ДОМ ЛУЧШЕГО ДРУГА

      Сокджин был уверен, что звук мотора ему не показался. То есть, он вполне реально слышал, как кто-то подъехал на мотоцикле к дому и заглушил мотор. Этот звук нельзя с чем-то перепутать, не правда ли?       Поэтому Сокджин предсказуемо выглянул в окно. Но никого не увидел. И задумался.       Можно было допустить, что это слуховая галлюцинация, вызванная острым подвальным запахом, царившим в этом старом доме лучшего друга отца Сокджина. Дом свой папин друг по каким-то соображениям оставил в наследство Сокджину, и теперь с этим имуществом следовало как-то разобраться.       В итоге Сокджин уже битых пару часов бродил по сумрачным пыльным комнатам, раздвигая тяжелые портьеры и пытаясь впустить в дом хоть немного свежего воздуха и солнечного света. Солнечный свет проникал неохотно и боязливо, как входишь туда, где давно уже не был и где тебя не очень-то ждали.       В доме, стоящем на окраине города, было одиноко и тихо до тошноты, поэтому Сокджин даже обрадовался, когда услышал этот звук подъезжающего мотоцикла. И удивился, когда никакого мотоцикла на подъездной дорожке не обнаружил.       Впрочем, сомневаться в собственной вменяемости ему предстояло недолго: скоро откуда-то из-за дома начали доноситься и другие звуки: легкое постукивание, шорох и скрежет металла об асфальт.       И тогда Сокджин решил все-таки выйти из дома и осмотреться.       На заднем дворе он обнаружил и мотоцикл, и копошащегося рядом с ним невысокого паренька, у которого из карманов объемного рабочего черного комбинезона торчали как иголки у ежа всевозможные отвертки и плоскогубцы. — Эм… здравствуйте, — окликнул его Сокджин.       Парень обернулся, кивнул и продолжил заниматься своим делом. Сокджин присел на скамейку, принявшись с интересом наблюдать за парнем. Тот какое-то время копошился с мотоциклом, потом поднялся на ноги, отряхнул джинсовые коленки и уставился на Сокджина. — Ну, где? — задал он слишком краткий для первого знакомства вопрос.       Сокджин пару раз нервно моргнул, а затем предсказуемо уточнил: — Что? — Дуб, — невозмутимо ответил парень.       Сокджин осмотрелся. На небольшом участке никаких дубов не росло. — Вишня не подойдет? — на всякий случай поинтересовался он, уже начиная искренне веселиться. — Не, — мотнул головой парень. — Если без крыши.       Сокджин еще раз моргнул.       Разговор принимал все более интересный оборот. — А если с крышей?       Парень задумался. — Тогда приду завтра, — наконец, вздохнул он.       Сокджин понимал, что во всем этом разговоре должна была быть какая-то логика, правда, он никак не мог ее уловить. — Завтра меня здесь не будет, — развел руками Сокджин.       Парень посмотрел на него как на тупого: — Да мне особо без разницы. Можете сейчас просто показать, а дальше я сам. — А, ну отлично, — разговор напоминал Сокджину какой-то спонтанный обмен тайными шифрами и паролями. — А что я должен показать?       Парень, кажется, начинал сердиться: это было видно по немного натянутой улыбке, появившейся на его лице. — Вишню, — ответил он сдержанно, хотя по ходящим под кожей желвакам было видно, что эта сдержанность дается ему очень с трудом. — Да вот же она, — хихикнул Сокджин, кивая на растущее у забора дерево. — Вишня. — Так… — сжал кулаки парень. — Так… — кивнул Сокджин.       Молчание зависло над ними как небольшая, но довольно противная грозовая тучка.