Золото

Нет сил, чтобы держать это внутри, и нет сил, чтобы высказать вслух. Это чувство то доводит до теплых волн внутри, то готово вот-вот разорвать на части. Я мог бы написать об этом, выписать, всё, что происходит внутри, но пока что не способен подобрать нужных слов и форму. И не смогу сделать этого еще несколько лет, пока не осознаю особенность этого чувства и то, что никогда уже не испытаю что-либо подобное. В будущем мои чувства обретут красивую форму песни, и я, наконец, скажу тебе всё то, что не сказал, когда был влюблён. Когда мне было всего шестнадцать. . . . . . Всё движется слишком быстро, города, лица, сцены, я не успеваю за этим бешеным темпом жизни. Иногда случаются моменты, когда дыхание прерывается, буквально воздух не поступает в грудную клетку. Я опускаюсь на пол и закрываю глаза. Пытаюсь взять себя в руки, крепко зажмуриваюсь, хочу лишь одного- почувствовать твою теплую руку на плече. Ты всегда рядом в эти моменты. Только ты понимаешь, как помочь мне. Садишься напротив на колени и шепотом повторяешь- вдох…выдох…вдох…умница, теперь давай вместе. Это всегда помогает. В самой беспросветной тьме твой голос выводит меня на свет. Единственное, что тебе пока не под силу- остановить меня от меня самого. Я знаю, что ты всё замечаешь, вижу, как тебе больно. Но это то, с чем мне нужно сражаться самому, это мои демоны. Ты в очередной раз перевязываешь мою руку фенечкой, скрываешь мою боль от других. И я благодарен тебе за эту заботу. Если бы нужно было описать как-то этот период жизни, то я бы назвал его «тёмные времена». Сам не знаю, как вышло, что я оказался здесь, ведь еще недавно жизнь была такой яркой. Но, возможно, как раз поэтому я здесь, на эмоциональном дне. Всё движется слишком быстро. . . . . . Я увидел тебя впервые на прослушивании, помню, как ямочки на твоих щеках вызвали у меня улыбку, а внутри стало тепло, как в первые весенние дни. Мне хотелось наблюдать за тобой, любоваться. Не было мысли о том, чтобы подойти и заговорить, хотелось просто смотреть и напитываться этим светом. Золотом. Золотом рассветного солнца, отражающегося в каплях росы, в ярких зайчиках на стене комнаты. Помню, те первые дни, когда мы познакомились. Не уверен, чтобы я ждал чего-то больше, чем вновь увидеть тебя. Не помню, чтобы когда-нибудь столько смеялся, как в те дни. Кажется, мы не умолкали ни на секунду и всё время либо болтали, либо дурачились. Это было наше время. Но не только нас с тобой, были еще ребята и вместе мы чувствовали такое сближение душ, что казалось, что мы становимся одной семьей. Очень теплое чувство. Оно про защищенность и бесконечную энергию творчества жизни. Но при этом было еще одно чувство внутри. И это было не о нас пятерых. Я чувствовал это только к одному тебе. Мне хотелось быть рядом, хотелось видеть твою улыбку, слышать голос и забавный акцент. То, как ты называешь меня кудряшкой и гладишь, запуская пальцы в волосы…можно назвать это внутренним трепетом. А можно любовью? Я еще не любил прежде. Я знаю, что такое симпатия и несколько раз чувствовал ее еще в школе. Но это было иначе. Это захватывало меня всего, и невозможно было переключиться или забыться. Ночью, глядя на ветви, стучащие по стеклу и яркие капли, отражающие свет неона, я всё думал о том, как хочу простого прикосновения. Мне хватит ощущения тепла твоей щеки на плече, или я хочу слишком многого? Хорошо. Мне хватит прикосновения твоих кончиков пальцев к моей руке. Иногда я позволял себе представить