Чистый источник.

Они шли по длинному тоннелю, одному из множества, пронизывающих гору и сплетающихся в причудливый лабиринт. Лянь Чжунши ощутил порыв прохладного воздуха, всколыхнувшего волосы, и порадовался, что заранее выдал младшим ученикам согревающие талисманы. Он только недавно научился напитывать бумагу своей ци и очень гордился, что результат его трудов работал. Официально адепт Лянь сопровождал нескольких младших учеников на Ваньцзян для получения духовных мечей. Но неофициально — чтобы получить духовный меч самому. Из всех старших лишь он один ещё использовал тренировочное оружие. Когда во время очередного осмотра Му Цинфан довольно покивал и поздравил парня с формированием золотого ядра — Макс чуть не закричал от счастья. Честно, он до конца не верил, что светящаяся искра возле среднего даньтяня действительно увеличится и вскоре станет его ядром! И это всего после двух сеансов полноценного парного совершенствования! …парного совершенствования с сильнейшим заклинателем современности, на минуточку. Вспомнив о Юэ Цинъюане, Чжунши предательски покраснел. Ему было слегка досадно от того, что бо́льшую часть времени их весенних игр он погружался в течение ци, возвращаясь в реальность лишь к сияющему пику. Это помогало тренировать концентрацию, воздействовать на «повреждение» Лорда Цюндин, но всё же Максу хотелось прочувствовать процесс единения с Главой Юэ не только духом, но и телом… — Шисюн Лянь, — их встретил один из старших учеников Ваньцзян. — Прошу за мной. Третий Пик оказался изрытым тоннелями, словно кротовыми норами. Из одних веяло жаром кузниц, в других гулял прохладный сквозняк. Попеременно с разных сторон раздавались грохот, шипение и металлический лязг. Ученик, который вёл их вперёд, обернулся и спросил: -Шисюн объяснил своим младшим правила прохождения церемонии? Макс вынырнул из своих мыслей. — В общих чертах, — ответил он, но затем чуть склонил голову. — Этот был бы рад подробному пояснению от шиди. Адепт хмыкнул и кивнул. — Хорошо. Пик Ваньцзян — не только самая лучшая кузница духовного оружия в Цзянху, но также и огромное хранилище мечей мастеров прошлых поколений. Каждый клинок, находящийся здесь, уникален. Многие сохранили отпечаток ци прежнего хозяина или даже часть его души. Переждав волну восхищённых вздохов от троих младших учеников, кузнец, расправив плечи от гордости за свой Пик, продолжил: — Выбрав меч, заклинатель получает не только оружие, он обретает союзника. Духовные клинки не просто куски металла, иногда откликнувшийся на призыв меч может быть не под силу призвавшему его культиватору. -Это как? — выпалил шиди Гань, но под строгим взглядом Чжунши, тут же стушевался.- П-прости, шисюн. Ученик Ваньцзян усмехнулся и ободряюще похлопал его по плечу. — Обычно на призыв откликаются несколько мечей, чувствующих сродство с духовной энергией заклинателя, — продолжил пояснять он. — Но они могут находиться на разных ступенях культивации. Чем сильнее был заклинатель, что владел мечом, тем выше будет сила самого меча. И тем сложнее будет привязать его к себе, особенно, если адепт не достиг пика своих возможностей. Юноша помолчал, а после со вздохом добавил: — Очень часто в погоне за «легендарным» оружием ученики впадали в сильнейшие искажения ци, а иногда вовсе лишались способности культивировать. Их неокрепшие золотые ядра попросту взрывались от перегрузки, а духовные вены плавились, навсегда закрывая путь к совершенствованию. Этот скромный не помнит ни одного смельчака, который смог бы обуздать превосходящее его оружие… Шиди Гань и близнецы Вэй дружно содрогнулись. Даже Чжунши поёжился, вспомнив о глубокой ране Главы Юэ. Это ему, попаданцу, травма Шицзуня была известна, как и то, что тот смог приручить Сюаньсу. Правда, заплатил за это он слишком