыми принтами. А пижама сама была в бежевых и коричневых оттенках, как и любил Дазай. На ней были нарисованы чашки кофе, которые мило улыбались и тянули свои вышитые ручки куда-то прямо. На штанах, которые были длинные, мягкие и ужас какие теплые, были нарисованы котики, сами они бежевые, а штаны в тепло-коричневом оттенке, что разнится с кофтой, так как та сама бежевая, а кофе на ней того же оттенка, что и штаны. Сразу видно комплект. Даже пройдя мимо этой пижамы, которая была ровно по его размеру, он продолжал на нее оглядываться, а потом он решил, что раз ему хочется, то значит нужно брать. Взяв ее, он ни капельки не сомневался в сделаном им выборе. Она идеально подходила по размерам тела, цветовой гамме и это было именно то, что он в душе хотел. Купив себе этот комплект, он выходил из магазина жутко счастливым. Но потом до Дазая дошло, что ему придется идти к себе в квартиру, чтобы занести эти вещи, а потом идти к месту назначения. Времени у него было вполне в избытке, так что проблемой это не стало. Дойдя до двери квартиры, он зашёл и направился в комнату, где оставил пакет со спортивной одеждой и новой пижамой, а после вышел, так же закрыв дверь. Теперь он шел к Ятодео, которого нужно было подготовить к встрече с Кое и морально, и физически тоже стоит проконтролировать. Идя в сторону лифта, он посмотрел на время. 9.18. Время ещё есть, а делать нечего. Спустившись на первый этаж, Дазай решил, что пойдет к Мишитаве чуть раньше запланированного. Спустившись на парковку, он издалека увидел, что пост сменяют другие охранники. Его на удивление пустили без проблем, он спокойно прошел вдоль нелюдимого коридора и уже подходил к двери в комнату подростка. Зайдя туда, он увидел, что тот ещё сладко посапывает, лёжа на кровати, и одевшись во все теплое. Похоже, он сильно замёрз и ему пришлось одеться во все, что возможно для того, чтобы согреться. Подойдя к кровати с блондином, Дазай мягко потеребил его по затылку. Таким образом он хотел его разбудить. У него вышло вполне успешно. — Доброе утро, Мишитава-кун! –тепло поприветствовал Осаму уже своего коллегу. — И вам доброе утро, Дазай-сан, а чего это вы здесь делаете? –сонно спросил мальчишка. — Я бужу одного мальца, которому перед работой нужно подписать паспорт.–с ухмылкой ответил Дазай. — Вы не шутите? Уже паспорт? — сказал собеседник, удивлённо открыв глаза. — Да какие же тут шутки. Я тебя заранее поднял потому, что мы должны успеть сделать тебе фото, которое вклеим в паспорт.–ответ Осаму дал незамедлительно.— Вобщем ешь, потом одевайся как надо и идём по делам. — Ладно, только дайте проснусь.– мальчик сонно потёр глазки и открыл их, видя перед собой уже давно знакомое лицо человека, что вытащил его из всего того ада, что ему пришлось пережить до этого. Поев, он снял лишнюю одежду, надел на себя пиджак и сложил снятую одежду по пакетам. — А где мне пакеты с одеждой оставить? — Мишитава указал пальцем на стоящие собранные пакеты. — Оставим в камере хранения на входе в мафиозный центр. — Мафиозный центр? — удивлённо переспросил Ятодео. — Да, я его так называю. Но я тебе этого не говорил.– сказал Дазай, игриво приставив палец к лицу. Закончив сборы подростка, Дазай хотел было набрать номер кого-то из своих коллег, чтобы пришли и убрали комнату. А затем вспомнил, на какой он должности. Сам заправил белую простынь, вытер со стола, замёл, пока Мишитава ждал его за пределами комнаты. Закончив, они вышли и направлялись ко входу в этот огромный пыточный подвал. Выходя из него, проблем с охранниками тоже не возникло. Это хорошо, но странно, неужели авторитет начинает распространяться, или эти люди знают, на что он способен, или тот охранник объяснил им все в деталях? Последний вариант хоть и был не желателен, но не плох. Зайдя в здание, они прошли к стойке с шкафчиками, в замках которых торчали ключи. Это были полочки для временного хранения вещей пришедших сюда людей. Положив пакеты с одеждой, они спросили у охраны, где можно найти будку, в которой можно сделать фото на паспорт. Им объяснили дорогу и даже указали пару направлений. После фотографий они засели в кафе на первом этаже и Осаму отдал документы Мишитаве и сразу ручку, чтобы тот их сразу подписал, и они вклеили фотографию. Сделав все вышеуказанное, Дазай отошёл от стола и вышел в холл здания, позвонить Кое и сказать, где место встречи и передачи мальчика. Достав телефон, он открыл недавние вызовы. Там искать долго не пришлось, затем гудки и нежный голос женщины на том конце. — Алло, что хотел, Дазай-кун? — Доброе утро, хотел сказать, что ждём вас с мальчишкой на первом этаже главного здания мафии, в кафе. — Я тебя поняла, уже выдвигаюсь. После этого вызов был прекращен собеседницей. А сам Осаму вернулся в кафе и заказал три молочных коктейля. Шоколадный коктейль для мальчишки, для себя клубнично-банановый, а для Кое клубничный, ее любимый. Принесли напитки очень быстро. А затем появилась сама Озаки. Она быстро прошерстила взглядом все сидячие места в кафе, нашла нужных ей людей и спокойным, размеренным шагом направилась в их сторону. Дойдя до места, она элегантно села рядом с обеспокоенным мальчиком, что уже ускорил дыхание от собственного волнения. Сидя напротив Осаму, она приветливо улыбнулась и поздоровалась с ним и слегка испуганным подростком. Дазай протянул ей недавно полученные документы на Мишитаву, а Кое аккуратно взяла их из, как и прежде, перебинтованных рук. Изучив внимательно каждую деталь, она благодарно посмотрела на Осаму, и отвлеклась на поиск чего-то в своей сумке. Достав оттуда лист бумаги, она протянула его Ятодео, со словами: — Мишитава-кун, заполни, пожалуйста, этот документ, если ты, конечно, хочешь работать у меня.