прикосновение к твоим губам. От этой мысли будто ток проходил от макушки до пят. Тогда я покрепче обнимал подушку и забывался во сне. Утром, когда мы встречались вместе за завтраком, я со стеснением отвечал, что спалось хорошо, и мысленно отгонял свои ночные фантазии. Порой мне даже казалось, что мои чувства взаимны. Это случалось, когда я встречался с твоим взглядом, и тот дарил мне бабочки где-то внизу живота. Когда ты приобнимал меня и чуть притягивал к себе. Даже когда крепко вцеплялся в руки и что-то выкрикивал, смеясь и кривляясь, я всё равно чувствовал что-то особенное. . . . . . Одним днём всей компанией устраиваем поездку за город. Ранняя осень и близиться вечер, так что воздух становится прохладнее, и хочется поддеть еще один свитер. Прячу руки поглубже в карманы. Деревья стоят в золоте. Вспоминаю тебя и не могу не улыбнуться. С нашего пристанища виден утёс и синева реки. Темные ветви вырисовываются узорами на фоне ярких красок. Мы успеваем развести костер до того, как солнце коснется горизонта, и лица приятно обдает жаром огня. Шутки и споры о планах на завтра плавно перетекают в более личные темы. Мы делимся историями детства, тайнами и мечтами. Кажется, что нет никого ближе, чем наша компания в этот вечер. На небосвод выходят первые звезды. Ты замечешь, как я пристально, запрокинув голову, гляжу ввысь. Подсаживаешься ближе и тоже поднимешь глаза. -Что ты видишь, Гарри? -Я вижу бесконечность, Лу. -И я… Как думаешь, мы увидим падающую звезду? - Почти одними губами произносишь ты. -Давай дождемся её,- так же шёпотом отвечаю я. Ребята потихоньку расходятся по палаткам, время близиться к полуночи. Я осознаю, что задремал, когда пробуждаюсь от легкого прикосновения. Лу накрыл меня пледом и присел обратно с кружкой горячего чая. -Ты задремал... -Угу… -Смотри, а то пропустишь звезду… Будешь чай? Утвердительно киваю и вновь поднимаю взгляд в небо. Ты аккуратным движением протягиваешь мне согревающий напиток и касаешься теплыми пальцами моих. -Ты замерз, кудряшка? -Руки слегка. -Давай сюда. Заключаешь мои ладони в свои и дуешь на них теплым дыханием, как мама в детстве. -Лу, мне очень спокойно сейчас. - И мне, Гарри. Я загадал тогда провести с тобой жизнь. . . . . . -О чём ты думаешь? Кажется, я ушел в свои мысли и просидел так довольно долго. -Тебе грустно? -Знаешь, порой я не понимаю, для чего живу. -Почему ты так говоришь? -Иногда мне кажется бессмысленным то, что я делаю. Знаешь, когда отпускает круговорот событий, и остаешься сам с собой наедине. -Кудряшка, ты говоришь то, что меня пугает. Я не хочу, чтобы ты грустил. Мы сидим на балкончике нашего номера и глядим на ночной город. -Тебе одиноко сейчас? - Я скучаю по родным, мы давно не виделись с семьей, кажется, это самый долгий наш тур. -Так и есть… Пару секунд ты медлишь, затем подсаживаешься ближе и обнимаешь, как будто стараешься защитить от плохих мыслей. Мое тело моментально расслабляется в твоих объятьях. Я дома. Хочу набраться смелости сказать самое главное. Как передать тебе, что то, что я испытываю, исцеляет меня, делает живым? Согревает и вдохновляет. Оберегает от плохого. От того, что порой заполняет душу тяжелым свинцом. С тобой рядом я забываю о своей боли. И мне так хочется поделиться этим с тобой. Моя очередная тихая ночь. Время, когда я наедине со своими мыслями и переживаниями. Но сегодня мне не хочется быть одному. Я пишу тебе короткое сообщение, хотя ты в соседней комнате. "Не спишь?" Через несколько