дорого. Остальные наверняка знали лишь то, что Юэ Ци с юности был одарённым учеником, без проблем получив признание самого мощного из существующих клинков. — А если кто-то случайно выберет меч не по силам? — настороженно уточнил Вэй Дэшен. Он украдкой схватил за руку младшего близнеца, начавшего мелко дрожать. — Невозможно, — фыркнул адепт Ваньцзян. — Вы всегда сможете ощутить мощь оружия духовным зрением и исходящим от него напряжением ци. Кстати, мы уже пришли. Они вошли в просторный зал, освещаемый висящими на стенах факелами. В центре стоял высеченный из камня постамент, от которого к стенам лучами расходились иероглифы заклинаний, не то нарисованные тёмной металлической краской, не то буквально вырезанные в металлических жилах, залегающих в толще горы. Адепт Ваньцзян прошёл через зал и встал с другой стороны постамента. — Кто будет первым? — спросил он, улыбаясь. Как ни странно, самым смелым оказался младший ученик Гань. Собравшись с духом, он приблизился и положил руку на постамент перед кузнецом. — Чтобы гора тебя услышала — ты должен подать в камень свою ци, — скомандовал адепт Ваньцзян. Сяо Гань решительно кивнул и зажмурился. В следующий миг постамент озарило мягким лазурным сиянием, которое стремительно стекло вниз и волной пробежало по иероглифам заклинаний, впитываясь в стены. …и Максу показалось, или Пик Ваньцзян еле слышно загудел? В одной из стен с глухим рокотом открылся проход в темноту. — Можешь идти на зов, — сказал кузнец. — Но помни — выбирай меч по своим силам! Шиди Гань кивнул и, оглянувшись на прощание, поспешил в тоннель. Проход за ним тут же закрылся. Заклинания на полу пещеры, до этого тускло мерцавшие, погасли совсем. Адепт Ваньцзян повернулся к ним. — Кто дальше? Вэй Дэмин уверенно подошёл к постаменту. Как и его соученик он положил ладонь, подал ци, и… ничего не произошло. Парень попробовал ещё раз, сильнее — стало видно даже искры на кончиках его пальцев — но всё, чего он смог добиться — почти неуловимое свечение иероглифов. — Я… не понимаю, — беспомощно откликнулся Дэмин, потихоньку впадая в панику. — Почему не получается?! Видя, как адепт Ваньцзян недовольно хмурится и уже готовится отослать его шиди прочь, Чжунши занервничал. Он знал, что у старшего близнеца сильное совершенствование для его возраста, так почему… Взгляд Макса упал на Вэй Дэшена, и его озарило догадкой. — Прошу прощения, — громко обратился он к кузнецу. — А могут ли близнецы попробовать вместе? Старший адепт Ваньцзян на миг задумался, а после, что-то вспомнивший, медленно кивнул. — Да, тогда пусть шичжи Вэй подойдёт к своему брату. Едва дождавшийся разрешения Дэшен подбежал к постаменту и тоже положил на него ладонь рядом с рукой Дэмина. После этого, камень засиял светло-зелёным светом, вновь прокатившимся волной до самых стен зала. На этот раз проход открылся в другой стене. — Идите. Но помните про предел своих сил, — напомнил им кузнец. Когда за близнецами закрылась стена, перед Максом ярко вспыхнуло окно Системы. «Пользователь! Вы начинаете миссию: «Обретение меча». Награда за успешное выполнение: 200 баллов крутости и один духовный клинок! Штраф за провал миссии: регресс совершенствования до второго уровня» «А чего так мало наград?» — мысленно надулся Чжунши, подтверждая принятие миссии. — «И вообще, почему наказание такое большое?! Что за несправедливость?!» — Шисюн Лянь, теперь твоя очередь, — адепт Ваньцзян ободряюще ему улыбнулся, отвлекая от диалога с Системой. На вопросительный взгляд Макса, юноша кивнул. — Этот был предупреждён своим шицзунем. Не беспокойся, все получают мечи в своё время. Лянь вздохнул, приближаясь к пьедесталу. Как и его шиди, он положил ладонь на гладкую поверхность камня, направляя ци внутрь. Пещера осветилась серебряным сиянием, а затем в стене