– договорив, она ехидно улыбнулась, а Мишитава взял бумагу и начал изучать поля, на которых ему нужно будет написать свое согласие на вступление в такую организацию как мафия. Он был полностью уверен в своем решении и начал писать той ручкой, что выдал ему Дазай для собственной подписи. Дазай и Кое в этот момент начали общаться между собой. — Спасибо, Дазай-кун, за коктейль. Приятно, что ты до сих пор помнишь мой любимый вкус.–девушка продолжала мило улыбаться и спокойно говорить. — Помню, невозможно забыть. Эта бумажка, что вы ему дали, это соглашение о работе на мафию, верно? –спросил Дазай, исподлобья посмотрев на Озаки. — Да, все верно. Мне Мори-сан попросил передать тебе, чтобы ты сегодня к нему зашёл. Он боялся, что Акутагава-кун тебе не донесет.– владелица Золотого демона сбросила маску и ехидно улыбнулась. — Нет, он все мне рассказал. Кое-сан, не могли бы вы сказать мне прямо то, что вы от меня хотите, без всякой «воды».– Осаму не выдержал и решил перейти сразу к делу, потому что слушать весь этот официоз просто не было ни сил, ни желания. — Ладно, раскусил. Я хочу тебя в свой отряд, как и его.– указала она пальцем на неотрывно заполняющего документ Мишитаву. — Ну нет. Я буду идти по карьерной лестнице уже от Акутагавы-куна. Меня и так все устраивает.– сказал Дазай, отведя взгляд от багровеющей женщины, что, казалось, вот-вот взорвется от негодования. Она быстро пришла в себя и успокоилась, глядя на спокойного Осаму, что уже давно отвёл взгляд, и смотрит на чёрное здание через дорогу. — Ну, как хочешь, мое предложение будет в силе всегда, когда бы ты не пришел, тебе будет нужно лишь попросить меня об этом.– девушка ехидно прикрыла нижнюю часть лица рукавом кимоно, а после убрала ее и, как ни в чем не бывало, продолжила потягивать клубничный коктейль. Когда Мишитава закончил писать, он отдал лист Кое, она пробежалась глазами по тексту, увидев там нужные слова, она сложила лист ровно пополам и аккуратно положила в сумочку. — Хорошо, Мишитава-кун, теперь пойдем, я отведу тебя в твое жилье.– девушка кивнула на прощание Дазаю и пошла, держа мальчик за руку. — До свидания, Дазай-сан! — сказал мальчик, которого тянули все дальше и дальше из кафе. Осаму лишь кивнул на прощание. Он знал, что привязываться к мальчику нельзя и этим успешно избежал болезненного расставания. Взглянув на настенные часы, он увидел время. 10.51. Встреча с боссом на 11.00. Самое время для того, чтобы выдвигаться к нему. Встав, он оплатил счёт, на ходу допил напиток и, довольный собой, вышел из кафе. Он знал, что на встрече не будет ничего такого, что будет выбиваться за рамки приличия. Возможно там даже будет эта чертовка Элис, которая бесит его одним своим избалованным видом. Заходя в лифт, он без зазрения совести и страха нажал кнопку 70-го этажа. Самый высокий этаж, на котором располагался обитель его ночных кошмаров. Скорее всего не только кошмаров Осаму, но ещё много кого, ведь он нагоняет ужас одним своим видом, когда зол. Но для него это был отдельный вид скорее эротических кошмаров, которые не единоразово могут вызвать не шуточное возбуждение, но не когда в роли главного пострадавшего ты. Это точно не подходит под раздел возбуждения, скорее страха и боли. Из этих, до неприличия разнообразных мыслей, его вырывает щелчок лифта, что означало, что лифт добрался до точки назначения. Осаму вышел из него и не очень быстро побрел прямо, чтобы растянуть момент страха. Нет, он, конечно же, знал, что чем быстрее начнёшь, тем быстрее закончишь, но это фраза не работала с Огаем. Подойдя к двери почти вплотную, он хотел было постучать, как она сама открылась и из нее вышел Чуя. Посмотрев на уставшее, чуть покрасневшие лицо напарника, он застыл в глухом беспокойстве. Ему хватило и трёх секунд застоя, чтобы рассмотреть лицо напарника. Чуть красноватые глаза, горящие щеки, обкусанные в кровь губы и общий очень усталый вид. У Накахары была очень не красивая привычка, при волнении или боли он не грыз ногти, или тому подобное, а начинал обкусывать губы и, когда беспокойство или боль длятся слишком долго, на губах не остаётся кожи для того, чтобы ее обкусывать. Это было сейчас вместо тонких изящных губ рыжеволосого. Красные, сочащиеся кровью, постоянно слизываемой Чуей, ошмётки кожи, висящие на верхней губе. Увидев входящего напарника, он выпрямился и сделался более серьезным, но его взгляд, когда они пересеклись плечами на входе, словами не передать. В них было беспокойство, боль, сожаление и страх, много страха. Правду говорят, что глаза - отражение души человека. Ведь Накахара по виду был спокоен и даже, казалось, немного раздражен происходящим, но в глазах, которые он старался умело прятать за кончиком шляпы, он был маленьким, беззащитным и шокированным от общего количества боли в теле. Именно боль, физическая, отражалась в голубых глазах, что прошли мимо, не приостановившись проследовали к лифту, что ещё не успел закрыться. Дазай шел дальше и не оборачивался на прошедшего мимо напарника, но перед глазами у него все ещё мелькало лицо этого рыжего паренька. Он продолжал идти и остановился на том месте, где в прошлый раз стоял перед боссом. Элис нигде не было замечено, это к лучшему, хотя это могло значить и то, что выполнению части договора таки суждено сбыться, и сейчас тоже. — Дазай-кун, я хочу перейти сразу к делу, во-первых, тот одаренный, что ты планируешь с ним делать? — босс говорил серьезно, а это значило продуктивную беседу для них двоих, а главное, что беседу. — Мори-сан, он уже перешёл под курирование Кое-сан, он уже записан как член Портовой Мафии. Сейчас проходит курс обучения.– Осаму вынужден был говорить спокойно и тихо, не выказывая беспокойство за недавно вышедшего напарника. — Довольно рискованный ход, не находишь? –подначил его босс, в надежде увидеть на его лице гнев, или тому подобное. — Нахожу. Но этому парню некуда идти, он сирота, никого нет, денег нет, от слова совсем ничего нет. Поэтому ему было очень выгодно и желательно вступить к вам.......