минут тихий стук в дверь. -Кудряшка, ты чего это, опять вздумал грустить? -Нет, просто не спиться, посидишь со мной немножко? -Давай, я тоже не могу уснуть, очень эмоциональный день. -Расскажи, что ты чувствуешь. -Я сегодня довольно сильно устал…хм, еще меня тревожит завтрашний концерт, не уверен, что есть силы выступать и отдаваться так же. -Понимаю тебя, я что-то тоже расклеился немного. Под вечер особенно стало тревожно. На некоторое время наступает тишина. Мы так много говорили сегодня, что просто молча быть рядом становится нашей общей отдушиной. Сегодня не хочется беситься, как обычно, включать стрим или болтать. Сегодня наш якорь- это спокойствие. Комната погружена в полумрак, лишь теплый свет лампы в углу делает предметы едва различимыми. Я перевожу взгляд. Непривычно видеть тебя таким спокойным и даже чуть серьезным. Ты замечаешь это и улыбаешься в ответ уголками губ. -Послушай, Лу… -Мм? -Ты когда-нибудь испытывал сильные чувства…ну вроде влюблённости? -В школе мне нравилась одна девчонка еще в средних классах, мы даже пару раз ходили в кино. Но, кажется, это не было чем-то серьезным. Мне всегда представлялось, что любовь это что-то особенное…как бы правильно выразиться…то, что нельзя пропустить, очень сильное чувство… А почему ты решил спросить меня об этом? -Знаешь, я просто много думаю в последнее время, пытаюсь понять себя и… свои эмоции и чувства… возможно, я немного запутался и мне всё сложнее себя понимать…вроде того, что порой я чувствую слишком многое, а порой не чувствую ничего… -Ох…ну если даже тебе сложно понять, что ты чувствуешь, то другим это сделать практически невозможно. – Луи потянулся и прилег на кровать. –Слушай, если тебя тревожит что-то, то ты можешь поделиться со мной, я всегда тебя выслушаю. -Спасибо, Лу. Я прилег рядом и долго разглядывал потолок, мысленно вырисовывая узоры от одного пятнышка в углу до другого. Вдруг сердце начало учащенно биться. Последнее время у меня случались такие приступы, и начиналось это всегда одинаково. Тревога. Она приходит внезапно, но всегда как напоминание о твоих внутренних страхах. Затем дыхание. Если ты вовремя не возьмешь всё под контроль, но можно утонуть в этом омуте. Ты замечаешь перемену в моем состоянии и поднимаешься на локти рядом. -Кудряшка, ты в порядке? -Лу, мне очень страшно. не получается дышать. Тут я впервые чувствую это тепло на плече и твой обеспокоенный голос. Вдох… Выдох… Дыши со мной… Вот так… еще раз вдох… И я, правда, возвращаюсь. Твой голос становится моей путеводной звездой. Волны паники всё еще пытаются поглотить суденышко моего рассудка, но я вижу свет. Я ВИЖУ. Кажется, проходит вечность, но в реальности не больше пятнадцати минут. Я различаю черты твоего лица, комната перестает быть центрифугой, и я, наконец, прихожу в себя. -Часто с тобой такое случается? Я пожимаю плечами, не в силах идти на контакт, в голове пустота. Ты больше не задаешь вопросов, лишь тихонько гасишь свет и затем присаживаешься на кровать. -Тебе нужен отдых, – произносишь почти шёпотом. Я укладываю голову на подушку, свернув остальное тело калачиком. Неожиданно чувствую, будто меня накрывает теплая пелена. Чувствую твое дыхание у затылка и тяжесть рук на теле. Кажется, я опять перестаю дышать, но теперь причина мне ясна. Ты обнимаешь меня…сам, не по моей или чьей- либо еще просьбе. Постепенно я растворяюсь в этом чувстве спокойствия и умиротворения, не думая о том, что будет завтра и что эти объятия значат для нас обоих.