снова открылся проход. В следующий момент Макса словно накрыло лавиной. Пустое пространство наполнил поток голосов, шёпотов, которые шли из тёмного тоннеля. Чжунши взглянул духовным зрением и увидел тонкие нити ци, уходящие вглубь горы. — Теперь твоя очередь идти на зов, — подтвердил кузнец. — Помни про безопасность. — Хорошо, — откликнулся Лянь, не оглядываясь. Он вовсе не хотел быть невежлив — просто зовущие изнутри пика голоса невыносимо тянули его вперёд, не давая и шанса оставить зов без внимания. Когда за ним закрылся вход, вопреки ожиданиям Макс не остался в полной темноте — нити энергии всё ещё сияли перед его внутренним взором, направляя, не давая затеряться в темноте, в переплетении ходов. Сияние становилось сильнее, и вскоре Лянь оказался среди огромной пещеры. Откуда-то из расщелин под потолком пробивался тусклый свет, отражаясь в гранях множества клинков. Открывшееся зрелище заставило Чжунши замереть в благоговении. Стены, потолок, глыбы камня, крупные осколки руды — всё было пронизано мечами. Словно кто-то давным-давно с силой вогнал их в тело горы, истыкав как огромную игольницу. Одни мерцали в ауре ци, другие просто отражали тусклый свет, третьи будто поглощали мрак, сливаясь с тенями. И все они, Макс мог бы поклясться, были живыми. Некоторые, обретшие разум, шептали, звали, на грани слышимости. Другие просто пульсировали, вливая в потоки горной ци собственную энергию. Но ни один из них не вызывал желания признать его своим. Медленно бредя между рядами клинков, Лянь тихо вздыхал, постепенно теряя надежду. Вдруг рядом с ним золотом вспыхнул широкий меч, заставив подскочить от неожиданности. Макс моргнул, присмотревшись к нему. Яркие искры ци мощным потоком пробегали вдоль граней, закручиваясь на рукояти, вливаясь в округлый кристалл на ней. Конечно, это было оружие выдающегося уровня и большой силы. Конечно, этот клинок хотел, чтобы Чжунши выбрал именно его. Конечно… Лянь уже протянул, было, руку, как вдруг уловил едва слышимый звон. Юноша обернулся. Звук повторился, казалось, его издавал серебряный колокольчик где-то недалеко. Золотистый меч негодующе вспыхнул, пытаясь привлечь к себе внимание, но Макс уже отвернулся от него, словно завороженный направившись на поиски таинственного колокольчика. Он уже не слышал манящий шёпот других клинков, не замечал ничего, кроме тонкой светлой ниточки ци, ведущей его сквозь полумрак. Переливчатый звон становился громче, тонкий поток энергии — ярче, пока, наконец, не вывел Чжунши к очередному куску камня, истыканному оружием. Именно там, среди, казалось бы, обычных тусклых мечей, был один, переливавшийся серебром и светившийся мерцающим нежным светом. Именно от него исходил этот ласковый звук колокольчика. Сердце Макса от волнения забилось сильнее. Это чувство… чувство узнавания. Словно он встретил давно забытого друга… Ощутив его поблизости, клинок радостно засиял, издавая оживлённую трель. Не сомневаясь больше ни секунды, Лянь схватился за рукоять меча и с лёгкостью вынул его из камня, мельком успев подумать, что, создавая Пик Мечей, «Самолёт» вдохновлялся легендой о Короле Артуре… В следующий момент он почувствовал, как его ци заполняет металл, и клинок отзывается на это радостным воодушевлением. Это была такая искренняя, невинная радость, что Макс фыркнул от смеха, представляя себе щенка, неистово виляющего хвостом. «Поздравляем! Поздравляем! Поздравляем!» — мгновенно отозвался Система. — «Пользователь успешно прошёл испытание и обрёл свой духовный меч! Получено: 200 баллов крутости! +1 духовный клинок!» «Да разве это испытание» — мысленно хмыкнул Чжунши, ласково погладив тонкое лезвие. «Пользователь мог взять неподходящий меч и значительно ухудшить совершенствование» — откликнулся ИИ. — «Хост почти сделал это.» Макс