нам, в организацию. В Смерть Небожителей он согласился вступить после принудительного насилия, причем он даже толком и не соглашался. — Ясно, теперь второй вопрос, кого он там видел? Осаму не специально продержал огромную паузу длиной в минуту, а затем сказал: — Ивана Гончарова, Николая Гоголя. Это все. А, да, ещё Натаниэля Готорна. Тот священник, которому в голову забрался демон Федор.– уточнил подчинённый перед Мори, что смотрел на него, как на какую-то мусорину. — Я помню. Итак, это все мои вопросы по этому делу. Подойди ближе.– Дазай понял, что ему приказали и медленно начал двигаться в сторону стола, на котором в прошлый раз его разложили без согласия. Подойдя ближе, через 3 минуты неуверенных шагов, он с опаской глянул на Огая. — А теперь я хочу поговорить о нашем договоре.–это не было новостью для Осаму, а пауза в речи босса говорила о том, чтобы Дазай сам перечислил пункты этого проклятого договора. Дазай с тяжестью вздохнул и печально начал. —Я: не разглашаю о наших взаимоотношениях, а вы не вредите «ему›– Дазай не хотел произносить имя этого человека, но о ком шла речь и так было понятно. Дальше он продолжал говорить с понятным Огаю раздражением.— Я: всецело вам служу, а вы не трогаете ‹его›.– небольшая пауза отдалась гневным отголоском, направленным в сторону Мори.—Но если я каким либо образом замечу на нем повреждения, то вы будете вынуждены объяснить мне с какого хера они появились, или мне придется перестать выполнять мою часть условий.– к последним словам Осаму сорвался на крик. — Ну, Дазай-кун, тише, разбудишь ещё Элис-тян.– эти его слова привели его в сознание, дальше он поумерял выходящий наружу пыл и говорил тише. — Ну так что, мы договорились? — Дазай протянул Мори сокрытую в черной, нереально теплой ткани, руку, а тот не сразу понял, что это за перчатки, но потом до него дошло, что это перчатки Накахары. На них всегда красовался вышитый им вручную красный ромб, это был не знак фирмы, а знак того, что эти перчатки принадлежат члену Исполнительного комитета — Чуе Накахаре. — Да.– кратко ответил босс, протягивая в ответ руку в белой перчатке, чем-то отдаленно напоминающей медицинскую. Они пожали руки, а после Осаму отпрянул и отошёл. — А что это за перчатки на тебе?– подметил Огай, уже и так зная ответ, ему было важно, что ответит Осаму, тот знал об этом, поэтому врать не планировал. — Это Чуи-куна перчатки. Он дал мне их, когда у меня мёрзли руки.– успокоившись сказал Дазай. — Ясно. Теперь у тебя есть хотя бы одни.– с облегчением вздохнул Мори, услышав правдивый ответ, сам ответ ему был не важен, ему важна правдивость, что указывала либо на то, что Осаму смирился с участью любовника, либо страх, испытываемый Дазаем по отношению к Огаю. Оба варианта подходили идеально. Но на деле это оказался третий вариант. Он просто знал, что Огаю врать бесполезно и тот его быстро раскусит, и за это ему ещё и влетит по самые гланды так сказать, ещё и не пожалеет его и избить может, в воспитательных целях. — Дазай-кун, я нашел для тебя жильё по твоему статусу. Поэтому собирай вещи.– Мори сказал это с злодейской ухмылкой, разрезая такую привычную ему тишину. — Хорошо. Скажите номер комнаты.– безэмоционально ответил Осаму, на явно видневшийся подкол. —Дазай-кун, там живёт ещё 3 человека. Но мое предложение все ещё в силе.– от этого у Дазая случился рвотный рефлекс и прилив гнева, что сдерживался только благодаря самоконтролю, который был взрощен в ещё очень молодом возрасте. — Ты можешь жить комфортно, стать моей правой рукой, но за это всего лишь отдать мне себя и все полномочия над тобой.– для Осаму это значило стать полностью куклой, марионеткой, секс-игрушкой, просто человеком на полных побегушках, жизнь которого полностью в руках хозяина, для этого человека это вывело его из себя куда больше прошлой фразы. Но это все очень тщательно скрывается за маской безразличия. Он как будто специально провоцировал Дазая на отрицательные эмоции, хотя, зная его, это скорее всего так и было. — Нет.– сверкнув своими глазами в пустоту, ответил он боссу. — Нет? Ну ладно, это твой выбор. Комната 37. На 10 этажей ниже комнаты в которой ты живёшь с Акутагавой.– это умеряло его пыл, ведь ему ещё целый вечер вещи собирать. — Сегодня же перееду.– кратко сказал Дазай и вышел из кабинета. Зайдя в лифт, Осаму взглянул на телефонные часы, они показывали 13.40. Их разговор неприятно надолго затянулся. Поняв, что до начала тренировки он сможет зайти домой и переодеться, он решил так и сделать. Зайдя в их пока ещё общую квартиру с Рюноске он обнаружил, что Акутагава ещё не на работе. — Ну что, Дазай, как сходил? — спросил Акутагава, выглядывая из-за угла. — Да нормально, я от тебя съезжаю. Сегодня приду после тренировки и монатки буду паковать.– сказал Дазай, разувшись и идя в комнату. Аку последовал за ним. — В какую переезжаешь? — с интересом продолжил Аку. — В 37. Там помимо меня ещё 3 человека живут.– разочарованно добавил Осаму, начиная переодеваться. — Ого, и вправду не хило. А может останешься у меня? Мне здесь одному теперь одиноко будет, я к тебе привык.– начал пытаться уговорить его Акутагава, он правда не хотел, чтобы его очень близкий душевно человек жил настолько неудобно. — Рюноске, я бы с радостью, ты же знаешь, что босса лучше не злить, мало ли, что случится, он страшен в гневе.– Осаму возражал, так как и вправду боялся гнева этого человека, только в своеобразном понятии. — Да знаю я. Ну ты, если что, говори, что у меня в отряде, от тебя должны будут отстать. — В этом плане не бойся, за себя я постоять смогу, но тот факт, что мне может стать лень..... Спасибо за предложение, обязательно воспользуюсь, когда мне станет лень устраивать словесные битвы.– говорил Дазай, переодеваясь прямо на глазах Рюноске. Это никого из них не смутило, а сам Дазай решил переодеться здесь и не таскать за собой свою рабочую одежду. —Аку, а ты чего не на работе? — задался вполне очевидным вопросом Дазай. — Я к миссии готовлюсь и физически и морально, так сказать. Она будет через пару дней, я всенеприменнейше тебе сообщу. — Ясно, я побежал, вечером попрощаемся.