Сосед

Дазай стоял возле входа в школу. Криками и истериками добился того, чтобы его отправили домой пораньше, неожиданно даже. Изводил подчинённых, заваливал чертежами и упрёками, мол, там сотри, здесь убери, это вообще никуда не годится. Он тоже устал. Устал от тупизны работников, устал от капризов заказчиков, устал от бессонных ночей, проведённых за работой, устал от разлуки с любимым… Он смог. Смог вернуться назад, после того, как у него случился нервный срыв. Уезжал обратно с замученным выражением лица, мол, накосячите — вам всем пиздец. Отбросив ненужные мысли, стоя под крыльцом здания час, парень увидел знакомую фигуру, спускающуюся по лестнице. «Какой-то подавленный», промелькнуло в голове у кареглазого. Чуя, смотря себе под ноги, ни о чем не думал совершенно. Пустота. Наткнувшись на кого-то, он поднял взгляд и обомлел. — Осаму. — Приветик~, — дружелюбно улыбнулся шатен, принимая в объятия голубоглазого. — Чай? Кофе? — Кофе. Кареглазый расположился сзади насыпающего порошок препода, обнимая за плечи. — Ты рано вернулся. Что-то случилось? — Ммм~можно и так сказать. Это не касается проекта, просто я подумал, лучше вернусь домой, нежели на следующий день найдут 4 трупа. — Косячат? — Ещё как! Так задолбался переделывать чертежи, сил нет! Со скандалом уехал. Правда, всё равно потом придётся вернуться, посмотреть, что у них там, а потом ещё раз, увидеть результат, — Дазай смешно надул губы, обижаясь на своих коллег. Накахара усмехнулся. — Ты подавленный какой-то был. Что произошло? — Ничего такого. Не высыпаюсь, кошмары мучают. И по тебе скучал… — рыжий завис, смотря в одну точку, аккуратно кладя ложку на столешницу. Чайник вскипел. Осаму выключил плиту и уткнулся носом в шею голубоглазого, размеренно обжигая горячим дыханием, словно боясь спугнуть. Чуя поглаживал чужие ладони, приятно щекоча пальцы. Казалось, они не думают ни о чем, просто наслаждаются друг другом. За окном уже стемнело. Тяжёлые тучи заволокли небо, закрывая собой редкие яркие звезды. Мелкий дождик прекратил идти, уступая холодному ветру, что активно тормошил окончательно упавшие листья и голые ветки деревьев. Два парня так и стояли возле столешницы, пока один из них не облокотился полностью спиной на другого, прикрывая глаза и засыпая. Шатен поднял возлюбленного и отнёс на диван, аккуратно кладя и целуя в лоб напоследок. Сам же вернулся на кухню и залил коричневый порошок кипятком, присаживаясь напротив окна и размышляя о чем-то своём. А ведь он даже в собственной квартире не был. Там, наверное, пыльно… Взгляд скользнул на полку с книгами. Решив полюбопытствовать, кареглазый провёл рукой по гладким и шершавым обложкам, останавливаясь на одной. — «Мастер и Маргарита», Булгаков… , — парня накрыли воспоминания: вот он, вот его первая любовь, вот они сидят в темноте и читают книгу под единственным источником света — тусклой настенной лампой. Она сидит у него на коленях в одной его толстовке, переворачивает страницы и иногда комментирует. Осаму тяжело пережил её потерю. Она была и другом детства, и поддержкой, и рубашкой для слез. Она единственная видела его слезы, когда-то, вроде бы давно, но на самом деле только около 3 лет назад. В тот день маму шатена хватил удар. Женщина была в тяжёлом состоянии, ее немедленно госпитализировали и сообщили обо всём сыну. К сожалению, не удалось спасти. Никакие утешения, никакие соболезнования не могли заглушить боль парня. Она пыталась помочь, водила по паркам, кафешкам, не оставляла одного. Но и она его бросила. Как только он смог немного оправиться, девушка умерала. Это был второй удар, сильно подкосивший Дазая. Он не забросил универ, но попросил академ. Не стал опускаться до низа, не пил беспросветно, не курил пачками, не подсел на