вспомнил про вспыхнувший золотом клинок и вздрогнул. Он только что буквально прошёл по краю лезвия. Помотав головой, парень ускорил шаг. Меч в руках отдавался ободряющим теплом, успокаивая и отгоняя тревожные мысли. Коридор вывел его к выходу из сети пещер, где на открытой площадке уже ожидали младшие ученики и адепт Ваньцзян. Увидев Чжунши, шиди тут же побежали к нему, наперебой хвастаясь своими мечами. — Шисюн, смотри — смотри: это же Байгуан! — воскликнул Сяо Гань, взмахивая клинком. И действительно — при каждом движении тот словно вспыхивал белым, причудливо отражая свет. — Им Мастер Фэй срубил разом десять голов шипоносой гидре сто лет назад! — Лянь-сюн, а смотри, что есть у нас! — Вэй Дэмин подошёл к брату и вскинул меч. Дэшен повторил его движение и, едва их лезвия соприкоснулись — как тут же слились в один, более массивный клинок. — Ого, — выдохнул Макс, поражённо наблюдая, как мечи вновь разделяются. Адепт Ваньцзян гордо выпятил грудь, словно бы он лично ковал это оружие. — Шан Ту Лун, — пояснил он. — Очень древний клинок. Шицзунь уже и не надеялся, что кто-то сможет его приручить. Говорят, он принадлежал двум сёстрам Бао, которые были вынуждены притворяться одним человеком. Но, несмотря на это, они смогли тысячу лет назад повергнуть небесного демона Хун Фуа! — Вы большие молодцы, — похвалил Лянь, похлопав ближайшего к себе близнеца Вэй по макушке. — Этот шисюн гордится вами. А теперь, давайте обратно. Наставники разрешили вам сегодня не идти на занятия, можно отдохнуть. Пока младшие, возбуждённо переговариваясь, ушли вперёд по радужному мосту, Макс украдкой подошёл к ученику Ваньцзян. — Шиди, а что у этого за меч? — спросил он, демонстрируя своё приобретение. Адепт лишь мельком взглянул на него, и кивнул. — А, это Чансинь Его два дня назад выковали, новенький совсем. Лянь удивлённо моргнул и с сомнением посмотрел на клинок. В груди вспыхнула искра досады, от того, что он не получил никакого супер-легендарного оружия. Но ведь, с другой стороны, он сохранил своё совершенствование… Ощутив его сомнения, Чансинь мягко зазвенел своей ци, успокаивая. Это заставило парня взбодриться. Макс вежливо поклонился, прощаясь с радушным адептом Ваньцзян, и направился вслед за своими младшими. * «Шицзунь, пожелайте мне удачи!» На стол упал солнечный луч, а в воспоминаниях Главы школы всплыл образ адепта Лянь. Этим утром он вместе с несколькими младшими учениками отправился получать свой духовный меч. Цинъюань не хотел лишний раз нервировать своего подопечного, но ноги сами привели его к ученическим общежитиям. Именно там Чжунши попросил об удаче, улыбаясь так робко и легко, освещённый восходящим солнцем… — Г-глава Юэ?.. Мужчина моргнул, переводя взгляд на докладчика. Шан Цинхуа вопросительно смотрел на него, нервно комкая в руках очередной листок. — Полагаю, идея закупить дополнительную партию очищенной кристальной руды с вершины Тяньи неплоха, — Глава кивнул Вэй Цинвэю, просиявшему от этого решения. Пусть он и позволил себе немного отвлечься на приятные размышления, но всё ещё фоном следил за ходом собрания. Многолетняя привычка, выработанная ещё с ученичества, никогда не подводила. — Как и возможность новых торговых путей по их территории. Что касается возмущения Хуаньхуа, претендующих на эти поставки… их этот Юэ возьмёт на себя. Глава Аньдин с облегчением выдохнул и торопливо закивал. — Спасибо, спасибо, Чжаньмэнь-шисюн! — забормотал он, вежливо поклонившись. — Этот Лорд закончил свой доклад. Шан Цинхуа уселся на своё место, сгребая кучу бумаг в одну стопку. Юэ Цинъюань оглядел всех присутствующих. — На этой ноте предлагаю закончить сегодняшнее собрание, — провозгласил он, поднимаясь. — Шиди Му, задержись на два слова. Пиковые лорды начали постепенно покидать зал. Лю