– сказал Осаму, выбегая за дверь, неудасужившись ее за собой закрыть. Он подумал, что Рюноске и сам справится. Забежав в лифт, он вновь посмотрел на время.13.50. «Идеально успеваю.» подумал тот, уже выходя из лифта в спортивной форме, в таком же режиме прошел в тренировочный зал, в котором был с утра. Зайдя туда он обнаружил, что опять пришел первым. Зайдя в раздевалку для того, чтобы повесить пальто-плащ песочного цвета. Там он по обычаю встречает Поль Верлена. — Дазай-кун, тебя сегодня будут аттестировать по борьбе, холодному оружию и метанию ножей. — О, наконец-то стало интересно.– сказал Дазай и уселся рядом. — А можно я на вас опробую способность? — спросил Дазай зная что его тренер ожидает подвоха. — Ну давай, а зачем? –поинтересовался Поль Верлен, чуя подвох, но не понимая конкретно где. — Давайте поспорим, что я анулирую вашу способность без прикосновения? — Ну попробуй.– сказал Поль, поднимая гравитацией его пальто, что до этого спокойно висело на вешалке. Дазай протянул руку к учителю, расслабился и выпустил свою способность за грани себя, получилось на 2 сантиметра. При этом он не касался учителя, его рука находилась на расстоянии 2 сантиметра, а гравитацию Поль больше не мог использовать, как ни старался. Пальто конечно упало, но было поднято и повешено на место самим Осаму. — Сдаюсь. Что за фокусы, Дазай? — Поль Верн поднял руки, как бы показывая, что сдается. — Я научился выпускать дар чуть за свое тело, пока 1-2 сантиметра, но это дело практики.– ответил Осаму, учитель не на шутку удивился подобному исходу событий. — Ты знаешь, насколько этому трудно обучится? Таким эсперам как ты обычно это не дано, так могли до этого только я и Накахара Чуя.– продолжал рассказывать Верлен. — Да знаю я, что вы красным по контуру светитесь, а я это делаю без цвета.– поправил Дазай учителя. — Вот это чудеса, я думал это просто миф. Поздравляю тебя с открытием.– похвалил его учитель. — Спасибо, идём? — ученик протянул руку учителю, а тот, с городостью во взгляде, принял предложение и они вышли к уже собирающейся толпе учеников. На тренировке Дазай проявил себя на всех трёх экзаменах, и все сдал экстерном, получив удостоверяющий об этом документ. Выходя из тренировочного корпуса он думал, как же больно было Чуе и что Мори мог с ним сделать. А он ещё обещал с ним сегодня фильм посмотреть. Подумав, пока он медленным шагом идёт к лифту, Дазай придумал, как бы ему утешить Чую, провести с ним время и собрать вещи за один вечер, и при этом лечь спать относительно вовремя. Заходя в лифт, он нажал на кнопку 68 этажа, пока ехал, то обдумывал их разговор. Приехав на нужный этаж, он направился в нужную квартиру и позвонил в звонок, который так же было слышно, аж в коридоре, с всё теми же панорамными окнами. К двери медленно подошли и по затишью можно было предположить, что за той дверью сейчас смотрят в глазок. Замок «ночника» счелкнул дважды и дверь распахнулась, с подачи руки стоящего на одной ноге Чуи. Он молча стоял в неудобном положении, ожидая когда Дазай скажет что-то, или сам перехватит дверь и войдёт внутрь. Постояв так ещё 2 секунды, рыжий бросил дверь и отошёл в сторону от неё, давая Осаму зайти на порог. Зайдя в квартиру, шатен закрыл за собой дверь, а Накахара опять оперся на стену, все в той же необычной манере, что и вчера. Он стоял в той самой красной домашней футболке, что была чем-то заляпана, судя по всему водой. Только в этот раз он был в носочках по колено, они были синего цвета с белыми облаками, на Чуе они смотрелись очень мило. Переведя взгляд на лицо рыжего он увидел, что губы исполнителя вернулись в относительную норму. Во-первых, из них уже не сочилась кровь. Во-вторых, там была очень тонкая кожа, которая в некоторых местах была лопнутая, но она хотя бы проглядывалась. — Как ты себя чувствуешь, Чиби? Когда мы пересеклись ты был очень сильно обеспокоен.– начал волноваться Осаму. — Ты же знаешь, у меня всегда так на серьезных переговорах с боссом. Я перед ними ночь не спал, пришел после, только тогда удалось поспать.– начал Чуя очень уставшим голосом — Может чаю? –предложил Накахара, намекая на долгий разговор. — Да, давай, а то я с тобой уже давно обещал посидеть, все никак не получалось, а сейчас у меня есть часок другой времени.– продолжил Осаму. — А чего так мало? Чем будешь заниматься потом? — спросил его Чуя, аккуратно хватая его за запястье в черной перчатке и ведя в сторону кухни. — Ну… Вещи собирать. Сегодня на встрече с боссом... Короче, он выдал мне жильё и сегодня я туда переезжаю.– недовольно пробурчал Дазай, который не сопротивлялся, когда его тащили за руку и усаживали на стул, стоящий около стола. — Ух. Класс, где теперь обитать будешь? — спросил его Накахара, отвернувшись к висячей полке за видами чая, что находились у него дома. Он хотел выставить ширенгу перед Дазаем, чтобы тот выбрал себе чай. — Я? На 10 этажей ниже, в 37. Там ещё 3 человека жить должны.– возмутился Осаму, высказывая недовольство, с лихвой понимающему его Чуе. — Угу. Жесть. А может у Акутагавы останешься, он вроде не против жить с тобой. Хорошо, если и сам не предложит тебе остаться.–сказал рыжий, выстраивая линейку из всевозможных чаев. — Пф. Да знаю я. Я уже даже рассказал ему. Все, как ты сказал, он сам предложил остаться у него, но, как ты знаешь, босса злить нельзя, он страшен в гневе.– Осаму высказал свою точку зрения и получил положительный кивок от понимающего напарника. — И то верно, в гневе он скорее не страшен, а непредсказуем, а вот это уже страшно.– дополнил его речь Чуя. — Ага.– подтвердил Дазай, закрыв глаза. — Ну смотри. Здесь 9 видов чая, ты какой будешь? — высказал свой вопрос Накахара, с гордостью встав и прикрыл глаза. — Фига у тебя наборчик, не хило.