вещества. Увлёкся селфхармом. Он не хотел умирать, знал, что мама и она не хотели бы этого. После нескольких порезов на предплечьях и пальцах, шатен чувствовал только пустоту. Тогда он думал, что лучше не чувствовать ничего, чем боль. Парень не помнил, как вылез из всего этого. Помнил только то, что вернулся в универ, купил квартиру, завалы на работе, а дальше… Голубые глаза. Да, он только месяц с лишним назад «проснулся». Первый раз за эти годы выразил настоящие эмоции, а не фальшивую улыбку. Он летел на работу, как на крыльях. Он благодарен за это Чуе. Благодарен за то, что не бросил, что помог избавиться от привычки резаться, хоть он об этом и не знает. Зато сейчас всё хорошо, так ведь? Рыжий проснулся в час ночи, не понимая, как оказался в постели. Дойдя до кухни, он впал в ступор. Кареглазый сидел к нему спиной, читая роман. Решив напугать любимого, Накахара подкрался и резко обнял того за плечи. Парень вздрогнул и обернулся, замечая счастливую улыбку на красивом личике. — Выспался? — Извини, устал слишком, — ластясь к шатену, произнёс препод. — Ничего страшного, солнце~ — Дазай~ко мне сегодня девчонка прилипла, — Чуя перебирал волнистые волосы парня. — Кто посмел?!..— Осаму резко повернулся в сторону препода, но был заткнут поцелуем. — Не кричи и дослушай, — Накахара серьёзно посмотрел в глубокие тёмные омуты. — Ученица пристала с вопросами об отношениях, ну я и стал вертеться, мол, не хочу, не интересуюсь я, блин, твоей сестрой, и нафиг она мне не сдалась. Свести меня с ней хочет. Тут врывается Фукудзава под предлогом, что от министерства задание, и уводит меня к себе. Выясняется, что он в курсе наших отношений, — Осаму немного удивился. — И это ещё не всё. Директор с медбратом уверяют, что мы не должны скрывать это. И вот что меня смущает — почему и зачем им это надо? Шатен задумался. — Хм… Распространение личной информации учителей — дело самих учителей. Самое интимное и сокровенное, естественно, огласке не подлежит, так? — Так. — Может они сами геи и просто ищут себе подобных, например, поддержки? — архитектор выгнул бровь, смотря на возлюбленного. — Всё возможно, думаю, надо спросить у них самих. И да, ещё один вопрос. Как давно ты знаком с Юкичи? — Чу~ты это к чему? — Дазай убрал рыжую прядь волос за ухо. — Директор в школу абы кого не пускает. Он в принципе чужаков или бездельников, как ты, не любит. А тут прям вы хорошо поладили и все дела. — Ты меня поражаешь с каждым днём всё больше. На самом деле, мы познакомились ещё тогда, когда я учился в универе. Мы с его сыном достаточно плотно общались, и я частенько захаживал к ним в гости, по проектам или домашке. Спустя какое-то время, уже после нашего выпуска, Рампо уехал работать в другой город, обещал навещать нас по выходным и праздникам, а я с его отцом так и продолжал поддерживать связь. Видимо, он тебе настолько доверяет, что с радостью готов следить за нашими отношениями. А вот про бездельника обидно было, — Осаму приобнял за талию рыжего и медленно повёл его в зал. — Хехе, ну извините~ — Не~по-другому, — шатен пошло ухмыльнулся и повалил на кровать любимого, чуть прикусывая плечи и ключицы. — И как же по-другому? М? — голубоглазый потихоньку терял связь с реальностью, утопая в ласке. — Утром узнаешь, — парень стянул брюки с преподавателя и начал растягивать его, наслаждаясь стонами и развратной картиной снизу. — Осаму~вставь уже, я больше н-неах~, — кареглазый не дал ему договорить, резко войдя в податливое тело, задевая заветную точку. Темп медленный и дразнящий, даже мучительный для Накахары. Он изо всех сил старается быть тише, но не выходит. Дабы как-то заглушить звуки, он притягивает к себе шатена, касаясь его губ своими. Поцелуй ленивый и мокрый. Но им обоим