Цингэ, счастливый, что больше не нужно терпеть эту тягомотину, вылетел первым, ступив на меч сразу за порогом зала. Ци Цинци о чём-то шушукалась с Главой Цзуйсянь, Цинхуа побежал за Вэй Цинвэем согласовывать объём необходимой руды. Шэнь Цинцю бросил на Главу задумчивый взгляд из-за веера, и тоже покинул помещение, гордо расправив плечи. На остальных Цинъюань уже не смотрел, дожидаясь Лорда Цанцяо. — О чём хотел поговорить Чжанмэнь-шисюн? — спросил Му Цинфан, стоило им остаться в зале одним. — Этот хотел уточнить кое-что… — заклинатель помедлил, окидывая зал беглым взглядом. О подслушивании не стоило беспокоиться — едва дверь помещения закрывалась, активировался контур заклинаний, не дающий услышать ничего из того, о чём говорили внутри. Но нужно было убедиться, что никто из боевых братьев «случайно» не задержался после собрания. — Так, как адепт Лянь уже сформировал золотое ядро, насколько важна для него в дальнейшем парная культивация? Глава целителей на миг задумался. — Несмотря на зарождение ядра, духовные вены у шичжи всё ещё достаточно тонкие и нуждаются в поддержке, — Лорд Му вопросительно посмотрел на Цинъюаня. — С появлением центра средоточия ци на них ляжет дополнительная нагрузка. Если шисюну в тягость, Пик Цанцяо всегда… — Нет-нет, не стоит, — перебил его Глава школы, украдкой выдохнув. — Благодарю шиди за консультацию. Это всё, о чём хотел поговорить этот Лорд. Целитель удивлённо моргнул и, вежливо поклонившись, удалился. Юэ Цинъюань проводил его задумчивым взглядом. Отчего-то он испытал облегчение, узнав, что не придётся отменять их «особые» медитации с адептом Лянь. Вместе с этим, в душе мужчины поднялась тщательно заглушаемая весь день тревога. А справился ли его подопечный со своим испытанием? Смог ли получить духовный меч? Конечно, Цинъюань не собирался как-либо обвинять адепта Лянь, если тот не прошёл испытание. Скорее, он волновался, смог ли тот сформировать правильную связь с оружием… Рука непроизвольно легла на рукоять Сюансу. В груди неприятно стянуло при одном лишь воспоминании о пещерах Линси. Отогнав тяжёлые мысли, Юэ направился к себе в кабинет. * — Не знал, что Глава школы падок на подобную… безвкусицу. Впервые знакомый голос, встретивший его, не вызвал воодушевления. Юэ мягко улыбнулся, приветствуя Лорда Цинцзин, устроившегося в гостевом кресле. — Сяо Цзю, — кивнул он. Цинцю не ответил, рассматривая висевшее на стене шёлковое полотно с каллиграфией. — "…Сердцем желаю коснуться холодной воды, но осквернить чистоту серебра не осмелюсь. В жажде погибнет душа и завянут цветы, лишь созерцая источник, напиться надеюсь…" — процитировал заклинатель, слегка обмахиваясь веером и продолжая сверлить взглядом шёлковое панно со схематичным изображением потока воды на фоне. — Пф-ф, у этого младшие ученики сходу придумают с десяток поэм лучше, чем эта банальщина! Цинъюань пожал плечами, присаживаясь за свой стол и оглядывая стопку последних донесений. — Как скажешь, шиди, — не стал спорить он. В глубине души что-то неприятно кольнуло обидой за адепта Лянь. Несмотря на то, что поощрять пагубную привязанность ученика к учителю не стоило, наивные строчки запали в душу этому Лорду. Как любой уважающий себя ученик Цанцюншан, а особенно как адепт Пика Цюндин, Юэ Цинъюань умел кое-что в изящных искусствах. Не в совершенстве, естественно, но на приличном уровне. А потому, так полюбившиеся ему стихи заклинатель лично запечатлел на тонком отрезе шёлка. Не шедевр, но вполне ведь сносная получилась картина… — Шиди хотел обсудить что-то с этим Ци-гэ? — спросил Цинъюань, когда молчание слишком уж затянулось. — Мне стоит заварить чай? Шэнь Цинцю отвлёкся от пристального изучения каллиграфии и повернулся к нему. — Не нужно, — бросил Глава Учёных. — Просто зашёл напомнить уважаемому Ци-гэ об осторожности. Старому главе Дворца не понравится, что крупную партию кристальной руды увели прямо у него из-под носа. А, вернее, не понравится укрепление связей Тяньи и школы Цанцюн. — Разумеется, — Юэ отвлёкся от сортировки бумаг и улыбнулся своему шиди. — Но старику не нравится вообще ничего, что предпринимает наша школа. Я видел отчёт о захвате двух лазутчиков из Золотого Дворца на границе с Пиком Линьюй. Лорд Цинцзин фыркнул, с щелчком закрывая веер и поднимаясь с кресла. — Что ж, раз Чжанмэнь-шисюн так уверен в своих решениях, то этот откланяется. — Сяо Цзю!.. — мужчина окликнул его уже у самого выхода. Шэнь Цинцю обернулся, раздражённо вздёрнув бровь. Цинъюань замялся, но всё же сказал. — Заходи почаще… Лорд Цинцзин не ответил, резко отворачиваясь и покидая кабинет. Дверь захлопнулась с громким стуком, выдавая обуревающие заклинателя чувства. Юэ Цинъюань тяжело вздохнул. Он чувствовал, будто что-то упускает. Сяо Цзю редко так внезапно навещал его лично. Да и предмет разговора… Как будто бы Глава Пика Дипломатов не знал, что с конкурирующей сектой нужно держать ухо востро! Некоторое время посвятив отчётам и донесениям, совсем скоро Лорд Цюндин понял, что отогнать тягостные мысли никак не удаётся. Потянувшись, он решил немного размяться на тренировочной площадке, надеясь после этого посвятить время медитации. Уже ступив на деревянный помост, Цинъюань ощутил отголосок лёгкой, освежающей ци. Подняв взгляд, он заметил в дальней беседке знакомый силуэт. В груди потеплело, а на лице сама-собой расцвела улыбка, более искренняя, чем обычно. Лянь Чжунши сидел с прямой спиной и находился в глубокой медитации, уложив меч на колени. Серебристая ци циркулировала по всей системе меридиан, захватывая в свой круговорот и контур оружия. Даже не присматриваясь, было заметно, что в некоторых местах энергия всё ещё проходит с трудом. Стараясь не потревожить юношу, Глава Юэ осторожно присел позади него и прикоснулся ладонью между лопаток, мягко вплетая свою ци в общий поток. * Вернувшись с Ваньцзян, Макс решил остаток дня посвятить усилению связи с новым мечом. Тот едва не вибрировал в ножнах от нетерпения, а потому парень направился на уединённую тренировочную площадку в поместье Юэ. О Главе школы не нужно было переживать — их особое «занятие» планировалось только завтра. Чжунши не хотелось светиться на общих полигонах, вдруг из-за непривычки работы с духовным оружием просядет его техника фехтования? Оказалось, что он не зря волновался — Чансинь то и дело рвался прочь, стоило направить усиленный поток ци. Пришлось потратить несколько часов, чтобы приучить клинок слушаться движений руки. Благо, старания оценили — Система даже отсыпал двадцать баллов за его мучения! В конце концов, Макс решил попробовать совместную медитацию — это должно было помочь укрепить связь с мечом. Незаметно для себя он погрузился очень глубоко, и, если вначале Чансинь ещё беспорядочно сиял, нетерпеливо ожидая продолжения тренировки, то вскоре поддался плавному течению ци, успокаиваясь. Неожиданно в серебристый поток мягко влилась знакомая золотая энергия. Лянь счастливо вздохнул, ощутив, что циркуляция стала идти гораздо легче. — Шицзунь? — спросил он, выныривая из глубины медитации. И тут же, помимо солнечной ци, ощутил тепло позади себя — оказывается, Глава Юэ сидел очень, очень близко. — Расслабься, — вполголоса проговорил заклинатель, обдавая ухо юноши горячим дыханием. — Не отвлекайся. Легко сказать! От низкого тихого голоса по спине Чжунши пробежали приятные мурашки. Кроме того, в следующий момент мужчина переместил руку, приобнимая его, и положил широкую ладонь на область солнечного сплетения. Средний даньтянь, а затем и само золотое ядро Макса утонули в ярком солнечном свете. Сердце застучало быстрее, поток