– Осаму с удивлением привстал и стал рассматривать упаковку каждого с непривзайденной внимательностью, пытаясь понять, с каким вкусом чай перед ним. Накахара очень любил чай, прямо обожал. Он считал, что чай помогает успокоиться и справиться с душевными переживаниями. — М.м. Давай вот этот.– Дазай указал на цветную упаковку. На упаковке был рисунок ромашки и приятного зелёного чая, который по цвету на рисунке реально был зелёный. — Хороший выбор. Этот с ромашкой. Поможет успокоиться и собраться с мыслями. Реально работает, сам его после работы пью и потом такие отчёты выходят, сам диву даюсь.– проговаривал Чуя, ставя перед собой чашку и засыпая в нее заварку. Клацнув кнопку на чайнике, он полез за лимоном в холодильник, в котором стоял тортик в упаковке. — А что это у вас там за тортик? — сказал Осаму игривым тоном, намекая на кусочек тортика с чаем в свою пользу. — Это я специально для чаепития прикупил.– сказал Накахара, доставая неприятно трескучую упаковку с тортом. Поставив на стол сладость, он продолжил готовить чай. Нарезав две дольки лимона, Осаму открыл холодильник, что стоял рядом, и тут же в него полетел лимон. Он четко поймал его в ладонь и положил на место в холодильник. Далее он решил снять с себя перчатки, дабы не запачкать их при поедании торта. — Как носятся? — спросил Чуя, указывая взглядом на снятые перчатки. — Превосходно! Такие теплые, прямо слов нет. Спасибо тебе за них.– Дазай благодарно смотрел в глаза рыжика, а тот и сам понял, что сделал замечательный подарок Дазаю. — По поводу одежды, можно похвастаюсь? –спросил Осаму, мягко смотря на Чую слегка прикрытыми от усталости глазами. — Ну, давай. Чего прикупил. — Представь: пижама, очень мягкая, бежево-коричневая, с чашками кофе на кофте и коричнивыми, тёплыми штанами. Купил сегодня, а то дома у Акутагавы холодно, а теперь ещё как-то ходить среди соседей понадобится, в идеале прилично.– Дазай рассказывал, а Чуя внимательно слушал и представлял себе этот комплект. И пока он думал он понял, что хочет такой же, а то у него дома тоже не жарко, и время от времени рыжий мёрзнет, даже под одеялом. — Класс, а ты где его купил? А то у меня дома тоже холодно, хочу себе такой же.– начал расспрашивать своего гостя, попутно доготавливая чай. — Да во втором корпусе, один из верхних этажей. Сейчас ещё можно сходить, погнали быстро, пока у меня время есть? — О, давай, только чай допьем и я побегу одеваться.– они начали энергично вливать в себя горячую жидкость. Попивая чай в таком режиме на протяжении 7 минут, Чуя закончил первый и побежал одеваться. Ему по сути нужны были только штаны и плащ, который он просто застегнет, и футболку видно не будет. Достав первые попавшиеся, он натягивает их и выбегает в коридор. Накидывает плащ, засовывает руки в рукава. К этому времени подошёл Дазай и начал обуваться. Натянув обувь они вышли, Чуя закрыл дверь, напарники продвинулись к лифту. Пока ждали его, Накахара достал такие же перчатки что и Осаму, и оба начали их надевать, дабы руки не замёрзли, поскольку на нижних этажах довольно прохладно. Подъехал лифт, они туда зашли, нажав кнопку первого этажа, оба оперлись на стеклянные стены лифта без зазрения совести. У двоих сегодня был трудный и изнурительный день. — Как там твой мальчишка-эспер? — поинтересовался Чуя, дабы разрядить напоминающую, нагнетающую атмосферу в лифте. — Нормально. Сегодня я его Кое-сан передал под командование и курирование.– ответил Осаму, все думая о количестве вещей, что ему нужно сложить. Он решил завести нужную ему тему после покупки пижамы для рыжего Чиби. — Ну это хорошо, ты не сильно расстроился? — начал спрашивать Чуя, с присущей ему боязнью затронуть неприятную для Осаму тему. Но эта тема не являлась таковой. — Да нет. Я просто подарил ему билетик в более менее счастливую жизнь, а сейчас я лучшим образом за него рад.– Дазай ответил, и это было абсолютной правдой. — А ты чем весь день занимался? — этот вопрос поставил Чуя в небольшой ступор. Он решил ответить чесно: — Да я ж перед встречей с боссом не спал целую ночь, а... а после пришел и завалился спать от усталости. Проспал часов 5, потом вышел за тортиком для чаепития. Потом уже и ты пришел. Кстати, так что с чаепитием делать будем? — лифт остановился на пустующем холле первого этажа главного здания мафии. Выходя, Осаму подумал и сказал: — Давай после покупки пижамы мы зайдём к тебе, положим покупку, ты возьмёшь тортик и мы пойдем собирать мои вещи, а там и поговорить успеем, а когда соберём, сразу сядем мое новоселье праздновать, ты же не против, что Рюноске будет с нами? –проговорил идею как бы вслух, а затем ещё и вопрос последовал, на который Накахара незамедлительно ответил. — Да нет, он как раз в тему, и втроём общаться и праздновать интереснее. — Тогда вообще супер! Ты бы видел, как он Расёмоном чай заваривает, сегодня увидишь. Это такое зрелище, ты не пожалеешь.– со смешинкой продолжил Дазай. Они уже выходили из здания, вокруг на удивление было мало людей, не смотря на то, что сейчас около 19.00 — час пик. Напарники прошли к нужному зданию, прошли куда надо, поднялись на лифте и зашли в нужный магазин. Там Дазай повел Чую к тому манекену, на котором стояла та самая пижама. Как только тот ее увидел, он влюбился в нее так же, как и Осаму до этого. Пощупав ее ткань он понял, что это то, что нужно. Сильной радости он не выдавал, был как всегда хладнокровен, но глаза как у ребенка светились от счастья, но и это Чуя прекрасно знал, и умел прикрывать уголком шляпы так, чтобы этого было не видно, а взгляд приобретал суровость. Они подошли к стойке с продавцами, Осаму указал на манекен, стоящий в другом конце торгового зала и спросил: — А есть у вас такая пижама, только на размер меньше? — Да, конечно, выбирайте примерочную, вам туда сразу принесут. Шатен и рыжий прошли к примерочным, Чуя зашёл в одну из них, а Осаму остался стоять и ждать, пока девушка принесет нужный размер. Когда к нему подошла кареглазая девушка, она приветливо улыбнулась и подала аккуратно сложенную пижаму. Тот посмотрел на нее с благодарностью, взял пижаму и протянул через не сильно прикрытую шторку, за которой стоял Накахара, готовый переодеваться. Натянув на себя мягкий костюмчик, он открыл бордовую шторку, сказав: — Ну что? Как сидит? — Дазай посмотрел на него. И вправду рыжик смотрелся очень мило в этом комплекте, не снимая шляпы это смотрелось ещё круче. —Чиби, она идеально сидит на тебе! Развернись к зеркалу, сам посмотри.