хорошо. Дазай проводит языком по ключицам, кусает мочку ушка, облизывает соски и целует припухшие губы. Шлепки стали чаще. Чуя ерошит полюбившиеся мягкие волосы и ставит засосы на шее архитектора. Он протяжно стонет и кончает, вслед за парнем, который успел выйти и испачкать бледную кожу. — Чу~спасибо тебе за всё, — словно в бреду произнося эти слова, шатен уже не находит сил, чтобы дальше продолжить ночь. Он коротко чмокает голубоглазого в нос и проваливается в глубокий сон, ощущая нежные поглаживания по голове и щекам. — Ну и сволочь же ты, — препод не доволен с самого утра. Сосед проснулся рано и каким-то волшебным образом успел сгонять к себе, взять вибратор и незаметно вставить… Понятно куда. Прикольно, ничего не скажешь. — Чу~нам пора в школу~ — Сдурел? Ты же там… С пультом от этой штуки… — личико постепенно приобретало красный оттенок. — Да~это и есть та самая отработка за твое обзывательство. — Ух… Точно секса тебя лишу. Первые 2 урока ничего не происходило. Осаму сидел рядом с учителем, любуясь и выжидая подходящий момент. Такой пристальный, пожирающий взглад очень напрягал. — Можешь не раздевать меня глазами? — прошептал Чуя. Пока дети записывают информацию со слайда, можно и поболтать. — Не могу~, — в этот момент рыжий почувствовал сильную вибрацию внутри и согнулся пополам, шипя и тихо постанывая. Дазай же сжимал пульт управления в руке, потихоньку убавляя мощность. — Рехнулся?! — румянец на щеках выделялся на бледном лице. — Осаму, твою мать. — Ай-яй-яй, Чу~это совсем не то, что я хотел услышать, плохой мальчик, — вибрация снова усилилась. Рыжий сжал стол рукой, тяжело дыша и смотря на пол. Мысли ускользали в потоке возбуждения. Шатен обратился к классу. — Ребят, сейчас Накахара включит вам видеоурок, нам нужно ненадолго отлучиться. В подтверждении своих слов, архитектор позволил учителю выполнить задание, после чего парни вышли из класса. Пройдя дальше по тёмному коридору, они дошли до туалета и заперлись изнутри. Дазай тут же прижал к стене красного препода, что жадно впился в губы напротив. — Осаму, я больше не могу, мгх~ Кареглазый усмехнулся и опустился на пол, усаживая к себе на колени лицом вперёд и возлюбленного и стягивая с него штаны. Ловкими движениями рук он вытащил игрушку, расстегнул ширинку брюк и резко вошел в возбужденного партнера. Тот вскрикнул и зарылся в пиджак напротив, всхлипывая и мыча. — Солнце, посмотри на меня, — нежными прикосновениями он поднял за подбородок рыжего. — Осаму~быстрее, — выгибая спину, смотрел в глаза препод. Тяжёлое дыхание и развязные поцелуи, тела соединялись не столько физически, сколько морально. Полное доверие между этими двумя удивляло их самих. Но сейчас не время думать об этом. Они оба кончают одновременно и устало облокачиваются о стену: один спиной, другой лбом. До звонка ещё 13 минут. — Ну как? — Хех, с тобой всегда прекрасно, — лёгкая улыбка и тёплый взгляд сопровождались приятным поглаживанием по щеке. Чуя сегодня какой-то ласковый. — Я рад~ — Мистер Накахара, вы подумали насчёт моей сестры? — девочка вздрогнула, когда увидела злые карие глаза с алым отливом на себе. — Подумал. Но, к сожалению, я занят. — Кем?! Вы же сказали, что ни с кем не встречаетесь! — Осаму непонимающе посмотрел на препода, но потом успокоился, расставляя мысли и факты по полочкам в голове. — Во-первых, не ни с кем, а встречаюсь не с девушкой. — А во-вторых, — шатен продолжил. — он занят мной. И если кто-то из вас против наших отношений — идите лесом. Архитектор встал в закрытую позу и грозно посмотрел на детей. — Дазай, — рука легла на плечо. — они ещё малы, не наезжай на них. Народ, это правда. Прошу не осуждать нас и не распространять информацию. Ребята согласно кивнули и сидели молча до конца урока.