ци усилился, и парень инстинктивно откинулся назад, вплотную прижимаясь спиной к Юэ Цинъюаню. Часть шеи и ухо вновь обожгло прерывистым вздохом, а затем вторая ладонь заклинателя легла ниже, накрывая область нижнего даньтяня Чжунши. Стоило второму потоку золотой ци влиться в меридианы, наполняя нижний духовный центр, Макс не сдержал тихий стон, беспокойно ёрзая на месте. И в этот момент перед глазами вспыхнуло окно Системы: «Дзинь! Доступно задание: «Внеурочные занятия». Принять?» Буквально плавясь в потоках солнечной энергии Главы Юэ, жадно оплетая её серебряными нитями собственной ци, Лянь только и мог, что нажать: «да», прежде чем окончательно утонуть в поглотивших его ощущениях. Меридианы раскрывались под напором усиленного потока, циркулирующего по ним, заставляя юношу вздрагивать в предвкушении. Цинъюань, вплотную прижимая его к себе, легко развязал стягивающий ученические одежды пояс. В следующий момент Чжунши обнаружил себя лежащим на верхних слоях ханьфу. Юэ Цинъюань склонился над ним, крепко держа за бёдра. Чансинь с тихим стуком отлетел в сторону, выключаясь из общего потока энергии, но Глава не обратил на это внимания. Несколько мгновений он жадно рассматривал распластавшегося под ним юношу, а затем прильнул к обнажённым ключицам, сдвигая ворот нижних одежд. Поцелуи сопровождались вспышками ци, отзываясь сладкой тяжестью в нижнем даньтяне. Макс схватил мужчину за плечи, притягивая ближе, выдыхая его имя при каждом горячем прикосновении. Он несдержанно вскрикнул, выгибаясь навстречу, стоило широкой ладони лечь на его яньский корень и слегка сжать через ткань штанов. Со стороны Главы Юэ донёсся шумный хриплый вздох, а затем он, вместо того чтобы закрыть Чжунши рот поцелуем, как тот ожидал, стал смещаться вниз, жадно выцеловывая и прикусывая обнажённую кожу, избавляясь от уже ненужного нижнего слоя ханьфу. О том, чтобы проникнуть в систему меридиан Цинъюаня не было и речи — Макс едва успевал следить за вливающимися в его духовные вены золотыми сполохами, приближающимися к нижнему даньтяню. А в следующий момент с него уже стянули штаны. — Ш-шицзунь, вы!.. — смутно догадавшись, что собирается сделать мужчина, Лянь встрепенулся, поднялся на локтях и встретился с потемневшим взглядом серых глаз. Глава Юэ пристально смотрел на него, следя за каждым движением, а затем склонился ещё ниже. — Не на-…! Ах! — все его возражения утонули в протяжном стоне, когда член полностью оказался втянут в горячий, влажный рот. Чжунши рухнул на спину, прикусывая себя за руку, чтобы не кричать слишком громко. Он попытался сомкнуть ноги, но сильные руки крепко держали его дрожащие бёдра, широко раскрывая их, а каждое движение Цинъюаня лишало всякой возможности сохранить контроль. Мокрые, хлюпающие звуки, ласки горячего языка, вспышки ци, напрямую омывающие его нижний даньтянь, всё это было слишком. Слишком хорошо, слишком много, и ощущалось так остро! — А… я… сейчас.! — только и смог выстонать Лянь, отчаянно пытаясь толкнуться глубже в ласкавший его рот, но вместо того, чтобы тут же отстраниться, Глава Юэ лишь прильнул ближе, вбирая его член до основания. С громким вскриком, который так и не удалось сдержать, Макс кончил, содрогаясь всем телом от пронзившего его удовольствия, которое волной прокатилось по всему телу, усилившись от того, что заклинатель, похоже, вознамерился поглотить его цзин до последней капли. Чжунши мелко вздрагивал от пережитого оргазма, не в силах даже свести вместе ноги, когда мужчина, наконец, выпустил его член изо рта, а затем поднялся, вновь нависая сверху. — Этот… ученик прекрасно справился с испытанием, получив меч, — вполголоса проговорил Глава Юэ, с лёгкой улыбкой наблюдая раскрасневшегося, часто дышащего юношу. — Связь образована правильно. А значит, адепт