– Чуя так и сделал. Пижама сидела как влитая, и уже очень грела хрупкое тельце, но, не смотря на видимую хрупкость в нем, скрывался очень сильный не только морально, но и физически, человек. — Берём, – однозначно сказал Накахара и стал переодеваться. Осаму не удержался и взглянул на спину напарника, когда тот снимал мягкий верх. На ней не было серьезных увечий, только лёгкие синяки, но площадь поражения была не мала. Ему стало очень жалко бедного Накахару, он стал чувствовать вину. Переодевшись, Чуя вышел и направился к стойке, стоящей на входе, держа в руках отличный комплект теплой пижамки. — Вот, мы берём это.– сурово сказал он, посмотрев в глаза кассирше. Она покорно сложила вещи и упаковала в пакет. — С вас 5.000 Йен. На карту или наличными? — На карту.– ответил рыжеволосый парень, разыскивая в кармане пластиковую карту. Приложив ее, нужные средства списались. А они взяли покупку и пошли к лифту, обсуждая то, что у них теперь есть одинаковые пижамы. Перед Осаму Накахара боялся проявлять эмоции, только негативные, типа разочарования, слез и безысходности. Радость и веселье он тоже старался сдерживать, но в разумных количествах, но все же он боялся за шатена, это вынуждало его идти на большие жертвы… Дойдя до квартиры рыжего Чиби, хозяин помещения сказал Осаму ждать его у двери, пока сам он закинет покупки себе в комнату, а потом ещё сбегает на кухню за тортом. Сделав вышеуказанные действия, он вылетел из квартиры, закрывая дверь, он уже готов был бежать к лифту, волоча за собой Дазая за воротник. Ему было очень интересно попасть в место, где жил Осаму до этого, и посмотреть квартиру Акутагавы. Не смотря на их вполне дружеские отношения, Рюноске никогда не звал Чую в гости, или на чай. Поэтому ему была интересна каждая деталь места жительства друга. Дазай не разделял энтузиазма, он шел туда собирать вещи, а это было очень трудозатратно, да и вообще не хотелось переезжать, но беду навлекать на себя и Чую не хотелось ещё больше. Спустившись ниже на один этаж, Чуя все-таки отпустил руку шатена, так как на этаже мог кто-то ходить, а если кто-то увидит дружескую связь между ними, то это будет точно не к добру. Они спокойно дошли до двери квартиры, где временно проживал Дазай. Осаму стал нащупывать ключ в кармане белоснежных штанов. Достав, он повернул его в замке трижды и открыл дверь, прямо под вопрос Рюноске, который не ожидал увидеть Чую за Дазаем, так как последний только открывал дверь. — Где ты был, тренировка закончилась час назад? — Рюноске стоял со скрещенными на груди руками и в домашней одежде. — Аку, у нас в гости Чуя, можно он зайдет? — Акутагава от его слов чуть удивился. — Конечно, пусть заходит, но все равно где ты был?– с тем же волнением в голосе продолжал спрашивать Акутагава. — Да со мной он был, со мной! — неудержавшись от забавного ответа выкрикнул Накахара. Они немного посмеялись, а потом вернулись к более серьезному выражению лица. — Ясно. Какими судьбами? — Ох, ну я обещал с ним фильм посмотреть, а у меня времени уже не хватит, я решил, что мы пообщаемся, пока я буду собираться, хочешь и ты с нами? — Дазай говорил спокойно и приветливо, проходя на порог и разуваясь, пуская Чую чуть вперёд, чтобы он тоже разулся. — И у него ещё тортик, в честь моего новоселья, с чаем попьем.– добавил он, взглядом указывая на вкусности в руках Накахары. — И да, что за вопросы, по типу ты с нами? –жестко сказал Аку.— Конечно, что за вопрос? — уже с усмешкой продолжил он, сделав акцент на резкой смене интонации. Разувшись, вся кучка прошла в комнату Дазая и уселась на застеленную с утра постель. А сам обладатель комнаты стал доставать большущий чемодан из недр шкафа, отданного ему на время проживания. Поставив чемодан на пол в горизонтальном положении, он расстегнул его самое большое отделение и начал кидать туда вещи, который он доставал из шкафа. Он даже не парился по поводу того, что они помнутся. — Акутагава, а ты рубашки гладишь перед работой? — спросил Дазай, намекая на утюг, до сих пор лежащий в комнате. — Да нет, забирай сие орудие утренних пыток .– после сказанных Акутагавой слов Чуя начал ржать как конь, а Осаму стал заливаться в ржаче умирающей гиены. Да и сам Аку не выдержал и притворился скорее гиеной, нежели конем. Знатно посмеявшись, у них завязался приятный разговор, попутно они помогали Дазаю складывать вещи. За это время они смеялись раз 10, не меньше. Это иногда было даже не от смеха, а из-за нервов. Рюноске беспокоился о предстоящем сборе денег за «крышу» Портовой Мафии, так как эта обязанность в этом месяце легла на него и его людей, он думал, кого отправить, выбор был очевиден. Нужно отправить Дазая, так как там людишки буйные, а у него отличный дар ведения переговоров, да и не только, он по всем критериям подходил к этой миссии, но нужно было отправить кого-то, кто бы мог его прикрыть. Накахара боялся за Осаму, ведь знал о том, что Акутагава скорее всего именно его выберет на роль сборщика, а это очень опасное дело. А Осаму беспокоился о том, что ему каждый день придется контактировать с людьми, с которыми он будет делить жил. площадь, а он это просто ненавидит, он лишний раз не поздоровается из-за того, что не любит общаться с незнакомыми людьми без причин. А теперь их каждое утро и вечер придется видеть, да и как они его воспримут, может кто-то будет недолюбливать. Только этого ему, блин, не хватало: обучение, работа, оперативная работа, ещё и бредни соседей выслушивать. Думаешь и ужасаешься. В воздухе проскакивали нотки беспокойства, инициируемые всеми тремя. Но вот одежда уже закончилась, осталось два ноутбука упаковать, бумажки, канцелярию и документы. На это ушло 10 минут. Ноутбук домашний был отправлен в чемодан, а рабочий в специальную сумку. Канцелярия, включая файлы и бумагу, были сложены в рабочую сумку. Ещё был рюкзак, но в него он сложил те бумажки, которые ему принес Акутагава. На них были описаны все самые крупные происшествия и сделки Портовой Мафии за 4 года отсутствия Осаму на месте мафиози. Он не успел их прочитать, только начал, но сейчас на это должно быть больше времени. Как ни крути, а это надо было знать для того, чтобы идти по карьерной лестнице вверх. Последними вещами, что были упакованны в чемодан, это утюг и пижама, копия которой сейчас лежала этажом выше, в квартире Накахары. Плед, который он взял у Ацуши, он положил сверху, так как ему им укрываться целую ночь. Ещё он попросил у Акутагавы взять простыню, подушку свою он тоже забрал, не забыл. Все вещи были перенесены в коридор, а компания выдвинулась на кухню, там они планировали съесть тортик с чаем. — Аку, можешь чай заварить, только не руками, а так, как ты при мне его заваривешь? — попросил его Дазай, поскольку ему очень хотелось, чтобы Чуя хоть раз увидел этот процесс. — Пф. Да в лёгкую, мне же меньше напрягаться.– Акутагава вышел из кухни, идя за любимым плащем, из которого получался отличный Расёмон. Вернувшись, он сел на заранее подготовленное место и выпустил ленты из плаща. — А он нас не убъет? — разнесся смешек от Чуи. Этот вопрос был вполне ожидаем от того, кто впервые наблюдает за подобным. Рюноске и Осаму заржали без пямяти, как тогда в пыточной. К ним присоединился и Чуя, но у того был скорее нервный смех. Остальные это раскусили и перестали ржать. — Нет, это просто бытовое использование Расёмона, скажи? — Дазай пихнул смеющегося Аку в бок, а тот заржал ещё активнее, положительно кивнув. Тем временем Расёмон уже ставил чашки и клал туда кому пакетик, кому заварку. А Чуя за этим увлеченно наблюдает. Акутагава знал, что Накахара предпочитает заварочный чай, поэтому сразу закидывает заварку в отведённую ему кружку, затем идёт сахар и заранее нарезанный лезвиями Расёмона лимон. —Давайте что-ли торт тоже порежу, на сколько частей?–спросил Аку, разворачиваясь спиной к столу на котором готовился чай. Он берет, открывает упаковку, а от его двух собеседников в унисон доносится: — Девять! — Ну хорошо, попробую.– ответил Акутагава, вызывая ещё одно лезвие, четвертое. Оно аккуратно расчерчивает свою будущую траекторию на верхушке торта, сбивая крем, который оставался на лезвии. Получилось порезать поровну. А крем, оставшийся на лезвии, был немного слизан Рюноске, которому было очень интересно. — Ммм, попробуйте этот крем, он превосходный.– сказав, он поднес лезвие с кремом к каждому из сидящих по очереди. Если бы в тот момент кто-то ворвался бы в квартиру, то можно было бы сказать, что Акутагава им угрожает этим Расёмоном, но на деле они просто слизывают останки крема на лезвии. Потом уже и чашки с чаем были поставлены перед сидящими все теми же лентами. Дальше тарелки и ложки для кусочков торта. Они очень хорошо провели остаток вечера, кушали тортик, снова заварили чай, поскольку этого не хватило, так как торт оказался суховат. Было много шуток, историй, смеха. В общем время прошло очень быстро и весело. Посмотрев на часы, Осаму обнаружил, что уже 21.09, а это значило, что ему пора идти заселяться. Он на прощание обнял Акутагаву, сказал ему, что будет заходить, а Накахара в этот момент сделал вид, будто стряхнул слезинки с глаза. Дальше они прошли в коридор, Осаму посмотрел на количество сумок и выдал смешным голосом: — Ну не, я столько не утащу! На деле там был один огромный чемодан, три пакета с вещами, что не влезли в чемодан, одна рабочая сумка с канцелярией, сумка с рабочим ноутбуком и рюкзак с тяжеленными бумажками про Мафию. — Мда. Ну я могу помочь, со своей гравитацией это будет легко.– Чуя сказал это и прикоснулся к сумкам и пакетам. Использовав гравитацию, они поднялись в воздух, а там уже ничего страшного, потом Чуя их опустил и стал обуваться. Осаму прошел в комнату проверить, ничего ли он там не забыл. Пробежавшись взглядом по комнате понял, что нет, и вышел обратно в коридор. Там уже, обувшись и накинув свой плащ на плечи, они с Накахарой вышли, попрощались с Рюноске и пошли к лифту. Осаму за собой вез громосткий и неуклюжий чемодан, а Чуя просто держал в воздухе пакеты и сумки, уменьшив гравитацию вокруг них и в них. Спустившись на лифте на 10 этажей ниже, они вышли, найдя нужную комнату 37, Накахара опустил вещи, попрощался с другом и пошел на лифт, чтобы здесь его не увидели. Дазай собрался с силами и постучал в дверь. К ней подошли и резко дёрнули на себя. Перед шатеном оказались два мужчины, лет под 35, явно были одного с Осаму статуса, то есть рядовые. Они прошерстили взглядом юношу с огромным чемоданом, сразу подметив, что он худой, зяблый и, как им показалось, не способный постоять за себя, ещё и неженка скорее всего. Они расступились, вдоволь нарассматривавшись новенького, тот кивнул в благодарность и завёз огромную баулу в, на удивление, широкий коридор. Затем он вышел оттуда и занес остальные вещи, что до этого помог нести ему Чуя. Стоящие в коридоре люди были удивлены обилием вещей. Ничего не сказав, один из них указал на комнату, в которую Осаму сразу повели, не дав взять с собой вещи. — Так, смотри сюда, ты будешь жить вот с этим мягкотелым в одной комнате.– мужик, тянущий Дазая за руку, указал на молодого паренька, сидящего на нижнем ярусе двухэтажной кровати, читавшего какой-то роман. — Запоминай сюда, Белоснежка, в ванной на долго мы не запираемся, в кухне у каждого своя еда, усёк?– это говорил уже другой, угрожающе стоящий мужик. — Понял, тут и понимать нечего, это все или ещё что-то?