Лянь заслужил награду. Не выдержав мягкого пристального взгляда, Макс схватил заклинателя за ворот ханьфу, заставляя потерять равновесие, и сам впился поцелуем в его влажные губы. Мужчина был не против, обхватывая Чжунши обеими руками и крепко прижимая к себе. Когда долгий, глубокий поцелуй с солоноватым привкусом подошёл к концу, Цинъюань отстранился, некоторое время любуясь разомлевшим от ощущений юношей. — Этот Лянь может воспользоваться внутренней купальней, — низко промурлыкал заклинатель, мельком облизнувшись, отчего по телу Макса, всё ещё чувствительному после бурной разрядки, прошлась волна жара. — Он хорошо справился сегодня. — С…пасибо, Шицзунь, — выдохнул Чжунши, прижмурившись, когда Глава Юэ ласково погладил его по щеке. — Только… этот не знает, где здесь купальня… На миг повисла неловкая пауза, в течение которой Чжунши ощутил, как стремительно краснеют его щёки от стыда, а затем старший заклинатель беззлобно фыркнул от смеха. — Учитель покажет тебе, — ответил Цинъюань, а затем подхватил в панике охнувшего парня на руки и поднялся. Максу только и оставалось, что схватиться за широкие плечи и растеряно проводить взглядом оставшийся в беседке Чансинь и… свою одежду. — А! Если нас… меня… увидят?! — вослкикнул он, осознав, что сейчас совсем голый, да ещё на руках Главы школы! — Пусть адепт Лянь не волнуется, нас никто не сможет увидеть, — успокоил его заклинатель. И действительно — они направились не к выходу в общий коридор, а к неприметной двери в конце открытой галереи. Открыв её, Цинъюань тут же зажёг несколько плавающих под потолком ночных жемчужин. Оказавшись в помещении, Макс не сдержал восхищённый вздох — в центре зала оказалась широкая купель, искусственно высеченная в самой скальной породе! Её заполняла прозрачная вода, над которой слегка поднимался пар — кажется, тоже из одного из горных источников, потому что в лёгком колебании бликов света можно было различить мерцающие искры природной ци. Глава Юэ бережно опустил юношу, помогая окунуться в купальню. Оказавшись в тёплой воде, Чжунши глубоко вздохнул, чувствуя, как тело постепенно расслабляется. — Мыльный корень, различные масла, полотенца лежат здесь, — Лорд Цюндин показал несколько ящичков, стоящих у стены. — Если адепт Лянь засидится и пропустит отбой — может остаться на ночь в гостевой комнате. Этот Юэ будет у себя в кабинете, если что-то понадобится. — Спасибо, шицзунь! — Максу хватило сил обернуться и благодарно поклониться, несмотря на неловкость своего положения. — И да, пусть этот ученик не забывает о завтрашнем особом занятии, — перед самым уходом напомнил Цинъюань, спокойно улыбаясь. — Н-не забуду! То есть, да, шицзунь! — откликнулся Чжунши, вдруг осознав, что несмотря на сегодняшний… близкий контакт, их парное совершенствование никто отменять не собирался. Глава школы довольно кивнул и вышел, а Макс, сгорая от нахлынувшего смущения, погрузился в воду по самую шею, под радостные уведомления от Системы: «Поздравляем! Поздравляем! Поздравляем! «Внеурочное занятие» успешно завершено! Получено: 100 баллов крутости, 200 очков привязанности Главного Любовного Интереса, +5 к уровню владения ци! Штраф: -10 очков за поспешное окончание! Старайтесь лучше, Пользователь!» — Да заткнись ты! — рявкнул Лянь, окончательно вспыхивая от смущения. — Тоже мне, оценщик! «Этот ИИ советует Хосту следить за эмоциями, чтобы не впасть в искажение ци!» — парировал гадский Система. — «И готовиться к полевым миссиям.» А ведь точно. С формированием золотого ядра и обретением духовного оружия отлынивать от настоящей заклинательской работы уже не получится. Макс вздохнул, сделав мысленную пометку освежить знания по местной флоре и фауне, ведь неизвестно, куда его могут отправить… …и неизвестно, кто будет у него в напарниках.