– спросил Дазай, аккуратно выбравшись из захвата, не причиняя при этом боли никому другому. Встал и ехидно улыбнулся. — Нет, пока все. Если что-то вспомним, обязательно скажем.– мужчины заржали и прошли к себе в комнату. Дазай подошёл к молодому человеку, который, судя по всему, был самый спокойный и адекватный из всех его соседей, и решил сразу познакомиться. — Привет, я Дазай Осаму. Теперь я буду жить с тобой.– сказав это, он мило улибнулся и глянул на молодого человека. Парень дружелюбно на него посмотрел и сказал: — Я Като, рад познакомиться.– парень, судя по интонации, был тоже очень рад, что ему достался адекватный сосед по комнате. — А фамилия?– уточнил Дазай. — Да нет ее у меня, только имя, и да, можете называть меня просто Като, без приставки?– — Конечно могу. И ещё вон тот шкаф.– Осаму указал пальцем на шкаф, отведя взгляд в сторону.— Можно я разложу сразу свои вещи? — Да, конечно.– после одобрительного ответа, Осаму поблагодарил и пошел за своими вещами. Чемодан был разобран в первую очередь. Ещё когда он складывал канцелярию, он попросил у Акутагавы взять 5 тремпелей с собой и не прогадал. Развесив вещи, которые мнутся на вешалке, он принялся раскладывать на полочки обычные вещи. Разложив весь чемодан, он посмотрел на соединённый рабочий стол, который был общий, к нему было придвинуто два стула и по две разные стороны стояли две тумбочки. В свою он и выгрузил всю лишнюю канцелярию, которую в офис завтра он брать не собирался. Дальше ему снова пришлось приставать к соседу с просьбой. — Простите, Като, а вы во сколько спать ложитесь?– делая вид лёгкого стеснения, спросил Осаму. — Я... В 22.30 примерно, а что?– с интересом спросил Като. — Ох, простите, я хотел попросить вас занять верхний ярус. Но это для вашей пользы. Я просто до поздна кручусь с бумажками и стоит мне начать залезать на верх, я вас начну будить, а я вожусь обычно до часу, или двух ночи. И свет будет мешать вам спать. Понимаете?– высказав все аргументы, он стоял и ждал ответа от собеседника. — Да, конечно, я понимаю. Спасибо, что предупредили, я сейчас перестелюсь.– вежливо ответил Като, собирая постельное белье с матраса. — Это вам спасибо за понимание.– поблагодарил его в ответ Осаму, взял личные вещи, полотенце и пижаму, он направился в душ, а после подумал, что постелит постель. Выходя из комнаты он, слава Богу, никого не встретил, ему удалось спокойно пройти в ванную комнату, которая была внушительных размеров. Там он закрылся и начал мыться. Вода помогала его телу расслабиться и выдохнуть с облегчением, что этот трудный день наконец-то завершился. Вытеревшись, он переодел новое белье и удобную, мягкую пижамку. Взяв свои вещи, спортивные и личные, он вышел из ванной, и, как на зло, встретил там одного из его новых соседей. — Ну чё, Белоснежка, как покупался?– амбал опять заржал, а Осаму постарался тихо пройти мимо и не вступать в по истине нежелательную беседу. Его остановили хваткой за плечо. — Чё не отвечаем? — Лень.– кратко ответил Дазай на возмущение соседа. —Понимаю, понимаю. Ну раз так, тогда вали и не высовывайся.– рванул его мужчина. — Да я и не планировал.– все с тем же покер фейсом спокойно ответил Осаму на прямой приказ. — И помалкивай там!– продолжил мужик. — Ну а это уж как сам захочу.– Дазай продолжил с той самой ехидной улыбкой, двигаясь в сторону комнаты, которую делил с более адекватным Като. — Ну повтори чё сказал?– амбал подлетел к тому с предъявой. — Что слышал.– Осаму продолжил свой спокойный путь в комнату. — Спокойной ночи.– сказал Дазай, закрывая перед ним дверь, проворачивая замок на двери. — Эй, открой, падла ты худощавая!– угрожающий голос послышался из-за двери. Дазай же ничего не ответил, а спокойно сел за стол, включил настольную лампу, что принес с собой, и стал изучать первое дело, оно было о подсоединении одной из подконтрольных организаций. Закончив его изучать, он отложил его в сторону. Его сосед уже давно перебрался на верх и включил там свою лампу, продолжал читать. Като представлял из себя парня с двухцветными волосами, одна половина которых была блондинистой, а вторая коричневой; черные, глубокие глаза, аккуратные, мягкие черты лица. (Автору легче представлять Като как Сигму, только с вышеуказанными параметрами). Взглянув на время Осаму понял, что уже пора хотя бы стелиться. 23.46. Взяв пакет с постельным бельем, он начал стелить на кровать простынь. Дазай положил подушку на плед, что уже лежал сверху постеленной простыни. Оставив кровать в таком состоянии, он отправился изучать дела дальше. Остановиться ему удалось только после третьего дела, потому что было уже 02.06, а ему завтра на 9.00 в офис. Его сосед давно лег спать, а самому Осаму завтра вставать в 7.00, так как подготовку к работе и завтрак никто не отменял. Оторвавшись от стула, на котором просидел добрые 2 часа, он понял, что задница приняла форму стула уже давно, и при ходьбе это отдавалось неприятным ощущением в пояснице. Нажав на кнопочку выключения света, он взял телефон и двинулся к кровати, около которой его ждала зарядка для телефона и мягкая подушка, что были так необходимы для полноценного отдыха. Дазай присел на кровать и ощутил, как провалился в до жути мягкий матрас, что манил его своей мягкостью. Поставив телефон на зарядку, он активировал будильник на 7.00, при этом снизив громкость звука, чтобы не разбудить утром спящего соседа. Положив телефон рядом с подушкой, он подставил руку и аккуратно, при этом обессиленно, рухнул на кровать. Его ужасно вымотала ‹джедайская› тренировка силы, работа, разговоры. Все это вертелось в его голове, но стоило ей коснуться подушки, как в голове стало пусто, а для того, чтобы заснуть, он выстраивал планы на завтрашний день. Долго думать и воображать не пришлось, он заснул очень быстро, как и следовало ожидать. Перед этим он лишь успел замотаться в мягкий пледик.